не утони потом в своих слезах

сначала может показаться, что жизнь в деревне — сказка. особенно такие мысли засядут в голове тех, кто только сбежал сюда от городской спешки. люди здесь проще, воздух чище, а время медленнее. все это, безусловно, правда, но почему-то гости считают, что могут так спокойно приходить в чужой дом со своими уставами. игнорируя напутствия и советы, выстраивают свою новую жизнь там, где все это время существовала другая. на самом деле люди здесь умнее и проворнее, воздух может быть и таким, что не продохнешь, а время и вовсе живет по своим правилам. кажется, что все это поддаётся каким-то своим законам, которые не нарушались столько лет, пока на землю спокойную не пришел новый смельчак. истопчет он чужое спокойствие и наживет себе бед своим остроумием и резвостью, не избавит он потом себя от бремени потери и долга. каждый день люди ходили здесь по вытоптанной дорожке, а он пройдёт по густому лесу, споткнётся и расплачется как маленький ребёнок, не знающий, что на себя нарек. так и сейчас — впускает он своё несчастье прямо во двор, по просьбе гостя ставит кружку чая без добавления трав и всматривается в каждое неестественное движение рук, в каждый косой взгляд в свою сторону и легкий смех. если это и есть его «несчастье», то молодой глупец полностью перенимает роль дурака — открыт ко всему новому с интересом, с обрыва падать не страшно, пока не разузнаешь, что же таит в себе этот таинственный взор. если это и есть его «несчастье», то молодой огонь в груди поглотит его полностью, утонет искатель в собственном непреодолимом интересе и странной болотистой тяге. примет свою судьбу со слезами на глазах и распростёртыми объятиями. таинственный гость не даёт неловкости выйти наружу. только дилюк отпускает тревожные мысли, так начинает он расспрашивать его о прежней жизни в городе, о глубочайших переживаниях. парень сердце своё открывать так быстро не привык, отвечает размыто, сопротивляется чужим хитрым глазам и юрким движениям, вглубь дома пропускает только под предлогом собственного присмотра. венти делает все максимально аккуратно, каждое своё действие объясняет, даже не поспоришь со странным гостем. и внутрь он напросился, потому что познакомиться хочет с городским, и счастливый такой, потому что новые места любит разглядывать, и детские фотографии дилюка он так пристально перебирает, потому что ностальгирует по былым временам, когда он такой же бегал от речки до дома. парень расслабляется, может даже привыкает к чужим странностям за такой короткий период. атмосфера вокруг, конечно, давящая, гостей принимать даже в деревне тяжело и утомительно, дилюк не находит предлога, чтобы избавиться от незваного гостя, поэтому просто решает закрыть на это глаза. не будет же он сам высиживать здесь до последнего? — вы так похожи с ним, — венти водит пальцами по черно-белой фотографии высокого юноши, который смотрит прямо в камеру а за руку держит совсем маленького ребёнка, что, скорее всего, только встал на ноги. — это мой отец, — дилюк видит, как парень перед ним кивает и улыбается самому себе, продолжает всматриваться в картинку, — он жил здесь с бабкой пару десятков лет назад. а сейчас здесь живу я, собираюсь вот по хозяйству помогать, как смогу. венти, словно что-то резко вспомнив, встрепенулся. посмотрел на парня, сложил все фотографии в небольшую коробочку и поставил рядом с собой. встал, отряхнул свою большую белую рубаху, которая была ему определенно велика, и улыбнулся снова. дилюк понял, что гость явно собирается покинуть дом, забалтывая хозяина какими-то ненужными разговорами о том, как лучше удобрять ягоды на грядке за домом. они выходят на улицу тогда, когда за забором уже показался силуэт грузной женщины. дилюк решает пойти к ней навстречу, чтобы забрать из ее рук небольшую тележку, как резко останавливается словно вкопанный. совпадений быть не может — неожиданный чудаковатый гость почему-то знает больше положенного. дилюк оборачивается. — погоди, почему ты в курсе про клубнику на заднем дворе? ее же даже из дома не видно, ты ее что ли высматривал все это время?