Ведьма дворца

Она тихо шагала по гарему, не оглядываясь вокруг на таких же, как она. Эта девушка была молода. Если вы спросите о ее жизни она ответит, что была счастлива в маленькой пусть не богатой, но семье. Счастье было разрушено. Солдаты силой забрали ее из теплого гнезда. Дева не знала как ее семья, жива ли она.. Все что ей оставалось это молиться и стараться выжить в этом жутком месте. Спустя несколько лет она смогла заинтересовать калфу по имени Дайе. Эта женщина прислуживала матери шехзаде который вскоре мог взойти на престол, и девушка знала.. Нет, она понимала, что именно она сможет помочь ей подняться выше в должности. Спустя время так и произошло. Она смогла сменить Дайе-хатун в должности. Пусть и не так быстро, но отныне она прислуживала султану в качестве калфы гарема. После была встреча с ним. Это было случайное столкновение, но этот человек запомнился ей с первого же взгляда. Она еще совсем юная в делах спешила от покоев отныне Валиде и попала в ловушку крепких рук. Яркие и горящие зелёным цветом словно сами листья глаза смотрели на нее с удивлением. - Ты кто? Такой глупый вопрос.. Но она отчаянно покраснела и поскорее избавилась от прикосновения теплых мужских рук, которые ей не были виданы с тех самых последних крепких рук отца. Этот человек пусть и не был одет богато, но весь его вид словно говорил, что он не последний человек при Султане Сулеймане. - Нигяр-калфа. Прошу простить мне мою дерзость! Молодой мужчина лишь слабо кивнул и ушел за ее спину. Она бросила заинтересованный взгляд вслед и вновь поспешила. Следующие встречи были незначительными. Он обращался к ней редко, а ей не было надобности с ним говорить. - Ибрагим. Хранитель Покоев Ибрагим.. Нигяр боязливо прижала пальцы к губам словно опасаясь, что ее услышат среди ночи в одинокой комнате. Этот человек был близким для повелителя, почти правой рукой... Валиде такого не одобряла, но молчала. Отныне ее сын стал Повелителем, и она не смела перечить ему в таких простых вопросах как выбор слуг и рабов, хотя Сулейман и называл его своим другом и братом! Спустя время, когда у Султана уже был подросший шехзаде она увидела Хранителя Покоев в саду наедине с сестрой Падишаха - Хатидже Султан. Нежная и хрупкая девушка. Вот кто являлся любовью этого человека. Она пленила хрупкое сердце верного раба Османской Империи. Внутри неприятно кольнуло. Словно Нигяр только что взяла самую красивую розу и оцарапала свой палец об шип торчащий незаметно с листьев. Калфа постаралась тихо отступить, но ветка предательски хрустнула под её ногами. Сердце затрепетало испуганной птичкой, но влюбленные лишь скрылись под густой зеленью. « Не думай об этом! Не думай! Уходи и никогда не возвращайся сюда! » Нигяр так и поступила. Она вернулась в гарем встречая на пути Гюль-агу который тут же обеспокоился бледным цветом ее лица. Девушка натянула улыбку и слегка кивнула евнуху отвечая, что с нею все в порядке, просто немного душно. У нее были друзья, и этим уже можно было гордиться. Но согласно ли было ее сердце с этой мыслью? Крепкий мужчина стоял в своих комнатах глядя в небольшое окно размышляя. « Я — Ибрагим. Сын рыбака — грека Манолиса из Парги и венецианки Софьи. Ибрагим из Парги, раб, обращённый насильно в ислам в 10 лет. Каким было моё имя прежде? На каком языке, что оно значило? Я уже не помню... Забвение приносит свободу... А может быть, не оставляет твоё сердце в покое и язык, который ты знал, земля, где ты научился ходить? Я — Ибрагим, приехавший из Парги, в 10 лет названный Ибрагимом. Что значит