Follow your heart | Следуй за своим сердцем

Стоя перед камином в первый день нового 96-го года, Том считал, что сделал Гарри лучший из лучших подарков: покой. Он не стал навязываться мальчику, как рекомендовали Регулус и Барти. Нет. Гарри был другим. Даже сам Регулус не видел сущности Поттера. Том видел. Он знал по себе, что не нужно навязываться. Именно так он поступал с Вальпургиевыми рыцарями. В то время полукровка не имел связей, он был обычным школьником, и видит Мерлин, вытерпел много гадостей. Но та перепалка с Абраксасом, после которой выплыл парселтанг, изменила мир. Он спал почти со всеми слизеринцами. Том не всегда вёл, не всегда был сверху, но Легилименция далась ему ещё на третьем курсе. Пока любовники трахали его или стонали под ним, он внушал им то, что было нужным, а ближе к шестому курсу у него уже были последователи, которые в буквальном смысле облизывали пальцы его ног. Реддл мстил чистокровным снобам. Но Гарри не часть его разваленной империи, он тот, ради которого нужно создать новую, более цивилизованную жизнь. Потягивая огневиски, Том невольно вспомнил, как мальчик поддался Амортенции, как касался его. Ему это нравилось. Но перед камином он стоял в это утро по другой причине. Ему написали те, от кого не ждал писем с просьбой встретиться, ещё некоторые личности написали, что лично припрутся к нему домой. И все писали о новом решении Министра Фаджа. Если Том правильно понял, то у старика высох мозг. Первым из камина выпорхнул Барти, следом за ним Регулус, дальше явились Снейп и Дамблдор, а последним соизволил явиться Малфой. — Кики, налей гостям огневиски. Разговор явно будет тяжёлым. Взмахом палочки Том запечатал камин, чтобы никто лишний не явился. Мужчины опустились в синие кресла с мягкой обивкой, забрали бокалы и сделали по глотку. — Итак, — Реддл осел в последнее центральное кресло, диван он ещё утром отправил в другую сторону комнаты. Справа от него сел Барти, возле которого расположился Регулус, а дальше Люциус, слева сидел Альбус, а за ним Северус, — что могло так вас всех напугать, что вы объединились и заявились ко мне вместе? — Дементоры, — рыкнул Барти, — как охрана Хогвартса. Глаза Реддла покраснели от абсурдности ситуации. Дементоры никому не подчинялись, и дай им свободу, погубят детей. — Попечительский совет не образумил Фаджа, — рыкнул Люциус, будучи его главой. — Я даже угрожал тем, что сорву все международные сделки, но эта розовая, слащавая… — Малфой умолк, сделав глоток, пытаясь усмирить гнев. — Амбридж, — выплюнул Снейп. — Она науськивает Фаджа. — Дайте угадаю, в 98-году выборы, в 98-м году я становлюсь Директором, а Альбус уходит с поста. Он думает, что его власть перейдёт в руки Героя Британии и Европы? — Да, — ответил Регулус. — Это ещё не всё. Сама Амбридж будет эти полгода в школе, якобы для проверки компетентности профессоров, а на деле будет шпионить. Вы с Директором главные цели, дальше Северус, ведь в своё время профессор выпросил для него свободу. Я уже под наблюдением, до Долорес дошли