Часть 3
26 июля 2022 г., 21:53
***
Фотография оставляет на себе мимолетное мгновение, в основном - неживое. Напряжённые, застывшие лица, навеки смотрящие в одну точку. Для неё существует лишь краткий миг, без истории и чувств. Такого человека, как в момент съемки, не существовало до, да и не будет существовать после. Юра был совершенно иным. Он не выглядел хмурым или излишне серьезным. Весь он, от головы до пят, излучал спокойную уверенность. Юрин взгляд не блуждал по лицам прохожих, не изучал витрины, но и не был опущен в пол. Казалось, Юрий ещё в начале улицы заметил Женю и с того момента не отводил глаз. Шагал мужчина размеренно, обгоняя медленных прохожих, но не срываясь на торопливые, размашистые шаги. Вспоминая, как солнце подсвечивало Юрины волосы, делая их темными, но в то же время золотистыми на кончиках, Женя невольно засматривался на мужчину напротив, желая запомнить этот по-простому красивый цвет. —Что вы будете заказывать?— кашлянув, проговорила официантка. В ответ Женя виновато на неё глянул, по ее голосу было ясно, что спрашивают уже не первый раз. Тыкнул пальцем в первое попавшееся. Еда не важна. Женя моментально забыл, что минут десять изучал меню, будучи уверенным, что выбор этот невероятно серьезный. Официантка повторила заказ и, почему-то, осталась на месте. Женя трактовал бы ее взгляд как хитрый, не будь он уверен, что ошибается. С чего бы ей так смотреть? —Вам, может, свечи принести?— медленно, растянув несколько гласных, произнесла она, смотря то на Юру, то на Женю. —Зачем?— не понял Женька. —Ну,— снова протянула она.— Понимаете, вы такой тёмный угол выбрали,— девушка остановила взгляд на Юре.— Да и... —Нет. Мы бы хотели просто поесть,— сухо ответил Юра, даже как-то строго смотря на девушку. —Да-да, конечно,— торопливо исчезнув, официантка оказалась у другого стоика. Юра вернул своё внимание Жене. Его внимательный, умный взгляд ничего не требовал, лишь предлагал выбрать тему диалога или молчание. Это был какой-то магическое умение, волшебство. У Юры был восхитительно говорящий взгляд, который, как отметил Женя, невероятно пригодился бы на работе с ребятней. Вот так глянешь раз - и все всё поняли. Евгений мог быть строгим или серьёзным, даже порой успокаивать класс собственным молчанием (навык, приобретённый годами). А вот так смотреть - не умел. А вдруг Юра знал, как передавать мысль из головы в голову? Вот так просто - раз, и другие слышат, что ты предлагаешь, отвечаешь или даже спрашиваешь. Поэтому он и был таким молчаливым, зачем же Юре говорить в таком случае? Вот бы мое воображение, да в литературное русло, подумал Женя. А то рассказы собственного сочинения он забросил лет так пять назад, а про Юру… Женек так бы и молчал, выдумывая всякую чепуху, если бы не мысль, что подозрительно легко официантка общалась с Юрой... —Ты что, знаком с нашей официанткой? —Можно и так сказать,— вздохнув, пробубнил Юра. Женя не перестал смотреть выжидающе, слегка прищурив глаза, поэтому Юра продолжил: —Это сестра моя младшая, Аней зовут. —Серьезно? Женя нашёл девушку глазами. Анна легко вышагивала с подносом, полным еды, слегка улыбалась. Теперь сходство его нового друга с девушкой были очевидны: те же светло-русые волосы, только длинные, собранные в хвост. Ещё высокий, прямой нос и внимательные глаза, только у неё карие, а у Юры темно-зелёные. Даже походка была похожая; из-за неё Женя решил, что они росли вместе, и если не были друзьями, то хотя бы приятелями точно друг другу приходились. А Юра продолжал смотреть ровно в глаза. Пристально, спокойно. Со временем это начало смущать Женю, поэтому он начал говорить обо всем подряд: синоптики обещали аномальную жару, бездомные собаки, так пугающие Женю, продолжали бегать по улицам, а в любимом кафе подорожали любимые корзиночки, поэтому теперь он не может лакомиться ими так часто, как