вернуться? Куда человек возвращается? Где твой дом? Куда можно вернуться? » Хранитель Покоев тяжело вздохнул, прикрывая на мгновение глаза. Перед его взором сразу предстала Хатидже Султан. Нежный цветок среди этого яростного огня. Он не верил, что Госпожа ответила ему взаимностью, не верил, что они тайно, но встречаются в саду. Оба боялись, как бы их не заметили, не узнали! Ибрагим покачал головой и решил, что у него есть возможность прилечь и успокоить тревожащее сердце. Но он открыл глаза думая, что сон не придет к нему, как неожиданно понял, что лежит не на скромной тахте, а на ложе достойное самих господ. Было мягко и тепло, но чувство страха билось в висках желая предупредить! Ибрагим порывался вскочить, но затея с каждым разом провалилась, и поэтому он решил ждать. Но чего?! Мужчина повернул голову на звук открывающейся двери и в комнату плавно вошли Палачи. Глаза расширились, а кулаки сжали простынь прямо под ним. Мужчины чьи лица были скрыты тканями дали друг другу знаки и двинулись к нему. Миг и на его шее сжимается шёлковая веревка, но словно издеваясь чужие руки не сильно ее сжимали. Понимая, что он наконец-то может управлять своим телом Паргалы вскочил с постели из-за чего удавка затянулась туже. Мужчина пытался схватиться за нее, он задыхался! В последнее мгновение своей жизни Ибрагим смог прохрипеть лишь одно слово. – Повелитель..! Хранитель Покоев упал с тахты от резкого движения и благодаря этому проснулся. Рука метнулась к шее, которая до сих пор ощущала ужасное жжение удавки, но никаких следов не было. – Просто сон. Это был лишь сон, Ибрагим.. Но даже спустя время сон не уходил. Он приходил к нему каждую ночь проигрывая одну и ту же картину. Иногда он мог двигаться. Ибрагим старался убегать, но везде, в каждом человеке в каждом чужом лице его встречали палачи. Он не мог понять из-за чего к нему возвращается этот сон вновь и вновь. Почему он зовёт лишь одного человека. Повелителя. После в гарем привезли новых наложниц. Одна была до безумия буйной и имя ей было Александра. Он увидел ее тогда в гареме чистую и опрятно одетую. Она была красива. Ибрагим видел, что калфа во многом помогала этой девушке и старалась ее чему-то научить, но иногда это слабо помогало. Мужчина с улыбкой наблюдал за потугами Нигяр воспитать в этой рыжей человека. В честь Султана был праздник, на котором, как всегда, танцевали рабыни, и особенно две запомнились Повелителю. Невообразимо, но он обеим подарил платок. Одна словно фурия готова сметать все на своём пути не видя преград. А другая тихая как воды Босфора в спокойный день. Но Сулейман задержался именно с Мари. Так ее звали раньше, ведь сейчас она носит уже другое имя, но об этом чуть позже. Уже после была первая драка между этой славянской рабыней и фавориткой Айше-хатун. Ибрагим услышав о проблемах хотел немедленно спуститься, как в него врезалась Нигяр калфа. Ему напомнило это их первую встречу. Она ещё совсем юная и неопытная, и он верный слуга шехзаде, а уже тогда Султана Сулеймана. Он слабо улыбнулся и поддержал ту за локоть предотвращая падение калфы. – Нигяр, что там происходит вновь? Только не говори, что это та рыжая. Но женщина застыла подобно статуи смотря в зелёные глаза Хранителя Покоев, а руки немного подрагивая от внезапного столкновения спокойно лежали на груди мужчины. - Вы.. Вы правы. Ссора произошла между рабыней и фавориткой. – О, Аллах всевышний! Была права Валиде не будет нам покоя с этой славянской девушкой. Нигяр, у меня есть к тебе просьба. Присматривай за нею. Сообщай мне если будешь видеть