Милая или все же прелестная?

Люди везде. Люди разные, их цели, их внешность, их мечты, их мысли. Все разное, они смешанны, ты никогда не угадаешь, что творится в голове у незнакомого человека и что скрывается под твердой маской нержавеющего этикета. Общество опасно, но для кого? И от каких личностей надо скрываться, чтобы не попасться в очередную ловушку? Париж манит, город любви и влюбленных...Когда о нем рассказывают, то совершенно не ошибаются в своих высказываниях, но можно сказать намного кратче и правдивее - это город чувств, различных, разнообразных на одной территории. Язык, который внятен, но ясен только жителям. И многие не хотели понимать его внутренний мир, восхищаясь только его красотой. Ему привычны слова: "волшебный", "необычный". Все кто там бывал не будут спорить насчет этого, а всего лишь будут мечтательно кивать, в мыслях желая попасть туда снова. Но нет. Это все от части пустые слова. Я расскажу о другой части столицы Франции, той о которой принято молчать. Там грязно, мерзко, люди проходя там зажмуривают глаза и закрывают нос, дабы не чувствовать этот запах, несущийся по всем ближайшим кварталам, люди привыкают к нему, они поддерживают этот беспорядок и убираться там никто не собирается. Частые забастовки, каждый раз причины все абсурднее и абсурднее, жители всем недовольны и им не нравится та свобода, которую им дают. Воры, воры и еще раз воры, иначе карманники. Они везде, так же много, как и мусора, хотя между такими личностями и отбросами нет ничего различного. Хитрые и грубые, пытаются продать все, что угодно, главное продать и желательно краденное, ведь такие вещи обычно не задерживаются у маргиналов, вдруг задержат по подозрению? Кто знает, что повернется завтра, через неделю или через год. В городе любви везде криминал, даже полиция применяет чересчур страшные методы правосудия, но что странно, на все это закрывают глаза, в колледжах об этом не говорят, в школах, среди коллег и друзей, люди попросту молчат. Фурнье размышляла об этом, она глубоко понимала, что расхваленный город, совершенно не такой, какой показывают его другим. Больно, что даже города не могут принять свои очевидные недостатки, хотя если бы все в мире было бы правдой, то наверное Париж бы не стал туристическим городом. Там страшно, кажется, что некоторая часть населения заучили красивые слова, ведь все жители понимали суть происходящего. Андри медленно обходила пугающие проулки, даже Куффен обычно невозмутимый, был невероятно обеспокоенным. Ведь в Париже прошла очередная забастовка и люди, которые приняли ту или иную сторону, от безумства могут сделать все, что угодно, некоторые магазины закрыли, света не было и ставни окон наглухо закрыты, там же не редко случаются грабежи во время таких мероприятий. - Как ты думаешь, этот город способен вообще изменится? - сухо проговорила обладательница серых глаз. - Да, но дело даже не в самом городе, а в жителях, ведь люди губят город, при чем не имея чувство стыда. - Лука обвел взглядом улицу, немного потупив на месте, он все же достал телефон, немного полистал и указал пальцем направление. - Нам туда. - Он закрыт скорее всего. - Может быть, но проверить все-таки стоит. - Мне на самом деле страшно здесь ходить, сейчас на улице пусто и очень напряженно. - Удивила, наверное я тоже это заметил? - насмешливо указал Куффен. - Пошел к черту, я лишь говорю, как есть. Тебе же тоже неприятно здесь находится, особенно в трех кварталах от безопасного района? - Ладно, ты как всегда права, ягодка, но все же не стоит отчаиваться, Эйфелева Башня не упала и все пока что живы, ну не все, но..Так хватит, не будем о теме протеста. - Нет, у меня есть вопрос, я новости не смотрела, эти очередные восстания из-за чего?? - Рост цен, милая. - Да, сигареты теперь стоят 4,29 евро теперь. - Позитивно? - Определенно. - криво улыбнувшись вымолвила Андри. Они пришли, дорога была действительно долгой, так как еще пришлось прятаться от мелких групп, которые стояли у брендовых магазинов, с лозунгами по типу: "Верните прежние цены!", "Поднимите зарплату!". На это было жутко, ведь на что готовы пойти обычные граждане и власти, ради того, чтобы просто жить спокойно, при том, что иные государства даже не задумываются об этом. Ежедневные пасмурные дни стали еще темнее, ведь самостоятельно находить что-то позитивное уже стало невероятно сложно. Становится плохо от собственных мыслей. На удивление салон был открыт, только людей совсем не было, когда друзья зашли в помещение, внезапно стало очень холодно, под гнетом давящих стен из темного дерева, консультант лениво сидел за стойкой, листая ленту инстаграма, парень обернулся: - Добрый день, что-то подсказать? - Да, мы хотели про- Что "про"? Они даже не продумали, что будут делать, когда зайдут. И вдруг Лу выпаливает: - Нам срочно нужна гитара, в скором времени у нас будет выступление, а забастовки совсем ни к чему. Консультант мило улыбается и продолжает: - Тогда давайте говорить чуть точнее, месье. Какая вам нужна гитара? Я могу помочь вам с выбором. - Да, только вы бы не могли указать моей спутнице, где здесь уборная, а то у нее диабет, немного неудобно.. - Не нужно подробностей, справа по коридору, только не путайте со служебным помещением, это настоятельная просьба. - Спасибо. - от неожиданности момента Фурнье прохрипела что-то невнятное и сразу ретировалась из душной комнаты. Итак, Куффен понятное дело отвлекает, но что делать ей? Правильно. Искать помещение, которое будет вызывать хотя-бы чуточку подозрений, а если сделать, как настоятельно просил консультант не входить в служебное помещение, то может быть это окажется полезной информацией для плана девушки. Она медленно обходит громадные двери, каждая из них пронумерована и на них висят таблички, кто где находится, но нужна конкретная, чтобы проверить теорию, хотя это даже немного глупо, но все же лучше, чем ничего. В этой внезапно ставшей холодной комнате, под гнетом давящих стен из темного дерева, сидит человек. Фурнье замерла, кажется...он в отключке? Парень, наверное лет 15 от силы 16, он выглядит неопрятным и волосы все растрепаны. Среднестатистический подросток какой-нибудь хреновой и отбитой школы твоего прошлого, он буквально разлегся на стуле, его тело абсолютно неподвижно, и самое страшное, что когда-то руки могли касаться чего-то светлого, что-то действительно прозрачно-доброго, но он здесь. В пространстве стоял мерзкий запах выкуренной травы, воздух был буквально ядом, который действовал медленно и болезненно. В дверях комнаты комком лежит черный атлас, пропитанный чужой кровью, чужой смертью, которую не удалось предотвратить. Блондинка подошла к телу, да..Он действительно мертв. Сын чьих-то родителей, ученик какой-то школы и чей-то лучший друг сидит здесь, без дыхания, у него передозировка. Кровь на его руках аккуратно, как бы невзначай подсвечивает лучик солнца, который выглядывает из плотно закрытых штор, следы рвоты до сих пор красуются на полу. Он труп. Кажется сероглазую точно бросило в жар, от бессилия и отвратительного запаха в комнате становится тошно, девушка закрыла руками лицо и ощутила насколько сердце разрывает нестерпимая боль. Откуда-то сбоку надоедливо тикают часы, этот звук в ушах уже зациклился настолько, что кажется, будто стрелки идут не вперед, а крутятся назад, вместе с тем отматывая время, пытаясь обмануть всех. Здравый смысл отворачивается от Фурнье, она просто погружается в минутную прострацию, состояние шока. Она слышит шаги по коридору, из рук чуть ли не выпадает мобильный телефон..