хотелось бы. Болтая, Женя отметил, что Юра ловит взглядом каждый взмах руки, каждое покачивание головой или же покручивание вилки. В то же время у самого Юрия была скованная жестикуляция, на его лице не появлялась непринуждённая улыбка. Юра был очень тихим. Задумываясь, он слегка опускал голову, начиная смотреть исподлобья. Женя узнал этот взгляд. Не зная обстоятельств, не слыша, что говорит Юра, мужчина казался, мягко сказать, недоброжелательным. —Я принёс тебе книгу. Юра начал вытаскивать ее из своей потертой, явно пережившей не один десяток лет, сумки. Женя ожидал нечто потрёпанное, с выпавшими страницами… Но книжка находилась в прекрасном состоянии: корешок не был сломан, а страницы пожелтевшими или загнутыми. Вспомнив свою «библиотеку», Женя даже слегка смутился. —Возвращай, когда захочешь,— Юра слегка сжал губы. — Можешь, если понравится, оставить себе. —Серьезно? Спасибо! Да не стоит, я, конечно же, верну!— Женя проникся нежностью и благодарностью. Он близко к сердцу принимал всякие мелочи. Евгений сделал глубокий вдох, но живот все равно свело приятным неопределимым чувством. В ответ Юра полуприкрыл веки и на лице появилась что-то наподобие улыбки. Около глаз появились слабые мимические морщинки, а уголки губ едва заметно дрогнули, замерев в слегка приподнятом положении. Был бы Женя более внимателен к мелочам… Укажи ему кто-нибудь на это, и он бы замер, внимательно следя за лицом собеседника… Как же ему были важны такие искренние улыбки! Но момент уже упущен. —А где ты работаешь, если не секрет?— полюбопытствовал Женя. —Сторожем,— немного подумав, Юра добавил: —И в ветеринарке. —Как? Подожди... В ветеринарке кем? Ветеринаром? У вас что, плохо все совсем? В смысле, подработка ещё нужна? Да, я совсем дурачьё, подумал Женя. Детям говорю, что они «болтушки» и в сочинениях от темы отходят, а сам-то... В сочинениях, конечно, от тем не отхожу, но болтаю за двоих уж точно! Что ж за человек-то? Совсем нежного, скрытного Юрочку не берегу. —Я не совсем ветеринар, поэтому и устроили меня ещё и магазин охранять. Удобный нашли, что я сутки могу там просидеть, а потом несколько дней свободен. —Как это, не совсем ветеринар? Юра подождал, пока Аня выставит на стол напитки, глотнул чаю. Они сошлись на любви к нему, поэтому и заказали один чайник на двоих. К другим напиткам, например, к кофе, относились без уважения. Женя не мог понять, как кто-то всерьёз мог любить эту коричневую горькую бурду, а Юра так напивался кофе на «сутках», что не мог смотреть на него в остальные дни. —Я - ветеринарный фельдшер. Чутка меньше учиться на него, — Юра как-то неопределенно наклонил голову.— Анюта зверьё всякое домой тащила, вот я и натренировался, а потом, когда выбирать профессию нужно было... Юра не стал продолжать мысль. А Жене оно и не нужно было, сам так же в «Пед» поступал - натренировался, а потом выбирать нужно было… Юрий, по всей видимости, к еде придирчивым не был. Иначе как тут объяснишь его интерес к махинациям Жени? Ведь Евгений лишь со всей серьезностью осмотрел блюдо, недоверчиво тыкнул в соус и принюхался, потом положил малюсенький кусочек чего-то на язык, подумал немножко, проглотил, фыркнул, сделав для себя какой-то вывод, и только потом, со спокойной душой, начал есть; а Юра удивился такой простой предусмотрительности. Поев, они не стали засиживаться, решив прогуляться до Жениного дома. Точнее, пойти они пошли, но Жене пришлось вернуться за очками. Именно в тот момент он пересекся глазами с Анной, и та сразу же подошла поговорить: —Что-то забыли? —Очки. —Очки? Которые у вас на голове? Женя хлопнул себя по лбу и под рукой действительно оказались очки. —Ну конечно! А я думаю, что Юра меня звал… А он про очки сказать хотел. —До свидания тогда!… Подожди, что это у тебя? — спросила девушка, глядя на книгу. —Юра почитать одолжил. —Свою книгу?— девушка вскинула брови. —Ну не новую же мне купил!— Женя улыбнулся, но сразу же уточнил: —Или он мог? —Вряд ли. Мы деньгами на ветер не бросаемся,— отвечая, девушка удивлённо смотрела на него. Так, что Женя даже почувствовал дежавю. Обменявшись с девушкой любезностями и обещая прийти ещё раз, он пошёл на выход. Хорошо хоть, что Евгений не мог видеть внимательный взгляд улыбающейся Анны, устремлённый ему в спину, а то бы точно почувствовал какой-то подвох.***
