Follow your heart | Следуй за своим сердцем

Джинни вышла из камина коттеджа Драко Малфоя с самого утра на Рождество. Недовольный эльф уставился на рыжую и фыркнул: — Мерзкая предательница кров… Пощёчина последовала незамедлительно. Ведьма не даст себя в обиду, ухватив эльфа за ухо. — И всё же я волшебница! Отведи меня к Драко! Эльф рыкнул, но перечить не стал, уж слишком боевая девчонка. Существо открыло дверь в спальню господина, который мирно спал. Джинни хмыкнула, сняла ботинки и пальто, и с разбегу запрыгнула на слизеринца, который ахнул от неожиданности. — С Рождеством, Хорёк! — Джинни, — Драко и смеяться хотелось, и плакать. — Прости, да всё в порядке с твоим животом. Она потянула за одеяло, но блондин успел перехватить её руку. — Если не готова увидеть то, что у меня в трусах, не стоит. — Ты спишь голым? — гриффиндорка стала багрянее флага своего факультета. — Малфой! — Что? Это моя спальня и я был здесь один, — засмеялся парень. — Ладно, одевайся. Я есть хочу. Хочется узнать, что подают на завтрак аристократическим снобам! — рыжая показала язык и спрыгнула с кровати, тем самым не давая Драко схватить её. Голым он всё равно не подойдёт к ней, поэтому у рыжей бестии было преимущество, как думала девушка. Но Драко думал иначе. Он не обувался, надел только носки, чтобы не быть услышанным, а обычные брюки и белая водолазка заканчивали образ. Подкравшись к ведьме, стоящей у окна и смотрящей на снег, обнял её со спины так, что руки оказались в ловушке. — Ты разбудила меня в 7:15 на Рождество? — шептал парень на ушко бестии. — Согласись, я не предсказуемая, — засмеялась Джинни, пытаясь вырваться. — Кстати, у меня для тебя подарок, и да, спасибо за подарок, — Драко отпустил её и теперь заметил серебряный браслет с фигуркой мустанга. — Я рад, что понравилось. Подарок? — Драко, я очень умная девочка, и если Гермиона занята своей личной жизнью, то я даю свои конспекты гриффиндорцам за отдельную плату, — Малфой засмеялся. — Тебе место на Слизерине, — кареглазая загадочно улыбнулась и указала взглядом на стол. Помимо завтрака на столе стояла белая коробка, которая предназначалась слизеринцу. Драко получал море подарков каждый год от семьи и друзей, но этот был желаннее остальных. Он подошёл к коробке и открыл её, не задумываясь, чтобы не гадать. Вынув тёмно-зелёную куртку, сразу понял из чего она сделана. Парень сглотнул, а после вдохнул запах новой вещи. — На заказ? — Джинни кивнула. — Но куртки из свежей драконьей кожи обычно нарасхват. За ними очередь стоит длинною на три года вперёд! Румынский длиннорог, да? — Да. Чарли написал мне в начале декабря, не хочу ли я себе куртку. Дракон, которого он нашёл в горах, был старым и умирал. По сути, все драконологи, которые присматривали за этим драконом получили сувенир. Эрик попросил брюки из кожи этого дракона, Чарли уже имеет из драконьей кожи столько одежды, что в этот раз попросил только перчатки для себя, но всем сказал, что ещё хочет и куртку. Но чтобы носилась, нужно заплатить. Конечно, я вывалила за эту красоту не 900 галеонов, а всего 30, но всё же, я подсуетилась. И я хочу куртку не из этого дракона, поэтому тебе повезло. Я наслышана, что второй дракон Чарли — Перуанский змеезуб — очень слаб, и я буду ждать его кончины. Хочу красную куртку и такие же лосины! — Ты невероятная! Драко крепко обнял девушку, вдыхая запах её волос и в них же целуя. Ведьма решила не акцентировать внимания на поцелуе в голову, ведь Малфой был на