Упавшая с неба

Кажется, что в камере на потолке скоро будет выжжена огромная дыра. Пилю да пилю на неё около шести часов, пока закат не сменился рассветом. Не сонные глаза слипаются… Уже поменяв положение сидя на холодным подоконнике, так что голова соприкасалась с холодным окном, Курай умиротворенно что то тихо напевала, и наблюдая за происходящим через стекло. Звук от соприкасание капель дождя с бронированным окном дарил возможность забыть происходящее. Став и оглянувшись вокруг пустого помещения, Курай покрутила кольцо на пальце по всей его окружной оси. Оно было единственным, что у нее осталось с детства. Она бы просидела так ещё несколько часов, если бы железную дверь не открыли. — Курай Уинтер, живо вышли в коридор Идя по аллее тюремных камер задаешься вопросом — «За что они сюда попали?». Живой интерес прерывает звук голодного желудка. И вот мы подходим к долгожданной столовой Исправительной Школы. Надзиратели любезно оставили меня у входа, видимо внутри столовой уже есть другие работники. В столовой стоял запах пота, а не еды, как ожидалось. Со всех сторон доносились крики и уж точно не добрые слова в адрес друг друга. Беря пример с других, я подошла за подносом для еды. — Следующий! — произносит женщина уж точно не средних лет, подавая кашу. Да и кашей это было назвать невозможно. После обеда в столовой было свободное время, и все его проводят на дворе. Не хочется быть отличием. Я проследовала за маленькой компанией парней. Один из них неожиданно остановился, заставив меня дышать ему в затылок. Будто время остановилось, стало невыносимо тихо, лишь легкий шёпот не давал о себе забывать. Мой ровесник медленно повернулся, не отрывая прямого контакта. — Ты хочешь проблем, девочка? — Курай даже не сдвинулась с места, стараясь держать себя в руках, она его вообще не понимала, но была настроена на любой исход этого «столкновения». — Я тебя спрашиваю, язык чтоль прикусила, а? — Шион, оставь ее — кричат те парни, которые уже ушли без него на длительное расстояние. — Она будет знать, как связываться со мной — развернувшись ко всем Шион долбит — Вы все пожалеете, что судьба связала вас со мной! Его лицо искажается в широкой ухмылке, когда он наносит первый удар по телу Курай. Настолько сильно, что девочка упала под его ноги. — Жалкая Исходник понят, значит он получит того, чего так желает. Никогда не стоит делать первый ход, ты всегда будешь виновным. Схватившись за его ногу двумя руками, и резко встав на ноги Шион оказался в головокружительном полёте, но Курай не обещала безопасную посадку. Шион упал всем телом на асфальт, сильно щурясь от боли в затылке. Сев на его живот, Курай продолжала бить его по лицу. Группа парней уже хотела пойти помочь новому другу, но парень с заинтересованными глазами остановил их одним движением руки. Им просто оставалось наблюдать за мучениями Шиона. Дело зашло слишком далеко, когда глаза у Шиона были полу-пустыми. Курай с туманным взглядом лишь встала, и пошла обратно в свою камеру, отметив, что этого не должно было случится. Не ради этого она в этой Школе. У неё другая цель в жизни. Выйти отсюда как можно скорей, никогда не возвращаться. И сново начать свой путь, как спортсмена по борьбе. Нужно лишь перетерпеть, нужно выждать нужного момента. Терпение — это один из основных компонентов критического мышления. С помощью него можно мыслить аналитически и конструктивно. Именно поэтому я ещё не сошла с ума. Спустя четыре часа я уже также пилю в потолок, нужно что то делать. Надо выстроить план. План чего? Побега? Ну уж нет, одна я это сделать не смогу, тем более камеры видео наблюдения есть чуть ли не в каждом коридоре. Итак, нужно немедленно выучить японский язык. Несколько лет спустя Сегодня пятое июля. Прошло ровно три года с половиной, как я попала сюда из полицейского суда. Из раза в день я становлюсь на разминку, в очередь в столовую, в очередную драку в бок о бок со своими лучшими друзьями. Нас боятся все до единого. Даже надзиратели предоставили нам устрашающее название как «Ужасное поколение S62». Они стали чем то ближе чем друзьями, но и семьей их назвать сложно. Изана, Ран, Риндо, Шион, Мочи, Мучо и Курай — были исключительной группой из семи подростков, родившихся в 1987 году, известной своими актами насилия. Её возглавлял Изана Курокава. Его могли не любить, но однозначно уважать и боятся, я никогда не встречала человека более сильнее, чем он. Я безгранична предана ему, ведь он спас мне жизнь, и подарил то, что я никогда не чувствовала. Два года назад, в мой первый год в колонии я не верила в себя и хотела покончить с собой. В тот день я вела себя отстранённо. Никто этого не заметил, кроме одного. Раньше я с ним даже взглядами не пересекалась. Как обычно заходя в столовую, я взяла поднос с едой и села за стол около окна. Никак не могла сосредоточится. Соседний стол был слишком шумным, за ним сидели шестеро подростков. Раз, два, три — я взяла столовый нож со стола и медленно спрятала его в рукаве. Уже став, я чуть ли не хотела побежать — Зачем тебе нож? Убить кого то захотела? — послышалась около уха. Мои глаза чуть не выпрыгнули. Сердце застучало еще быстрее, руки начали потеть. Дыхание начало выпиваться в грудь. Я ни о чем не жалею, ведь именно этот день я обрела очень важного мне человека. С того дня я обрела шестерых новых друзей.