Юра подстраивался под него, но это, честно говоря, не помогало. Уже давно Женя ни с кем не гулял и это чувство, обжигающе неловкое, забылось. Евгений торопливо, совсем по-детски, семенил, переставляя одну ногу вслед за другой с невероятной скоростью. Столько усилий ему требовалось, чтобы идти как среднестатистический человек. А Юра вообще не имел, по скромному мнению Жени, никакого стыда, потому что делая неторопливые шаги он все равно обгонял Женьку! Женя закипал. Это же надо, он, серьёзный, статный, уважаемый педагог, выглядел как первоклашка, торопившийся на первое сентября. Евгений никогда не отличался взвешенностью. Именно так Женя объяснил себе колкость, которая, сама по себе, вырвалась у него изо рта: —Ты всегда такой скоростной? Вышло недовольно, язвительно и не очень понятно, потому что он запыхался настолько, что делал вдох после каждого слова. Женек успел заметить, как Юра приподнял брови, но в остальном - мужчина просто пропустил мимо ушей его слова. —Ну же? Не ответишь мне? —Ты намекаешь на что-то?— остановившись, Юра серьезно посмотрел на него. Женя хмыкнул, продолжая глубоко дышать. —Не смей так укоризненно глядеть, Юр! Разве не ты мне писал про тёплую кроватку?— Женя насмешливо вскинул брови, хитро заулыбавшись. Ему было все равно, что это он начал ту часть переписки, и Евгений чувствовал, что Юре тоже на это все равно. — Я думал, мы успели перейти к разговорам о сексе. Юра ещё пару секунд оставался на месте, обдумывая сказанное, потом же рванул с такой скоростью, что Женя догнал его совсем не скоро. Пока он бежал за, по всей видимости, каким-то легкоатлетом, которой мстил за спокойное безразличие к своему спорту, в голове успели смениться, казалось, тысячи мыслей. Как он мог добровольно отказаться от этого? Нет, конечно, у него была Леся, да ещё парочку друзей-приятелей, с которыми он мог скоротать какой-нибудь вечерок. Сравнилась бы его поголовно женатая компания с таким живым и забавным Юрой? Таким необычным, скрытным, но в то же время... небезразличным? Женя готов был поклясться, что Юре он тоже был интересен. И Юрий показывал это, точно показывал, просто одному ему известным способом. Да, он рассказывал о себе вдвое меньше, чем Женя, но рассказывал же! Отвечал на сообщения, даже шутил временами... Солнце подпекало руки, свободные от одежды. Конечно, он не стал мазаться излюбленным «санскрином», так как, несмотря на предупреждения синоптиков, Женя не верил в такую чушь, вечер же, какое ещё палящее солнце? Его светлая, тонкая кожа начинала ныть и гореть. Точно сгорят же, раздосадовано думал Женек, слегка потирая руки ладонями. Воздух был спертый, особенный, каким бывает только редкими вечерами после жарких, безветренных дней. Жене уже порядком поднадоело бежать, поэтому он обрадовался, обнаружив, что Юра ждёт его на одной из скамеек около скучной серой девятиэтажки. Женька плюхнулся рядом: —Меня проводить хотел, а не свернул перед «зеброй». Теперь не пойми где... Какое-то время они молчали. Женя вспотел, уже не чувствовал ног в туфлях с круглым носом и ужасно устал, как не уставал давно. Медленно вдыхая горячий воздух, наблюдая за муравьишками, бегающими около его ног, он был счастлив. В этот вечер ему можно было все. Даже так необдуманно называть себя счастливым. Даже сидеть, раскрасневшись от бега и глупо улыбаться. Даже… —А пошли ко мне?— глубоким, манящим шепотом.
