Бесстрашные традиции

      Лив вздрогнула и поморщилась. Дверь соседней комнаты скрипнула, раздался глухой стук, и Кристина закричала во вcю мощь своих лёгких. Это был истошный визг. Он пробирался внутрь Лив и заставлял молить о потере слуха. Ей было страшно представить, что с Кристиной сделали. Ей показалось, что этот крик был самым громким из услышанных за эти дни. Вскоре девушка охрипла и принялась рыдать. Лив не понимала, почему ей не всё равно, почему её волнует судьба Кристины и остальных, почему она непременно думает об их спасении. Последние годы её волновала лишь своя жизнь, своя месть и своя смерть. Других людей не было в этом уравнении, но Лив уже четвертый день плакала вместе с Кристиной, пыталась закрывать уши, чтобы не слышать её, пыталась просто перестать дышать. Неспособность помочь убивала её, и это давало надежду на то, что она не та бессердечная скотина, какой себя считала всю жизнь.       — Привет, предательница, — Лив услышала знакомый голос.       — Чёрт. Рассчитывала, что ты мне померещился, — обессилено прошептала она.       — Не в этой жизни, — с гадкой улыбкой к девушке подходил Дрю. Тот самый урод, когда-то избивший её, тот самый, который вылетел из фракции.       — Прелестно, — фыркнула Лив.       Дрю держал металлические тонкие прутья, он покрутил в руках самый длинный, достал из кармана газовую горелку, а остальные прутья положил на единственный не перевернутый стол в комнате. Он принялся методично нагревать острый конец, который раскалялся с завидной скоростью.       — Давай-ка поднимем тебя, — с напускной заботой сказал Дрю, обнажая зубы в жестокой усмешке. Он достал небольшой нож и отрезал верёвку. Руки Лив беспомощно рухнули вниз, всё ещё связанные, но кровь постепенно приливала к ладоням, оживляя их. По пальцам распространилось неприятное покалывание, и Лив зашипела.       — Понимаю, понимаю. Но это не так больно, как вот это, — он поднял раскалённый до красна прут. Металл был со следами ржавчины, и Лив принялась про себя перечислять инфекции, которыми он её наградит этим орудием пыток. Она ощущала жар около своего лица.       — Ой, почти коснулся, — Дрю крепко держал Лив за верёвки, опутавшие руки. Он приближался к её лицу, и она ощущала его зловонное дыхание, — хотел бы я сказать, что буду нежен, но нет. Будешь орать громче своей подружки.       Он прошептал это на ухо Лив. Что-то сработало в мозгу девушки, щёлкнуло и зажгло желание бороться. Она дёрнулась вперёд и впилась зубами в небритую щёку парня, она сжимала зубы до хруста в челюстях, Дрю заорал и отскочил, а на его щеке красовалось кровавое месиво. Лив с отвращением выплюнула частичку Дрю.       — Грёбанная сука! — он дёрнулся вперёд, занося прут на манер копья, Лив быстро пригнулась, прокатилась и сбила с ног парня, он уронил своё орудие пыток, но то не лежало долго. Лив подхватила его и уселась сверху на обидчика.       — Хотела бы я сказать, что буду нежна, но нет, — прошипела она и воткнула раскалённый конец прямо Дрю в глаз. Он завопил что есть сил, старался прижать руки, коснуться, вырвать это из себя, но лишь продолжал орать. Лив, не теряя время, достала нож из куртки Дрю и перерезала верёвки на запястьях. Она боролась сама с собой, чтобы сделать то же самое с глоткой парня. Но милосердие победило. Пока что. Лив выскочила в коридор, продолжая разминать руки, онемение в которых всё ещё не прошло. С неё стянули ботинки, и теперь каждый шаг отдавался болью и новыми порезами на пятках. Девушку шатало из стороны в сторону, в глазах темнело. Она встала впервые за четыре дня, и даже небольшая драка с Дрю оказалась излишней нагрузкой для её ослабевшего организма.       