Наше совместное завтра

Прыжок, приземление, скольжение. Прыжок, приземление, скольжение. Прыжок… В глазах помутнело. Равновесие было утеряно. Нога подогнулись и она упала. Прямо на больную правую руку. Аня и Саша сорвались со своих мест и подкатили к Косторной. Та сидела на льду, обхватив руку и стонала. — Что случилось? — крикнула Этери Георгиевна — Косторная, в чем проблема? Аня кивнула Саше, та поднялась на ноги и подкатила к бортику — Скорее всего сломала правую руку. Она ее уже две недели мажет и терпит боль, отказывалась идти к медикам. — Тутберидзе кивнула, открыла дверцу и сама направилась к подопечной — Покажи руку. — Алена не сделала ничего, все и так было видно. — Давай-ка, помогу сейчас встать тебе — тренер подъехала сзади, подхватила под руки и помогла подняться. Тут же Алена самостоятельно доехала до конца льда, вышла на пол и завалилась на сиденье Рука сломана. Это надолго. О чемпионате России можно и не мечтать. О чемпионате Европы — тоже глупо. А про Олимпиаду уже и думать не следует, не тормошить свою душу… — Она сильно расстроилась? — в который раз выспрашивал Марк, встретивший Сашу после тренировки и предложивший прогуляться в парке — Сильно. Но нам не говорит, конечно. Марк, она была претенденткой на олимпиаду. Олимпийской надеждой России. ТШТ, конечно, ставили либо на Ками, либо на Алёну. А теперь… Теперь все будет иначе. Я уже не сомневаюсь в том, что Аня едет. У нее сила воли — во — девушка рассекла рукой воздух — У нее пневмония ведь. Отходит… С температурой на катке, задыхается вечно. Вон, вчера даже до дома не добралась — далеко, осталась у Семененко — Ну, у Семененко она могла и по другой причине остаться… — Марк улыбнулся, а Саша хихикнула, однако тут же одернула себя — Нет. У них с Женькой нет ничего. Пока что.- Трусова улыбнулась — У него ведь ты есть. — она пихнула его локтем в бок — Ещё одна фанатка Кондратенко мне нашлась тут. — Саша приторно улыбнулась. — Самая главная, между прочим. — поправила девушка, размахивая пальцем — Понял? Марк согласно кивнул, припоминая их вчерашнюю переписку «Когда Кондратюк с жадностью уплетал жареный бекон с яичницей, на телефон пришло уведомление. Первое из них показывало, что Трусова подписалась на него в тик-токе. Неплохо. Марк даже подавился. То ли от удивления, то ли от радости… А, черт его знает. Под «черт» имеется ввиду никто иной, как Евгений Семененко, конечно же. Следующие же уведомления гласили, что девушка пролайкала пару видео. А последние уведомление оповещали юношу о четырех сообщениях, что отправила рыжая бестия </i> Одно из них, и самое первое было видео по всем известной и любимой парочке Кондратенко. Марк усмехнулся, просматривая видео. Женя шлёт ему таких тысячи и неоднократно подкладывает, но увидеть такое отосланное видео с подписью: «Кондратенко — канонище» от Александры Трусовой было даже обидно. Слегка. Но ведь дальнейшие сообщения стёрли ее вину… Сначала смешное, а потом милое видео по заполонившей социальные сети паре «Трусотюки». Сердце парня подпрыгнуло, когда Саша написала «Ты только посмотри, что мне в рекомендациях попалось. Милота, правда?» Семененко он позвонил тут же. Ровно в тот миг, когда пришло сообщение от Трусовой: «Я таких уже много видела, но никак не решалась отправить» Женя, видимо, сладко спал и видел уже сотый сон, когда телефон громко зазвонил рингтоном из Смешариков. Песня Пина: «Потому что только смелых уважает высота-а-а…» разбудила аля-пряничного-наркомана и знатно выругавшись, он ответил на звонок — Маркуша, я, между прочим, сплю! — он уже почти разразился гневной тирадой, но был прерван — Мне Саша скинула видео по Трусотюкам и подписала «Милота, правда?» Женя, что мне ответить?! Срочно. — Нет, ну ты прям… А-а-э-х — Женя зевнул, широко раскрыв рот — Как маленький. И что ты ко мне обращаешься. У меня плохой опыт общения с девушками. — тут в его глазах мелькнула задорная искра — Я тебе сейчас номер кину, напиши туда. Это мой знакомый, он опытнее в этом плане. — Я тебе не доверяю, Женя. — протянул, сомневаясь, Марк — Ладно. Кидай.» И уже через время Кондратюк написал неизвестному «другу» Семененко о том, кто он вообще такой и что ему требуется, отослал скрин переписки и стал ждать, красный, как бурак, от смущения. «Когда вновь раздался звонок, в этот раз у Марка от Женьки, то последний изумление воскликнул — Так ещё и Трусотюки существуют? Марк засмеялся. — С добрым утром, принцесса. Вбей в поиске и узнаешь. Не отключая звонок, юноша последовал совету и изумлённо перелистывал видео, которые высветились после запроса — Охренеть… У вас точно до этого не было… Совсем ничего? — Женя. — Понял. Спокойной ночи, мой принц! — саркастично завершил он и повесил звонок. А Кондратюк в этот момент продолжал переписку с Трусовой, представляя, что было бы, если бы записи их с Семененко звонков попали к фанатам…» Они дошли до парка, болтая о предстоящем чемпионате России, о грядущем Новом Годе и о блюдах, которые нравятся им больше всего. Разговор не прерывался ни на миг. Обоим нравилось это. Нравилось беседовать, общаться, обсуждать то, что волнует. Может, общение их и не было столь долгим, но сблизились они быстрее ожидаемого. Разговор как-то