Вторая жизнь

Темно. Вокруг шум и кто-то зовёт меня, но я не разбираю слов, все будто в вакууме. Чувствую, что кто-то держит меня за руку. Хочу сжать ее- не выходит. Веки тяжелые, будто залиты свинцом. Почему так трудно открыть глаза или пошевелиться? Что происходит? Так, надо успокоиться и ещё раз открыть глаза. Черт, слишком тяжело, я устала. Ладно, чуть позже попробую, а сейчас спать. — Ира, Иришка, любимая, очнись пожалуйста, — умолял Анатолий, сидя возле кровати Ирины и держа ее за руку. — Я бы отдал все на свете, лишь бы ещё раз увидеть твою улыбку и твои прекрасные глаза, —чиновник аккуратно провел своей ладонью по ее золотистым волосам. — Хочешь, мы поедем с тобой в Польшу к Агнешке, как ты давно хотела. И свадьбу сыграем без всяких чиновников:только ты и я. Твой прекрасный костюм уже давно приехал из ателье и висит дома в шкафу, ждёт хозяйку. И Кот уже соскучился по тебе, вечно ходит недовольный, орет, спрашивает, где хозяйку потерял, почему это только я его кормлю, — усмехнулся он. — Но самое главное, что я по тебе скучаю, Ира, проснись, умоляю! — от безысходности Анатолий сжал руку Ирины ещё сильнее, он больше не мог вынести этого. Слишком долго он ждёт свою любимую, которую так бессовестно у него чуть не отобрали. Слава богу, врачи Склифосовского успели спасти ее. Анатолий выдохнул и опустил голову на плечо Ирины: слишком тяжело, так не должно было произойти. Такое чувство, будто сама жизнь издевается над ним. Сперва сын, потом любимая женщина-будущая жена. Если б не она, неизвестно, справился ли бы он после потери сына. Только она его тогда поддержала и вывела из депрессивного состояния и его вечных запоев. А сейчас, она тут, лежит, окутанная миллионами проводов, и, неизвестно, выживет она или нет. Поток нескончаемых мыслей вдруг прервал, зашедший в палату, Олег. — Ну как наша любимая заведующая поживает? — спросил хирург, стараясь сохранять позитив на сколько это возможно в данной ситуации. — Никаких изменений, — повернувшись, ответил чиновник с болью в глазах. — Показатели стабильны, ухудшений нет, может скоро придет в себя, — оптимистично начал хирург. — Может, — безлико ответил мужчина и опять развернулся к Ире. Олег заметил, как осунулось лицо Анатолия, на него жалко было смотреть: многодневная щетина на лице, синяки под глазами, но самое главное — он потерял ту искру в глазах, которую все замечали, когда он находился рядом с Ириной. Ему явно нужен был отдых. — Анатолий Борисович, может вы съездите домой, отдохнете? — аккуратно, чтоб не разозлить мужчину, спросил Олег. — А я пока посижу и понаблюдаю за Ириной Алексеевной, если будут какие-то изменения, я вам сразу же позвоню. — Понимаешь, — тяжело выдохнул Анатолий, осознав, что ему предстоит тяжелый разговор. — Я не могу поехать домой. Там пусто. Нет смысла возвращаться туда, где тебя никто не ждет. Дом там, где она, а она тут. — тихо ответил чиновник, его нижняя губа начинала дрожать, а в уголках глаз собирались слезы. - Ну а как же Ваш кот? — задал вопрос в спину чиновника. — Его же надо покормить, сколько дней вы уже здесь сидите? Может хотя бы ради него на одну ночь съездите домой? — с мольбой в голосе говорил хирург.- Я вам обещаю, я буду сидеть рядом с Ириной Алексеевной всю ночь, у меня как раз дежурство. А вы выспитесь, кота накормите и завтра опять сможете приехать,- уговаривал Анатолия Олег. — Олег Михайлович, — Анатолию все-таки пришлось оторваться от Ирины, чтобы видеть глаза собеседника. — Вы меня не понимаете, я должен быть здесь рядом с Ирой. Год назад она меня спасла от самого себя, я обязан ей всем. Я должен быть здесь, чтоб видеть ее, чтоб не потерять надежду. Я боюсь, что, зайдя в квартиру, снова сорвусь, только на этот раз ее уже не будет рядом, — уставшим голосом произнес Анатолий. — Мне тошно находится в доме, где все напоминает о ней, даже запах ее любимых духов еще не выветрился, хотя прошел уже месяц, — мужчина зажал переносицу, чтоб не расплакаться. Олег понимающе кивнул: — Хорошо, — сказал хирург, расставив руки в стороны в знак капитуляции. — Но поймите, — осторожно продолжил Олег.- Я думаю, что Ирина бы хотела видеть рядом с собой сильного мужчину, когда она проснется. Она должна знать, что может на вас положиться во время реабилитации. Уж поверьте, это займет очень много сил и нервов с вашей стороны. Поэтому давайте так, вы сейчас едете домой и хорошенько высыпаетесь. Также, не забываете про кота, потому что Ирина Алексеевна не простит вам его голодную смерть, — усмехнулся хирург. — Да, я думаю Вы правы, она мне этого точно никогда не простит, — подобие улыбки промелькнуло на лице Анатолия. — Я согласен, — наконец сдавшись и встав со стула, сказал мужчина. — Я поеду домой и приведу себя в порядок, а вы обязательно следите за ней и сообщайте мне обо всех изменениях. Это не просьба, а приказ, — уже более строгим голосом сказал Анатолий, хотя понимал, что Олег сделает все самое лучшее для своей заведующей, и волноваться не о чем. — Будет сделано, сэр! — отдал честь хирург. — Смотри мне, — в глазах Анатолия появился намек на улыбку. — Всегда помни, что если пойдет что-то не так, я разнесу эту больницу к чертовой матери, — пригрозил мужчина. — Я же все-таки чиновник, могу и вашу жизнь превратить в ад. — Ну вот, узнаю нашего любимого Анатолия Борисовича, — усмехнулся Олег. — Все будет на высшем уровне, Ирина Алексеевна даже не заметит вашего отсутствия. Обещаю. — Ладно, — устало сказал чиновник. — Я пошел. Доброй ночи, Олег Михайлович, — мужчина пожал руку хирургу. — Спасибо вам за все. Забрав свое пальто и позвонив водителю, Анатолий скрылся за дверью. Выйдя на улицу, он почувствовал легкий ветерок и закутался в пальто посильнее. На дворе уже была ночь, так странно, он даже и не заметил, как быстро пролетело время. Мужчина достал из кармана пальто сигарету и закурил. Было бы хорошо напиться, но он обещал Ире, поэтому только сигареты спасают. Олег прав, надо как-то продолжать жить. На нем все-таки лежит ответственность перед Ириной и их пушистым зверем, надо бы еще и в министерство заехать, документы разобрать. Хорошо, что ему сейчас дали послабления в связи со сложившейся ситуацией, но так дальше продолжаться не может. Но об этом всем завтра, сейчас спать. Докурив сигарету, Анатолий почувствовал, как его начала накрывать усталость последних дней, поэтому он быстро сел в машину, которая уже ждала его, и поехал домой.