слухи, что мы с тобой в прошлом любовники, Том. К тому же, ты крестил мою дочь. Барти пока вне списка, как и Люциус. О твоей вражде с Малфоем ходят легенды. — Да, мне уже предложили не ворчать по поводу дементоров, а получить повышение, — ответил Люциус. — Но Драко мой сын. Я его очень люблю. Мы тёмные маги, не владеем магией Патронуса, а если эти твари нападут на него? — Тише, Люциус, — попросил Том. — Я анализирую ситуацию. — Фадж ухватился за побег Лестрейнджей и Долохова, но на самом деле он параноик, — говорил Дамблдор. — Он со мной начал спорить с 93-года. Я пытался донести до него, что лучше для детей и магов, но меня не слушают, теперь думает, что я замышляю переворот. — Авроры на территории школы будут? — спросил Том. — Только в Хогсмиде, — рыкнул Барти. Том допил содержимое бокала, а после уставился на языки пламени в камине. Он обдумывал план. Даже Дамблдор обратился к нему, ведь здесь нужен очень хитрый разум. Мысли и действия Альбуса может предвидеть Корнелиус. — Мы не будем мешать Фаджу и Амбридж. Мы их посадим в Азкабан. Долорес очень тёмная лошадка, я её помню. Она пришла в Министерство, рассказывая всем, что чистокровная, будучи полукровкой. Старшие курсы нужно обучить Патронусу. Тайно, — начал свою мысль Реддл. — Выручай-комната, — предложил Снейп. — Да. Ты не подходишь на роль обучающего, потому что тебя боятся, Альбус под надзором, а я не умею. Слишком тёмная душа. — Гарри сможет обучить детей, — предложил Дамблдор. — До сих пор все считают, что он был Избранным, если бы я не вмешался. Ему поверят, особенно после демонстрации артефактов на вокзале. — Абмридж собирается создать Полицейскую дружину из студентов. Я попрошу Драко, Блейза и Тео вступить в неё. Патронуса им не видать, а вот водить за нос розовую клушу смогут. Нужно только помириться с сыном, — предложил Люциус. — Он хочет работать с драконами, как твой отец, в чём проблема? — не понимал Реддл. — Отец погиб от драконьей оспы! — Люциус, — глаза Тома налились кровью, — я не люблю лжи. — Мне отец выбора не давал, внушил, что работа в Министерстве лучшая, а на деле… Я желаю Драко лучшего. — Так поддержи его, а не мешаешься под ногами, — фыркнул Том. — Пожиратели не воспользуются ситуацией с дементорами, — вернулся маг к проблеме, которая всех здесь собрала. — Они будут ждать финала этой истории, надеясь, что мы погибнем. — Разве Долохов не знает тебя в лицо? — спросил Регулус. — Знает, он знает всё. Им движет не месть. Знать бы что, — рассуждал Том. — Альбус, поговори с Гарри. — Ты не можешь? — удивился старик. — Скажем так, после того, как он узнал, что я Волдеморт, он просто мой ученик по ЗоТИ и Зельям. — Вот кто Поттера натаскал, — хмыкнул Северус. — Хорошо, я поговорю с Гарри, тем более, что Лили и Джеймс тоже хотят со мной переговорить, — ответил Дамблдор. Том улыбнулся, но взгляд был потухшим. Реддл страдал. И Северус злорадствовал, видя побитый вид бывшего хозяина. Чтобы Поттер не сказал Реддлу, он его задел. За это мальчишку можно даже похвалить, начав ставить «В».