- а от гостя тем временем и след простыл, юноша сказал это в абсолютную тишину. мурашки пробежали по его спине, он пятится назад и из-за этого оступается, падает прямо на землю. моментальный ступор поработил сознание парня, из-за чего он совершенно не слышит, как бабушка зовёт его по имени и ждёт ответа. парень пустыми глазами провожает на женщину и только спустя какое-то время приходит в себя. она с испугом смотрит на него и тянет трясущуюся не от страха, а от старости руку. дилюк ее не принимает, встаёт сам, но все ещё до конца не понимает, куда мог так резко испариться его новый знакомый. парень быстро подбегает к дому, заглядывает во внутрь. потом осматривает небольшой дворик за домом, кидает взгляд за забор, но так и не натыкается на того, с кем минуту назад вёл оживленную беседу. бабушка хотела остановить его, схватив за руку или в очередной раз позвав по имени, как вдруг она выпрямляется и осматривается вокруг, словно неосознанно вторит взгляду внука. в итоге останавливается на вышеупомянутом, смотрит прямо в глаза с немым вопросом, будто думает, задавать его или нет. — что-то чертовщиной запахло, тебе не кажется? странный воздух вокруг, что-то не так. от этих слов дилюк бледнеет и, извинившись перед родственницей, покидает свой двор. он надеется на свежую голову придумать оправдание произошедшему, чтобы завтра прожить спокойный день в этом месте. ноги сами принесли чужестранца под иву, под которой они с кейей недавно разговаривали ни о чем. мысли были похожи на большую кашу из непонятных идей и догадок, которые дилюк никак не мог переварить во что-то связанное. после того, как ему всё-таки удалось немного отвлечься и отпустить ситуацию, он вдруг резко подумал о том, что со стороны напоминает себе ребёнка. почему его действия такие резкие и необъяснимые? почему он, взрослый парень, боится что-то или кого-то? почему он вообще уверен в том, что юноша с косичками творит что-то странное? возможно ли то, что такое поведение — обычное дело для деревенского жителя? дилюку страшнее было осознать не то, что какая-то сущность, что под видом молодого парня ежедневно наведывалась к нему, пугала до чертиков, в итоге оказалась «подружкой» для каждого жителя деревни, кроме самого дилюка. не то, что «венти» ведёт себя очень подозрительно, говорит странные вещи и пропадает за считанные секунды, будто его здесь и не было, будто это игра больного разума. страшнее всего дилюку было осознать то, что он действительно свихнулся. успокаивало только то, что кейя тоже видел этого парнишку, иначе бы юноша подумал, что просто его выдумал, чтобы не умереть от скучной деревенской жизни. теперь заскучать у него точно не получится, потому что если он всё-таки успокоиться и отпустит все странности, наладит отношения с этим деревенским чудиком, дилюк все равно не сможет забыть то, как тряслись его ноги после ночной вылазки на улицу. не забудет он и этих пугающих глаз, которые даже с хитрым прищуром и мягкой улыбкой контрастировали так, что хотелось разрыдаться от необъяснимых эмоций. дилюк встрепенулся и зарылся руками в густые волосы. они все растрепались с того момента, как он в спешке покинул участок, оставив бедную испуганную бабульку одну. наверное, стоит всё-таки возвращаться. только вот ситуация все ещё не ясна, а руки все ещё подрагивают. в голове будто кадр из фильма ужасов — вот они выходят из дома, вот венти болтает без умолку, вот дилюк оглядывается на него, делает перерыв буквально на пару секунд, а после оборачивается в пустоту. переживать подобный ужас в голове помогали ещё картинки ночных походов к его участку — вишенка на торте. дилюк реально сойдёт с ума. или, как ему показалось, уже сошёл. он просидел так час точно. за временем в таком месте практически не наблюдают, лишь на солнце ориентируются, да на погоду, чтобы подстроится под свои «огородные дела» да и только. выходя из-под ивы, юноша уже по привычке, что вырабатывалась всего несколько дней, смотрит на небо. скоро начнёт темнеть, а он так и не помог своей бабушке, снова. мало того, что испортил себе желаемый «отпуск», каким-то образом став мишенью местного чудака, так ещё и не справляется со своей главной обязанностью на эти три месяца. выходя с поля, дилюк останавливается и оглядывается назад. несколько раз поводя рукой в широких карманах, он наконец-то натыкается на пачку сигарет и зажигалку. от событий вокруг парень скоро бросит курить. да и выпивать когда-либо точно больше не станет — ему казалось, нервная система уже просто не выдержит алкоголь после такого расслабляющего отпуска. докуривая сигарету и медленно шагая в сторону дома, дилюк не перестаёт перебирать в голове альтернативы того, как ему стоит относиться к происходящему вокруг. игнорировать? не вариант. непосредственно участвовать? вариант, но он точно уедет из этой деревни таким же чудаком. в городе не оценят старания деревенских. рассмотреть ситуацию с другой стороны? возможно. тогда стоит поменять своё отношение к главному действующему лицу, которое пока что вызывает только ужас и необъяснимый интерес. последние мысли дилюк пытается