Разбиваясь о рифы

Опуская компресс в холодную воду, Феликс неожиданно понял насколько плачевно сейчас его положение во всех аспектах. Матушку не хотела отпускать хворь, тем самым вынуждая юношу не отходить от старушки буквально ни на шаг. С каждым днём её состояние становилось всё хуже, хороших прогнозов лекарь не давал, лишь грустно покачивал головой, осматривая женщину. Её лёгкие одолевала страшная болезнь, от которой та постоянно кашляла и тяжело дышала, к тому же ещё и с постоянным жаром. С тех пор, как отец вышел в длительную мореходную вылазку - Феликс выходил из дома всего пару раз, за теми или иными травами, дабы сварить из них лекарство, которое позволяло его матери спокойно спать по пять-шесть часов, он же в это время падал замертво на своей кровати и без помощи всяких отваров, так как уход за бедной немощной женщиной и вправду забирал ужасно много сил. Не то, чтобы Феликсу не хотелось заниматься всем этим, он действительно любил свою мать и уж точно не хотел её смерти, но... Он понимал, осознавал, а главное, принимал тот факт, что мать находится на последнем издыхании, мучаясь. И это было истинной. Буквально прошлым утром, когда юноша поил её каким-то из множества лекарств, женщина схватила сына за руку, прошептав, что хочет, чтобы он убил её. Ему было мучительно больно наблюдать затем, как самый родной человек умирает прямо на его глазах. Физически она ещё дышала, могла совершить какие-то лёгкие телодвижения, но душа её была уже мертва, забрав из ясных голубых глаз жизнерадостный блеск. Отец прибудет не скоро. Да и прибудет ли вовсе? Феликс не понаслышке знал, насколько море непредсказуемо, поэтому и насчёт этого ближайшего родственника ясных прогнозов не строил. Фактически, он, кажется, уже и смирился с тем, что остался сиротой. Удостоверившись в том, что мать уснула, Феликс взял небольшое деревянное ведро и, выйдя из дома, направился к колодцу дабы принести питьевой воды, однако на пути к пункту назначения, неожиданно врезался в чью-то спину. - Феликс! Ты чего не смотришь куда идёшь? - лицо Чонина озарила обыденная улыбка, когда он увидел своего друга. Однако сам Ли просто прошёл мимо, тяжело вздохнув. - Эй, что-то случилось? - младший последовал за брюнетом. - Ничего не случилось, Чонин. Просто дай мне набрать воды и пойти домой, ладно? - Маме не лучше? - юноша окинул Ли грустным взглядом, замечая, как он похудел и побледнел за это не очень долгое время. - Маме не лучше. - произнёс Феликс в тон младшему, поднимая наполненное ведро с помощью ржавого рычага на поверхности колодца. - Я могу чем-то помочь? - Не можешь. - холодно кинул брюнет, слегка задевая младшего плечом, когда проходил мимо. Феликс понимал, что его поведение сейчас оставляло желать лучшего, но он не хотел даже пытаться быть любезным. Он предпочёл показать Чонину своё состояние, нежели потратить много времени на то, чтобы попытаться его объяснить. Сев у кровати матушки, он устало прикрыл глаза, потирая свои виски. Ему казалось, что мысли в голове становились всё тяжелее, но способа избавиться от них он не знал. Пытаясь отгородить свой разум от дурных идей, Ли постарался вспомнить хоть что-то хорошее, однако за последний месяц не произошло ничего, что могло бы обрадовать его, поэтому, он продолжил копаться в своих воспоминаниях. Мысленный поток был жутко медленным, будто бы ему приходилось с силой концентрироваться на каких-то хороших моментах, когда все самые грустные и ужасные пережитые им вещи - вскакивали в памяти молниеносно. Зажмурившись, он попытался вновь. Феликс начал издалека, пытаясь воссоздать в своей голове