Малиновая душа

Жизнь ребят после аварии Жени круто поменялась. Поскольку олимпийцам дали отдых длиной в неделю, чтобы отойти от всех событий и с новыми силами начать готовиться к предстоящим соревнованиям, друзья навещали Семененко каждый день, когда у них появлялось свободное время. А Марк вообще поселился в больнице. Он спал на диване возле палаты друга, проводил все свободное время рядом с Женей. Саша, Ками, Алена и Артур часто носили продукты Кондратюку и Семененко. Парня ввели в медикаментозную кому для поддержания состояния организма. Один день все пытались уговорить Марка пойти прогуляться. — Да пошли, ты торчишь тут уже 4 дня, не вылезая, сидишь рядом с Женей, может сходим в парк или куда-нибудь ещё? — заметила Трусова. — Ладно, пошли, — на выдохе произнес Марк. — Только не долго. Ребята хорошо провели время в парке. Но им было скучно без Жени. Обычно именно он придавал каким-то тусовкам и гулянкам веселья, а сейчас он лежит на больничной койке и даже не может улыбнуться своей доброй улыбкой. Друзья расстелили плед, чтобы можно было посидеть на траве под деревом. Летом такие процедуры приносят кайф, поскольку находиться в тени при +30 подарок судьбы. Сейчас же конец февраля и компания чуть ли заморозила себе жопы. Но эту толи тоску, толи радость, разогнал лишь один звонок. — Блять, арендодатель звонит, — протяжно кинул Марк и потянулся за телефоном. Пока Кондратюк разговаривал, казалось, будто у него в глазах несется вся жизнь. Лицо парня менялось на глазах от спокойного к «дерганому». — Ну что там? , — спросила Ками. — Меня выселяют, — кинул Марк, собирая все вещи. — Из-за того, что я не живу там уже 3 дня. — Странный этот мужик, вдруг у человека проблемы с близкими? Хотя, не вдруг… — прикусив губу, помялась Трусова. — Мне нужно на квартиру. Посмотрите за Женей? , — проговорил Кондратюк. — Я с тобой. Помогу если что, — вставая с земли, чуть ли не крикнув, добавил Артур. Девушки не отпустили парней на такси, потому что страх все ещё присутствует, и этот страх останется на очень долгие годы. Ехав на метро Марк успел придумать все, что может произойти с ним, когда он будет отвоевывать свою квартиру, хоть и арендованную. Все таки, с ней связано очень много воспоминаний. Да и старые картины, которые завалялись в каких-то дебрях, их же не найти просто так… В итоге Кондратюк просто зассал и начал собирать чемоданы. Он не знал, куда податься, ведь в больницу с такими сумками не пустят, даже та женщина, которая сейчас стоит на посту. Хоть она и очень добрая, но все равно не пустит. Спускаться и ехать в метро со всем добром, которое насобирал Марк было пыткой. Ребята даже не с первого раза зашли в вагон, но в итоге каким-то боком они попали в практически пустой вагон, но сами решили ехать стоя, потому что все свободное пространство занимали вещи Марка. — Кондратюк ссыкун, Кондратюк ссыкун, Кондратюк ссыкун)), — всю дорогу напевал Даниелян Марку. — По поводу чего? Квартиры или Саши? , — поинтересовался Марк. — Конечно на счет квартиры. А про Сашу что?)), — тоже поинтересовался Артур. — Да забей, — тихо кинул Марк и облокотился на дверь уткнувшись в телефон. — Нет, так не пойдет. Что к Трусовой чувствуешь?)), — Даниелян не хотел просто так сдаваться и смотрел на Марка в упор, но гляделки пришлось прирвать из-за того, что Кондратюк решил набрать Трусовой и рассказать всю суть ситуации. — Саш, меня выселили. Мы с Артуром забрали вещи. Едем к вам, — сдавленно произнес Кондратюк. — Блять, и где ты теперь будешь жить? В больницу тебя не пустят в принципе, кстати, — прохихикала Трусова. — Прикинь, пока мы гуляли там появилась какая-то заведующая мразь и не пускает нас. — Что? , — Марк практически ничего не слышал из-за шума вокруг. — То. Кудряш, едьте быстрее. Мы все уже все перепробовали, может тебе они поверят, — кинула Саша и сбросила трубку. — Все серьезно. Хоть я нихуя и не услышал, но походу девочек не пускают в палату, — буркнул Марк. — Уу, понятно, — выдал Артур. Через 3 минуты ребята вышли на нужной станции и пошли к девушкам. — Рыжая, а ты знаешь, кто тут на тебя претендует?), — крикнул Даниелян, подходя к нужному зданию. — Я, — уверенно сказала Камила. — И я, — в след за Валиевой произнесла Косторная. — Нихуя себе заява, будем драться, — удивленно вскинув руки ответил Кондратюк. — Ебать, Алена, а может мы тогда расстанемся? Будешь лесби? — Я могу быть бисексуалкой, не переживай, — улыбнулась Косторная. — Марк, а ты че, ебу дал? — Вы все милашки, но Трусолиевы и Трусорные канон, — рассмеялась Трусова. — Так, Марк, иди разберись с этой женщиной. Как только Кондратюк ушел Даниелян начал рассказывать о их диалоге в метро. — Прикинь, Саш, ты с ним будешь, как за каменной стеной, — Артур прикусил губу и посмотрел в глаза девушки, в них читались смех и радость. — Да какая стена. Я если на коньки встану буду выше его, не поможет, — все также продолжала смеяться Саша. — Артур, дебил, отстань ты уже от нее, — возмутилась Алена. — Зачем ей этот прыщавый? Только если ради хайпа. Саше правда было весело. Наверно, она не смеялась так с юниорских сезонов. — «Все люди хайпятся на Саше, только с Ками она может построить здоровые отношения», — у Трусовой дико болели живот и щеки от смеха, но она не могла остановиться. И это царство канонов снова прерывает Кондратюк. — Так. Мне нахамили, кинули мои вещи на грязный кафель и сказали больше сюда не возвращаться, — позитивно рассказал Марк. — У кого можно пожить некоторое время? Парень надеялся, что его приютит именно Трусова. Да и по составляющей людей в квартире каждого из друзей она выигрывала. — У меня родители, — сказала Камила, смотря на Сашу, которая осознает всю суть. — Брат, у нас однушка, — сглотнул Артур и тоже начал смотреть на Трусову. — У меня нет выбора, да? , — выдала Саша, осматривая окрестности города, будто выбирала направление, в котором побежит через секунду.