эмоциях. — И это ты просила подарок без выебонов, а сама!? — возмутился парень, заставляя волшебницу звонко смеяться. — Так получилось. — Ты теперь обязана у меня хоть пожить немного, чтобы я мог сравнять счёт. — Кстати, у меня дома такой бардак, и я решила пожить у тебя неделю, можно? Жду, когда Чарли и Эрик уедут, а то они поднимают с близнецами и Роном шум. Гермиона закрылась в комнате близнецов и её никто не донимает, а меня постоянно дёргают. — А Поттер? — Джинни засмеялась, глядя в глаза цвета серебра. — Он шагнул в камин на две секунды раньше меня и решил на пару дней сбежать к Сириусу. Большая семья — это здорово, но иногда слишком шумно. — Прошу за стол, мисс Уизли, — улыбнулся Драко, целуя её ручку. — Спасибо за этот подарок. Я просил о куртке из дракона, который недавно помер, а не несколько лет назад, ещё на третьем курсе. Тогда отец отказал мне, а этим летом мы были в Румынии и стали в список. Нас внесли под номером 2184, — Уизли прыснула. — Напишу ему, что может больше не напрягаться. Мой отец считает Уизли нищими, но вы добиваетесь всего сами. Он с миллиардным состоянием не может купить мне куртку из только умершего дракона, а ты достала за месяц, — гриффиндорка ухмыльнулась и села справа от Драко за стол. — Миллиардное состояние? Отец говорил, что состояние Люциуса оценено в 1 миллиард и 300 миллионов галеонов, правда? — Да, затем идут Гринграссы — 1 миллиард и 120 миллионов галеонов, но на самом деле, мать Забини в Италии имеет больше денег. Там почти два миллиарда галеонов, а если быть точным, 1 миллиард и 745 миллионов галеонов. Она ведь убивает мужей и забирает их состояние. Блейз же живёт на семейные деньги покойного отца, которые оцениваются в 600 миллионов галеонов. — А Блэки? — Чёрт, точно, они идут сразу после моего отца: в 1 миллиард и 240 миллионов оценивается их состояние. Но Поттер всех обскакал. — Он убил Василиска. Я читала вечерний выпуск, где профессор Реддл дал интервью. Да и его состояние тоже огромное. Даже чуть больше, чем у Гарри. Видимо, живя много лет, он накопил. — Поттер убил Василиска, Джинни! Я бы в жизни к этой твари не подошёл. — Но ты хочешь работать с драконами, — напомнила ведьма. — Их взгляды не убивают, а от пламени можно спастись. В любом случае, у девушек магической Британии инфаркт: Реддл с состоянием в 3 миллиарда и 70 миллионов, а Поттер с состоянием в 3 миллиарда ровно, оказались геями. Уизли громко засмеялась, не успев пригубить вино, которое эльфы поставили на стол. — Зато гоблины довольны: если у Гарри и профессора не будет наследников, их сейфы перейдут этим существам со всем содержимым, — хмыкнул Малфой. — Чего? — ужаснулась Джинни. — Кажется, я понимаю причину паники Джеймса Поттера. Но Реддл заявил, что наследницей его состояния станет его крестница Медея Блэк. — А у Поттера? — Гарри как-то обмолвился, что его бабушка вышла замуж за деда Дафны Гринграсс. Он может сделать её ребёнка своим наследником или Серпена — своего крестника. — Скорее, Блэка, чем Гринграсс. Я рад твоей компании, — Драко хотел закрыть тему с состоянием других магов. — Спасибо, что пришла, пусть и бежала от семьи. — Обращайся, — подмигнула ведьма. — Учти: с тебя экскурсия. — Хочешь на ужин павлина? — А можно? — Можно, — ухмыльнулся Драко, когда девушка захлопала в ладоши. Люциус разводил павлинов так стремительно, что год назад не заметил пропажи десятка, которых Драко поселил здесь. Теперь и у него есть эти птицы, но не только для эстетичного вида.