что-то подозрительное. Я в долгу не останусь. Ибрагим прикоснулся лёгким касанием руки к её плечу и посмотрел в мягкие карие глаза. Он отметил про себя что раньше и не задумывался о том насколько они могут быть глубокими, а совсем слабая улыбка такой яркой. – Конечно! Хранитель Покоев, вы можете на меня положиться. Паргалы кивнул и будучи глубоко в своих мыслях вернулся в свои маленькие покои. Он не мог понять себя. Почему его взгляд так зацепился за Нигяр? Мужчина и раньше ее видел, они раньше разговаривали. Но только сейчас внутри него словно что-то открылось, как маленькая шкатулка с лёгким щелчком. Хранитель Покоев тряхнул головой словно изгоняя ненужные мысли, и вновь устремил свой взор, на окно за которым верно наступала ночь. Тело охватила лёгкая дрожь, но он заставил себя лечь в постель и уснуть. Удивительно, но сегодняшней ночью кошмара не было.. Прошло еще время как эта фаворитка сказала ему совсем тихо фразу, от которого у паргалы пробежали мурашки по телу. Он долго крутил это в своей голове пытаясь понять как и откуда она узнала? “ - Ваши встречи с Хатидже-Султан до добра не доведут... Будьте осторожны, Паша. За такое и головы лишиться можно “ Ибрагим словно зверь метался в коридоре. Беременную фаворитку Султана отравили прямо в его покоях! – Аллах да упокоит его душу.. Паша был в гневе. Он уже догадывался кто это был, и даже хатун подтвердила теорию. Хюррем. Рыжая, бывшее имя которой было Александра. Мужчина шёл быстро по коридору и увидел стоящую к нему спиной калфу. Ярость захлестнула его вновь, стоило только вспомнить как Нигяр помогала Хюррем освоится тут. Ибрагим схватил женщину за локоть и грубо толкнул к стене тут же нависая над калфой черным вороном. – Нигяр. Ответь мне. Ты знала об этом? Испуганная женщина смотрела на Хранителя Покоев и действительно не понимала о чём речь. Она пролепетала что-то в ответ, но Ибрагим ударил рукой стену около нее от чего сама Нигяр дрогнула. Эта же рука крепко сжала тонкую шею и в последствии перекрыла доступ кислорода. – Не смей мне лгать... Отвечай!! Паша ударил калфу головой об стену и будто очнулся. Он увидел, что женщина чуть ли не теряет сознание и резко отпустил. Нигяр сползла по стене вниз вся в слезах. Хватая воздух ртом, она клялась, что не понимает и не знает о чём ей говорит Паша. – Если я узнаю, что ты к этому причастна... Тебе не жить! - Это правда Паша! Я не причастна. Не посмела бы предать.. Вас. Паргалы поджал губы и резко ушёл не в силах более смотреть на её слёзы. Как не вовремя на его пути встала Хатидже Султан. Она обеспокоенно смотрела на него, но... « Это беспокойство не за меня, а из-за встреч, на которые я больше не прихожу. Письма, на которые она не получает ответа. » – Ибрагим-Паша.. Что-то произошло? Вас не было вчера в.. – Прошу меня простить. Госпожа, я осознал, что мы идём по ложному пути. Я лишь скромный слуга Повелителя, а вы член династии, сестра моего хозяина. Больше Паргалы не смеет и взгляда вслед бросить. Отныне... Прошу. Забудьте, Султанша. Я уверен, что вашу нежную улыбку вызовет кто-то другой, нежели это буду я. Прощайте. Ибрагим поступил точно так же, как и при разговоре с Нигяр. Сбежал подальше от этих глаз, в которых ты, кажется, тонул все глубже и глубже, а дна все не было видно. Он понимал, что поступает подло с молодой девушкой, но слава Аллаху они не успели совершить ошибки, которая погубила бы их в последствии обоих. « - Нигяр-калфа, присмотрись к ней. » Мужчина вышел на балкон в своих новых покоях, которые ему предоставил Повелитель. Отныне раб из Парги