Последствия

      Куромаку считал, точнее пересчитывал все собранные за три месяца деньги. С особенной тщательностью он просмотрел конверт, что вчера принёс Пик, думая, как сократить расходы. Впереди была электронная оплата счетов за воду и электричество. И, чуяло рациональное сознание, сумма будет, конечно, не баснословной, но, наверняка, приличной.       Зонтик сидел поблизости, читая что-то из библиотечных книг Создателя. Его присутствие совершенно не отвлекало, однако, Куромаку, то и дело косился на одномастника, когда тот переворачивал очередную страницу. Лицо Зонтика оказалось, на удивление, эмоциональным. Он то напряжённо поджимал губы, то хмурился, то удивлённо распахивал глаза, демонстрируя весь свой эмоциональный спектр.       Зонтик озадаченно моргнул, оторвав взгляд от книги и направив его прямиком на второго. Куромаку только сейчас понял, что одномастнику удалось полностью завладеть его вниманием, отвлекая от необходимых расчётов. Но сейчас его это, почему-то, совершенно не беспокоило. Зонтик нерешительно улыбнулся, откладывая книгу и подсаживаясь ближе.       — Нужна помощь? — мягко спросил он, посылая табун мурашек по чужому позвоночнику. Шестого хотелось обнять, прижаться как можно ближе, чтобы внутреннее тепло, хлещущее через край, наконец получило свободу. А может… может, не только обнять…       — Утречка, — ввалился на кухню Вару, разрушая своим присутствием атмосферу.       — Уже день, — констатировал Куромаку, мысленно посылая пятого на все четыре стороны, лучше по частям.       — Ничего не знаю, у меня утро, — парировал тот, отхлебывая прямо из горлышка чайника.       — Это не гигиенично, — пропищал Зонтик, наблюдая за таким кощунством. Вару, правда, его проигнорировал.       — Бе, гадость какая, — выплюнул воду пятый, вместе с эти сливая остатки жидкости из чайника в раковину, — сплошная накипь. Что читаем?       Забыв о воде, Вару ухватил книгу Зонтика, разглядывая мягкий переплет. Несчастный шестой не успел выхватить вещь из чужих рук, с ужасом наблюдая, как история без какой-либо закладки захлопывается.       — Ты идёшь? — окликнул из коридора Пиковый король.       — Ага, сейчас, — ответил Вару и перевёл взгляд вначале на, чуть не плачущего, Зонтика, а потом обратно на книгу, — чушь какая. Я тебе интереснее притащу.       С этими словами он скрылся в дверях кухни, а шестой с усердием принялся листать книгу, выискивая то место, на котором остановился. Куромаку хмыкнул, погружаясь обратно в расчёты. Желание обнять Зонтика, правда, никуда не исчезло.

