Все беды от судьбы

«Что ж, в этот раз всё было не так плохо, как могло бы. Я теперь вполне могу доползти до туалета, а в кровати теперь нет лужи. Кроме того, если немного привыкнуть к боли, то потом можно достаточно здраво мыслить и даже заставить себя поесть. А ещё я в этот раз заготовил себе заранее воды, так что, как ты мог заметить, не умер от обезвоживания. Хэви кстати всё так же продолжает таскаться вокруг меня и приносить мне еду, но теперь хотя бы в школе пропадал. Поэтому завтраки и иногда обеды мне приносила мама. Вроде бы и приятно, но если Хэви я мог послать и выгнать, то с мамой такое не работало. А ещё один раз даже папа заходил. Причем как обычно в своём репертуаре: оставил тарелку, сказал быстрое «Поправляйся» и ушёл. В принципе даже неплохо, не расспрашивает, как мама, не заёбывает, как Хэви, но всё равно почему-то бесит. Меня вообще течка бесит. И тело после неё такое, будто по мне грузовик проехался, не меньше.» — Ди, ты решил там похорониться? — раздался стук в дверь. Ди уронил голову в подушку, издав какой-то странный для него самого же звук, после чего закрыл дневник, поднялся с матраца и, подойдя к двери, открыл её. — Ну вот и что тебе опять надо? — он хмуро посмотрел сверху вниз на младшего. — Поздравляю с выздоровлением, — Хэви широко улыбался, на что Ди только поморщился и, едва братец умолк, закрыл дверь. — Я не болею, — сказал он уже в пустоту комнаты и вернулся к Нику. «Почему Хэви с папой реагируют на течку так, будто это болезнь. Это не болезнь, люди! Это мой блятский организм, и так будет всегда! Ладно, не всегда, но до старости точно. Раз в три месяца, четыре раза в год. Годам к пятидесяти это должно прекратиться, а две течки уже прошло, значит меня ждёт ещё сто тридцать две течки. Ну, примерно. Мне, кстати, Лиф позавчера написала, у неё как раз первый гон был. Вот так совпало. Значит довольно скоро мы уже сможем помогать друг другу. Кстати, надо будет ей написать. Или позвонить.» Ди закрыл дневник, но, пару секунд потупив на белую обложку тетради, снова открыл. «Пока, Ник. Напишу может быть позже.» Уходить, не попрощавшись — невежливо. Он убрал дневник под подушку, после чего разблокировал телефон и набрал наконец подругу. — Ди, тварь, ты куда пропал?! — услышал он яростное высказывание сразу после прекращения гудков. — И тебе привет, — Ди едва заметно улыбнулся, — С течкой валялся. — Сука, ну вот же! — крикнула Лиф таким тоном, будто об этом и говорила, а он пропустил мимо ушей, — Мы могли, блять, помочь друг другу с этим, а теперь я тут сама этот пиздец терплю. — В первый раз всё равно нельзя. И с дрочкой там не перебарщивай. — В смысле «не перебарщивай», блять? Мне уже и подрочить во время ёбаного гона нельзя? Настолько большое ахуевание не испортил бы даже самый первый в мире телефон. — Очень нежелательно. Первый всё-таки. — Ой, сам как будто терпел, блять, всё время. — Да. — Пизда! Ты что, не дрочил что ли? — Нет, — ему уже даже становилось немного смешно от того, что Лиф «позорится» со своим онанизмом, а он нет. — И пальцы в себя не вставлял? — Нет, конечно, — а теперь уже смешно быть перестало, скорее противно. Он действительно несколько раз думал о том, чтобы вот так помочь себе во время течки, один раз он даже рискнул потрогать одним пальцем напряжённое колечко мышц, однако, почувствовав вязость естественной смазки, мгновенно передумал и более к этой мысли не возвращался. — Пиздец ты долбаёб… — уже тише и будто на выдохе произнесла Лиф, — Ты ж сам себе не помогаешь. — Ты себе тоже. — Ты вообще меня с этим бросил. — Ну я как-то не очень сижу в телефоне, когда не могу толком вдохнуть. — Меня вообще сейчас на части разъебет, но я-то трубку взяла. — А ты мне и не звонила, только писала. Позвонила бы, я б тоже взял. — Сука ты просто редкостная, — а в этой фразе уже чувствовалась улыбка. Ди считал ахуенным то, что они могли всячески обвинять друг друга в чем-то, обзывать нехорошими словами или даже послать куда-нибудь, но при этом оба знали, что это совершенно несерьёзно и они всё равно останутся друзьями. — Я знаю, — улыбнулся он. — Сам-то как? — Ну вот от течки отхожу. Немного вялый пока. — А, блин… Ну тогда иди отходи. — Прогоняешь уже? — Ну ты там сам после течки, я тут с гоном… — Лиф притихла, хотя явно не договорила, и слышно было лишь какое-то странное шуршание, а после него: — Бля-а-ать… Ди понятия не имел, что там у неё происходило, хотя примерно представлял, что ей там не то чтобы легко и просто. Возможно, как хороший друг, он должен был бы прийти и поддержать по мере своих сил… Хотя это ужасная идея. — Ты же понимаешь, что если я приду, то мы просто потрахаемся? И никому от этого хорошо на самом деле не будет. — Мне вот было бы очень хорошо… — кое как и тяжело дыша проговорила Лиф. — Нет, у тебя этот гон первый, поэтому лучше не надо. — Блять. Всё, иди отсюда, и дай продолжить. Продолжить… — Ты там во время нашего разговора дрочила что ли?.. — Конечно. Даже кончила один раз. — Пиздец. — Вот поэтому и вали уже. — С удовольствием. Предпочитаю не слышать этого. — А ведь позже придётся видеть. — Ага.

***

— Я, — сказал Ди, поднеся телефон к уху. — Меня можно поздравить, я выжила, — прозвучало из динамика не очень довольным голосом, что несколько противоречило словам. — Поздравляю, — едва заметно улыбнулся Метал, оставляя свой голос привычно ровным. — Спасибо, — слегка совсем язвительно выдохнула Лиф, — А тело прям какое-то не моё. — Советую хорошо поесть и принять ванную. Ну или хотя бы душ. — Да это само собой, неделю не мыться — это ж пиздец. — Согласен. — Слушай… — медленно произнесла она, — У тебя ж эта течка уже вторая была, да? — Да, — Ди прищурился, несмотря на то, что собеседница никак не заметила бы этого. — А она хоть немного легче первой? — Ам… — глаза округлились сами по себе, — Пожалуй только в том, что ты как бы уже готов к тому, что будет. Ну и всё. — Слишком мало. — Ну я лично даже вставал иногда. Думаю, тебе с гоном хватит сил иногда подниматься. — Сама на это надеюсь. Почему ещё никто не придумал волшебную таблетку, чтоб не терпеть всё это? — Вообще-то придумали. Кстати, на этот счёт у меня к тебе просьба будет. — Так, подожди-ка… — из трубки послышалось шуршание, — Ты подавителей себе купить хочешь? — спросила Лиф удивлённым голосом. — Да. И сам не могу, потому что я омега херов. — А зачем они тебе, если у тебя есть я? Персональный подавитель. — Ну… — Ну?.. — Ну на всякий случай. — На какой нахер случай? — Всякий. — Я сейчас иду в душ, а ты тащи свою текущую задницу ко мне, будем разбираться.