Говори.

Сокджину тоскливо и скучно. Он вдруг больше, чем когда бы то ни было понял, что слова в этом мире необязательны для человека. Всегда всё было так. Омега уже и не помнит своего голоса. Вот и распаляющийся о чём-то в его комнате старший брат яро размахивает руками, ведёт живой диалог вроде бы и с младшим, но в то же время и не сним. Он звонко задаёт волнующий его вопрос, на секунду замолкает, чтобы посмотреть в спокойное молодое лицо омеги и, будто Джин ему ответил, кивнул удовлетворенно, продолжая свою тераду. Омеге даже не обязательно слушать о чем речь, вникать. Ведь его мнение спрашивается лишь для видимости, к нему не прислушиваются. Потому он не говорит. Джин меланхолично постукивает тонкими пальцами по круглому дубовому столу, смотря на мягкий,такой родной и уже привычный пейзаж. Брат для него становится фоном, очень шумным, сумбурным и неуместным в спокойствии его приёмной светлицы, что даже уже и всё равно. Пускай говорит, кричит, жестикулирует, живёт своими мыслями и планами, ведь омега не так уж и необходим как человек– больше как стена или пустота, которая выслушает( ага, конечно) и не выдаст твоих тайн(кто бы ещё слушал, мда...) Спустя время Соëль замолкает, трет лоб, покрытый испариной прошедших эмоций и начинает остывать. С минуту ничего не происходит и Сокджин уже поворачивается к Альфе с мизерным интересом на дне антрацитовых глаз, но Соëль резко выдыхает, трет большие ладони друг о друга и порывисто подходит к омеге, чтобы поцеловать чистый сокджинов лоб... – Спасибо, что выслушал. ... чтобы стремительно покинуть комнаты младшего и хлопнуть дверьми, оставив прекрасную фигуру принца. Одна из служанок робко смотрит на своего господина, который никак не реагирует ни на что: не вздыхает, не прикрывает глаз; лишь размеренно моргает и дышит. В свете осеннего тёплого солнца Бэурга, пышные шёлковые юбки Сокджина и меховые накидки с золотыми украшениями кажутся такими вдруг тяжёлыми и старыми, что служанка вздрагивает от своих мыслей– нельзя порочить чужую честь даже мысленно. – Ваше высочество... - тихо говорит она- может подать чай? Сокджин отворачивается к окну, перестав постукивать пальцами по дереву, ничего не отвечая, ведь девушка уже ушла в задние комнаты для приготовлений к чаепитию.