Бакуго — омега

— Не воняй мне в нос, двумордый, — ворчит Бакуго, занюхивая аромат Тодороки перчаткой. — Прости, Бакуго. Не специально, — Шото невозмутимо убирает со скамейки свой геройский костюм. — И, блять, пользуйтесь уже дезодорантом, если так невтерпёж!       Багуко ненавидел, когда кто-то из альф забывал пользоваться блокатороми перед гоном. Он был единственным омегой мужского пола в классе, и, видимо, единственным омегой с языком, раз никто кроме него об этом не напоминал. Круглолицая сегодня дважды потеряла контроль на тренировке из-за витающих флюидов Деку, а это чревато падением булыжников прямо с потолка тренировочного зала. Не то чтобы он так стремился кого-то защищать, но получить сотрясение из-за воняющего задрота Бакуго не хотел.       Он — омега. Факт, который пусть и не сразу, но он в себе принял. Тяжелее принимали одноклассники. Кацуки не кричал об этом во всю глотку, и первые полгода обучения никто и не догадывался, наверное. Пахнет сладко? Так это нитроглицериновая пленка на коже. Ростом не отличился как Шоджи? Так и Деку тоже не великан. Пятнадцать лет, растущий организм, а то, что растяжка лучше, чем у Фроппи — то дело тренировок и упорства. Это ведь Бакуго.       Дерьмоволосый настолько убедил себя в том, что его друг альфа, что, попутно решая математику, рассказывал ему, как чешутся клыки от некоторых запахов, а потом жаловался, какой он бедный, что клыков у него полный рот, а не как у Бакуго — четыре. — У меня нет клыков. — А, ну бывает, наверное. Когда начнут расти, поймешь, что это такое, а я буду подсказывать, как… — У омег не растут клыки, идиот, — Бакуго даже не поднимает на него глаза, а Киришима тем временем напрочь вылетает из реальности. Для того, чтобы до его крашенной башки дошел смысл понадобилась минута времени. — Стой. То есть, что? — он разворачивается к Бакуго, осматривает его так, что кажется его красные глазенки вот-вот могут выпасть. — Я — омега. Как, блять, можно было это не понять, придурок? — Воу, я… Я этого правда не знал. Ты, — он пристально смотрит на его широкие плечи и накаченные руки. — Не похож вроде. Ну, с первого взгляда, я имею в виду. — Первого взгляда? Мы полгода вместе проучились! — И я всё ещё верю в это с трудом, — в ладонях затрещали мелкие взрывы. Как можно быть таким тупым? — Бакуго, да все наши так думают! — Просто заткнись и решай эту срань дальше! — Бакуго, ты только не подумай ничего! Это очень мужественно!       В тот момент это его удивило, и, после того, как Дерьмоволосый ушел к себе, он ещё некоторое время простоял перед зеркалом. Он не пахнет альфой, талия узкая, рост средний. Та же Момо даже выше на пару сантиметров. Да и запястья у него тонкие. Особенно на фоне самого Киришимы, который ещё немного и от своих тренировок превратится в мясную котлету. Бакуго понимал, что точно не совпадает с классическим внешним видом омеги, но ведь не настолько же. Кацуки не переживает. Герой номер 1 всегда Герой номер 1. Приписка альфа, бета или омега значения не имеет. В крайнем случае, в это верит сам Бакуго.       В тот вечер об этом узнал Киришима. Удивительно, но ему это не помешало дальше продолжать жаловаться на клыки, которые чешутся, и на домашку, которую его окислившееся из-за краски мозги не могут сделать. Дерьмоволосый проглотил эту информацию и ничего не заметил, будто омежность его лучшего друга вовсе не была чем-то значимым.       