Книга Леса

— Зайчик был, я его убил. Раньше я редко разговаривал с собой вслух, но сейчас, пока я шёл через лес, оставляя за собой кровавые следы, мне очень сильно захотелось. — Я всех убью, не только Зайчика. Почему из меня это вырывается? Ответ прост — я разговариваю не сам с собой. Звери слушают и внимают своему освободителю. — Все достойны освобождения. Не стоит прятаться — я всё равно найду. Эти слова заставили пошевелиться что-то на втором этаже пустующего дома. Видать, скрипнул пол, аль дверь — это не важно. Проходя мимо своей комнаты, я заглянул в неё — сова наблюдает. Я улыбнулся ей, да отворил дверь в комнату «сестры». Оля лежала на кровати и прикрывалась одеялом. — Не бойся. Я скинул одеяло с сестры и мои уши пронзило её криком. Таким сладким и по-своему печальным. Никто не знал, что так получится. — Тоша, Тоша, что ты делаешь?! — девочка кричала и будто бы умоляла о пощаде. Я взял её за шею и кинул на пол. Тело упало со смешным звуком. Почему смешным? Вся эта ситуация смехотворна. Меня хотели заставить играть роль старшего брата, хоть мне и не было дела до ребёнка. Меня хотели заставить играть роль сына, который впервые видел своих родителей. Мою волю всегда пытались сломить. И даже сейчас, когда нож уже оставляет кровавый след на её теле, она продолжает пытаться меня заставить идти по сюжету? Немыслимо. — Мама! Ма… — крикнула девочка, да так, что сорвала голос. Линия идёт от корневища до цветка. Девочка пытается вырваться из тяжёлой хватки, но у неё не получается. Босые ножки стучат по деревянному полу. Если бы мне тогда сказали, чем это всё кончится, я бы всё равно пошёл, ибо не видел смысла в дальнейшем пустом существовании. Живым быть лучше, чем мёртвым, конечно, но дара провидения у меня не было, да и кто сказал, что безобидный поход в лес всегда кончается летальным исходом? Мысли перебивали друг друга, из-за чего звучание голосов в голове стало походить на хоровое пение. Кто знает, может это и есть настоящий сюжет книги? Что, если я с самого начала шёл на поводу у истории, а не сопротивлялся ей? Учащённое дыхание. Страх за жизнь. Как это мило. Это и отличает её жертву от тех, кого я уже успел спасти. Она не так яростно цепляется за свою жизнь, как пытается меня вразумить. Будто бы я просто играю. — То… ша… Я бил её головой об пол, пока она не освободилась. Когда лезвие завершило плавать по её телу, как по полотну, я встал и насладился рисунком. Животный след. Лапа, как на обложке книги. Символично, как по мне. Жизнь всегда была похожа на тот привкус у вина, который ты никак не можешь почувствовать. Что-то еле уловимое и незаметное, да проходящее мимо. Но я смог. Я смог уловить и почувствовать этот привкус. Мне ещё никогда не было так хорошо. Я вставил лезвие в свой глаз, да прокрутил нож против часовой стрелки. Белая картинка начала распадаться на полосы, будто бы она была сшита из ниток, которые начали резко обрезать. Нитка за ниткой. Я обрывал свою связь с этим богомерзким миром. Второй глаз. Как печально, что я никогда больше не увижу падения снега. Лезвие парит в моей руке и направляется к горлу. Вечная боль превратилась в лёгкость. Красное окрасилось чёрным. Лиса лижет мою руку и придаёт сил для последнего рывка. Ружьё выстрелило.

***

— Труп нашли в квартире. Говорили, конечно, что вонь даже с улицы чувствовалась, но труп был в квартире. Можно, конечно, упомянуть тело животного, вроде как собаки, которое, в теории, и воняло — она лежала на балконе, но это к делу не относится. Таким только детей развлекать. Мало того, на столе лежала какая-то полусгнившая рукопись со странными записями про семью, что живёт в лесу. Что-то типа набросков полноценной истории — ничего интересного, говорю тебе. Но ладно, ладно, вижу, что у тебя уже слюнки текут. Да, жмур необычный. У него были вырезаны глаза и перерезано горло. А самое интересное что, по твоему? — Ну, может орудия убийства не нашли? — А вот и фигушки. Он сам себя убил. Ножом, представь себе! Отпечатки совпадают. Скорее всего, он наелся какой-нибудь дряни — это бы экспертиза показала, но вряд ли мы её будем проводить. Соседи уже рассказали, что он был достаточно буйным и неприятным жильцом. Вечно куда-то уходил ночью — типичный наркоша, что с них взять. А смерть, очевидно, наступила ввиду многочисленных ран по всему телу. Точно не из-за наркотиков. Да и в квартире пусто, как в кошеле у нищего. — Вот-те раз. И ведь живут такие, да рядом с нами! Это ведь надо было так всё испоганить! Теперь у квартиры история недобрая. Хорошо, что покупатель уже нашёлся. — Кстати, что за покупатель-то? Семья какая, небось? Вот уж ребёночек у них позабавится! — Да нет, куда там. Какая-то женщина, ну такая, типичная «рязань» лицом, только волосы рыжие. Как у ведьмы, гы. И имя ещё такое, как его. Короче, группа такая была у нас в щенячьи годы, эта… Алиса, во. — Ну да, так я тебе и поверил. Ты лучше наливай, а не говори.