***

Гарри выпорхнул из камина дома Римуса, и сразу улыбнулся, видя, что Люпин уже готовит на стол, пока Сириус спит. — Гарри, — оборотень обнял мальчика. — Спасибо, что бросил записку в карман на вокзале с адресом дома, — улыбнулся гриффиндорец. — А Сириус спит? — У него… у нас выдалась тяжелая ночка. Мы напились с твоими родителями в хлам. Лили решила навестить Петунию и увидела её с двумя колясками. Она подумала, что у твоей тётки родилось ещё двое сыновей, в общем, у Лили случился… нервный срыв! — вспомнил Римус. — Ага, а потом Джеймс послал авроров узнать, когда родила Петуния, — ответил Блэк, спускаясь в одних семейных трусах и целуя в лоб крестника, — и оказалось, что у них новые соседи, которые попросили на полчаса присмотреть за детьми, пока те съездят в магазин. А Дурсли не отказали, ведь отец этой девушки новый мэр города: связи налаживают. Вот только аврор Томсон сообщил это, когда все нажрались, как свиньи. Римус, любовь моя, дай антипохмельное. Оборотень нежно посмотрел на Бродягу и протянул флакончик, после которого Сириусу даже дышать стало легче, а Гарри улыбнулся. — Гарри, я поговорил с Кингсли, и он выйдет на тебя, но я предупрежу: он хочет такой амулет, как у тебя на шее, и я хочу. Лили и Джеймс упёрлись баранами, что это тёмная магия, но даже старина Грюм считает, что такой амулет нужен. Ни один артефактор не создавал защиту, которая отражала бы и возвращала Аваду! Это прорыв! — Блэк обнял крестника снова, а Гарри засмеялся. — Это был пробный образец, — улыбнулся Гарри. — И сколько они хотят заказать? — Тридцать штук, — ответил Сириус, а Римус и Гарри присвистнули одновременно. — Я буду их делать до конца года! А как же проект для Каира? Я хочу выпендриться уже сейчас, чтобы меня заметили. — Тебя заметили, — ответил Римус. — В Министерстве сейчас Каирская делегация. Они хотели узнать, как поживают в Англии их выпускники. Они наслышаны о тебе, и я не упустил возможности о тебе рассказать побольше. Гарри хлопнул в ладоши от радости. Если всё пройдёт гладко, он поступит в Каир с такими рекомендациями, что его из Египта отпускать не захотят, предлагая работу. Но Гарри хочет в будущем работать только на себя. — Обо мне что-то говорили? — решил спросить Поттер. — Ну, — Римус поставил чашку чая перед Гарри и сел за стол, — Лили плакала, говоря, что плохая мать, а Джеймс заявил, что… — Разбил сердце Регулусу, — фыркнул Сириус, — я даже не знал. — Я знал, но к чему это сказано? — Оказывается, Джеймсу до четвёртого курса нравились парни, отец об этом узнал и отвёл его в Мунго, — прошептал Люпин. — Там поставили какой-то барьер, который снимет только смерть. Если он попытается поцеловать парня, его будут бить судороги… Гарри опешил. Он даже не представлял, каким монстром был его дед. — Лили не удивилась, видимо, знала, — добавил Бродяга. — И я не пойму, почему он так категоричен с тобой, если сам пережил насилие над разумом. Они очень хотят продление Рода, Гарри. — А я при чём? — Чтобы кровь Эвансов и Поттеров осталась в мире Британии. Гарри, тебя не просят жениться, просто… — Сириус запустил руку в волосы, не зная, что сказать. — Пойми и ты их. — Я понимаю, но через себя переступать не намереваюсь! Я не хочу этой ответственности в виде детей. Гарри и сам задумался над этой проблемой, но на него так давили в пятнадцать лет, что он скоро станет детоненавистником. Поэтому позавтракав у крёстного, воспользовался его камином, чтобы побродить по Косому переулку. Да, сбежавшие Пожиратели были опасны, но мальчика уже все достали. И не только его. Когда он выразил сочувствие Дафне в письменном виде, она написала ответ, что радовалась за сестру, когда Поттер предложил ей стать свободной от проклятия. Она назначила встречу на Рождество возле магазина Мадам Малкин. Гарри прибыл ровно в десять, но Гринграсс уже его