***

Драко и Джинни сидели перед камином босые и с мокрыми волосами. Игра в снежки перешла на новый уровень. Однако оба отказались от высушивающих чар и сменной одежды, зато приказали эльфу принести горячий какао. За всё время, которое Джинни тут провела, к ней зашёл попрощаться Чарли, попросив Драко приглядывать за бойкой сестрой. Драко не признался, но ему польстило, что старший брат доверил ему сестру, и явно видел, что слизеринец заинтересован гриффиндоркой. Камин вспыхнул тогда, когда Джинни рассказывала о драконах во время Турнира Трёх Волшебников. Чарли тайно взял её к себе в лес. Малфой по-доброму завидовал, но вид родителей стёр искреннюю улыбку с лица, которую даже мать никогда не видела. Это была действительно улыбка, а не ухмылка. Джинни хотела встать с ковра, чтобы поприветствовать Малфоев, но Драко схватил её за руку и покачал головой «нет». Рыжая улыбнулась и перевела взгляд на старшее поколение. — Что вам нужно? — Драко, мы соскучились, — попыталась начать разговор Нарцисса. — Мисс Уизли, добрый день. — Рада знакомству, леди Малфой. — Ну, мама у меня приятная женщина, не то, что некоторые, — язвил юноша. — Драко, я был не прав. Погорячился. Прошу меня простить. Драко удивлённо поднял бровь, а Джинни выпучила глаза. Она косилась то на Драко, то на Люциуса, и вскоре прошептала на ухо парню: — Он околдован? — Возможно, — ответил юный лорд, поднимаясь с ковра, подавая руку Джинни. — Я вас оставлю, — Джинни хотела упорхнуть, но Люциус ухватил её за локоть голой рукой, удивляя, ведь семья Уизли для сноба отребье, недостойное прикосновений. — Поверьте, новости не лучшие. Садитесь оба, — юные дарования не сдвинулись с места, и Люциус, закатив глаза, начал речь. — Фадж приставил Амбридж и дементоров к школе. — Что? — ужаснулись студенты Хогвартса, оседая на диван, вызывая улыбки старших Малфоев. — Такие похожие, — улыбнулась Нарцисса, и Люциус ответил улыбкой любимой жене. — Послушайте, Регулус Блэк, Альбус Дамблдор, Северус Снейп и Том Реддл попали под наблюдения. Барти Крауч пока вне подозрений, как и я. — А в чём подозревают первых четверых? — не понимала Джинни. — Корнелиус считает, что Реддл приемник Альбуса, потому что победитель Грин-де-Вальда и Волдеморта хочет занять пост Министра, — Драко и Джинни одновременно фыркнули, откинувшись на спинку дивана, заставляя Нарциссу чуть ли не плакать от умиления. — Именно. В школе есть Выручай-комната, мистер Поттер будет обучать 4-7 курсы Патронусу. Северус и Альбус не могут этого делать по причине слежки, а Реддл не умеет. — Гарри знает об этом? — спросила Джинни. — Альбус отправился к Поттерам. — Мой брат Перрррррсссииии, — злобно прошипела львица, — будет при Амбридж? — Думаем, да. Уизли хмыкнула, а глаза налились яростью. Люциус восторженно смотрел на избранницу сына, как и сам Драко. Мальчик глаз не мог отвести от такой гриффиндорки. — Я умею вызывать Патронус, — улыбнулась юная ведьма. — Мустанг. — Мы с Нарциссой слишком тёмные, но вот Драко… Драко, а ты пробовал? — Пробовал, вот только толку, — тяжело вздохнул блондин. — Уверена, что лучшие эмоции твоей жизни ещё впереди, — Джинни накрыла руку парня и тепло улыбнулась. — С таким-то учителем эмоции будут фееричными, — хмыкнула Нарцисса. Джинни убрала руку, что не понравилось Драко, и тот злобно покосился на мать, которая отвела взгляд, будто она не при чём. Люциуса забавляла ситуация. Выбор сына, конечно, удивил, но гриффиндорка явно пошла мощью в мать, а Люциус ещё застал Молли в школе. Пруэтты были могучей семьёй.

***

Гарри слушал Альбуса с открытым ртом, как и Лили с Джеймсом. План был откровенно дерьмовым, но другого не было. — Я возьму свой отряд, — заявил Джеймс. — Я не оставлю детей с дементорами. — Вы будете в Хогсмиде, — прошептал Дамблдор. — Джеймс прав, — ответила Лили. — В его отряде все владеют Патронусами. Сириус сам не усидит на месте, я его знаю. — Хорошо, но чего Вы добьётесь? — не понимал Гарри. — Если Долорес чего-то натворит, отвечать будет Корнелиус, он потеряет свой пост. — И кто станет новым Министром? — задал вопрос Сохатый. — Я выдвигал на этот пост Регулуса, но Том предложил Амелию Крауч, в девичестве Боунс. — Том Реддл? — изогнула бровь Лили. — Почему Вы его так слушаете? — Нас будут пытать? — ужаснулся мальчик, и Альбус был благодарен, что студент так быстро перевёл тему. — А все профессора будут закрывать на это глаза? Или что будет делать с нами Амбридж? — Мы не знаем, Гарри. — Вы всегда всё знаете! — рыкнула Лили. — Мой сын не пушечное мясо! Джеймс молчал. Он видимо что-то уловил в тактике профессоров и министров. — Северус будет варить детям мази, если что-то пойдёт не так? — задала вопрос миссис Поттер, понимая, что отменить ничего нельзя. — Разумеется. — Альбус, а если дементоры кого-то убьют? — задал самый страшный вопрос Джеймс. — Упаси Мерлин, мой мальчик. — Вам нужна крыса. Буквальная, — заявил Гарри. — Барти уже нашёл мага, который будет притворяться Питером, пока сам Петтигрю будет для нас шпионить за Корнелиусом в Министерстве и дома. Боюсь, дальше анимагию тебе предстоит изучать самому. — Мы с Бродягой будем жить в Хогсмиде, мы поможем тебе, Гарри. И, Альбус, пока Долорес в школе, отдай моему сыну Карту Мародёров, — Джеймс достал из комода Мантию Невидимости, и Гарри улыбнулся. — Она твоя. Лили всё ещё не нравился план, но другого не было. Гарри возглавит студентов, которые станут учить Патронус тайно, а значит, именно он будет козлом отпущения, если их поймают. У Гарри тряслись руки, ему было страшно, но отец с матерью крепко обняли его, говоря, что рядом. Впервые в жизни мальчик дал волю слезам при родителях, показывая страх. Ему нужна поддержка.