***

      — У меня есть гениальная идея, — внезапно произнёс Вару, когда они с Пиком отошли на достаточное от квартиры расстояние. Их свидания после непродолжительного перерыва возобновились и пятый всё ещё планировал нечто грандиозное и запоминающееся.       — Что на этот раз? — мрачно поинтересовался восьмой.       — Пошли, в библиотеку сходим, — резво ответил Вару. Брови Пика в удивлении поползли на лоб, на что пятый лишь загадочно ухмыльнулся. Пусть, грандиозно и не получалось. Зато запомнится уж точно.       Центральная библиотека встретила их почти вековой пылью полок книжного зала и абсолютной тишиной. Такое состояние было вполне естественным. Кто вообще в здравом уме попрется в библиотеку, когда современные технологии позволяют скачать из Интернета что угодно? При том, летом? Особенно, летом! И, судя по всему, Пик мысли своего одномастника разделял, угрюмо осматривая малознакомое здание.       Молодая девушка-библиотекарь сидела в телефоне, не обращая на пришедших никакого внимания. Вару ткнул Пикового короля локтем, указывая на неё пальцем и болтая что-то о шикарной подработке.       — Чего вам? — наконец соизволивши оторваться от залипания в телефоне произнесла девушка.       — Почитать бы, — ехидно ухмыляясь и чуть ли не потирая ладошки в злодейском жесте, произнёс Вару. Что-то хмыкнув, библиотекарь встала из-за стола.       — Читальный зал там, — махнув рукой в одну из дверей, она с чувством выполненного долга, сразу же села обратно.       — Не, нам бы, с собой, — отозвался Вару, расплываясь в ещё более ехидной улыбке. Девушка снова хмыкнула.       — Фамилия, — коротко буркнула она, выуживая на стол перед собой читательские карты.       — Нечитайло, — мгновенно отозвался пятый, — Ва… Эм, Фёдор.       Зашелестели бумажки. Вару поймал краем глаза глядящего от скуки по сторонам Пика, уже несколько жалея, что решил запомнить свидание вот таким образом. Однако, если он реально найдёт то, что ищет, игра стоит свеч.       Когда бюрократические моменты были улажены. А заверение о том, что «Федя» обязательно дочитает и вернёт «Энциклопедию искусства» в следующий раз, было выдано в письменной форме. Вару, наконец ухватил Пика за локоть и потащил вглубь стеллажей.       — Короче, есть здесь одна такая штука, — зашептал Вару, — книгообменник называется. Сейчас дойдем, я конкретнее объясню.       Попетляв немного среди стеллажей, чтобы окончательно развеять подозрения единственного библиотекаря, пиковые прошмыгнули вглубь зала.       — Вот оно, — продемонстрировав совершенно не впечатляющий книжный угол, разразился в полголоса пятый, — короче, книги тут не библиотечные и не те, которые несовершеннолетним легко добыть. В основном порнуха, но есть и просто чернуха. Мы их, типа, меняем друг у друга. Если кто-то книгу забирает, обязан притащить что-то из своего. Есть и те, кто ищут что-то конкретное. Тогда оставляются запросы и ждут…       — Только не говори, что эту систему установил ты, — фыркнул Пик, на что Вару ухмыляясь кивнул, — серьезно? Нафига?       — Да, мне скучно было, — ответил тот, — торчать в квартире с этими не хотелось, вот я сюда и набрёл, пока искал что-нибудь интересное. Да и заработок дополнительный не помешал.       — С этого момента поподробнее.       — Короче, это ж библиотека. На каждой книге должен быть серийный номер и вклеен специальный кармашек. Если первое, — Вару выудил между полками черный фломастер, — написать можно от балды, то второе фиг получишь. Так что, я собрал одну штуку. Точнее, не совсем я, но… А, не суть.       