Перевоспитание. Исцели меня.

      Диана тихо выползает в коридор одна из последних и, удовлетворённая хорошей оценкой, сбегает вниз по лестнице. Осталось лишь пережить биологию, затем можно домой. После хорошего сна всё будто идёт как надо. Задания с будущих экзаменов кажутся более ясными, да и в целом голова работает прекрасно.       В кабинете биологии, рядом с Дмитрием Сергеевичем, стоит классный руководитель. И хотя ещё перемена, взгляды всех учеников направлены к этим двоим. Примостившись на третьем ряду у входа, Ди стянула наушники на шею, чтобы прислушаться. – После урока дуйте в актовый зал. – бросив мимолётный взгляд на девушку, Полина Романовна продолжила. – Места и времени предостаточно, жду всех. – Разве не она недавно отказывалась участвовать в этом? – Диана со вздохом уткнулась в парту, чувствуя, как некоторые планы медленно разваливаются. – Понял. – Филипп радостно кивнул и с нескрываемым интересом развернулся, чтобы посмотреть на Антона.       Тот с соседнего ряда лишь ухмыльнулся, заметив друга боковым зрением, но не прервал игру в телефоне. – Вчера уснула прям на её плече… – Ди с досадой прикрывает глаза, борясь с резкими мешающими переменами в настроении. – Как же неловко просыпаться, лёжа на диване в объятиях препода. Спасибо и на том, что успела уйти раньше, и не пришлось делить ахуевание с ней.       Полина вышла почти со звонком, оставив свой класс страдать от экзаменационных тренировочных заданий. Всё-таки нашлось больше причин проводить репетиции, чем их избегать. Например, использовать это как способ развлечь себя и отвлечься от навязчивых тяжёлых мыслей. – В конце концов, что они сделают без меня? Эти дети целый год на моём попечении, так что почему бы и нет.

***

      В актовый зал потихоньку стекались ученики. Кто-то даже притащил из столовой еды, и девушки, сидя компанией на задних рядах, обсуждали старших. – Диана! – Филипп, как только увидел её у двери, дружески занёс руку, чтоб приобнять за плечо, а та перехватила запястье, вопросительно глядя на парня. – Чего тебе? – Думал, ты не придёшь. – он отнял руку, потирая место, которое только что случайно было больно сжато. – Я тоже. – проходя на последний ряд, ответила та и скрылась за одноклассницами.       Парень несколько разочарованно смотрел ей вслед. – Сколько можно от меня убегать? Что тебя не устраивает?       Полина Романовна быстрым шагом прошла к месту первого ряда, осматривая пришедших, и опустилась на мягкий стул. – Восемь парней и семь девушек. – себе под нос произнесла учитель и обернула голову назад.       Тут же встретившись взглядом с Дианой, повела плечом, зовя к себе. – Ты же не хочешь танцевать, вроде как? – Полина прошлась глазами по девушке, когда та села рядом. – Не хочу.       Классрук кивнула и, пробормотав «Отлично», устроилась удобнее, закидывая ногу на ногу. – Будешь снимать. Им надо видеть, как это выглядит со стороны. – А я только хотела спросить «Зачем?». Надеюсь, мысли мои хотя бы не слышишь.       Полина посмотрела на неё, заставив усомниться в отсутствии способностей читать мысли, и обратилась уже к остальным с просьбой начать. Уже половина первого. Алина вывела на большой экран, слева от сцены, видео, на которое все решили ориентироваться при постановке танца, и поспешила к одноклассникам. Дело медленно шло, синхронности добиться не так просто.       Диа, растворившись в своей голове, тупо уставилась в телефон, ведя съёмку. Хотелось домой. И поделиться с кем-нибудь тем, что заставляет переживать. – Она ведь мой учитель. – глянув на Полину, девушка нерешительно поджала губу. – Но, кажется, единственная, кто слушает меня. – Пришла только для того, чтобы на меня после отказа не давили. – вздохнув, Диана откинула голову назад. – Устала постоянно оправдываться перед всеми, когда делаю то, что хочу.       Старшая слушала, не отрывая взгляда от вальсирующих, и успевала мысленно делать им замечания, борясь с желанием пойти и исправить, сделать самой так, как надо. – Ещё и Дмитрий Сергеевич какой-то недовольный сегодня. – А что он? – заинтересовалась брюнетка. – Все тетради перепутал, они завалялись с другим классом, а виноватыми сделал нас. Если он и оценку мне по настроению снизит, мать опять будет говорить, что экзамен я не сдам, и не надо было выбирать биологию. – девушка глубоко вздохнула, раздражённо прикрывая глаза, и тихо добавила. – Проще сдохнуть, чем с ней контачить и постоянно бояться рукоприкладства. – Такое бывает. – кивнула Полина. – Человек устал, нервничает, потому что готовит вас к экзаменам. Постарайся выбросить из головы.       Диа промолчала. Лучше от таких слов не стало. – Когда я перестану подстраиваться под людей и начну свободно действовать?       Музыка закончилась, и Диана завершила запись, сразу скинув видео в беседу класса. Полина встала, чтобы озвучить общие выводы о косяках, когда девушка решилась по-тихому уйти. – Вот, – вдруг Полина обхватывает запястье Ди, потянув на себя, – когда вы двигаетесь друг за другом, почему не попадаете в музыку?       Запись включили снова, и преподаватель повела за собой Диану, рассчитывая в вальсе шаги. Диа, не успев среагировать и отстраниться, позволила ей вести. Смягчившийся взгляд карих глаз упал вниз, к двум парам ног, стыдливо скрывая воспоминание об утренних объятиях. – Из-за этого вразнобой делаете движения, будто это не целый танец, а рандомные люди на одной сцене. – Полина замедлилась и остановилась, кидая взгляд на сцену к остальным. – Просто у кого-то нет слуха. – одна из девушек покосилась на своего партнёра, но тот не обратил внимания.       Диа медленно отняла свою руку из ладони старшей, стараясь умерить сердцебиение. Почувствовав, как щеки неизбежно краснеют, девушка бросила тихое «Мне надо домой» и быстро направилась к выходу. – Просто буду убегать от этого, насколько это возможно. – приложив ладонь к щеке, Ди убедилась, что действительно покраснела. – Блять, ей ведь двадцать три, и она мой учитель! Меня вообще должны волновать только экзамены.