***

Том стоял на могиле своего отца поздно вечером, пытаясь понять, почему судьба такая жестокая. Где похоронена его мать, сведения были утрачены, когда Лондон бомбили во время Второй мировой войны, а какой-то недостойный маггл имел шикарное надгробие, как и его родители. — Мне страшно, — послышалось за спиной, и Кики пискнул, ведь гость нарушил уединение хозяина. — Я буду рядом, Гарри, — Том обернулся к мальчику, которого явно бил озноб. — И ты справишься. Драко будет нашей крысой в тылу врага. Люциус должен для убедительности согласиться на роль Заместителя Министра, пока нет Долорес. — Фадж рехнулся? — Он всегда был параноиком. Так боялся, что его дочери лишатся девственности до свадьбы, что чуть сам не проверял их вместо Сметвика, пока сам Сметвик не пригрозил ему Азкабаном, — Гарри удивился, но решил сменить тему. — Мои родители отдали мне папку на Тома Реддла. Сириус искал о… Вас информацию. Мой крёстный — Блэк, связи невероятные, и здесь есть лист, он подгорел, но… — Гарри достал маггловский листок из кармана пальто и начал читать. — «Меропа Мракс умерла 31 декабря 1926 года», — Том затаил дыхание, не веря услышанному, — «в сиротском приюте Вула и похоронена на территории приюта под красной яблоней». — Мерлин, там только одна красная яблоня стояла… Я под ней так любил сидеть… Там всегда было так уютно… — по щеке Тома скатилась скупая слеза. — Закопали мою мать, как собаку. Чистокровную волшебницу! Наследницу Салазара Слизерина! Без могилы! — глаза покраснели, а Гарри неуверенно подошёл и положил руку на плечо мага, пусть магия тёмного волшебника и пощипывала кожу лица и рук. — Откуда Блэк это узнал? — Нашёл девочку из приюта, которая в ту ночь не спала. Ей тогда было пять лет — Джесика Ходсон, — Том понял, что Гарри больно, ведь тот морщился, и попытался унять магию. — Она же рассказала, что листок был спрятан в стол мадам Коул. И Джесика украла этот листок, когда женщину просто закопали. Джесику удочерили через три дня. Как найти Вас, не знала. Она долгие годы жила в Ирландии, а когда приехала в Лондон, Том Реддл пропал со всех радаров маггловского мира. — Мне нужно выкопать скелет матери, — рыкнул Том. — Помочь? Реддл удивлённо посмотрел на Гарри, который всё ещё держал того за руку. — Гарри, я… Я Волдеморт. — Помню. Несмотря на то, что Меропа опоила Вашего отца, умерла при родах, уверен, Вы были желанным ребёнком. Если бы Вы росли в семье, возможно, Волдеморт никогда бы не появился. Она дала Вам имя любимого человека и отца, которого уважала. Вас любили намного сильнее, чем Вы можете представить. Уверен, её можно было спасти. — Но она была нищенкой, а я новый рот, за который будут платить, — закончил мысль мальчика Том, и Гарри не стал отрицать. — Уверен, Ваших слёз никто не видел. Том фыркнул, вспоминая мальчика Билли из приюта. Правда, когда Том убил его кролика, Билли плакал сильнее, чем Реддл. — Все, кто видел, давно мертвы. Кики, подготовь могилу и гроб для скелета моей матери. А ещё, выбери место попросторней, яблоню я тоже заберу. Они с моей мамой неразделимы. Им