фрагменты, где был по-настоящему счастлив. Первым его удачно пойманным хорошим воспоминанием стало море. То, как он впервые вышел в открытые воды со своим отцом ещё будучи совсем маленьким. Далее последовало воспоминание, в котором он был на корабле уже с Чонином и как весело они тогда проводили вместе время, постоянно дурачась. Один раз, когда они соревновались кто дальше плюнет, Феликс не рассчитал силу наклона и упал за борт, но благо тогда была натянута большая рыболовная сеть и ему посчастливилось упасть прямо в неё, после чего он был удачно вытянут командой и жутко отруган отцом. Также в его памяти медленно начал появляться фрагмент, в котором он был в роле утопающего в крайний раз. В тот самый, когда он оказался спасён прекрасным существом с красивыми длинными волосами, бархатистым голосом и невероятным хвостом лазурного цвета с фиолетовым отливом. - Хёнджин! - брюнет вскочил с деревянного стула, поражаясь тому, что и впрямь смог забыть о принце, что казалось для него фактически нереальным. Удостоверившись, что матушка спит и ровно дышит, Феликс выбежал из дома, направляясь к тому самому "их месту". В его сердце сейчас бушевало множество непонятных эмоций и чувств, которые он никак не могу охарактеризовать. Во-первых, ему было жутко стыдно. Во-вторых, он чувствовал ужасную вину. В-третьих, искренне недоумевал, как вообще Хёнджин мог затеряться в списке его воспоминаний, это ведь не что-то обыденное, а морской принц, спасший его от гибели! - Хёнджин! Хёнджин! - Ли стоял на берегу, громко крича куда-то в водную гладь, однако в ответ слышал лишь тихое перешёптывание волн, которые будто бы обсуждали друг с другом то, какой Феликс дурак. Ли кричал громко и долго, но увы, безрезультатно. Он не увидел голубого хвоста, переливающегося фиолетовым цветом под лучами солнца. Он не услышал плеска воды, за которым бы последовало появление длинных белых волос и безукоризненного лица, на котором бы читалось "Соскучился?". Глазу было не за что зацепиться, Хёнджина и вправду не было. Время близилось к вечеру, а Феликс, вместо того, чтобы пойти домой, тарабанил по хлипкой двери в дом Ян Чонина, которая, спустя долгое время всё же открылась. - Феликс? Что ты здесь делаешь? - сонный юноша с удивлением раскрыл рот, увидев своего друга в таком странным возбуждённом состоянии, хотя ещё пару часами ранее тот был похож на тень. - Мне нужна твоя лодка. Срочно. - отдышавшись, выдал Ли. - Что? Зачем? - Неважно, просто дай мне её на некоторое время, обещаю, что к утру верну! - Феликс с мольбой посмотрел в глаза младшего. - Ладно... Только я буду с тобой! - Чонин схватил с вешалки какую-то тёплую вещь, накидывая себе на плечи, и уже собирался выйти из дома, как вдруг его остановили руки Феликса. -Чонин, нет... Я позже всё объясню, но ты не можешь отправиться со мной. - Что? Я не могу отпустить тебя одного... - Я понимаю, что ты переживаешь о лодке, но я уверяю тебя, что верну её в целости и сохранности! - Я не о лодке переживаю, идиот, а о тебе! - в уголках глаз Чонина медленно начала скапливаться влага. Он переживал за своего друга, кажется, больше чем кто-либо. Каждый раз, когда Феликс попадал в беду, Ян всеми силами пытался его спасти, так как безумно ценил каждое мгновение, которое они провели вместе и благодарил его просто за то, что тот есть. И сейчас на его сердце было неспокойно. Феликс задумал что-то нехорошее. - Чонин, всё будет хорошо. Со мной в том числе, обещаю. Просто доверься мне. Пожалуйста. - юноша прикрыл глаза, тяжело вздыхая. После долгих уговоров Ян сдался, отвязывая лодку от причала. Однако, всё же расплакался, наблюдая