Fools go crazy

Рыжий, на ее удачу, торчал в коридоре. Подпирал стену и рассматривал девчонок, шныряющих по их территории. Очки мешали понять, что именно он в этот момент думает. Признаться, они мешали даже быть уверенной, что он вообще разглядывает девчонок, а не спит стоя, к примеру, но Крыса на все эти вопросы ответы уже нашла. Новый закон приняли благодаря Рыжему, а значит этого он хотел и этим был доволен. Стекло хрустнуло под ее ботинком, и Рыжий повернул голову. Против обычая крыс, он редко использовал оба наушника, отключая себя от мира полностью. Крыса улыбнулась бы, если бы умела, но она только упрямо шагнула вперед. В ее бирках было видно, что Рыжий открыл рот. Его идеальные губы — тот сарацинский лук, о котором пишут в бульварных романах — приоткрылись, но Крыса успела поднять руку, и он оборвал себя. — Давай без прелюдий. У меня дело. Его очки всегда побеждали ее бирки, как и он побеждал ее. И она не могла увидеть ни его удивления, ни насмешки — ничего, что дало бы подсказку. Точно, как со Слепым, когда он здесь, а не Там. Но на Слепого Крысе в целом было плевать, а тут… Рыжий без прелюдий не мог, он все-таки приподнял котелок и поклонился. Крыса была раздражена и очень, очень напугана, и это Рыжему не понравилось. — Прямо здесь поговорим? — спросил он, ухмыляясь, чтобы проносящийся мимо крысылог Москит не заподозрил, что разговор у них с Крысой важный. А если важный, то оба они знают, где спрятаться от чужих ушей, и пусть им обоим усилия стоило туда не ходить, Крыса резко бросила: — В учительском, — и развернулась. Рыжий вздохнул. Конспирация — это не к Крысе, так что она сама напросилась: Рыжий в духе всеобщей вакханалии положил руку Крысе на талию и дабы остаться целым и живым, быстро прошептал ей на ухо: — Чтобы никто не подумал, что у тебя правда дело. Под его рукой тело Крысы будто одеревенело — еще бы, ее обычно и за руку было не взять — ее дыхание испуганно сорвалось. Мучить Крысу Рыжему совсем не хотелось, но по счастью до общего сральника было близко. В дверях учительского туалета Крыса вырвалась из его некрепкой хватки, на мгновение даже посмотрела без бирок — будь они на Изнанке Рыжего бы исполосовало, ну или действительно обратило в камень. Тут он только усмехнулся и спросил: — Что случилось? — У меня проблема, — сразу признала Крыса. — И ты должен мне помочь. Рыжий хмыкнул автоматически, и бровь его, резко и красиво изогнувшись, поползла вверх. Он явственно ощущал тревогу и чуть не вскричал: «Нет! Только ничего не говори!» Что это за реакция Рыжий не знал, но предчувствиям доверял. И поэтому он уцепился не за такое пугающее, инфернальное почти, слово «помочь». Важное, словно внезапно проступившее на стене за ночь. Крыса никогда и НИКОГО не просила о помощи. И… Рыжий уже знал, что поможет. Что бы там она ни хотела. От такого не отказываются. Не с ней. Но он привычно нашел лазейку и ухватился за слово «должен». Потянул, разматывая его… Слова имели огромное значение, и Рыжий умел играть ими. — Я? Должен? Неужели? — вторая бровь взмыла вслед за первой, и теперь они воспарили, делая глаза еще больше, они проступили уже и сквозь очки. — А что взамен? Он и не замечал, как уходит от сути ее вопроса. Крыса сжала зубы, в бирках лицо Рыжего амплифицировалось, и градус его наглости будто возрастал тоже. — Да, — процедила она. А потом ее ударило его расчетливым «взамен», Крыса оторвала взгляд от бирок. — Взамен… — хрипло повторила она. — Я не убью тебя прямо сейчас? Ты не… ты должен, это все из-за тебя! Крыса мерцала и почти выпадала из реальности. Вообще-то было красиво. Рыжему стоило бы отойти, но он наоборот сделал два шага к ней, оказавшись в опасной близости от ногтей и… глаз. Ему нравились ее глаза. И он не мог остолбенеть, как бы ей того ни хотелось. — Из-за меня? Быть не может, — возразил он, бравируя. — Но… допустим, я неверно выразился. Я сделаю то, что ты захочешь в любом случае, только… Я же заслуживаю чего-нибудь взамен? Маленькую награду. Или… хотя бы шанс на награду? — закончил он с сомнением, обжегшись о ее взгляд даже из бирок. Бирки были проклятьем — они всегда и все портили. И Рыжему не нравилось, что она смотрит в них, а не на него. Он так стремился и сам испортить проклятую свою ангельскую внешность, но бирки портили Рыжего помимо его воли и не так, как надо… Ему такое не нравилось. Крыса отшатнулась, но выдохнула с облегчением. — Допустим, я принесу тебе что-нибудь бесплатно? — предложила Крыса без особой надежды, она нутром чуяла — от Рыжего так не откупиться. Но, собственно, а чего она ждала? Просто не придумала к кому еще обратиться. Лучше всех подошел бы лысый Сфинкс, но он был неподкупен. Сука. Поэтому Рыжий. — Не пойдет… Скучно, — протянул Рыжий. — Где твоя фантазия? — он понял, что перебарщивает и поднял руки, уступая заранее, сдаваясь, но не совсем. Крыса была очень близко, и Рыжему нравилось. Что именно, он не знал. Ситуация? Игры всегда будоражили его. И это упало яркой вспышкой, внезапным простым осознанием. — Давай сыграем? Твое желание против моего. Твое я исполню в любом случае… за игру. А мое… ты исполнишь, только если… я выиграю… в покер. Очень выгодное предложение, — констатировал Рыжий, ему стало гораздо спокойнее. — Идет? Он улыбнулся, словно сам Мефистофель, и бирки Крысы сделали его перевоплощение почти абсолютным, Рыжий чуть не отшатнулся и почувствовал совсем легкий вкус вины. Хотя виноват он не был, оттого и стоял на своем. — Говнюк, — просто сказала Крыса, не столько из-за того, что была против, сколько просто считая Рыжего таким. — Я же… Крыса проглотила свое «не умею», вот уж у кого и за что купить пару уроков она точно знала. И умела. Рыжий опять оказался опасно близко, она отступила еще, почувствовала лопатками стену. Она поняла вдруг, что Рыжий не спрашивает ее о том, что нужно будет сделать. Знает? Или так уверен в себе? С другой стороны, Крыса уверена в нем была. — Идет, — сказала она, наконец. — Но я запомню, что великодушным ты не был. Крыса резко оттолкнулась от стены и проскользнула мимо Рыжего, остановилась уже почти в дверях, уточнила: — Когда и где? Она ускользала и сердилась. И оказалась внезапно очень впечатляюща. А Рыжий все же был великодушен, хоть Крыса и не ценила. — Предоставляю выбор тебе, — усмехнулся Рыжий и слегка поклонился. Думать не хотелось, он словно уже ждал… Эта игра обещала быть, и Рыжий легко отдал Крысе все карты в руки. Даже время… А оно было дорого. Но она могла располагать его временем и даже вниманием. Рыжий терпеть не мог мешать себе развлекаться. Тон Рыжего Крысе не понравился, в нем было что-то… не угроза, кое-что похуже. Рыжий словно приманивал ее… — На этой неделе, — сразу решила Крыса. — Я скажу точнее завтра. Наступило время для яркого аккорда, но Крыса ничего такого не умела, и просто нырнула в коридор, оставляя Рыжего за спиной.