Пятый выдвинул четыре толстые тома с протертыми корешками. Те мгновенно разместились стопкой на полу, оказавшись срезанными наполовину. В образовавшемся разъёме показалась маленькая машинка, напоминающая кондукторскую «билетницу», правда только издалека. Трубки из-под сока на соединениях, неровно склеенный пластиковый корпус, кривой ржавый гвоздь сбоку — всё это ясно давало понять самодельность предмета. Вару любовно извлёк машинку на свет тусклых библиотечных ламп.       — Эта штука даёт тот самый «кармашек», — хмыкнул он, вертя приспособлением, — вот сюда просовывается пятидесятирублевая купюра, а отсюда вылезает бумага. А чтобы её открыть, надо иметь ключ.       — И что, никто не догадался вскрыть её до тебя?       — Сейчас проверим.       Вару поддел ногтем одну из кривых пластин. Та с треском отлетела на пол, демонстрируя странную систему сцепления двух половинок машинки, держащихся на маленьком замочке от блокнотного дневничка. Выудив откуда-то из карманов не менее маленький ключик, пятый открыл замок. Нижняя часть машинки чуть не рухнула вниз, если бы Вару во время её не поддержал.       — Денежки мои, денежки, — почти пропел он, разглядывая накопившиеся купюры.       — И никто не догадался открыть её или накрайняк унести с собой, — хмыкнул Пик, судя по виду теряя веру в разумность человечества.       — Ты что? Она ж громоздкая. Не заметить невозможно.       — Но ты же её принёс.       — Так я по частям, а Габри её уже здесь собрал.       — Габриэль?       — Ну, типа, да. Я придумал, он сделал. Если хочешь знать, Габри много чего собрать может.       — Телефоны с антресоли тоже?       Вару на секунду задумался, расположив разобранный агрегат подмышкой.       — Возможно и может. Надо будет спросить, — наконец ответил он, а после вновь ухмыльнулся в привычной манере, потряхивая смятыми купюрами, — у нас тут прибавление. Как думаешь, если сложим всё вместе, хватит на покупку документов?       — Посмотрим, — мельком просмотрев деньги, и сложив их в свой карман, игнорируя возмущенное «эй!», ответил восьмой. Вару чуть насупился, всучил одномастнику половинки машинки и отошёл к книжным полкам.       — О! — внезапно произнёс он, выуживая какую-то книгу в мягком переплете, — ну-ка… Да! То что надо.       Пика особо не интересовала книга, но её разглядывание было всё же лучше, чем аппарата из говна и палок. Вару захлопнул книгу, нарочно пряча корешок с названием от заинтересованных золотистых глаз.       — Дай-ка, полтинник, — прихватив из чужих рук машинку, произнёс Вару. Книга отправилась на близлежащую полку, по-прежнему прячась от пытливого взгляда.       Купюра вошла не с первого раза. Кривой гвоздь, оказался крутящей ручкой, помогающей проталкивать деньги внутрь механизма. Когда пятидесятирублёвка протиснулась полностью, показавшись снизу машинки, из другого конца полезла сложенная вдвое бумажка.       — Где-то тут должен быть клей, — выудив и кармашек, и купюру, Вару вновь вручил машинку Пику. Препираться по поводу и без не было смысла, поэтому восьмой просто поставил агрегат на полку, ожидая, когда Вару закончит.       — Что ты взял? — спросил восьмой, когда душное помещение библиотеки осталось позади.       — А, это? — повертев в руках книгу, на облезлом корешке которой можно было разглядеть, разве что, начало фамилии автора, спросил Вару, — это для трефовых. Курилка же у нас фанат советской тематики. Пусть наслаждается. Сам читать не будет, Зонту отдаст. Так что, в любом случае не пропадёт.       Он не смог сдержать ехидной ухмылки, с каждым словом сияющей всё ярче. Пожалуй, причиной тому был автор книги, чья фамилия, начинающаяся с «Соро…» выглядывала с потертого корешка.

