Исправитель или Загубитель?

Один небольшой ветхий домик в деревне затопило. Затопило от расстаявшего снега, который попал в дырки неустойчивой крыши и сейчас хозяевам этой хаты будет холодно и сложно устранить проблему. Деревня была масштабной даже для такого селения. Она простиралась от Кимчина до Веенца. Множество разрух, старые заброшенные здания не были чем-то особенным. В центре Веенца был установлен памятник Н.В.Власову (Николаю Васильевичу Власову) Человеку, что подарил новую душу этому якобы устарелому "городку". И Анастасия часто ходила на то место. После школы, после вокала, почти всегда! Это место казалось волшебным...Не похожим на её серую унылую жизнь. Может быть, ей просто нравилось уставшей, облокачиваться локтями на низкую плиту статуи, и смотреть на небритого мужчину в элегантном костюме с выпирающей бабочкой. Он казался живым. Насколько хорошо была выполнена работа скульптора, что взгляд Власова для девочки казался знакомым, очень живым и особенным. "Шли отря-ядом весело мы, Не зна-ая беды Вдруг почу-увствовали страх, Оку-утал всех он нас!" "Но мы не из ро-обкого десятка Нам под силу любы-ые загадки, Нам под силу любы-ые загадки Страх убежит без оглядки!" Приют Госвальда. Сиротки возвращались после прогулки на заднем дворе. Все они шли вперемешку, самые резвые убегали далеко вперёд и скрывались из виду. Остальные же напевали песню о прелестях их детского дома. Сзади, отделяясь от всех, шла девочка одиннадцати лет. Волосы были темно коричневого цвета, ровно по плечи, заплетённые в хвост. Впереди торчала прядка рыжего цвета. Девочка была одета в свитер серого цвета с многими торчащими нитями, тёмные облегающие джинсы. Курточка слегка больше её самой, примерно серо-синего цвета. Светло-сиреневые сапоги были вымазаны в затвердшей грязи дорожных луж. Анастасия была жутко одинокой и нелюдимой из всех сироток в этом месте. Почти единственной "подружкой" у неё была её же учительница по русскому языку Галина Марисовна, очень хорошая женщина лет шестидесяти. Была слегка чудоковатой, забывчивой, но милой. Было приятно слушать её речи, и Анастасии казалось, что Галина Марисовна была примером для подражания. Она помнила, когда однажды учительница отдала ей очень вкусные конфеты, которые Анастасия хранила около месяца, пока те не закончились. Все дети, придя в потрёпанное здание, стали раздеваться и бежать в подвал, оборудованный в некую столовую, где был один стол, и стояла кастрюля с наваренной кашей. Девочка же медлила, желая оказаться в своей тёплой и мягкой кроватке первее остальных. — Насть, ты идёшь?.- Этот писклявый хриплый голосок принадлежал Ирке из соседней комнаты. Худюснькая, слабенькая, но добродушная . Светло- голубые глаза Анастасии глянули на неё, и медленно кивнув, будто бы её заставили, пошла прямиком вниз по хлипкой деревянной лестнице. Внизу торопились все дети занять место посередине, многие даже устраивали поединки за корочку хлеба. Скамейки шатались, кастрюля подпрыгивала, казалось, что всё здание подпрыгивало от очередного громкого всплеска эмоций движениями. Одни Настя и Ира сидели спокойными. После трапезы все дети разошлись по комнатам. Должна сказать, что эти комнаты пускай и были выполнены хоть бы как: Две двух-ярусные кровати, коврик, которому больше тридцати лет с виду, комод из резного дерева с книгами, столик из этого же дерева, маленький шкафчик с минимальным количеством одежды. На коврике было обыденным класть тапочки (Потрёпанные, все серовато-коричневые) Сирота жила вместе с двумя мальчиками Олегом и Серёжей и девочкой Олей. Зайдя самой первой, Настя запрыгнул на нижнюю к двери, верхнюю свою кровать. Только там было безопасно. Единственное пристанище, что ли?... Да. Единственное. Не часто в этот дом малютки приходили взрослые, чтобы забрать к себе чадо и воспитать как своего. В основном наоборот, хороший тому пример – Серёжа, его нашли у крыльца Дома Госвальда. По мере взросления, мальчика брали в приёмные семьи очень часто, из-за его внешности и характера, но потом возвращали Серёжу назад в приют. Дети уснули. Именно эта ночь казалась самой холодной за всё лето, хотя было лишь 27 июля. Насте снится сон. Перед ней стоит какой-то силуэт, он был расплывчив, поэтому девочка не смогла его хорошо увидеть. Это точно был мужчина, в синем одеянии. Слова, что произносил таинственный гость были неразборчивыми, очень дикими и хоть и непонятными, но точно неприятными! –Настя.....в.....ту.....дел.....ясь!..... –Настя....Жди меня... Настя?.... ты меня слышишь?.....Настя! Но вот все цвета и сам незнакомец расплываются в одну кашу, становятся максимально непонятными...Свет! Очень яркий, это солнце, точно! Проснувшись от чьих-то пощёчин, сирота обнаружила их учительницу, что была командующей и главной в их группе, а по совместительствуи заместителем директора этого места. Она сказала зайти в её кабинет к одиннадцати и быстро ушла хлопнув дверью. Младшая приходила в состояние достаточно долго. Её лоб был холодным, как и пот, ключица двигалась ходуном, глаза бегали по кругу, а внутри был животный страх после того кошмара. В голове промелькнули слова "Жди меня", после чего остро заболела голова в районе висков, и юная леди плюхнулась в кровать не в силах пошевелиться. Через минут двадцать пришлось приводить себя в порядок и торопиться к заместителю, в его покои. К счастью она пришла немного раньше и с без удовольствия села на крохотную единственную скамейку в этом месте. В голове поплыли мысли. Кто этот мужчина? Откуда он знает её имя? Почему он казался ТАКИМ знакомым? Скоро ли он появится и появится ли вообще? Неожиданно дверь была открыта и знакомая заместительница впустила Анастасию внутрь. Всё осталось прежним. Деревянный стол, куча шкафов со стеклянными дверцами. Большой стул, что бывает только у богатых офисных работников или даже их боссов.Растения в каждом свободной месте, компьютер доисторического времени. Глобус, карта на стене, календарь, вывески о здоровье. — Здравствуй, Анастасия –, Прозвучал загадочный голос рядом. Девочка обернулась и увидела мужчину в красивом, аккуратном костюме серого в белую полоску цвета. Он был поглажен и хорошо смотрелся с лакированными туфлями и аккуратно убранными волосами. В руках была трость из чистого мрамора, перстни. Серо- голубые глаза глядели с некоторой ненавистью, холодом и злобой. Доверия не вызывал. У Ананастасии даже мурашки пробежались по коже. Странный тип. — Настя, знакомься, это Константин Перепенин, человек, который отвезёт тебя к твоему опекуну. Тебе стоит собирать вещи, отъезд назначили в восемь вечера. Мир девочки одновременно придал значение и рухнул. Тут её "друзья", кров, учёба, занятия и тут...Вот тебе! Испугавшись она попятилась, ощущая два пристально направленных на неё взгляда. Продолжение следует _>