Interwoven/Переплетения

      Когда до летних каникул Джошуа оставалось шесть недель, Харланд вернулся, чтобы упаковать кое-какую одежду и договориться о встрече с сыном на выходных. Но с того дня прошло шесть выходных, а Харланд так ни разу и не встретился с сыном. Постоянно мешала охота для Братства или работа.       Джим согласился, чтобы подросток остался с ним на две недели летних каникул. Эсме нужно было время, чтобы привести свои дела в порядок. Она наняла адвоката по разводам, но ей нужно было подумать о поиске дома и работы. Она не хотела никаких связей с Харландом Сойером, кроме их общего ребенка.       — Я не хочу туда ехать, — ворчал Джошуа по дороге в Кентукки. — Я даже не знаю его. Я могу остаться с бабушкой.       Эсме вцепилась в руль своего Вольво. Джослин всегда была козырем Джошуа. Однако сейчас она будет помогать дочери, а Эсме не хотела, чтобы Джошуа был посвящен в грязные подробности развода.       — Ты прекрасно проведешь время, Джошуа. Пастору Джиму нужна помощь.       — Тебе тоже нужна моя помощь.       — Я буду в порядке. Перестань беспокоиться обо мне, милый. — Она взъерошила светлые волосы сына.       Джошуа провел рукой по волосам, приводя прическу в порядок.       — Папе он не нравится.       Эсме стиснула зубы. Харланду нравились только те люди, которые могли помочь занять важное место в Братстве. Он так и не понял, что не охота создает прославленных героев.       — Но мне он нравится.       — И ты всегда права. — Джошуа ухмыльнулся.       Эсме подмигнула сыну, затем весело ущипнула его за щеку.       — Ты такой умный мальчик!       Джошуа уставился в окно, заметив, что они уезжают все дальше от цивилизации и все глубже в сельскую местность Кентукки. Он вырос в Шарлотте, Северная Каролина, и ему нравилось жить рядом с большим городом. Но мать не разрешила ему взять с собой Playstation. Он надулся из-за этого, но не хотел доставлять ей лишних хлопот. Родители разводились, и он думал, что это была его вина.       Когда они добрались до фермы, их встретили две собаки и пастор. Джошуа остался у машины, пока его мать говорила с Джимом. Подросток пинал ногой землю, избегая веселых собак. Когда мать окликнула его, он закинул рюкзак на одно плечо и поднялся на крыльцо.       Джошуа внимательно посмотрел на пастора. Джим был высоким и худощавым, с седыми волосами. Он казался добрым. Но Харланд Сойер сказал, что Джим Мерфи слаб.       — Я с нетерпением жду возможности познакомиться с тобой и получить помощь в церкви. — Джим улыбнулся Джошуа и протянул руку.       Подросток ответил на приветствие, и Эсме обняла сына за плечи.       — Береги себя, Джошуа. Я люблю тебя. И жду, что ты будешь звонить мне каждый вечер.       Щеки Джошуа вспыхнули от смущения. Его мама обращалась с ним как с ребенком.       — Хорошо, мам.       Она улыбнулась сыну, и поправила шарф на шее, так как он запутался в ожерельях. Потом быстро направилась к машине, помахала рукой на прощание и уехала.       Джим остался с Джошуа на крыльце, пока Вольво не исчез из виду. Подросток взглянул на деревянную сетчатую дверь с облупившейся краской.       — У вас есть внутренняя сантехника?       Джим улыбнулся.       — Да, она перешла ко мне вместе с домом.       Джошуа покачал головой. Он заметил телевизионную антенну на крыше и понадеялся, что здесь хотя бы есть кабельное телевидение.       — Это будут долгие две недели, — вздохнул он.       Джим обнял подростка за плечи и повел в дом.       — Поверь, мой мальчик, ты очень скоро удивишься тому, как тебе здесь понравится.       Джошуа был удивлен, когда после обеда пастор Джим вытащил пазл из 3000 частей с изображением Гранд-Каньона.       — Тебе нравятся головоломки?       Подросток взял одну из частей и вздохнул. Джим улыбнулся, вываливая кусочки пазла на стол.       — Нет. Мне они не нравятся. Они скучные. — Джошуа скрестил руки на груди. Он не собирался собирать этот глупый пазл.       — Ты когда-нибудь пробовал это делать? — Мерфи начал собирать волнистые кусочки вместе. Очевидно, он часто это делал.       — Это поможет мне стать лучшим охотником? — Джошуа с сомнением посмотрел на пазл. — Мой отец говорит, что мне нужно работать над своими навыками, чтобы стать лучшим.       Джим на мгновение задумался.       — Я думаю, это поможет тебе лучше составлять планы.       