***

      Габриэль давно был заинтересован в антресоли, а особенно в её содержимом. Его большая шестерёнка, которую первый использовал в качестве волчка, неизвестно куда задевалась. Хотелось несколько пополнить запасы деталей. Да и осмотреть, наконец то, что Создатель любовно назвал «работающими телефонами».       Четыре месяца назад Габриэль залез сюда впервые, в поисках чего-нибудь интересного. Вару тогда уже периодически контактировал с ним, а потому отрабатывал этот контакт в качестве страховщика, придерживая табурет. Ничего особо ценного не обнаружилось. Разве что, старое радио, которое первый клон благополучно разобрал. А потом собрал. Правда, уже не помнил, зачем. Но родители Фёдора несколько напугались, внезапно заговорившему радио, которое, по заверениям старшего поколения, было сломано не первый год.       Обувная коробка из плотного картона действительно оказалась там, где говорил Создатель. Содержимое, правда, оставляло желать лучшего. Большая кнопочная дешёвка, видимо, купленная по акции, выглядела вполне презентабельно. Видимо, пользовались ей недолго, сменив на более практичную модель. Старенький Нокиа, мелькающий в мемах Интернета, как нечто неубиваемое, тоже смотрелся вполне ничего. А вот у старого раздвижного нечто шёл трещинами не только экран, но и корпус. Вероятность того, что он вообще заработает была крайне мала. Так же в моральный утиль отправились два сенсорных телефона, после обнаружения отсутствия аккумуляторов.       — Что, уже преступил к починке? — появившийся возле дивана Вару, оторвал первого от разбирательств. Тот только кивнул, погружаясь с головой обратно в коробку неисправных телефонов.       — А я тут тебе это, зарплату принёс, — Вару присел рядом на диван, бросив взгляд на дверь. Пик, стоящий возле неё, недоверчиво подошёл ближе. Это несколько заинтересовало Габриэля. Ему не особо нравилось, что Пик плавно проникал в их выстроенный с пятым тандем. Но, видимо, с тем, что Вару не желал иметь секретов от одномастника, придётся считаться.       — Как обычно, треть от общей суммы, — протянул Габриэлю несколько купюр пятый. Тот вновь кивнул, пряча деньги в карман.       — Теперь понятно, откуда у вас двоих заначки, — негромко произнес Пик, — только идиот или мазохист оставлял бы вам чаевые.       — Не правда. Все мои клиенты были довольны и прекрасно понимали мой юмор. Я мог бы стать работником месяца, если бы не остальные, — состроив наигранно возмущенное лицо, заговорил Вару.       — Ага. Главным клоуном кафе, — беззлобно фыркнул Пик.       — Юмор, это искусство. Просто наше бывшее место работы не смогло по достоинству оценить стендап-дарования в моём лице и придумать подходящую должность.       — Ты уж реши, понимали они твой юмор или нет. Габриэль тихо хихикнул, привлекая внимание спорящих. Дискуссия с Вару слишком часто перерастала в театр абсурда, наблюдать за которой всегда было весело. Главное, участие случайно не принять.       — А, да, Габри, — сейчас первый уже пожалел, что прервал их, — у меня тут просьба к тебе. Знаешь же, что Создатель что-то планирует с нами и этой сладкой парочкой обсуждать. Не можешь подстраховать случайно? Просто постоять и послушать.       — А? Зачем?       — Да, чёрт поймёт, что ему там надо. А так, хоть свидетель в наличии.       — И что мне за это будет? — хмыкнул Габриэль. Отрываться от заинтересовавших его телефонов совершенно не хотелось. Надо было ещё проверить аккумуляторы и найти зарядные устройства. А такие разговоры обычно Вару отталкивали.       — Будет? Благодарность от самого великого Вару, — но, видимо не сегодня, — да серьёзно, это ж не на долго…       — Подстрахуй. Не убудет, — внезапно произнёс Пиковый король, на бессознательном уровне заставляя подчиниться. Габриэль вздохнул, смерив коробку усталым взглядом и лишь тогда согласно кивнул.

