В той Гавани, где они нашли друг друга

      Еда — Мясо с золотистой корочкой, сочащееся пряным соком, от одного вида которого текут слюнки. Свежайший облачный перчик, усиливающий вкус и насыщающий мясо такой бодряще-обжигающей остротой. И немного лука как вишенка на этом торте пикантности. И всё, ничего лишнего, никаких варёных овощей или пресных гарниров. Вот о чём сейчас больше всего мечтает Бэй Доу, возвращаясь в Ли Юэ. Как же повезло, что Сян Лин живёт в Гавани, осталось немного... — Сян Лин, тащи все самое жирное и острое, что у тебя есть! — Бэй Доу по-свойски сразу врывается на кухню, но, удивительно, Сян Лин там нет. Вместо неё двое детей крутятся около очень шаткой и самодельной башенки: одна девочка стоит внизу, а вторая уже карабкается на самый верх и протягивает руки к сковороде. — А что мы тут творим? — Бэй Доу ловко подхватывает малышку, — Как вас вообще Сян Лин...Сян Лин?       Бэй Доу внимательно вглядывается в лицо малышки — копия Сян Лин в миниатюре. И она бы могла подумать, что это близкая родственница с потрясающей схожестью, если бы девочка рядом не была копией Синь Янь. — Какого чёрта тут происходит?! Ладно, девочки, кто хочет покататься? — малышки дружно заголосили, и Бэй Доу подхватывает их на руки, — Внимание, наш корабль отправляется через три, два, один, отдать швартовы! Так, горизонт чист, ветер умеренный, моряки, вам повезло! Та-ак, а что это справа по курсу? — Повозка! — Нет, это дружественное торговое судно! — Правильно, Синь Янь. И мы обязаны пропустить его. — Слева, слева! Там морское чудище! — кричит Сян Лин, показывая пальцем на собаку. — И правда, но оно абсолютно безобидное, нам просто нужно ускориться.       И под детский хохот вся компания достигает резиденции Нин Гуан. Если кто и знает, что тут творится, то только она. Оставив детей поиграть с безделушками в холле, Бэй Доу заходит в кабинет. — Нин Гуан, не думай, что я умом двинулась, но, кажется... — Некоторые владельцы Глаза Бога вдруг стали детьми? — Так ты уже знаешь? — Из первых уст. Посмотри сюда, — Нин Гуан с озадаченным лицом показывает в сторону двух детей, что на диванчике рассматривают книгу. — Это... Син Цю и Чунь Юнь? — Именно. — А у меня тут ещё две, — с этим словами Бэй Доу заводит Сян Лин и Синь Янь. — Святые Архонты...надеюсь, больше никто не пострадал. Гань Юй сообщала о странной ауре, что идёт из Заоблачного Предела. Сейчас она отправилась туда, чтобы разобраться с ситуацией, а нам остаётся только ждать. Но мы не можем отпустить их домой в таком виде, нельзя наводить панику среди населения. — Тогда решено: твоя резиденция временно превращается в детский сад, хахаха! — Похоже, у меня нет выбора, — Нин Гуан вздыхает и озадаченно прикладывает руку ко лбу, — тогда для начала нужно... — Кушать! — кричит Сян Лин. — Кушать! — вторит ей Синь Янь. — Кушать? — Чунь Юнь вопросительно поднимает голову. И лишь Син Цю, поглощённый книгой, остаётся безучастным. — Хорошо, я скажу повару, чтобы приготовил овощи и потушил кролика. — Ты хочешь, чтобы дети с голоду умерли? Они ни за что не станут это есть, — лицо Бэй Доу скривилось от отвращения. — Недооценивай навыки моего повара, он приготовит вкусное и полезное блюдо. — Тушёные овощи и вкусно? Ты издеваешься? — Предлагаешь кормить одними конфетами и пирожными? Или этой смертью в тарелке с большим количеством жиров и вредных приправ? — Ну хорошо, — Бэй Доу неожиданно легко сдаётся, — Только кормить детей будешь сама. — Договорились, — Нин Гуан улыбается, уверенная в том, что легко наладит связь с детьми.       И вот стол накрыт, блюда разложены и красиво поданы со всем изыском,даже Бэй Доу признаёт про себя, насколько это выглядит аппетитно. Но дети без удовольствия копаются в тарелке и совсем ничего не едят. — А можно мне другое мясо? — первой подаёт голос Сян Лин. — Что это такое? Я такое не ела... — Синь Янь с недоумением разглядывает тарелку. — Это готовила не мама... мамина еда самая вкусная...— Чунь Юнь, скуксившись, даже не смотрит на блюдо. — А где моя тарелка? Я ем только из своей тарелки с Мо-Мо, — Син Цю сводит бровки вместе, как будто очень расстраивается. — Дети, к сожалению, тут нет ваших тарелок, но эта еда очень вкусная, вы только попробуйте. — Хочу свинину! — Я тогда вообще есть не буду! — Мама... — Мо-Мо...       Сян Лин и Синь Янь громко кричат, казалось, что они сейчас перевернут стол и устроят маленькую революцию. Мальчики, наоборот, подозрительно притихли и спрятали лицо. Нин Гуан теряется: если взрослых людей можно убедить разумными доводами и её природным красноречием, то на детей это не действует. Она всё больше теряла контроль над ситуацией. — Я не могу на это смотреть, они же сейчас просто все разревутся. Дай мне. Займи пока детей.       