Она тут же ввалилась в соседнюю комнату и застала там Кристину, всё ещё сотрясающуюся в рыданиях. Она склонялась над чем-то серым в темноте, Лив не могла рассмотреть, что это было, но боль подозрений сжало сердце в тисках. Она сделала шаг ближе, и случайный блик оправдал её догадки. Это был значок Бесстрашия. В голове сразу всплыла сцена из машины: Кристина заботливо прикалывала его к куртке Уилла. Лив отказывалась верить, что то, над чем рыдала бесстрашная, было телом парня. Она бы ни за что не узнала его... На теле не было живого места, конечности изогнуты под неестественными углами. Казалось, что от него отреза՛ли кусочек за кусочком, пока он не скончался от шока и потери крови. Лив услышала шум в коридоре и, отбросив сантименты, попыталась привести Кристину в чувство. Но та наотрез отказалась отлипнуть от парня. Она брыкалась, царапалась, а Лив удивлялась, откуда в ослабевшей пленнице столько сил. Лив кое-как на лету перерезала верёвки на запястьях Кристины, некоторые куски пришлось отдирать от кожи: так сильно они въелись в натертые раны. Но Кристина и глазом не моргнула во время этих манипуляций, её волновал лишь Уилл. Она не видела ничего кроме его изуродованного тела. Бесстрашная вцепилась своими маленькими кулачками в его куртку и трясла его из последних сил, словно не понимала, что его больше нет.       — Кристина, прошу тебя... пожалуйста, пойдём отсюда, — молила Лив. Она потеряла силы и не знала, что сказать, чтобы убедить девушку жить дальше. — Кристина, пожалуйста... я не хочу здесь умереть...       Почему-то именно эта мольба подействовала на неё отрезвляюще. Но Лив недолго радовалась успеху. Вскоре дверь открылась, и Кристина впала в бешенство. Она молниеносно забилась в дальний угол и верещала, как ненормальная. Она угрожала и орала, чтобы к ней не прикасались. У Лив закладывало уши от этих криков, и она сжала нож в руке покрепче.       — О Боже! Это вы! — облегчённо выкрикнула Лив. Перед ней стояли Трис и Юрайя. Такие же бледные и осунувшиеся, но главное, что живые. Кристина тоже успокоилась, когда Трис подошла к ней и стала нежно поглаживать по руке.       — Уилл? — Юрайя указал на тело, Лив молча кивнула, — он был в соседней от меня комнате. Я мечтаю выкинуть из памяти всё, что я слышал.       — Давно они его..?       — Только сегодня, — отвернувшись от Кристины, пробормотал Юрайя. — Они мучили его все эти дни.       — Но зачем? Они что-то спрашивали?       — Ни черта они не спрашивали! — завопила Кристина. — Им ни черта не нужно!       Трис снова принялась успокаивать Кристину, но та отпихнула подругу и снова бросилась к телу.       — Я не оставлю его! Не оставлю, слышите?!       — Так мы далеко не уйдём, — хладнокровно сказал Юрайя, на что Лив кивнула. Она была рада, что хоть кто-то не поддавался эмоциям. — Надо привести её в чувства.       — Ага, — Лив просить дважды не пришлось, — подними её.       — Что? — брови Трис поползли вверх.       — Подними её! — Трис послушала и не без труда выполнила просьбу. Кристина извивалась как червяк, но это не помешало Лив зарядить ей мощную пощёчину. — Не. Ори. Это всего лишь шлепок. Дрю не мёртв, он в соседней комнате без сознания и скоро очнётся. И он будет зол из-за того, что я с ним сделала. Слушай меня. Слушай меня! Уилл мёртв. Это всё. Он мертв. Это грустно, но мы не можем сейчас позволить себе такую роскошь, как грусть. Самое лучшее, что ты можешь сделать, это не дать этим мразям убить и тебя. Ты поняла? Кристина! Ты. Поняла?       Дождавшись испуганного кивка, Лив удовлетворенно выдохнула.       — Дрю не один. Кто с ним?       — Молли, — прошептала Трис, — я узнала её голос. Они обсуждали мёртвую отречённую.       — Мёртвую? Наше задание?       — Да, — Трис поморщилась от того, как Лив назвала девушку из своей бывшей фракции.       — Как им это удалось вдвоём?       — Не думаю, что они сами придумали этот план. Они жестокие, но полные идиоты. Давайте найдём выход отсюда.       — Я знаю, куда нам, — отозвался Юрайя, — изучал схему здания до миссии.       Сверху раздались грохот, шипение, и потолок затрясся.       — А это, чёрт возьми, ещё что? — удивилась Лив, пытаясь устоять на ногах. — Живо. Нельзя здесь оставаться.       