находился всегда по близости, лишь ниже, чем находится балкон Падишаха. Взяв увереннее скрипку что досталась ему от матушки он начал играть и думать. – Нигяр.. Мелодия игриво подхватила этот шёпот унося за собой дальше. « Нигяр Калфа... Ее губы алые словно гранат. Глаза что сияют теплом стоит им лишь взглянуть на меня. Девичий стан, который я не перепутаю ни с кем. Тихий смех, который я могу услышать находясь поблизости. Когда я успел это все запомнить? Когда успел сохранить это? » Маленькая шкатулка на манер в которых госпожи берегли свои драгоценности, закрылась внутри Ибрагима бесшумно. Он действительно сохранял воспоминания о ней. Глубоко в себе. Год за годом, думая, что паргалы просто понимает ее, ведь когда-то и он ушёл от семьи. Мелодия закончилась. Мысли были ровно по порядку. Он знал, что делать. Он знал, что сказать. И вот Ибрагим ждёт ее. Она заходит совсем бесшумно и, если бы не двери, возможно, мужчина и не понял, что кто-то пришел. Неожиданно для него самого все слова и фразы что он думал сказать - вылетели из головы! – Паша, вы звали меня? Милая Нигяр. Стоит и не смеет поднять свой взгляд. Боится. Помнит последнюю встречу. – Звал. Ибрагим шагнул к ней не замечая, как та дрогнула и хотела было отшатнуться от него, но Паша прижал тыльную сторону ладони к щеке девушки поджимая губы. – Нигяр. Прошу прости меня за тот случай в коридоре. Я знаю, что ты не причастна к отравлению Кесем-хатун, но тогда злость затмила мне разум. – Паша, вам.. Вам не нужно просить прощения у такой как я! – Какой, такой? Женщина притихла. Мужчина подхватил подбородок управляющей пальцами и ненавязчиво приподнял ее голову сразу захватывая эти карие глаза в плен. Сейчас разглядывая их, он мог с уверенностью сказать, что они ему напоминают. – Мёд. – Чт..Что? Большой палец очертил линию щеки Нигяр наслаждаясь тому какой нежной была ее кожа. – Твои глаза, Калфа. Они напоминают мне мёд. Золотистые искрящиеся сладостью.. Нигяр стояла истуканом и не знала, что ответить. Ей делают комплимент? Делает комплимент тот самый Ибрагим? – Но Паша! Султанша и вы... Мужчина нахмурился, явно вспоминая тот хруст ветки, а теперь и понимая кто был случайным свидетелем той короткой и невзрачной встречи. – Я уже все сказал ей. Мои чувства.. Они были вызваны восхищением к сестре Повелителя. « Признайся сын рыбака. Признайся, что тебе льстило внимание той особы! Как никак сестра Султана, госпожа! » – Но не она пленила мое сердце. Ты, Нигяр. Только ты. Калфа стояла и во все глаза смотрела на мужчину не веря. Она не могла поверить его словам, но глаза и чувства что плескались в них были красноречивее. Ибрагим тихо вздохнул и медленно наклонился к уху Нигяр шепча своими губами то, что шло от сердца.. — О всевышний, эти воззвания к тебе, сможет ли все это услышать моя любимая? Услышит ли она? Если бы я знал. О всевышний, что это за волнения, что это за пелена перед моими глазами? Все это потому, что ты для меня все. Все есть ты для меня. Когда я молчу, когда говорю, у меня перед глазами твой образ. Мое время и мой хлеб — это ты. Женщина тихо всхлипнула и начала оседать на пол. Подумав, что верный раб Падишаха переборщил с признаниями он тут же подхватил Нигяр глядя в ее глаза, наполненные слезами. – Женщина всегда всё поймет, глядя просто в глаза. Слов не надо.. Ибрагим. Паша не сдержал улыбки и выдохнул, прижимаясь своим лбом ко лбу калфы чувствую тонкий аромат ее тела. Так летело время. Их чувства крепли с каждым взглядом, с каждой встречей, с каждым их вздохом обращённые друг к другу. Подрастали