Короткие метры

      Славный дождливый день овладел сегодня приятным городком на западе страны немцев. Саарбрюккен - град, разделённый на две дружные половины рекой Саар и соединяемый каменным мостом. Приятный город мог бы стать местом действия для шекспировских сюжетов или импрессионистических пейзажей, само нутро Саарбрюккена разрывалось бы от гордости и счастья. «Вот я! И вот во мне разворачиваются самые интересные истории и звучит увлекательная музыка! Все ко мне!» - воодушевлённо мог говорить город. Но он не так дерзок и эмоционален, но вполне спокоен, где-то сдержан, а главное, зачастую внимателен к своим жителям. Вот и теперь он старается не упустить из виду мчащихся встретиться в эту не простую военную пору юных товарищей, назначивших место в парке возле театра. «Одного из самых уютных театров» - скромно дополняет городской голос.       Ботинки Штеффена почти промокли насквозь за то время, пока он спешил и хотел уже проклинать момент, когда согласился на эту «встречу заядлых болтунов и гуляк» как выразился один из затейников Ганс-Тиль. Зонт Штеффена пару раз вывернуло наизнанку, очки заливало водой, что создавало не самую комфортную атмосферу для прогулки вообще. Но кто же знал?! Встреча была назначена не вчера и не три дня назад, а ещё на прошлой неделе. В итоге, вместо того, чтобы отменить мероприятие, его решили оставить, оставалось только понять зачем.       С другой стороны, от парка почти со скоростью голодной пантеры, завидевшей жертву, летела Йоханна, загадочным образом умудряясь контролировать свою одежду на себе, потому как шляпа намеревалась пуститься в дальние полёты, зонт уже был будто на полпути к столице, подтягивая с собой и свою хозяйку, а плащ с платьем пустились в страстное танго. Но девушка не давала им разгорячиться до такой степени, чтобы остаться ни с чем посреди улицы. В один момент дунул ветер и заставил Йоханну замереть на месте, однако она продолжила путь навстречу ветряным преградам. Поняв это, ветер сменил направление, отчего и изменилось направление дождя. Девушка не заметила в лужице маленькую ямку, оступилась. Зонт вылетел из рук, подол плаща закинуло на голову, шляпка наехала на глаза. Девушка растерялась? Нет. Наоборот она взяла ситуацию под жёсткий контроль. Первым делом она твёрдо встала на ноги, затем успела схватить убегающий зонт, потом поправила капризное облачение. Сделала два медленных шага, перевела дух и снова ускорилась.       В это время двое их товарищей уже ожидали под раскидистым деревом в парке, с набережной которой открывался довольно... снисходительный вид на противоположные здания. Под шумной кроной, прислонившись спинами к стволу, сидели, прикрываемые листьями от небесных слёз, Ганс-Тиль и Юрген. Второй юноша в шутку предложил назвать из сообщество «Собратья по непогоде». Молодые люди коротко посмеялись. Они в нетерпении оглядывались, высматривая друзей. Через две минуты с правой стороны показался на горизонте Штеффен, через четыре Йоханна. Оба летели как резвые птицы.       -Приветствуем задержавшихся! - Прозвучал довольный голос Ганса-Тиля, перебиваемый ударами каплями об асфальт.       -Добрый день! Насколько это возможно. - Его настроение передалось и подошедшей девушке, складывающей и стряхивающей воду с зонта. - Надеюсь, это единственный недостаток дня.       -Опаздываете, господа. - Ворчливо сказал Юрген.       -Предлагаю тебе пройти мой маршрут в столь чудесную погоду. - Недовольно ответил третий юноша. Юрген хмыкнул, хотел ответить, однако Ганс-Тиль тут же предложил обсудить, как они проводят свои дела.       Надо заметить, что Йоханна давно не видела Юргена, а Ганс-Тиль смог урвать отгул с работы ради этой встречи. Возможно, именно это стало причиной по которой она и не отменилась. Через несколько коротких болтливых минут дождь прекратился. Молодая компания вышла из убежища, топая по мокрой асфальтированной дорожке парка. Всегда весёлый или он хотел таковым казаться Ганс-Тиль тараторил без конца, то поддерживая кого-нибудь из присутствующих, то невзначай перебивая их же, то замечая ненужный и лишний предмет окружения. Или он так хотел быть в центре внимания? Об этом подумала Йоханна. Вдруг? Он ведь даже в середине идёт. Какой скоромный молодой человек, она его всегда таким считала.       