Трис с трудом отцепила Кристину от тела её возлюбленного, и они рванули в коридор. Громогласный звук снова прокатился где-то на поверхности, приглушённо долетая до пленников. Они не останавливались и бежали за Юрайей. Все еле держались на ногах, и дополнительные вибрации не добавляли уверенности в своих силах.       — Это что... взрывы? — первая догадалась Трис. Она не успела договорить и издала испуганный вскрик, а после на Кристину накатила новая истерика. Девушка упала и отползла от Трис, которую обхватили грязные лапы верзилы Молли.       — Далеко собрались? — в руке Молли блеснул нож, приставленный к горлу бесстрашной. Трис дёргалась и старалась вырваться, тем самым царапая шею лезвием, но Молли ловко удерживала её. — Заткнись! — рявкнула она на Кристину, та отползла за Юрайю, прижала колени к груди и правда замолчала.       — Боже... что же вы с ней сделали... — протянула Лив, смотря на испуганную девушку. — А Уилл. Но зачем?       — Не во всём есть смысл, эрудитка, — оскалилась Молли. — Малыша Уилла мы прикончили лишь сегодня. Скулил, как щенок, а ещё бесстрашный.       Кристина взвыла и забилась в рыданиях, но никто на неё уже не обращал внимания. Молли слегка надавила ножом, оставляя порез на шее Трис. Сверху раздался ещё один взрыв и звуки выстрелов. Молли опасливо покосилась на разрастающуюся трещину над их головами. Оглушительный треск наверху заставил Трис сделать выбор. И она быстро рванула вперёд, но Молли не последовала за ней, а отскочила в противоположную сторону и через секунду туда, где они стояли, рухнул огромный кусок потолка, подняв столб пыли. Все закашлялись и попытались отбежать. Трис прижала одну руку к шее, и они втроём подхватили Кристину за шиворот и потащили подальше.       — У тебя кровь, — Лив подошла к Трис.       — Царапина, она не успела ничего сделать, — из-под пальцев девушки просачивались алые струйки. — Давайте уже свалим отсюда.       Сверху снова раздались выстрелы.       — Мы в подвале, как я понимаю? — Обратилась Лив к Юрайе. Он кивнул. — А наверху наши друзья или враги?       — Узнаем, когда выйдем, — пожал плечами парень, — я уже так задолбался, что всё равно. Лишь бы всё закончилось.       — Оптимистично, – слегка улыбнулась Лив, и они с Юрайей подхватили Кристину, которая вошла в некую форму транса и теперь еле перебирала ногами и смотрела в одну точку. Трис шла за ними, прижимая руку к горлу, постепенно приобретая сероватый оттенок.       — Движение! Вижу движение! — первое, что услышала Лив, когда солнечный свет ослепил её. Все четверо тут же прикрыли глаза. Вокруг послышалось шевеление.       — Стоять! — Рявкнул женский голос.       — Свои, свои... — обессиленно прошептала Лив и подняла руки.       — Не пристрелите их, — девушка услышала знакомый голос. Глаза, наконец, привыкли, и она увидела приближающегося Фора с винтовкой наперевес. Он выглядел очень довольным собой. А перед ними стояли трое незнакомых бесстрашных. У девушки была разбита бровь, а у одного из парней оторван рукав куртки. Только сейчас Лив огляделась и поняла, что на развалинах, оставшихся после самого первого взрыва, неторопливо перемещалась группка бесстрашных. А среди обломков лежали афракционеры, пестрящие одеждами разных фракций. Их было немного, и они были мертвы. Лив не испытывала ничего, видя их растерзанные выстрелами тела.       — Пойдёмте, — махнул рукой Фор. — Всё чисто.       Лив, лениво передвигая ногами, проследовала за инструктором. Бесстрашные тут же подбежали и помогли Кристине и принялись на ходу осматривать рану Трис. Когда они почти добрались до машины, внимание Лив привлекло какое-то движение. Она остановилась. Слева от неё был Дрю. Глаз перемотан тряпкой, насквозь пропитавшейся кровью, а руками он зажимал рану на ноге. Лив показалось, что она видела, как оттуда торчал кусок кости.       — Оставь его, — Фор приобнял девушку за плечо и увёл от корчащегося афракционера. Лив послушно зашагала, но взгляд не отлипал. Трис увидела рану Дрю и тут же поспешила к машине на негнущихся ногах. Не все были так равнодушны, как Лив. Даже Юрайя, сохранявший относительное спокойствие, поморщился от этого зрелища.       — Его лицо. Это ты? — спросил он. Лив кивнула, не понимая, во взгляде парня восхищение или отвращение. Но её не волновало ничьё мнение сейчас. Она видела, как лидер Бесстрашия перезаряжал штурмовую винтовку с таким видом, словно в зубах ковыряется. Он лениво облокотился на транспорт и удостоил их лишь пренебрежительным взглядом.       — Надо же. Вы живы.       — Не все, — тихо произнесла Лив.       — Ну, динамика положите... — он не договорил, потому что Лив стремительным шагом направилась прямо к нему и протянула руку под куртку. — Обнимашки? Вот уж не думал, — довольно усмехнулся Эрик под всеобщее удивление. Но рука Лив скользнула в нательную кобуру и выхватила пистолет. На секунду их взгляды пересекаются, и Эрик всё понимает. Лив разворачивается, на ходу дёргает затвор и стремительно направляется в противоположную сторону от группы бесстрашных. Фор соображает раньше всех и дёргается, чтобы её остановить, но Эрик оказывается быстрее:       — Не трогай, — сквозь зубы говорит лидер, сжимая инструктора за рукав куртки. — Приказ.       Группа захвата замирает в непонимании и любопытном нетерпении. А Лив внезапно находит силы и решимость в своём слабом теле, подходит к корчившемуся мерзкому афракционному куску дерьма, поднимает пистолет, прицеливается.       — Не страшно, — истерически хохочет Дрю, — я знаю, что ты не застрелила Эрика. Вряд ли ты меня ненавидишь сильн...       Его речь обрывает звук выстрела и пронзительный вопль. Лив попала по уже имеющейся ране на ноге, кровь брызнула во все стороны, а кость раздробилась на мелкие куски. Дрю ворочался и орал до хрипоты.       — ДОЛБАННАЯ СУКА!       На лице Лив не дрогнул ни один мускул, она снова прицелилась и выстрелила во вторую ногу, попав прямо в колено. И снова истошный крик. Но от этого крика у Лив ничего не шевельнулось внутри. Это не были молящие крики Кристины. Это было что-то, что хотелось усилить, преумножить.       — Зря я не прибил тебя, ты грёбан...       Выстрел. Дрю так и замер с открытым ртом. А во лбу красовалась огромная дыра. Да, она знала, что Эрик носит с собой лишь крупный калибр.       — Странно. А у него всё-таки был мозг, — пробормотала под нос Лив, наблюдая за разбросанными ошмётками из башки Дрю.       Повисла гнетущая тишина.       — Нам пора, детки, — её прервал знакомый голос, — папа Макс переживает, что вы не дома.       К удивлению для всех, Эрик улыбался во весь оскал.       Все принялись разбредаться по машинам, а Лив незаметно для окружающих засунула пистолет обратно в кобуру Эрика, аккуратно скользнув пальцами по его рёбрам. Их гляделки прервали шаги, и Лив заскочила в машину, а за ней и все спасённые.       — Не надо делать из неё свою копию, Эрик. Она другая, — услышала Лив разгорячённый шёпот Фора. И не она одна.       — А чью копию надо? Твою, Фор? — с хладнокровным спокойствием ответил лидер. — Она взрослая девочка и сама несёт ответственность за свои поступки.       Видимо, Фор решил не продолжать спор, потому что бывшие неофиты услышали шаги, звук открытия двери, и вскоре инструктор с тяжёлым вздохом сел за руль. А задняя дверь захлопнулась, и через секунду они тронулись, двигаясь за второй машиной. Лив не сразу поняла, что Эрик едет с ними. Её так опьянило ощущение свободы, что лидера, возвышающегося над остальными неофитами, она просто не заметила. Он сел напротив неё, и даже в темноте было заметно, что он рассматривает девушку. Лив едва заметно улыбнулась, когда их взгляды пересеклись. Эрик никак не реагировал, он погрузился в свои мысли. А Лив облокотилась на трясущуюся стенку кузова и прикрыла глаза.        — Этот ублюдок заслужил, — в тишине раздалось бормотание из дальнего тёмного угла, — Ты всё сделала правильно.       