Часть 3
26 июня 2022 г., 06:37
Потому что ты заставил чувствовать меня опустошение.
Будущее ещё не началось. То далёкое, о котором Юнги мечтал в детстве, а теперь не мечтает вовсе. По сути, будущим является каждый новый день. Жизнь — мгновение настоящего. Но Юнги всё ещё думает, что есть какое-то понятие большого будущего. У каждого человека. Для кого-то это семья и собственный дом. Для кого-то определённая карьерная ступень. У него нет чего-то такого. Его будущее ещё не началось, а уже теряет краски. Жизнь его бесцветная, мрачная. Как на улице вечером, в ней иногда загораются противным жёлтым фонари, но тухнут быстро — он их либо сам ломает, либо уходит дальше, чтобы светили, но не так ярко. — Не хочешь с нами в Сеул? — предлагает Намджун. Юнги ничего не хочет. Оставаться в родном городе не желает, куда-то ехать — тоже. Смысла в этом нет, по крайней мере, сейчас. Оставаться здесь причин нет, куда-то уезжать — тоже, но, возможно, это его шанс изменить хоть что-то. В университет он не хочет, всё ещё умеет только стричь, но, может, ему повезёт с работой? — Мы могли бы втроём снять квартиру. Единственное, кого оставит Юнги, это Чимин. — Ты, я, Хосок. Единственное, чего лишится Юнги — болтовни Чимина. — Не знаю, — отвечает Юнги и достаёт пачку сигарет. — Сеул — город возможностей. Помни, вернуться можно всегда, но, возможно, если ты сменишь обстановку, то станешь немного счастливее? Да и мы будем рядом. Ты устроишься на работу, может, наладишь личную жизнь. Юнги, если подумать, теряет не так уж и много. Меньше, чем те люди, которые оставляют свои семьи, домашних любимцев и друзей, отправляясь за счастливым будущим, которое счастливым оказывается далеко не всегда. Юнги терять нечего. В душе его вечно пасмурно, хуже уже не будет. — Мы с Хосоком уедем в любом случае. Ты можешь с нами, если хочешь. — Я подумаю. — Юнги затягивается и отворачивает голову. Намджун кивает и допивает свой кофе.***
Юнги ходит по квартире, рассматривает свои вещи без особого интереса. Нет, из его вещей здесь почти ничего нет, кроме одежды и засохшего цветка на подоконнике. Одежду — в чемодан, цветок — в мусорное ведро. Звучит неплохо. Юнги понимает, что на все вещи ему нужен один чемодан — не больше. Багаж небольшой совсем, груз его мыслей некоторое время назад был тяжелее, чем стопка одежды. Сейчас уже не так, сейчас голова пуста. Но тогда, когда пусто, ведь можно что-нибудь добавить? Юнги попробует. Через силу или нет — он не знает, всё равно ничего не теряет. Юнги достаёт старый чемодан с парочкой трещин, складывает туда какие-то вещи, прикидывает, нужно ли что-то купить для поездки, но придумать ничего не может. Он ложится на кровать и достаёт телефон. Там несколько прочитанных с утра сообщений от Чимина, на которые он просто не знает, что ответить. Одно непрочитанное от Хосока. Но открывает Юнги диалог с Намджуном. Пишет, что не против поехать. Расспрашивает о билетах, о жилье. Он читает сообщения друга, поджимая губы. Всё-таки за один день это не решается. В комнате постепенно становится темнее. Юнги садится перед чемоданом, берёт с тумбы пачку из-под сигарет. Он, подумав, кидаёт её поверх лежащей одежды. Не замечает, как из пачки выпадает один цветочек. Юнги вертит в руках белую зажигалку. А вот рассказать Чимину за один день можно.***