***

      Пиковые задерживались. Нет, откровенно опаздывали! Секундная стрелка коснулась назначенных цифр, а значит они давно должны были восседать рядом за столом. Однако, место пустовало и Феликса это злило.       — Ну, почему они не могут быть пунктуальнее? — трясясь от скапливающейся ярости, говорил четвёртый.       — Тогда это уже будут не они, — зевнув отозвался Ромео. Видимо, на него происходящее лишь навевало скуку. Что, в общем-то бесило Феликса не меньше, чем опоздание пиковых. От того, чтобы высказать своё недовольство, четвертого отвлек звонок планшета.       — Ну? Все в сборе? — появилось на экране лицо Создателя и, окинув взглядом комнату, помрачнело, — видимо нет…       — Мы планировали позвонить, когда дождемся Пика с Вару, но… — принялся пояснять Феликс.       — Ну там, типа альтернативной истории. Что будет, если совок продолжит существование. А ещё стихи. Куча стихов… — не узнать этот ехидной голос было невозможно.       — Зачем ему она? — и этот низкий тембр, тоже.       — Ему? Да, ни зачем, на самом деле. Просто эти двое вряд-ли прихватят хоть что-то отсюда. А так, от меня подарок будет, — голос Вару приобрёл издевательские ноты, — познают всю прелесть литературного троллинга…       Феликс мгновенно подскочил к двери, резко распахивая оную. Пиковые преспокойно стояли возле зала, беседуя ни о чём, и даже не обратили на появившуюся персону внимания. В порыве аффекта, четвёртый ухватил их обоих под руки и затянул в комнату, даже не обратив внимания, что компания состояла из трёх человек.       — Теперь все в сборе, — весело констатировал он планшету. Вару как-то по-детски передразнил его, но четвертого это не волновало. Пик вяло растирал запястье, за которое его хватанули. Вокруг него вилась уничижительная атмосфера, словно собака, оберегающая хозяина, что так же Феликса не волновало. Всё его внимание сосредоточилось на Создателе.       — Хорошо, — кивнул Фёдор, — тогда слушайте. Когда-то давно я пытался составить градацию зависимости карт от колоды, для понимания того, с кем стоит разговаривать, чтобы отправить всех обратно. На самом деле. Таблица вышла довольно занятной и… двухсторонней.       — В каком смысле? — прервал рассуждения Создателя Пик.       — Получилось, что не только вы зависимы от карточного мира, но и он от вас, — не отреагировав на дерзость клона, продолжал Федя, — насколько я помню, каждый из вас, с недавнего момента, носит свою карту при себе. Могу я взглянуть? Хочется убедиться в правильности теории.       Пока пиковые недоверчиво переглядывались, Феликс полез в карман.       — Вот, — поднеся карту к планшету, произнёс он и, по озадаченному взгляду Создателя, уточнил, — сильно изменилась?       — Фига, — изогнувшись так, чтобы взглянуть на чужую карту, вздрогнул Вару, — она ещё и деформироваться начала?       Феликс придирчиво рассмотрел лежащий на ладони картонный квадратик. Его некогда привычно-счастливое изображение, расплылось в какую-то пугающую маску, отсвечивая на жёлтом фоне. Масть всё ещё читалась, хоть и напоминала скорее красное пятно. И да, как и сказал Вару, края начали деформироваться, закручиваясь и отслаиваясь. Выглядело так, словно карту постирали, хотя этого определённо не происходило. Червовый самолично отвечал за стирку в квартире, да и не только за неё.       Феликс нервно вглядывался, пытаясь рассмотреть там прежнего себя, пока не почувствовал нежное прикосновение к руке. Ромео переплел с ним пальцы поддерживающе сжимая.       — Моя не лучше, — констатировал он, демонстрируя расплывшуюся розовым картинку, хотя контуры всё же угадывались, — складывается ощущение, что она себя изнутри уничтожить пытается.       — А у меня почему не так? Она только потемнела по краям, — выпалил Вару, демонстрируя свою и обернулся к Пику, — у тебя тоже?       — Без изменений, — выложив завершающую карту на стеклянный столик, констатировал восьмой.       — Хм… Странно, я думал, будет наоборот, — разглядывая сквозь камеру планшета стол, говорил Федя, — это потому, что влияние карточного мира ослабевает и он таким образом это показывает? Или метод запугивания? А если…       — Э! Создатель, в тебе что, вайбы Габриэля проснулись? — фыркнул Вару, давай ближе к делу.       — А? Да, о чём я так говорил? — опомнился Федя.       — Влияние карточного мира, — мрачно напомнил Пик.       — Да. Влияние… Я это к тому, что раз ваше влияние на карточный мир больше, чем его на вас, можно попробовать изменить карту под себя, — видя недоверчивые взгляды, Создатель дополнил, — вам, вроде, нужны были документы.       — Как? — мгновенно приблизившись к планшету, произнёс Пиковый король, на что Федя даже осознавая, что находится в другой стране, отшатнулся.       — Без понятия. Это только предположение, — неуверенно ответил Создатель, — вы же на интуитивном уровне понимаете, как обратно в карточный мир вернуться. Может и изменение карты сработает. Попробуй, там, сосредоточиться. Или что вы обычно делаете?       Пиковые вновь перекинулись взглядами.       — А что? Давай попробуем, — зашептал на ухо одномастника Вару, — что мы теряем? Если не сработает или меня туда затянет, ты ж меня вытащишь?       — Он его скорее в виде карты с собой таскать будет, — еле слышно обратился к четвёртому Ромео, — проблемный слишком. А так всегда рядом…       Феликс тихо рассмеялся, представляя себе такую картину. Волнение от того, что ещё чуть-чуть и его карта просто распадётся на составляющие, постепенно отступало.       Вару за это время успел придвинуть картонку обратно к себе, закрыть её руками и начать делать… что-то… Видимо, усиленно думать, пока, правда без видимого эффекта. Ну, разве что, лицо пятого от усилий приобрело цвет спелой вишни. В сочетании с зелёным это выглядело комично.       — Бред какой-то, — фыркнул он, облокачиваясь на локти и разглядывая неизменившуюся карту.       — Попробуй ещё раз, — произнёс Пик, накрыв ладонью поверх чужих рук.       Эффект был неожиданным. Карта затрещала, словно разрываясь на тысячи клочков, объятая белым светом. Стекло стола завибрировало, пошло волнами в районе рук. Планшет, не удержавшись, грохнулся на стол. До этого, Феликс успел заметить, как глаза Создателя в удивлении расширились. Лица пиковых были диаметрально противоположны. Вару откровенно улыбался. Свет откидывал на его лицо глубокие, постоянно сменяющиеся тени, делая картину почти безумной. Пик привычно мрачным взглядом следил за происходящим. Только стекающая по виску капля говорила о его причастности.       — Сработало? — спросил лежащий планшет голосом Феди, когда всё прекратилось. Феликс бросился возвращать его к изначально-вертикальному положению.       — Сработало, — заворожённо разглядывая новенький документ, произнёс Вару и мгновенно скривился, — это что за дурацкая фамилия?       — Сработало, — констатировал Пик, пряча собственную карту в карман.       — Не, ну серьёзно. Кто такую фамилию придумал? И имя ещё такое… Варфоло… что? — не унимался пятый.       — Нормальное имя. Сократить можно, как угодно, — расположив подбородок на чужом плече, чтобы тоже заглянуть в получившийся паспорт, устало произнёс Пик. Его руки привычно обвились вокруг пятого, прижимая ближе. Феликс опасливо посмотрел в их сторону. Федя то, от звонка так и не отключился. И такие откровенности перед его глазами, клонам на руку не играли. Но, видимо, пиковых это не волновало. Может Феликсу тоже хотелось без опаски обниматься с одномастником, но он же так эгоистично себя не вёл. От накатившего раздражения, четвёртый бессознательно сжал ладонь Ромео крепче.       — Кстати, — подал голос Создатель, напоминая о своём присутствии, — меня не оставляет один вопрос.       — Валяй, — оторвавшись от созерцания документации, буркнул Вару.       — В пределах разумного, — понизил голос Пик, продолжая обнимать одномастника. Создатель на это недовольно насупился, но, видимо решив, что-то про себя, произнёс:       — Почему все такие собрания проводятся вечером?       — Это из-за работы, — ответил до сего молчащий Ромео, игриво прислонившись к Феликсу плечом, за что словил от него недовольный взгляд, — все в квартире, до увольнения, собирались только ближе к ночи. Поэтому и общие сборы так проводили. А сейчас просто…       — Привычка, — пихнув обнаглевшего одномастника локтем, закончил Феликс.