Книга Леса

Жизнь всегда была похожа на тот привкус у вина, который ты никак не можешь почувствовать. Что-то еле уловимое и незаметное, да проходящее мимо. Так, собственно, в конце концов и получилось — самый насыщенный и интересный привкус так и не пришёл, а на языке осталось лишь что-то вяжущее, липкое и противное. Казалось бы, просто возьми, да выброси это вино — ведь очевидно, что оно изначально такое себе и никогда не имело каких-либо интересных и уникальных особенностей. Но что делать, если пить больше нечего, а это вино, хоть и является самым худшим из того, что ты когда-либо пробовал, остаётся единственным шансом выжить, да не умереть от жажды? Так и проводишь жизнь, в тщетных попытках быть Человеком, да имея цель показать всем, что ты тоже годен и ничем не отличаешься от других — у тебя тоже есть, что пить, и «лимонад совершенно не кислит». Однако это самообман, и за этими попытками кроется самое ужасное, что может представить себе человек в такой ситуации — осознание своего положения. Сначала, конечно, ты будешь уверен в том, что просто «загоняешься» и с тобой всё в порядке. Но это будет работать до того момента, как эти мысли станут твоим оправданием всех ошибок. Детство. Никогда не замечали, что воспоминания из ранних годов жизни имеют более яркие цвета, нежели те памятные, по вашему мнению, события, что произошли не так давно? Теперь живите с этим. Лично мне было хорошо в детстве. Бывали, конечно, какие-то недоразумения, что присущи каждому недальновидному ребёнку, но они не смогли перетянуть одеяло на себя. И рос я, на самом-то деле, неплохим человеком. Многим людям помогал, не вредил окружающему миру, да и в личной жизни успехи были, если учёбу можно назвать успехом. А потом что-то переключилось. Я не просто так упомянул цвета воспоминаний. С моих двенадцати лет прошло не так много времени, но я отчётливо ощутил этот сдвиг и вряд-ли когда-нибудь его забуду. Это можно сравнить с тем, как вы монтируете видео: работа идёт размеренно, кусочки записи складываются в единую картину — теперь можно уловить хоть какое-то, но повествование. А потом вы замечаете, что вам не очень нравится палитра, и по-хорошему, дабы начинка совпадала с обёрткой, надо поменять фильтр. Вот и у меня фильтр как-будто поменяли. А если вдаваться в подробности, то сильно снизили насыщенность и подняли контраст. Этакое нуарное кино, вот только из нуарных событий в нём только сгоревшая яичница и наследственные болезни. Даже здесь сценарист облажался, что уж говорить о потугах в какие-то более серьёзные работы? И вот, драма накаляется, звуковик поднимает низкие частоты, а ружьё не выстреливает. Жизнь полна разрушенных ожиданий. Так и я — бродил по лесу в надежде на снисхождение богов и их подарок в виде умиротворения, но не получил ничего, кроме зуда в ногах и дикое желание покинуть болота как можно скорее. Стало темнеть, а общее состояние плавно ухудшалось. Всё, по моим ощущениям, тогда могло вывести меня из себя, но старалось не спугнуть резким спадом, аль подъёмом напряжения. Гораздо лучше, когда жертва привыкает к неприятным ощущениям, ибо кульминация процесса в данном случае заставляет её сокрушаться о болезненности, ведь она даже не могла и представить, что может быть хуже того, что её преследовало определённый промежуток времени. С такими мыслями было намного легче погружаться в пучину, ведь я знал, что сейчас я в безопасности, а когда ружьё всё-таки стрельнет, я об этом узнаю в последнюю очередь.