Шеренга друзей не долго пробыла в полном составе, потому как в один момент произошло непонятное перестроение: из-за перемещения Ганса-Тиля и последующего разворота Юргена, Штеффен оказался рядом с Йоханной, которая почти и не заметила этого сразу. Беседа не имела определённой темы, они говорили о многом. В основном, конечно, эфир занимал Ганс-Тиль, потом Юрген и где-то, высказывая мнение или изредка сообщав новость, появлялся Штеффен. Девушка тоже не только кивала и соглашалась, но старалась подогревать общение (и остужать, когда чувствовала зарождение серьёзного спора, способного перерасти в конфликт). В конце-концов, разговорчивый квартет разделился на дуэты. Теперь Штеффен вёл диалог с девушкой, а те двое как раз начали спорить, выбрав для этого самую лучшую и опасную по меркам 1944 года тему - политику. Йоханна предпринимала попытки закрыть тему, но вскоре бросила это дело, увлекаясь общением с молодым человеком.       -Считаешь, они придут к какому-нибудь компромиссу в этом вопросе? - Бесстрастно поинтересовался Штеффен.       -Нет. - Быстро ответила она. - Думаю, нет. Им бы лучше поговорить о том, как добывается руда.       -Руда? И как, например, добывается какая-нибудь руда? - С лёгкой улыбкой задал вопрос юноша.       -Вот пусть они и расскажут об этом. Это ведь их беседа! - Йоханна усмехнулась.       -Нет, правда! Это ведь тяжёлая работа, нужно быть подолгу в шахтах.       -Штеффен... - Она хотела замять вопрос шахт.       -А потом вывозить добытое, обрабатывать. - Но он будто не слышал.       -Штеффен! Скажи, ты знал, что в музее сейчас проходит выставка? Там есть красивая греческая ваза. Тебе надо её увидеть, думаю, понравится.       -Если ты думаешь, значит, так оно и должно быть.       Их руки случайно соприкоснулись. Штеффен покосился вниз, действительно ли это так, или же девушка умышленно дотронулась до его ладони. Через два метра хода, молодой человек снова почувствовал прикосновение, но потом уже решил ничего не выяснять и мягко провёл пальцами по руке Йоханны. Далеко послышался раскат грома. У всех друзей промелькнула мысль, лишь бы снова не начался дождь.       Йоханна, ощущая холодную ладонь юноши, вплела свои пальцы в его. И снова громовой гонг. В этом сплетении рук была детская напряжённость, тонкий страх и стеснение. Моментом позже пара отдалилась от своих компаньонов и запряталась под листву. Здесь их не было видно ни со стороны дорожки, театральной площади, набережной. Скромное укромное место для двоих одновременно у всех на виду и скрытые зеленью от любопытных глаз. Девушка прислонилась спиной к дереву, глядя в глаза Штеффена. Он молча смотрел на неё, а в голове тем временем сновала мысль в какое мгновение он оказался здесь рядом с ней и как теперь этого избежать. При этом он не хотел никуда бежать. Йоханна думала о том же, только могла подавлять назойливую мысль. Посреди парка в такое время.       Молодой человек потянул ладонь к её телу. Она нежно взяла его и приложила руку к животу. Всё было настолько робко, что если бы кто-то и увидел происходящее, то поскорее устремился сбежать, ведь картина представляла самое неуклюжее действо. Только вот юные создания думали обратным образом, что их движения являют римские драматические сюжеты. Девушка медленно повела его руку выше, до груди. Штеффен испуганно остановился. Осязать чужое тело было гораздо необычнее, нежели трогать некоторые части своего тела. Он боялся того, что может быть дальше. Все знали, что могло быть. Особенно ярко это воображается у тех, кто никогда не заступал за грань возможностей. А эти двое не заступали никогда, и поэтому сейчас могли полагаться только на свои инстинкты. Йоханна было начала продумывать план отступления, выгодную тропу для побега, но нечто заставляло оставаться рядом с Штеффеном, так же обдумывая идею прекращения этого безумства.       Острожным движением он положил другую руку ей на поясницу, чувствуя как она выпрямляет спину, но потом снова выгибая её. Это был мимолётное сомнение со стороны Йоханны. Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Штеффен сделал шаг к ней, их обувь соприкоснулась, потом бёдра. Он глубоко в мыслях давно забился в самый дальний чертог сознания и трясся там как лист на ветру. Раздался гром, начался нежеланный дождь. Желанным было другое. Молодому человеку хотелось выгнуть свою поясницу, чтобы не доставлять дискомфорт девушке, однако вместо этого выпрямил, отчего кровь ринулась по венам. От необычной близости Йоханна чуть вздрогнула. Она прижимала его руку к своей груди, другой держалась за ствол, оцарапывая кору дерева. Штеффен медленно снял очки и положил их в карман, затем вернулся к девичьей спине. Это всё, на что он был сейчас способен. Их лица бросило в краску, тело в жар, самым ярым очагом оказался уровень таза. Юноша очень медленно приблизился губами к её шее, поцеловал. Два раза. Три раза. Отдалился. Посмотрел ей в глаза. Сколько же в них было стыда и совести. Разве у него было меньше? Йоханна переместила руки с груди на шею. Мысль была ясна. Щёки юнца пылали, и чтобы спрятать это от девушки, он поцеловал её в уголок губ, а через секунду в губы. Это было всё, на что сейчас были способны двое молодых людей.