дети султанш, происходили битвы, ссоры, крики. Но между ними двумя была тихая гавань. Они бережно хранили этот покой наслаждаясь в лучах яркого солнца. Ибрагим не смел целовать её, но ему хватало просто обнять Нигяр, почувствовать рядом вновь этот аромат, почувствовать, как ее руки обнимают в ответ прикасаясь к лопаткам, а прохладный маленький нос прикасается к щеке в утешение. Но неожиданно все завертелось с безумной скоростью. Свадьба! Повелитель одобрил их брак, позволил им любить друг друга! Оо, эти двое были счастливы до безумия и отныне им были не так важны чужие и косые взгляды. – Зачем он выбрал ее? – Неужели она думает, что удержит его? — Да ты посмотри на нее! Он боролся с желанием поставить их всех на место, но Нигяр успокаивала душу Ибрагима говоря, что ей все равно до этих разговоров. В тот вечер она сказала то, что заставило Пашу почти вознестись над дворцом Топкапы и летать! – Вы полюбили меня, Паша. Это награда для меня. И я всегда буду на вашей стороне. Лишь вашей. И вот он заходит в свои покои чувствуя тепло, исходящее от свеч. Возможно ли такое? Пусть ответят влюбленные. Взгляд, отныне Визиря Османской Империи, зацепился за красную ткань и его почти уже жену что стояла и дрожала словно осиновый лист в ожидании своего почти уже мужа. Ибрагим подошёл и уверенно поднял красную вуаль открывая счастливое лицо перед собой. Он понимал, что стоит благодарить за этот миг лишь одного человека. Кесем-Султан которая помогала ему, подсказывала. Возможно она и правда была ведьмой, но сейчас для него это не имело значения. – Жена.. Нигяр расплылась в улыбке бегая сияющими глазами по расслабленному лицу Визиря. – Муж.. Ее голос прозвучал неуверенно. Она до сих пор не верила в свое счастье. Ибрагим был готов доказать, что это все правда. Он нежно поцеловал ее губы руками расправляясь со шнуровкой платья сзади так словно у него уже был опыт в этом. Но мужчина тоже волновался будто перед ним задача словить впервые кабана с одной стрелой и луком. Руки касались девичьего стана с особым трепетом немного подталкивая ее к их общему ложе. Они упали на постель путаясь в ворохе одежды. Ибрагим не мог оторваться от тела своей возлюбленной исследуя его губами вновь и вновь целуя каждый участок кожи. Он иногда поднимал глаза на лицо своей любимой убеждаясь, что она наблюдает за ним не отрываясь возвращался к своему занятию. Визирь представлял эту ночь с тех самых пор, когда услышал разрешения Повелителя. И вот крепкие руки обхватывают пухлые полушария немного сжимая, а большой палец очерчивает ореол вокруг напряжённого соска. Сверху послышался сдавленный стон на что Ибрагим улыбнулся и послал своей возлюбленной красноречивый взгляд словно убеждая не сопротивляться удовольствию и издавать эти прекрасные звуки. Тело женщины для него была точно скрипка ведь каждое движение и прикосновение к ее телу было как касание к тонким струнам. Музыка стонов доходила до его сознания лишь сильнее возбуждая. Заставляла терять контроль. – Ох, моя Нигяр.. Ибрагим навис сверху и тут же склонил голову касаясь языком темно розовых сосков чувствуя, как собственный половой орган напрягается больше и больше. Женщина, что лежала прямо перед ним кусала свои нежные губы и всем телом тянулась к единственному человеку которого любила всей душой. – Тшш.. У нас вся ночь впереди. – Агх, Паша! Паргалы усмехнулся и совсем безболезненно укусил сосок тут же лаская его своим языком извиняясь за такую меру. Он намекал ей на ее ошибку зная, что она понимала о чём речь. – Ибрагим!

« Моя умница. Моя жена »