игнорировать, втаптывает докуренную сигарету в землю и наконец-то заходит на территорию своего дома. он не забывал об этом действии с самого начала, просто странное поведение венти выбило из колеи — парень достаёт небольшой мешочек с травами и маленькими камушками от розарии, набирает горсть в руку и начинает рассыпать по периметру участка. больше всего он высыпал на землю у калитки и у входа в сам дом. забавно, что эта смесь с солью и травами закончилась быстро, поэтому юноша не смог обнести этим всю территорию, оставив небольшой участок пустым. «проход для нечистей готов. считай, целую арку им оформил ещё и украсил, какая прелесть» смотря на ситуацию со стороны, дилюк смеется. если бы ему месяц назад сказали о том, что он, напуганный и до чертиков уверенный в потустороннем вмешательстве, будет засыпать странной смесью свой участок в деревне, чтобы всякие водяные, утопленники и остальная тусовка не наведалась к нему в гости, он бы не поверил. не поверил бы в то, что способен на подобное в здравом уме. только вот быстро он начал привыкать к здешним обычаям, в надежде на то, что через такое проходил каждый житель деревни, а не только он, счастливчик. в этот раз ночь пугала не настолько сильно, как предыдущая. возможно из-за того, что дилюк всё-таки выучил несколько молитв, а может спокойствия придавал засыпанный солью участок? нельзя сказать точно, что именно из этих несущественных вещей помогло парню смириться со своим положением, но он действительно стал засыпать легче. и не слышен был гул сильного ветра, и не скрипела сегодня калитка, и не казались подозрительными все, кто проходил мимо его участка. окончательно расслабившись, юноша почти позволил себе погрузиться в сон, как вдруг услышал с улицы знакомый голос. схватил крест, что перед сном бережно снял с икон, взглянул в окно — за забором кейя всматривается в темноту, активно перешептывается с кем-то за своей спиной и вот снова зовёт дилюка по имени. сглотнув, юноша небрежно скидывает с себя одеяло и резво выходит из дома, прихватив с собой тёплую накидку и пачку сигарет. дилюк решил, если это проделки дьявола, то после очередного жуткого приключения он хотя бы сможет покурить. если это игра его воображения, то парень просто молча развернётся и уйдёт в дом. а ещё лучше — позвонит отцу, наврет что-то про прибыльную работу и убежит из этого места подальше, уничтожив в себе совесть и самоуважение. удивительно, но кейя оказался даже очень настоящим. он обрадовался тому, что друг всё-таки откликнулся на него и даже вышел из дома. как оказалось, разговаривал он с розарией, что стояла позади, и высматривал себе яблочко поспелее, за что получил нагоняй от девушки. — дилюк, у меня к тебе до ужаса заманчивое предложение, — кейя заправляет прядь волос и наклоняется ближе к чужому уху, — пойдём посмотрим на современный ведьминский круг! последний раз в детстве их всех видели, ой! розария хлопнула его легкой сумкой, на вид будто из настоящей кожи, прямо по голове. по ее лицу было понятно, что она целиком и полностью не довольна происходящим, а ещё было очень даже заметно, что она собирается кейю отчитать. — значит так, дорогой, я тебя от этого ведьминского круга берегу столько лет, чтобы ты к этим безбожникам в объятия бежал? — проигнорировав «ну я же просто одним глазком, чтобы интерес утолить» она продолжает, — а ещё так пристал к нашему старому другу! он наверное только-только сон спокойный повидал, а ты давай кричать да кричать! удивлённо поднятые брови дилюка на замечание девушки про наконец-то спокойный сон не были проигнорированы, розария пояснила, что травы эти должны были на него положительно повлиять. мол, как успокоительное для расшатанных нервов и снотворное сразу, а кейя такой негодяй взял и прервал его первую тихую ночь. — на самом деле мы идём собирать травы, ну как «мы», — розария покосилась на своего спутника, что в этот момент уже всматривался в поле, — я буду собирать, а этот сторожила — охранять. от кого только вот непонятно. в общем, он очень долго упрашивал меня позвать и тебя с нами, не против? — я же знаю тебя, друг, ты всегда был готов подорваться на такие ночные вылазки! давай и сейчас, свежий воздух никому не навредит. идти никуда не хотелось, только вот боялся юноша портить хрупкие отношения с теми, с кем по воле судьбы встретился снова. не хотелось разочаровать их, даже если перед ребятами стоял уже не резвый маленький мальчишка, а взрослый парень. скрестив руки, дилюк шумно зевнул и потратил ещё пару секунд не на выбор, тот был очевиден, а на осознание того, что большинство проблем здесь он наживет себе сам.