Джошуа не думал, что его отец уважал умственные способности или любые навыки, не связанные с грубой силой, если уж на то пошло.       — Я думаю, он хочет, чтобы я стал сильнее. У вас есть тренажеры? Может быть, если я позанимаюсь эти две недели, и в следующий раз, когда увижу своего отца…       — У меня есть боксерская груша в сарае.       На следующее утро Джошуа решил начать свой день с тренировки. Но у пастора Джима были другие планы.       — Джошуа, пора просыпаться. — Он встряхнул мальчика за плечо.       Подросток демонстративно проигнорировал его.       — Джош?       — Я не Джош, — ответил Сойер, уткнувшись лицом в подушку. — Я Джошуа.       — Очень хорошо, — сказал пастор, убирая руку. — Пора просыпаться. Нам нужно сделать много дел до завтрака.       Когда пастор вышел из комнаты, Джошуа посмотрел на будильник. Было шесть утра. Это были его летние каникулы!       — Фу. — Он слез с кровати и натянул одежду, которую бросил на пол прошлой ночью.       Подросток следовал за Джимом по ферме, выполняя его приказы. Он кормил кур, коров, свиней и лошадей. И решил, что не любит сельскохозяйственных животных.       — Они воняют, — проворчал он, садясь за кухонный стол.       — Я никогда не замечал. — Джим начал насвистывать, готовя завтрак.       Джошуа внимательно наблюдал как он насыпал в миску муку, яйца и масло. Вскоре запах скота был забыт, когда воздух наполнился ароматом блинов. Подросток смаковал блины, которые помогут ему продержаться до обеда.       Первые несколько дней картина была такой же: рано вставать, кормить животных, вместе завтракать. Затем Джим поручил Джошуа покрасить внутреннюю часть дома.       Джошуа не любил ручной труд. Ему было интересно, что Йен делал с Гриффином. Вероятно, что-то крутое, что принесет ему охотничье кольцо.       Джошуа ел вместе с Джимом. Иногда они обедали вместе с прихожанами или работниками церкви. И люди все были так счастливы. Он несколько раз бывал в церкви и верил, что существует высшая сила, но Харланд Сойер верил только в то, что мог пощупать руками. И подчеркивал это своему сыну, особенно когда Джошуа упоминал работу с заклинаниями.       В первый раз, когда он столкнулся с радостными прихожанами, Джошуа пообещал себе, что если Бог снова заставит его родителей сойтись, то он больше не будет практиковать заклинания.       После обеда Джим приносил настольные игры, или они собирали пазл Гранд-Каньон. Подросток все еще считал, что это бессмысленное занятие, никак не связанное с развитием охотничьих навыков. У пастора был телевизор примерно 1979 года. Он все еще работал, потому что им очень редко пользовались. Джим его включал только для просмотра местных новостей. С такими темпами у Джошуа скоро начнется телевизионная ломка. Он хотел посмотреть по телевизору что угодно, даже повтор «Остров Гиллигана».       Однажды ночью они играли в настольную игру «Подсказка», коробка стояла у края стола, а на ней лежала толстая книга.       — Я нашел кое-что, что может тебя заинтересовать, мой мальчик. — Джим пододвинул книгу Джошуа.       Тайный гримуар Туриэля. Джошуа вспомнил свое обещание Богу, облизал губы и отодвинул книгу.       — Моему отцу не нравится, когда я занимаюсь такими вещами.       Джим нахмурился.       — Но твоя мать кое-чему тебя научила. Я слышал, ты довольно искусный в ремесле.       Джошуа покачал головой. Он мог чувствовать магию, когда произносил заклинание. Это было пьяняще и весело, но ради того, чтобы его родители были вместе, он готов был отказался от этого.       — Может быть, если мы прекратим это делать, тогда все вернется на круги своя.       Улыбка исчезла с лица Джима, и он сел рядом с подростком.       — Ты хочешь отрицать свой талант?       Джошуа пожал плечами. Ему нужно было быть совершенным и делать то, о чем просил его отец, и тогда возможно, его родители снова сойдутся.       — Я твердо верю, что у каждого должна быть надежда, Джошуа. И я знаю, что сейчас с твоими родителями должно быть трудно…       Подросток не хотел вести этот разговор и прервал пастора:       — Я просто хочу, чтобы все было так, как раньше.       Джим кивнул, и снова подвинул книгу к Джошуа.       — Почему бы тебе просто не подержать ее у себя, пока ты здесь? Тебе не обязательно брать ее с собой домой.       