ждала. Блондинка тепло улыбнулась парню, который даже обнял её, и получил ответные объятия. — Как ты? — Держусь. Я рассталась с Блейзом. Он нагло пригласил меня в Италию после похорон, представляешь? — девушка взяла Гарри под руку и повела в кафе. — Ты не против? Я ещё не завтракала. — Не откажусь от кофе, — Гринграсс тепло улыбнулась, и сев в самый дальний угол, чтобы их меньше кто видел и слышал, заказала салат с мясом и стакан апельсинового сока. — Отец в ярости? — Да, но я заявила, что скорее выпью яд, чем выйду за избалованного итальянца. К тому же, мать Блейза строит в Италии такую карьеру, имеет такие связи, что вряд ли мой бывший суженый захочет жить в Британии. Мой отец только похоронил жену и дочь, а вчера вечером привёл в дом Марлин МакКиннон. Гарри были наслышан о ней. Она была бывшей подругой матери, которая всё пыталась совратить Джеймса, ища достойную партию. — Она готова родить отцу троих, так и заявила. Они хотят пожениться 14 февраля! Как давно он изменяет маме с этой?.. Дафна заплакала, отвернув голову и пряча лицо в ладонях. Блондинка пыталась приструнить себя, но получалось плохо. — В общем, Гарри, я родилась девятого сентября. В начале шестого курса мне исполняется семнадцать, если тебе… То есть… — Ты готова принять наследие Поттеров? — оживился парень. — И даже фамилию. Правда, я останусь без денег в этом случае, отец мне пригрозил уже. Видимо, Астория писала ему о твоём предложении. — Нам денег и на двоих хватит, — улыбнулся парень. — Я хочу замуж по любви и… за нормального парня. Сама слизеринка, а хочу не змея, — всхлипнула ведьма. — Думаю, пора подумать о своём доме. Ты должна его присмотреть, — ухмыльнулся Гарри. — После пятого курса. — Но тебе семнадцать исполнится… — Мы должны поговорить с моим отцом. Мама будет в бешенстве, но… у неё есть племянник Дадли Дурсль и плевать, что маггл. Дафна боялась разговора с Джеймсом, но нужно было решать. Если сама судьба говорила девушке, что она может получить второй шанс и спокойную жизнь, пусть эта жизнь предназначалась покойной Астории, Гринграсс не упустит свой момент. Выходя из кафе под руку с Гарри, Дафна буквально врезалась в отца Гарри, который спрятав руки в карманы и прищурив глаза, покосился на парочку. — Это не свидание. Я хочу, чтобы ты принял её в род Поттеров. Джеймс удивлённо выгнул бровь, а в следующий момент ухватил подростков за руки, аппарируя прямо в дом Поттеров. Лили удивилась визиту сына и слизеринки, а после оба долго выслушивали идею сына. Лили плакала не в состоянии остановить слёзы, пока Поттер-старший ухмылялся. — Но ты ведь выйдешь за кого-то замуж и тогда твоя фамилия исчезнет, — напомнил Джеймс. — Я не возьму фамилию мужа. Я хочу жить свободной. Тем более, Гарри сказал, что я буду иметь доступ к его сейфу. Я знаю себе цену. — Даже мы не имеем доступ к этому сейфу, — хмыкнул Джеймс, а Лили налила себе коньяка и села пить. — Мам, ну кто просил тебя становиться аврором? Кто просил после смерти Волдеморта бегать за Пожирателями? Вот и родилась Мелоди мертвой! Лили посмотрела на мужа, ища поддержки, но тот отрицательно покачал головой. Итог: мертвая дочь и бесплодие. — Тебе семнадцать исполнится?.. — Девятого сентября, — ответила ведьма. — Хорошо, а ты, Гарри? — Я буду просто Поттером, не главой Рода. Улыбка сына заставила сердце Джеймса немного смягчиться. — Я знаю, что сделал с тобой Флимонт Поттер, отец. И я никогда не поведаю об этом Регулусу, чтобы он не смотрел на тебя с жалостью, — Дафна явно чего-то не понимала. — Спасибо, сынок. Сохатый протянул руку к мальчику, и тот прильнул к груди отца, пока Лили обижено пила из бокала. Дафна не беспокоилась, что чего-то не поняла, главное, что уже через восемь месяцев она избавится от влияния отца. И ведьма искренне желала, чтобы у отца родились только дочери. С проклятиями.