Это была Кристина. Она успокоилась, но её продолжало потрясывать. Она скинула руки Трис, заботливо обнимавшие её. Все в машине напряжённо прислушались.       — Нет, не правильно, — наконец ответила Лив, — но я бы не смогла спать, зная, что этот урод продолжает дышать одним с нами воздухом.       Ни от кого не ускользнули стальные нотки жестокости в её голосе. Лив немного подумала и сказала:       — Никто не заслуживает смерти, но кто-то заслуживать жизни чуть меньше, чем другие.       Она услышала, как тихо вздохнул Фор.       — И что они все в нём находят? — Юрайя указал за спину Лив. В нескольких футах от неё за барной стойкой сидел самый грозный и загадочный из лидеров фракции. — Каждая мокрощёлка считает долгом повиснуть на Эрике.       — Может, рассчитывают на продвижение по карьерной лестнице, — предположила Трис и поправила свежую повязку на шее. А Лив не сводила глаз с весёлой блондинки: та очень по-хозяйски прикасалась к Эрику и что-то шептала ему на ухо.       — Воу, она сейчас его съест! — Юрайя и Трис засмеялись, а Лив грустно улыбнулась, наблюдая, как неизвестная бесстрашная засовывает свой язык в рот Эрику.       К радости присутствующих, Эрик не был любителем лобызаний на публике, и он ловко выпутался из объятий девушки и повернулся к бармену, чтобы попросить ещё пива. Обиженная блондинка переместилась и оказалась настолько ближе к Лив, что девушка смогла разобрать её пьяную речь:       — Куда ты сегодня пропал? Последние дни были просто крышесносными, я бы продолжила. И может, ты не будешь меня выгонять из квартиры? Я... Куда ты смотришь? — Эрик смотрел поверх кучерявой головы бесстрашной, и блондинка обернулась, проследив за его взглядом.       — Чего уставилась? — рявкнула она на Лив. Милая улыбка тут же сползла с её личика. — Не видишь, мы разговариваем!       — Сложно, наверное, разговаривать с языком в глотке? — спросила Лив у Эрика. Он ничего не ответил и лишь отхлебнул из бутылки, хотя Лив могла поклясться, что он лишь делает вид, что пьёт.       — Да ты вообще понимаешь, с кем говоришь! — не унималась блондинка. Юрайя и Трис напряжённо замолчали, наблюдая за происходящим.       — Уж точно не с тобой, — снова улыбнулась Лив, посмотрев сверху вниз на девушку. Что-то в её взгляде заставило блондинку заткнуться и опустить глаза, а Эрика удовлетворённо улыбнуться. — Милый питомец, лидер.       Лив отвернулась, не желая больше лицезреть это мерзкое зрелище. Она ощущала, как Эрик прожигает её спину взглядом. Внутри что-то отдалось болью, словно грудная клетка сжалась в комок. “Это всё последствия недосыпа и голода”, — успокоила себя Лив.       — И зачем? — вскинул брови Юрайя.       — Да-а-а что-то настроение хорошее.       — А если бы он тебя наказал?       — За что? Я никого не обидела. Ну, кроме этой... как ты там назвал?       — Мокрощёлки?       — Да-да! — все трое засмеялись и, поморщившись, выпили по стопке, а Лив продолжила прерванный разговор, — в конце концов, он только что нас спас. Было бы глупо прибить меня сразу после этого.       Юрайя заливисто захохотал, а Трис выдавила из себя улыбку, подозрительно покосившись на Лив.       Неизвестный бесстрашный проводил Лив до кабинета Макса. При этом всю дорогу он не сводил с неё глаз. Лив знала, что слухи в Бесстрашии разливаются даже быстрее, чем дешёвое пойло. И она ожидала нечто подобное. Но в этом взгляде не было прошлой ненависти, было лишь любопытство. Он пропустил Лив вперёд и захлопнул за ней дверь. Девушка ожидала, что лидер Бесстрашия решит её отчитать за провальную миссию и свалить всю вину на неё. Но его вовсе не было в собственном кабинете. Вместо Макса за столом сидела Джанин. С её жалостливой полуулыбкой, которая не сходит с лица со дня нападения на семью Лив. Бесстрашная поджала губы вместо приветствия и, не дожидаясь приглашения, плюхнулась на стул напротив. Алкоголь заставил её тело окончательно расслабиться, а в голове была приятная пустота. Но она рассеялась за секунду, как только Джанин открыла рот.       — Эрик говорил, что ты хорошо справилась с инициацией. Второй результат – это вполне достойно, — начала женщина.       — Не знала, что лидеры Бесстрашия делятся такой информацией с эрудитами, — спокойно ответила Лив, стараясь не показывать своего удивления от этой встречи.       — Обычно не делятся. Но меня очень беспокоил твой выбор фракции, учитывая, что это не сопоставимо с результатами твоего тестирования, — Джанин откинулась на спинку кресла. Она чувствовала себя слишком комфортно не в своём кабинете. Лив даже задумалась, не связывает ли двух лидеров фракций нечто большее, чем просто встречи в Совете и обсуждения повестки дня. Лив часто заморгала, отгоняя нежеланный образ секса на столе.       — А разве у нас не демократия? Я думала, мы сможем выбирать.       — Да, но я решила перестраховаться. Ты же всё понимаешь.       — Ну да, — протянула Лив и продолжила так, словно это была обычная светская беседа, ни капли её не задевающая. — Что ещё Эрик рассказывал?       — Ничего примечательного. — Джанин следила за Лив, словно кошка, готовая к прыжку. Глаза бегали по телу девушки, пытаясь считать его сигналы. — В основном говорил про твою одержимость местью и попытку его застрелить. Я думала, что ты отпустила ситуацию.       — Да, но я решила подстраховаться. Ты же всё понимаешь.       Джанин тихо хмыкнула. Её глаза были безжизненны, лишены блеска. Она была похожа на каменное изваяние, которое по случайности превратилось в живое существо.       — Внутренние разборки Бесстрашия меня не касаются. Если он принял решение никак тебя не наказывать, то у него должны быть веские на то причины.       — Видимо, я ценный кадр для Бесстрашия, — не смогла удержать в себе колкость Лив.       — Как показывает ваша традиционная миссия, то да. Ты их всех спасла.       — Не всех.       — Почти всех. Уверена, Макс это оценит и уж точно никогда не забудет, — Джанин легонько похлопала по столу хозяина кабинета. В голову Лив опять заползли мысли о возможных неформальных отношениях двух лидеров.       — Зачем происходит этот разговор? — девушка быстро стала серьёзной. — Ты хочешь похвалить меня? Или похвастаться, что заставила одного из лидеров Бесстрашия следить за мной? — Сердце сделало болезненный кувырок в груди.       — Я никого не заставляла. Но раз уж ты заговорила об этом. Эрик выполняет кое-какую работу для меня. Он ищет дивергентов.       Громкий и высокий смех прокатился по комнате, отскакивая от холодных каменных стен. Этот звук был здесь таким неестественным. Неподходящим ни месту, ни ситуации.       — О боже, — сквозь утихающий хохот пробормотала девушка.       — Что смешного?       — Это всё объясняет. Вы с Максом дали ему эту должность взамен на выполнение грязной работёнки. Он ваша сучка, — глуповатая улыбка застыла на лице Лив.       — Он преданный член нашего общества.       — Лидер дефис охотник на дивергентов, — Лив закинула руки за голову и окончательно расслабилась, — прекрасно. Тут прекрасно всё. Чем дальше, тем интереснее. Я всё ещё не понимаю. Я не дивергент. И ты это знаешь.       — Да, знаю. Я хотела поговорить вот об этом, — Лив взяла планшет из рук Джанин и принялась небрежно рассматривать фото уже знакомого ей списка, который она получила из шифра. Сейчас казалось, что это было в какой-то другой жизни. В той, где проблемы ограничивались местью, а убийство человека воспринималось как лёгкая задачка.       — Я знаю, что ты думаешь. И я тоже так решила. Но вот эти двое, — Лив указала на имена Трис и Юрайи, — со мной проходили инициацию. Более заурядных ребят я не встречала.       — Дивергенты хорошо маскируются, — в глазах Джанин промелькнул жестокий блеск.       — И так я тоже думала. Но нет. Я жила с ними, общалась с ними, видела, как они проходят моделирование. Ничего, — она протянула планшет обратно владелице.       — Мы разрабатываем необходимую технологию для определения дивергентов.       — Разрабатывайте, — отмахнулась Лив, — эти двое уж точно никуда не денутся.       — Почему я должна тебе верить?       — А смысл мне врать. Я уж точно не отречённая, чтобы жертвовать своей жизнью и будущей карьерой ради безразличных мне людей, и я уж точно не дура, чтобы не распознать дивергента. Не забывай, что моя мама изучала их всю жизнь.       — Хорошо, — кивнула Мэтьюс, — некоторых фамилий вообще нет в базе, и они не числятся в мёртвых. Возможно, это ложный след, — едва ли Лив поверила в то, что Джанин сдалась. — Но я прошу тебя отбросить все разногласия и сообщить мне, если заметишь что-то странное в их поведении. Хоть что-то. Я тоже не могу вскрывать мозг всем подряд без доказательств. Я могу на тебя рассчитывать?       — Ладно, да. Но у меня просьба. У Чикаго кроме дивергентов есть проблема похуже. Афракционеры. Они не так беззащитны, как кажутся. И их численность растёт.       — Мы не можем принимать во фракции всех желающих. В этом и суть, — Джанин сложила планшет в сумку тёмно-синего цвета и встала со своего места. Лив последовала её примеру.       — Я и не прошу. Просто дай каким-нибудь аналитикам изучить динамику: их передвижения, вооружение и прочее. И ещё кое-что, — уже почти у двери Лив вспомнила, — надеюсь, бесстрашный цербер отлипнет от меня и не будет дышать мне в затылок?       — Ещё просьбы будут?       — Нет. Я сообщу, если ещё что-то вспомню.       Последнее, что видела Лив перед выходом, было заметное усилие, с которым лидер Эрудиции сдерживала раздражение.       Лив вернулась в бар и предупредила Трис, что ей надо уладить одно важное дело. От расспросов она ускользнула, и теперь девушка притаилась в тёмном коридоре в мучительном ожидании. Вскоре она увидела знакомую фигуру. К счастью, без компании. Свидетели не входили в её планы. Лив уличила момент и проскользнула в дверь за хозяином квартиры. Эрик даже не вздрогнул.       — Давно сидишь в засаде? — спросил он, включая свет.       — Я сейчас кое-что скажу и прошу меня не перебивать, — сразу перешла к делу Лив. Она отметила, что хорошее настроение Эрика куда-то улетучилось. Она даже могла сказать, что он был грустным. Но волна злости накрывала её с головой и не давала проникнуться сочувствием. — С этого момента ты лидер Бесстрашия, а я просто бывшая неофитка, которую ты видел мельком на инициации. Я не желаю иметь с тобой ничего общего. И я не желаю, чтобы ты разговаривал со мной ни о чём, не связанным с проблемами фракции. Рабочие моменты и не более.       Эрик внимательно смотрел на Лив и не предпринимал попытку ей возразить, и девушка беспрепятственно продолжила.       — Если я узнаю, что ты следишь за мной или заставил кого-то выполнять эту работу за тебя, то я перережу тебе глотку и плевать, если в этот момент под тобой будет стонать какая-то малолетняя сучка.       — Хорошая речь. Репетировала? И сейчас ты ждёшь извинений?       — Нет. Нахрен не нужны мне твои извинения, — Лив долго настраивала себя на этот разговор, и теперь она теряла самообладание. — Просто... Почему? А? Почему, Эрик?       — Работа, — Эрик пожал плечами, — я получил приказ.       — О, да к чёрту! Не надо мне тут про приказы втирать. Ты же эрудит. Я не верю, что всё так просто.       — Помни, с кем ты разговариваешь, — Эрик сделал угрожающий шаг вперёд. — Я бесстрашный. Я лидер Бесстрашия, и ты готова меня обвинить в измене собственной фракции?       — Быстро ты переобулся, — к Лив снова вернулся её истеричный смех, — а как же винтик системы, адаптироваться, подстроиться, прикинуться, влиться в коллектив. Не?       — Не понимаю, о чём ты.       — Без проблем. Ах, да. Подавись, — Лив швырнула листок с фамилиями на пол. Она увидела на нём пятна крови, развернулась и вышла, громко хлопнув дверью. В коридоре она заметила, как шов на маленькой ране на теле разошёлся, запачкав одежду алыми разводами. Ей было больно. Но эта боль не имела никакого отношения к ранению.