место обоим здесь. — Да, хозяин, — ответил эльф. — Я Вас дождусь. Могу и Директора позвать или Регулуса с Барти. — Только ты, — попросил Реддл. Гарри тепло улыбнулся магу, отступая на шаг и протягивая лист. Это сведение о смерти принадлежит ему. — Гарри, а в досье Блэка, есть дата рождения мамы? Гарри улыбнулся и вынул из второго кармана второй лист. Том искренне улыбнулся, видя эту дату, — 1 марта 1907 год. Она умерла очень молодой, не дожив до своего двадцатого дня рождения пару месяцев. — Спасибо. Гарри не стал заострять внимание на благодарности Тома, он пошёл выбирать место для Меропы, пусть Кики и ворчал. Реддл нашёл место бывшего приюта быстро. Он никогда не забывал это место, а детский сад на месте приюта не вызвал восхищения. На детской площадке одиноко стояла яблоня, которую так никто и не смог срубить. Будто невидимая сила защищала дерево. Том уменьшил дерево, спрятав его в кармане, а после направил палочку на землю. Когда из земли поднялся скелет его матери, Том упал на колени и отчаянно закричал, будто он снова маленький мальчик. Он ненавидел магглов всю жизнь, ведь именно они украли у него жизнь, пусть и в лачуге, но с любящей матерью. Ненависть к этим существам пробудилась с новой силой, глаза налились кровью, и он снова желал мести. Его мать не была виноватой, что полюбила Реддла, она не была виновата, что родилась в бедной семье, не зная своих предков. Том хотел наказать. Наказать всех магглов! Но Гарри не одобрит. Да, мнение Гарри стало важным для Тома. Мальчик, Избранный, Тот-кто-должен-остановить-Волдеморта, но для Реддла он с недавних пор просто Гарри. Одарённый юноша, который пришёл к нему с информацией, говоря о прощении. Юноша, который тянется к нему. Юноша, который искренне дарит ему свои улыбки и взгляды. Без фанатизма. Том не будет уподобляться себе, когда ему было 15. Нет. Он вырос. Сейчас вернётся на кладбище, похоронит мать и напьётся впервые в жизни. Гарри приказал эльфу, ведь его палочку может засечь Фадж, наколдовать лилий по всему гробу. Он любил эти цветы и надеялся, что Тому понравится. Реддл магией перенёс скелет и сразу скрыл его в белых лепестках. Его мать была нежным и любящим цветком, как он считал. Яблоня приросла сразу, а на надгробии было выгравировано:

«Меропа Мракс Родилась: 1 марта 1907 г. Умерла: 31 декабря 1926 г. «Любящая душа, которая заслуживала лучшей жизни».

Гарри внимательно посмотрел на Тома, который сжимал палочку так, будто снова собирался воевать против всего мира. Мальчик сделал то, что посчитал самым правильным: переплёл их пальцы рук, заставляя Тома перевести внимание. — Я замёрз. Том улыбнулся и кивнул, понимая, что Гарри пытается увести его от дурных мыслей и самокопания. Не отпуская руки Гарри, отвёл мальчика в мэнор. Там наполнил себе бокал с огневиски, а юноше с красным вином, сел на диван возле гриффиндорца и, глядя только на языки пламени в камине, накрыл его руку своей. Парень даже не дрогнул, делая первый глоток. Если Том хочет так, пусть будет так, а он будет рядом, чтобы понять этого таинственного мага.