***

Дафна уходила довольной от Поттеров, поэтому вернулась на Косую аллею, купила себе двадцать шоколадных лягушек и вышла в маггловский Лондон. Ведьма вошла в картинную галерею, ведь здесь можно было отдохнуть от шума. Она удивилась, что галерея работала в Рождество, но как оказалось, в этот день больше всего туристов. Магглы пытались заработать. — Да ты жирный червяк, на тебя ни одна девушка не посмотрит, Дурсль! Дафна вспомнила о кузене Гарри и осмотрела своего ровесника. Высокий. Очень высокий. Если подкачаться, но не сбавлять вес, то его девушка была бы Дюймовочкой в его руках. Ещё и симпатичный, чем-то на Лили похож, а та была копией своего отца, как поговаривал Джеймс. Видимо, дедушка у Гарри был красавцем. — Дадли, прости, я опоздала, — Дафна обняла парня. — Просто я повстречала Поттеров, и те пригласили меня на чай, — улыбнулась блондинка, а до парня дошло сразу. — Ничего. Девушкам можно опаздывать, особенно таким красивым. — Не познакомишь? — Это Метт, Остин и Кол — придурки. — А я Дафна Поттер — племянница Джеймса Поттера, который женился на тёте Дадли, — улыбнулась ведьма. — Пойдём? Или ты не один? — Родители поехали к стоматологу. — Тогда, идём гулять. Попробуешь из нашего мира Шоколадных лягушек, — улыбнулась слизеринка, уводя блондина. Парни, облизываясь, провожали эпатажную блондинку в норковой шубе. Серьги в её ушах были с рубинами, что заметили три «друга» Дадли. Сам же Дурсль смотрел на Дафну, как на божество. — Мерлин, у нас с тобой даже глаза одинаковые: голубые! — засмеялась ведьма. — Не боишься меня? — Я… очарован… — Если что, я пока не Поттер, а Гринграсс. Поттер стану, когда войду в их наследие, Гарри мне его дарит. — Почему? — Гарри — гей, — ответила, как само собой разумеется, девушка. — Дафна, расскажи мне больше о моём кузене и моей тете. Мама завидует тёте, что та родилась волшебницей, и много наговорила гадостей о таких, как ты. Дафна ухмыльнулась и протянула ему лягушку, которая была шоколадной, но двигалась. — Ешь, и тогда я всё расскажу. Парень недоверчиво взял то ли живую, то ли заколдованную лягушку, бросил в рот и прикрыл глаза от удовольствия. — Вот это шоколад, друг мой! А когда родители Дадли нашли его возле галереи в компании волшебницы, ведь она дала подержать мальчику свою палочку, сначала пришли в ужас. Вернон хотел закатить скандал, а вот Петуния увидела, что сын воплощает её мечту, поэтому подбежала к детям первой. — Мне пора, Дадли. Я пришлю тебе совой письмо. Сова не улетит, пока ты не напишешь ответ, поэтому не мори её голодом. — Обещаю. О! Мам, это Дафна Поттер — племянница Джеймса и будущая наследница их Рода. — Правда? — Гарри гей и… Дома расскажу, — Дадли было неловко, что мать ворвалась в его разговор с этой дивной красоткой. — Меньше кушай, больше качайся и будешь секси, — подмигнула ведьма. — Всего доброго! Дадли не слышал вопросов матери, её восторженных криков, что у них есть шанс попасть в мир магии. Он видел только удаляющую фигуру девушки, которая запала в душу не потому, что ведьма, а потому что прекрасная и добрая. И он послушается чистокровную волшебницу. В их следующую встречу он будет неотразим. По крайней мере, мальчик на это надеялся.