— Достал. Соси нормально. — Я не умею сосать. Я девственник, забыл? Ты, кстати, тоже, но, если знаешь, как это делать, показать можешь. — Чимин разгрызает леденец. — Тупые шутки, Пак Чимин. Чимин поджимает губы, предпочитая не выдавать своих эмоций. Он мнëт фантик, не комментируя их короткий диалог. Думает о том, что хëн назвал его по имени. Почему-то это каждый раз заставляет волноваться. Называй меня по имени чаще. После закрытия прошло полчаса. Они до сих пор здесь. — Я говорил о дурацких леденцах. — Юнги наблюдает, как Чимин садится, свесив ноги, и устраивается рядом. — А не о… — Я знаю. Юнги смотрит перед собой. Чимин не в настроении. Он давится, а Юнги молча хлопает ладонью по спине. Кашель, кажется, слышен на всю улицу. Не в первый раз. Чимин достаёт из рюкзака бутылку минеральной воды, тут же запивая. Капли стекают по его подбородку и шее. — Больше не приходи сюда, Чимин. — Почему? — Чимин улыбается, но руки его дрожат. Он боится серьёзного голоса хëна. — Чимин, я… Я увольняюсь. Чимин заинтересованно смотрит. Совсем недавно Юнги говорил, что работу искать сложно, поэтому он будет сидеть здесь. Нравится ему или нет — не играет роли. — Почему? — Я уезжаю. В Сеул. Звучит одновременно. Чимин роняет крышечку, а затем и бутылку с водой. Он допускал мысль, что Юнги может захотеть уехать. Но ни разу не представлял, что такое может произойти на самом деле. Намджун и Хосок. Точно в них дело. — Надолго? — практически беззвучно спрашивает Чимин. — Навсегда? — Юнги кашляет в кулак. Он сегодня даже не курит. — Суть в том, что не на пару месяцев. По крайней мере, пока что я планирую именно это. Чимин отводит взгляд и растерянно моргает. — Я устал от всего, Чимин. Хочу попробовать что-то новое. Намджун предложил, а я… Не знаю, я недолго думал над этим. Решил, что нужно попробовать. Даже вещи раньше времени собрал. Всё-таки Намджун. — И когда? — голос звучит хрипло. — В конце этой недели. Чимин чувствует, будто его ударили, лишили кислорода, сбили с ног, заставив валяться в той самой грязи, где он недавно испачкал свои кроссовки. Он приоткрывает рот, но не находит, что сказать. Совсем. Чимину хочется выдать Юнги всё, что на душе. Он всё равно его почти потерял, это должно быть уже неважно. Но нет. Почему-то это «почти» и останавливает его. Он не может потерять его насовсем. Но Чимину нечего сказать. Они не лучшие друзья, чтобы что-то говорить. — Будем друзьями по переписке. — Чимин знает, что голос его дрожит. Но Юнги не замечает. Он напрягается и по привычке тянется за сигаретами, но даже не брал их с собой сегодня. — Вполне. Чимину хочется домой. — Уверен, хëн, ты найдëшь то, что ты ищешь. Обязательно расскажешь, как там, в Сеуле. Жду от тебя фотографий. И только попробуй не отправить, слышишь? И достопримечательности, и квартиру, где будешь жить. Думаю, у тебя получилось бы устроиться в какой-нибудь хороший салон. В место, где будет лучше, чем здесь. А может, ты сможешь накопить на учёбу, кто знает? Чимин говорит много и быстро. Юнги успевает только кивать. Чимин громким голосом глушит дикую боль внутри себя. От его жизни будто собираются оторвать важную часть. Юнги всего лишь уезжает в другой город, но Чимину плохо так, как не было никогда. Любовь боли не приносит, а расставание — да. Чимин не готов прощаться с мечтами о первом поцелуе со вкусом сигарет и мяты на крыльце парикмахерской. Не готов прощаться с этим местом. Не готов прощаться с Юнги. Юнги ничего особо не рассказывает, потому что сам не знает, что его ждёт. Впереди полная неизвестность. Он говорит только о том, что надеется на то, что дальше всё будет хорошо. Или просто лучше, чем сейчас. Они сидят на крыльце намного дольше обычного. И Чимин впервые за долгое время позволяет себе обнять старшего на прощание. Он прижимается к нему так, словно тот сейчас исчезнет, словно это точно их последняя встреча. — Не забудешь меня? — шепчет Чимин, спрашивая. — Не забывай. — Не забуду.