С этими словами Бэй Доу подхватывает тарелки и мчится на кухню. Когда же капитан вернулась, все уже успокоились: дети крутили в руках драгоценные камни, рассматривая их на свету и заливисто смеясь, а Нин Гуан рассказывала сказочные истории о них. Малыши слушали, разинув рты, переводя взгляд то на Нин Гуан, то на камушки у себя в руках, все больше восхищаясь ими. А Воля Небес с нежной улыбкой гладила детей по голове, когда они с удивлёнными глазами задавали вопросы. — Так, дети, мы вас немного разыграли, вот ваш обед!       Бэй Доу расставляет тарелки, и голодные дети, кинувшись к столу, разевают рты. Мясо аккуратно разрезано и собрано в форме мордочки кошечки, мелкие овощи служили усиками и глазками, а гарнир выложен в виде причудливых деревьев, цветов и домиков. — Ну как, нравится! — Ага! — Тогда налетайте, пока морское чудище не вылезло из воды и не съело ваши обеды!       Дети с удовольствием стали уплетать еду, только Син Цю остался сидеть с грустным лицом. — Что такое, милый? — Бэй Доу подходит и наклоняется к ребёнку. — Я не буду есть без Мо-Мо… — Какой упрямый малыш, ну ничего, — Бэй Доу подхватывает Син Цю, садится на стул и садит на колени ребёнка, — Твой друг сейчас не может прийти и попросил меня покормить тебя за него, ты согласен? — Если Мо-Мо так попросил, то я согласен. — Умница, открывай ротик. Эта ложечка, чтобы ты рос умным. Эта ложечка, чтобы тобой родители гордились. А эта ложечка за Мо-Мо, который грустит, если Син Цю отказывается от еды. — Син Цю, ты что, маленький, чтобы тебя с ложечки кормили? — удивлённо спрашивает Сян Лин. — Малыш Син Цю! Совсем мелкий!       Синь Янь смеётся, а следом подхватывает и Сян Лин, Син Цю же дрожит и выпячивает губы, Чунь Юнь рядом хмурится. — Сян Лин, Синь Янь, дразнить других нехорошо, — голос Нин Гуан приобретает твёрдость. Она опускается рядом, смотря по очереди девочкам в глаза, — Син Цю сейчас очень грустно без своего друга, поэтому он не может кушать сам. Когда вы грустите, многого же не хочется, правда? Ему очень обидно, что его дразнят за такое.       Девочки замычали и пристыженно опускают головы. Нин Гуан гладит их по голове. - Вижу, вы всё поняли, умницы. — Син Цю, если тебе грустно без друга, то… — Мы будем твоими друзьями! — Давай мы покормим тебя тоже! — Эй, я тоже хочу быть другом! — Дети, тише-тише.       Нин Гуан тихонько приобнимает девочек, чтобы остановить активных непосед, и целует в макушку Синь Янь, Сян Лин и Чунь Юня. — Я-я... с радостью буду другом для вас всех! — выкрикивает растроганный Син Цю. — Вот и молодцы, — Бэй Доу потрепала Син Цю по волосам, — а теперь не отвлекайтесь, вы же помните про чудовище? Кажется, я уже слышу его...       Взвизгнув, довольные дети быстро прикончили обед и, полакомившись десертом, были энергичны как никогда. — Играть! — Да, я хочу играть! — А если мы будем бросать эти камушки в окно, что будет? — Или в стены. Интересно, они скачут как мячики? — Дети, эти камни очень больно бьют, не слабее обычных, — спешит умерить их пыл Нин Гуан, — можете взять себе по одному, но с обещанием, что не будете их ни в кого и ни во что кидать. А в соседней комнате для вас уже приготовили много разных игрушек, можете делать с ними всё, что хотите. — Ура! — раздался нестройный крик четырёх детских голосов, и малыши убегают, шумно топоча по полу. — Я не думала, что дети такие привередливые, — Нин Гуан устало опускается на диван, — твоя взяла, я не смогла их накормить. — Зато мастерски успокоила, так что 1:1, — Бэй Доу садится рядом и приобнимает за плечи, — и не жалко тебе камней? — Ерунда, если я захочу, куплю ещё сотню таких не хуже. А радостные улыбки детей не купишь, — лицо Нин Гуан смягчается, а глаза счастливо блестят. — У тебя хорошо получается с ними ладить. — У тебя, на удивление, тоже. — Эй, хочешь сказать, что я не умею обращаться с детьми? — с шутливой серьёзностью произносит Бэй Доу. — Заметь, это не я сказала. Но сейчас лучше пойти к ним. — И правда. А то с таким разрешением от комнаты ничего не останется, — усмехается Бэй Доу и протягивает руку, помогая встать Нин Гуан.       За дверью подозрительно тихо. Бэй Доу и Нин Гуан переглядываются, и в глазах обеих читается немой вопрос: с ними ведь ничего не случилось? Не убежали ли они, не полезли ли в труднодоступные места? Или, может, каким-то способом выбрались через окно? Женщины тихонько приоткрывают дверь и облегчённо выдыхают, улыбаясь: мягкие игрушки раскиданы на тёплом пушистом ковре, а в самом центре, прижимаясь друг к другу, спят Синь Янь Сян Лин, Син Цю и Чунь Юнь, смешно посапывая. — Они такие милые, — счастливо улыбается Нин Гуан — Все мы милые, когда спим, — тихо смеётся Бэй Доу, обнимая Нин Гуан и прижимая к себе, — может нам тоже стоит, отдохнуть там? В постели? — Ну хватит, не паясничай, — смеётся Нин Гуан, утыкаясь в любимое плечо.