Тем интереснее было, когда Эйджиро прижимая платок к носу вбежал в кабинет где-то через месяц после этого вечера. — Там Урарака в коридоре упала! — громко заявил он едва оказавшись внутри. — Урарака-чан! — вскрикнула Момо, машинально обыскивая карманы сумки, и видимо не найдя поднимает глаза обратно на Киришиму. — Кто-нибудь позвал медиков? — Да, Цую пошла за Исцеляющей девочкой. — Хватит мельтешить, Дермоволосый, — Бакуго нагнулся к рюкзаку и вытащил оттуда упаковку таблеток. — Где её носило? — Она в женском туалете дальше по коридору. — Бакуго, а не лучше ли тебе остаться, — мягко пытается намекнуть Яойорозу, на что парень трясет перед ней баночкой с розовыми таблетками внутри. Девушка несколько секунд смотрит на них, а потом на Бакуго. Благо, что мозгов у неё оказывается больше, чем у Киришимы и этап принятия не длится слишком долго. Она берёт из сумки бутылку воды и одобряюще кивает. — Хорошо, идём.       На Круглолицую и правда было больно смотреть. Скривилась на подоконнике, прижимая колени ближе к себе, иногда чуть громче обычного похныкивая. Рядом стояла девушка из В класса. Как её там? Большерукая. Кенто? — Чем ты думала, когда сегодня на занятия поперлась, а? — угрожающе выпаливает он, отсыпая несколько таблеток на ладонь. Мощные ведь, а она весит килограмма полтора, наверное. Он закидывает одну обратно в упаковку. Перебор тоже не нужен. — Бакуго? — испуганно выдавливает она. — Пей. — он даёт ей таблетку, а Момо протягивает воду. Круглолицая проглатывает лекарство и запивает большими частыми глотками. — Урарака-чан, нельзя же так с собой. Это не очень то безопасно, — Кенто поглаживает её по плечу, попутно поправляя растрепавшиеся волосы. — А ты, Бакуго, давно с собой такое таскаешь? — Я свои циклы знаю и сижу дома, чтобы не раскорячиваться посреди школы. Тебе желаю того же, Круглолицая. Носи с собой хоть что-то, если знаешь, что совсем прижимает, — он опускается на корточки, чтобы смотреть ей в глаза. — Я не должна была сегодня, но… — она краснеет сильнее обычного и спешно замолкает на полуслове. — Но. — Но Деку-кун так пахнет, — голос её становится тише. — Так тебе нравится Изуку? — сзади вырастает Мина, почти наваливаясь на Бакуго со спины. — Нет! Просто он правда очень приятно пахнет, а мы все в том возрасте, когда… — замельтешила она. Будь у неё возможность она бы вскочила и умылась холодной водой, чтобы как-то унять свой румянец, но боль в животе, объятия Кенто и сидящий прямо под ногами Багуко не дают ей этого сделать. — Честно сказать, я бы никогда не поверила, что ты можешь тоже быть омегой, Бакуго-кун. — Да, не скажи мне Киришима, я бы ставила, что ты просто перекаченный бета, — Мина перевешивается через него, упирая руки ему в плечи. — Наш взрывашка — омега! — Мне, блять, табличку на шее таскать теперь? — он старательно пытается вылезти из-под навалившейся Черноглазки. — Ну, Бакуго. Давай мы теперь тебя на наши посиделки звать будем? — всё не унимается Ашидо, но отходит. — Я пошёл отсюда. — Будем делать друг другу масочки! — Я ушёл!       Он возвращается в кабинет и садится за свою парту. Одноклассники смотрят на него странно. Деку ещё и с каким-то неясным сожалением. Бакуго подходит оборачивается к нему и глубоко вдыхает. Запах задрота, ничего нового, но сейчас ярче, чем обычно. И ей это нравится? — Иди помойся, — пренебрежительно бросает он и возвращается к своей тетради. — А вы чего вылупились? — одноклассники быстро переводят от него взгляд. Один только Дерьмоволосый показывает большой палец и улыбается во все свои чешущиеся акульи клыки. Раздражает.