Говори.

Переговоры прошли удачно. Первая живая фигура в окружении Сокджина так больше и не появлялась на горизонте, и жизнь одного омеги опять попахивает кладовкой. Принц шуршит подолом длинного платья, и чуть слышно позвякивание серьгами в ушах, когда он проходится вдоль полок с книгами в закрытой библиотеке дворца Бэурга. Даже в этом, всегда спокойном и всеми забытом месте, воздух чище, чем во всей жизни Джина. Он отделался от сопровождения одним ледяным взглядом и многозначительным хлопком парадной комнаты своих апартаментов. Он читает книги не особо заботясь о жанре произведения. Логика его чтения проста: начать с раздела на букву "А" и закончить на последней книге в библиотеке. За свои семнадцать омега дошёл уже до буквы « Б». Порой ему даже думается, что он умрёт сразу же, как только прочтёт последнюю строчку из всех королевских собраний. Будь то анатомия, политика, литература или история – Джин просто читал. Медленно и методично он убивал время так же, как и его монотонность убивало Омегу. – Вы любите астрономию? В абсолютной тишине зала и души Сокджина послышался мягкий бас Ким Намджуна. Омега так испугался, что только и смог, что с открытым ртом смотреть на гостя, возвышающимся над ним и смотрящим в книгу. На мочке чужого уха покачивалась тонкая графитовая кисточка с белым жемчугом в золоте; рубашка была свободной, как если бы альфа готовился ко сну, но вдруг , неожиданно даже для самого себя, оказался рядом с омегой в библиотеке на другом конце света. Принц теряется не столько оттого, что рядом с ним незнакомец, сколько оттого, что от него ждут ответа. Впервые в жизни Сокджина кто-то терпеливо ждёт, что скажет омега. И как назло, чувство радости, растерянности и предвкушения затапливают юношу настолько, что он не может собрать слова в предложения, ведь в голове одновременно всё и ничего. Его губы размыкаются и смыкаются, а глаза увлажняются от досады и обиды на самого себя. Боже, как же давно Джин не говорил!.. Видя метания и эмоции юноши, альфа по-доброму улыбается и терпеливо ждёт, но, когда видит чужие слезы, охает и торопливо берётся за хрупкие плечи привлекая к себе внимание. Мужчина ещё при первой, тогда, в саду, наблюдал за спокойной и плавной фигурой принца Бэургского и его взаимоотношениями с отцом. Омега выглядел откровенно несчастно от пренебрежительного и поверхностного отношения к себе. Поэтому сейчас Намджун спокойно встречает чужой влажный взгляд и тихо шепчет: – Не пугайтесь. Дышите. Вот так– он мягко тянет слоги, словно обращается с ребёнком– а теперь соберитесь с мыслями и скажите первое, что придëт на ум. Ну? Мерный бас отрезвляет, а мозолистые от меча пальцы на щеках подбадривают маленького омегу. – Я... – слышит Ким, и дыхание его спирает от той нежности, что пронзает его сердце, как если бы его ребёнок сказал свои первые в этой жизни слова– ... жив.