за тем, как друг скрывается из виду, становясь крохотной точкой где-то на линии горизонта. Феликс быстро рассекал вёслами водную гладь, качаясь на её волнах в шаткой, особо не внушающей никакого доверия, лодке. Отплыв далеко от берега, он вновь принялся звать Хёнджина. От холодного влажного воздуха в горле ужасно першило, но Ли не обращал на это внимания, продолжая своё занятие. Он уплывал всё дальше и дальше в неизвестном направлении, вовсе не следя за курсом. - Хёнджин, если он ещё раз крикнет, я утоплю его. - раздражённо бросил Чан, пытаясь уснуть. - Почему бы тебе не подняться на чёртову поверхность и не оповестить двуногого о том, что его крики услышаны не только тобой, но ещё и всем подводным миром. - Он кричит недостаточно громко. - блондин с безразличным видом рассматривал свой хвост, при этом ликуя в душе. Наконец-то о нём вспомнили. - Ты отвратителен. И человек твой отвратителен. Вы и вправду созданы друг для друга. В ответ на свою реплику старший получил ракушкой по голове. Однако младший отметил для себя, что сказанное старшим братом "человек твой" и "созданы друг для друга" - звучит чудесно. - Что-ж, это и вправду надоедает, мне стоит показаться ему. - блондин медленно начал плыть вверх, всем своим видом показывая, что делает это вынуждено, без всякого желания. Но лицо его озаряла улыбка, которую скрыть не удавалось. Он был неимоверно рад, что вновь увидит его. - Хёнджин! Хёнджин! Я знаю, ты где-то здесь и слышишь меня! Хёнджин! - Ли продолжал срывать свой голос, крича в разные стороны. - Да умолкни ты уже, заснуть не возможно!- Хёнджин показался прямо у носа лодки с наиграно раздражённым видом. - Хёнджин! - лицо юноши озарила улыбка, Ли вскочил, от чего лодка пошатнулась, намереваясь перевернуться. - Господи, это и вправду ты! - Да, это Господи и вправду я. - продублировал блондин, рассматривая свои пальцы. - Чего хотел? - Я? А, ну да.. Прости меня пожалуйста, я не знаю как так вышло... Я должен был прийти, да, но сначала не было возможности, а потом я ... - Феликс не знал как правильнее завуалировать слово "забыл". - А потом ты что? Забыл? - приподняв одну бровь, Хёнджин посмотрел на человека, опираясь на его лодку. - Не то, чтобы забыл... - Ли почесал затылок, всё ещё пытаясь придумать какое-нибудь оправдание. - Не ври, Феликс. Ты забыл. И в этом нет ничего удивительного. Так всегда происходит. - В смысле "всегда происходит"? - Ли нахмурился, не совсем понимая, что блондин имеет в виду. - Так устроен этот мир. Мы, если ты не заметил, - мифические существа. Одна из гарантий нашей безопасности - это то, что мы всегда имеем очень расплывчатый образ в памяти увидевших нас людей и очень быстро исчезаем из их воспоминаний. Если бы каждый человек, который хоть раз в жизни увидел русалку - помнил этот момент до конца жизни, то нас бы уже повылавливали всех и убили. А так, рыбак, чей взор случайно пал на прекрасное существо подобное мне, уже спустя недолгое время напрочь забудет об увиденном. И даже если он расскажет кому-то о нас, то когда время истечёт - сам уверит себя в том, что ему привиделось. - Но я же не забыл о тебе полностью... Ты как будто по волшебству появился в моей голове в самый нужный момент. Будто бы спасая меня от всех тех обстоятельств, в которых я вынужден находиться. Да и образ твой всегда был очень чётким. Я до мелочей всё помнил, не считая этого месяца. Даже родинку твою небольшую, которая под глазом...- Ли задумался, не замечая, что его высказывание стало уж слишком искренним, что заставило Хёнджина улыбнуться. - Значит, ты создан для того, чтобы любить меня, Феликс.