Джошуа посмотрел на книгу. От матери и бабушки он знал, что заклинания, играющие на эмоциях, опасны. Но внутри тома могло быть любовное зелье, которое свело бы его родителей. И он принял книгу.       На следующее утро Джошуа приступил к обычному распорядку дня. Он спустился по лестнице в забрызганной краской одежде, готовый к еще одному дню работы.       — Мне снова нужно что-то покрасить?       Джим покачал головой и улыбнулся.       — О нет, мой мальчик, сегодня мы работаем над особым проектом.       — Особым проектом? — подозрительно переспросил подросток. Он надеялся, что особый проект Джима не касается сельскохозяйственных животных.       — Каждому охотнику нужна комната, где он может, так сказать, спрятать орудия труда. — Джим жестом пригласил его следовать за ним в библиотеку, расположенную прямо за кухней. По дороге пастор взял с полки несколько книг и сунул их под мышку. Он повернул медную защелку и когда раздался щелчок, Джим потянул на себя дверь, открыв потайную комнату. Он поставил книги на полку и жестом пригласил Джошуа следовать за ним.       Подросток был поражен. Это было так круто. Комната была без отделки, только белые стены и штукатурка. Повсюду были свалены книги, а одинокая лампочка зловеще свисала с потолка посреди комнаты. Здесь была металлическая стойка с висящим на ней оружием — куча пистолетов разного размера, ножей и другого оружия, которое Джошуа не узнал, но все выглядело угрожающе.       — Вау, это похоже на Бэтпещеру.       Насколько он знал, у его отца не было потайной комнаты. Оружие хранилось в потайном шкафу в подвале.       — Не совсем. — Джим улыбнулся. — Я хотел бы сделать комнату удобной. Добавить несколько полок и тому подобное. — Пастор указал на стопки книг, разбросанные по полу. — И несколько сейфов. — Он указал на оружие.       Стены были восьми футов высотой. Единственный раз, когда Джошуа пользовался молотком или каким-либо другим инструментом, был на уроке труда в школе.       — Я должен сделать полки?       — С моей помощью. Мы можем сделать это вместе.       Дело шло медленно. Резка, шлифовка и окрашивание дерева, затем установка полок. Джим хотел, чтобы все выглядело безупречно. Незаметные гвозди, скрытые шурупы и подвижные полки сделали книжные шкафы предметом зависти любого мастера-плотника.       К ночи Джошуа так уставал, что глупая головоломка Гранд-Каньона была бальзамом для него. Джим умело складывал вместе большие части головоломки, и Джошуа это показалось немного жутким.       — У вас есть охота? — спросил подросток. Он задавался вопросом, пастор вообще когда-нибудь охотился?       — Я провожу исследования. — Джим завершил еще один угол пазла, который занимал четверть стола.       — Я могу помочь. — Джошуа помогал отцу, ища информацию в разных энциклопедиях.       — Да, и ты очень помог на этой неделе, — заявил Джим, работая над другой частью головоломки.       Джошуа пытался собрать вместе две части, которые должны были совпадать, но не хотели этого делать.       — Но это не было связано с какими-то важными вещами.       Пастор отвлекся от пазла.       — Все важно, Джошуа.       Подросток покачал головой и оттолкнул кусочки пазла.       — Мой отец так не считает.       — Ну, я не согласен.       Джошуа не знал, действительно ли имеет значение мнение Джима Мерфи. Харланд Сойер был великим человеком, а пастор не понимал, что значит быть великим охотником.       — Вы ему не очень нравитесь. — Джошуа быстро понял, что не должен был этого говорить. — Извините.       Джим улыбнулся и, похоже, не обиделся.       — У нас с твоим отцом разные взгляды на жизнь. Но мы оба являемся частью Братства и уважаем друг друга.       Джошуа знал, что его отец уважал только тех, кто обладал властью. Это был ограниченный список, и Джима Мерфи в нем не значилось, хотя он и был охотником. Но, возможно, у пастора и Джошуа было что-то общее.       — Мой отец разочаровался во мне.       Джим вздохнул и взял его за плечо.       — Не в тебе, мой мальчик. Он разочаровался в себе.       — В себе?       Харланд Сойер был гордым человеком, который никогда не проявлял слабости.       — Да. Потому что он не может дать то, что тебе нужно.       Джошуа ничего не понял, у него было все, что он хотел.       — Он покупает мне разеые вещи. У меня дома есть Playstation…       Джим помолчал мгновение, затем наклонил голову.       — Он очень любит тебя.       — Наверное. — Джошуа пожал плечами. Он не помнил, когда в последний раз отец говорил, что любит его. Он помнил только недовольство. — Я думал о приворотном зелье, чтобы свести родителей вместе. Но это не очень хорошая идея, не так ли?       Он не помнил, когда в последний раз отец говорил матери, что любит ее.       — Я так не думаю. — Пастор, казалось, задумался над этими словами. — Они оба все еще любят тебя. Это нормально, что у вас разные интересы. Держу пари, твой отец хотел бы, чтобы у него был твой талант. Я так точно этого хотел бы. — Джим улыбнулся, его голубые глаза весело заблестели. — Вы с отцом чем-нибудь особенным занимаетесь? Может быть, ловите рыбу? Когда я был в твоем возрасте, мы с мом отцом ходили на реку ловить рыбу нахлыстом.       Джошуа оценил усилия и заботу пастора. Но Харланд Сойер был не из тех, кто ходит на рыбалку.       — Мой отец и рыбалка? Нет. Он брал меня на охоту.       Подростку не разрешалось использовать знания, полученные от матери и бабушки на тех охотах, хотя его навыки могли бы помочь.       Джим встал из-за кухонного стола и подошел к холодильнику. Он вытащил коробку мороженого и принес ее на стол с двумя ложками.       — Тебе нравится охотиться с отцом?       — Да, я не могу дождаться, когда получу свое кольцо. Он будет очень горд. — Джошуа взял ложку и зачерпнул мороженное. — Моя мама считает, что вы будете следующим Стражем, — сказал он, облизав ложку.       Джим хотел было поднести ко рту ложку мороженого, но остановился в нерешительности.       — Неужели? Это мило с ее стороны. — Он слизнул мороженое с ложки, пару капель упали ему на подбородок, и он вытер их кончиками пальцев. — Не знаю, что я сделал такого важного, чтобы она посчитала, что я этого заслуживаю.       Джим Мерфи не сказал ни одного плохого слова об отце Джошуа. Он был терпелив в общении с подростком и принимал во внимание его чувства.       — Я думаю, сделали, — Джошуа почувствовал себя неловко и жестом указал на мороженое. — У вас есть шоколадный сироп?       За день до того, как Эсме должна была забрать Джошуа, полки были готовы. В тайной комнате стало теплее от блестящего темного дерева.       — Отличная работа. — Джим похвалил подростка.       Джошуа смущенно отвел взгляд. Пастор проделал большую часть работы.       — Хотите начать расставлять эти книги по полкам?       Книги были накрыты брезентом, чтобы защитить от пыли. Их было довольно много, и Джошуа знал, что потребуется время, чтобы их организовать. И он хотел изучить старые фолианты.       — Нет, я думаю, нам нужна награда. — Джим вытер полки тряпкой, прежде чем отступить и еще раз полюбоваться работой. — В пруду полно рыбы.       — Рыбы?       На самом деле Джошуа подумывал о денежном вознаграждении. Он только однажды рыбачил со своим дедушкой и это было очень давно. У него не было воспоминаний, только фотография их двоих в лодке.       — Спокойный день с удочками, — задумчиво сказал Джим. Он обнял Джошуа за плечи и повел к двери библиотеки.       Джим приготовил несколько бутербродов с арахисовым маслом и желе и они пошли к пруду. Три часа в лодке привели к тому, что Джошуа получил солнечный ожог лица, промок от падения в пруд и потерял рыбу. Джим, с другой стороны, смог наловить рыбу к ужину.       Во время завтрака Джошуа старался не чесать обгоревшую на солнце кожу. Он надеялся, что мать привезла немного лечебной мази. Джим заставил его нанести на лицо «Ноксзем», чтобы снять покраснение от солнечного ожога, но он вонял.       Чемоданы Джошуа были упакованы, и он хотел еще раз взглянуть на тайную комнату.       Пока подросток любовался своей работой, Вольво въехал во двор. Вокруг талии Эсме был повязан шарф. Ее длинные темные волосы были собраны в небрежный пучок. Джим ждал ее у двери, и она лучезарно улыбнулась ему.       — Ты выглядишь как женщина на важной миссии, — сказал пастор открывая сетчатую дверь.       — Я женщина, выполнившая свою миссию.       Она последовала за ним на кухню, где ее ждал кувшин с лимонадом. Эсме огляделась в поисках сына. Поскольку он не ждал ее снаружи, она поняла что время, проведенное с пастором, было приятным.       — Значит, ты смогла привести все дела в порядок? — спросил Джим.       — С помощью моей матери я начинаю новую жизнь.       — А как там Джослин?       — Она переезжает в Аризону. — У Эсме была куча новостей. Дела шли лучше, чем ожидалось, и она снова воодушевилась после столь долгого нудного замужества. — Я переезжаю в ее дом. Это будет замечательный дом для нас с Джошуа. Я приняла и другие решения. На деньги с бракоразводного процесса я собираюсь начать бизнес.       Джим налил стакан лимонада. Лед звякнул в стакане, когда он подтолкнул его к Эсме.       — Какой вид бизнеса?       Она сделала глоток сладко терпкой жидкости.       — Раньше я делала кремы, лосьоны, шампуни и кондиционеры, и я вернусь к этому. А также буду продавать другие товары женщинам по всей стране. Ричмонд будет идеальным местом.       — Желаю тебе удачи. — Джим поднял свой бокал в тосте. — Я знаю, что тебя ждет успех.       — Мне предстоит еще много работы, но я наслаждаюсь вызовом. — Хотя она чувствовала, что Джим чувствует себя непринужденно, она беспокоилась о своем сыне. — Я надеюсь, что Джошуа не был слишком большой проблемой. Нам, матерям, нравится думать, что наши дети — ангелы, но я знаю, что избаловала его, и ему трудно балансировать между моим ремеслом и уроками его отца. — Она нерешительно откашлялась. — И у него есть привычка говорить правду, к сожалению, без такта.       Джим рассмеялся, затем прикрыл рот рукой, стараясь взять себя в руки. И это только доказывало, что ее сын сказал что-то неуместное.       — Твой сын говорит, что ты веришь, что я буду следующим Хранителем.       Эсме вздохнула. Ей нужно было поговорить с Джошуа о подслушивании.       — Я знаю Джулиана всю свою жизнь. Он примет правильное решение.       Она знала, что правильным выбором был Джим Мерфи. Она это чувствовала.       — Гриффин может быть правильным выбором, — задумчиво сказал Джим.       — Мама! — воскликнул Джошуа влетая в комнату.       Эсме распахнула руки и заключила его в объятия.       — Я скучала по тебе, детка.       — Мааам. — Джошуа поморщился, смущенный поведением матери.       Эсме проигнорировала его.       — Ты все вещи собрал?       — Да, я сейчас их принесу. — Джошуа поднялся по лестнице на второй этаж.       Эсме снова обратила внимание на Джима.       — Я заметила, что у вас есть прекрасный пруд.       Она знала, что это была неуклюжая смена темы. И Джим недоуменно нахмурился.       — Спасибо. Вода всегда приносит мне утешение.       — И многое другое. — Она взглянула на лестницу по которой поднялся ее сын. — Я знаю, что женщинам не разрешено быть в Триаде, но мне интересно, помнит ли Братство, что женщины являются частью охотничьих семей. Женщины сильны, из-за них начались войны. Но я думаю, вы это понимаете о чем я говорю.       Джошуа вернулся со своим рюкзаком.       — Я готов.       — Пожалуйста, поблагодари пастора Джима.       Джошуа протянул руку, которую Мёрфи принял.       — Спасибо. Я… эээ… Надеюсь, я смогу вернуться, когда в комнате все будет готово?       — Конечно. И возможно, мы сможем закончить этот пазл.       — Да, верно, — уклончиво ответил Джошуа. — Мама, машина не заперта?       — Нет, милый. Почему бы тебе не положить свои вещи в багажник. Я скоро приду. — Эсме взъерошила светлые волосы сына. Она заметила, что он возмужал с тех пор, как она видела его в последний раз. Она подождала, пока Джошуа не вышел из комнаты. У нее была возможность поделиться несколькими словами мудрости. — Когда вы станете Хранителем, не совершайте ту же ошибку, что и нынешняя Триада. Подготовьте следующее поколение.       Джим не успел ответить, как с улицы просигналил Вольво. Джошуа явно терял терпение, и он горел желанием вернуться домой. Эсме придется сказать ему, что его жизнь изменится. Но все было к лучшему, хотя тринадцатилетнему подростку будет трудно привыкнуть к переменам. Джошуа всегда пытался завоевать расположение отца, и развод усложнит эту задачу.       — Мне надо идти. — Эсме коротко обняла Джима. — Спасибо еще раз.       — Не за что, моя дорогая. Мне было приятно. — Пастор проводил ее до двери. — Я надеюсь снова увидеть тебя и Джошуа в ближайшее время.       — Так и будет.       Эсме знала, что она управляет своей судьбой, и ее решительность пойдет на пользу сыну. Джим Мерфи станет частью их жизни, как и Братство под его руководством. Все их жизни скоро переплетутся.