перетек в скрыто интересующих обоих русло — их взаимоотношения. Саша с улыбкой вспоминала все видео, которые видела о них обоих и изумлялась тому, как аудитория с такой лёгкостью создаёт видимость того, чего нет. Эта фраза для обоих была ударом ниже пояса. У Трусовой было непреодолимое желание добавить «пока что». Однако, на такое она не решилась. Слишком откровенно. Нельзя сказать, что последние дни она не откровенничала с Марком, нет. Он стал первым человеком, с которым она поделилась главным своим, самым большим переживанием. «На улице уже стемнело, когда по московским закоулкам шли двое, держась за руки и о чем-то беседуя. Говорила больше девушка — парень внимательно слушал, хмурясь и прикусывая обветренные губы — Я блистала в юниорах. Я прыгнула четверные первая… Но сейчас… Я боюсь, что не смогу пробиться на первое место. В меня почти никто не верит. Тутберидзе заела на Ками, Глейх — на Ане. Конечно, они — стабильны. Что в программах, что… — Саша вдруг горько усмехнулась — В «преданности», как выражается Даниил. Он никак не простит мою беготню. Ни мне, ни Алёне. К сожалению. Знаешь, Марк, я очень переживаю по этому поводу. Два года у меня нет золота, два года… Я как ни увижу какой-нибудь чат по фигурке, где обсуждаюсь я, так все валят на меня. Ни проигрывать я не умею, ни радоваться за других, бегаю по тренерам, и вообще, лучше бы Тутберидзе не взяла меня обратно… Я волнуюсь. Я ни за что не оставлю попытки этого чертового трикселя — нет. И я уже работаю на пятиквадку… Но, мне уже кажется, что в этом году всех не будет так тревожить техника… — Ты про 18? — Я говорила с Женей. Ты знаешь, она такой… Светлый человек… Не знаю, как это объяснять. — Саша вдруг опомнилась — Да ты и сам знаешь, про что я! Я обсуждала с ней тему пятиквадки в произвольной. Она считает, что это будет легендарно, но не факт, что прокатит на баллах… Вобщем, Марк, я не знаю, смогу ли я исполнить свою мечту… Юноша встал напротив нее, остановился и посмотрел в ее глаза — Саш, послушай. Внимательно, очень внимательно. Не знаю, каковы твои шансы на победу — я не судья, я лишь такой же спортсмен, как и ты. Но я тот спортсмен, который всегда равнялся на тебя. Я видел твою целеустремлённость. Я поражался ей. Я поражался, когда ты наконец прыгнула четверной. Ты заняла первое место в сердцах многих. Очень многих людей. Они смотрят на тебя с восхищением. И поверь, я недалеко ушел от них. — Марк отодвинул прядь, выбившуюся из-под шапки и провел пальцами по щеке. Ночь, тишина. Романтическая обстановка… Сами не понимая, как и зачем, из-за чего и для чего, они потянулись друг к другу, желая все же слиться, вероятно, не в таком долгом, как хотелось бы, но в поцелуе. Когда их лица находились в паре сантиметров друг от друга, мимо пробежал малыш. Совсем ребенок, лет пять. Он задел лопаткой для снега Сашу и заставил ее опомниться, отстраниться и потереть ушибленную лодыжку. — Вот черт! И падала сотни раз, и с ушибами катала, и с растяжениями! И ведь удар детской лопаткой в разы больнее! — отшутилась Трусова, когда смущённые они продолжили путь по закоулкам Москвы.» — Как ты думаешь, не может ли Семененко находится в рядах фанатов Трусотюков? — пытаясь разбавить молчание, образованное фразой о надумывании, спросила Саша — О, да он их предводитель, этот пряничный наркоман — с усмешкой откликнулся Марк Они двинулись вглубь парка, приближаясь к фонтанам, что сейчас закрыты. Фонари как ни странно, не горели. — Минут через двадцать должны включить. Тут всегда так — ответила на удивленный взгляд товарища рыжая — Они запаздывают. Так что это пару излюбленное место всяких отморозков. — И ты ходишь тут совсем одна? — ещё больше удивился юноша — А что мне остаётся? Тренировки заканчиваются поздно, родители в это время с младшими. Вот и шагаю по темноте, не боясь каких-то придурков. Не зря же я всю жизнь посвятила спорту — она пожала плечами — А все же я вынужден предложить тебе сопровождение вечерами. — Приму его с великой радостью — девушка искренне улыбнулась — Видишь вон ту большую ёлку? — она кивнула в сторону величавого дерева, которое раскинуло свои ветви в разные стороны, подставляя падающим снежинкам — Мы с мамой каждый год летом устраиваем под ним небольшой пикник. Выносим все самое любимое — эклеры, пончики, горячие бутерброды, булочки с изюмом… — на этой фразе глаза Марка сверкнули — Термос с чаем и чашечки. Именно здесь начался мой путь… — Саша хмыкнула — Мне было четыре, когда я разъезжала перед родителями на роликах. Наезжала здесь круг за кругом, делала всякие пируэты. А потом взяла и прыгнула одинарный. Он ни на что не походил, просто прыжок. Как мама удивилась тогда. Сколько было охов, вздохов, ахов и восклицаний. Папа же был продуктивнее — девушка широко улыбнулась — Осенью отвел меня на лёд. Там все и началось… Мама все шутит, что меня булочки с изюмом заряжают энергией перед прыжком и пичкает меня ими перед сборами и важными стартами. Тутберидзе как узнала — такую взбучку устроила, Боже спаси, если такое повторится. — И ты больше не ешь булочки с изюмом? — расстроенно спросил Кондратюк — Ты что, свихнулся? Ем конечно. Просто не так свободно — она наклонился к его уху и горячо зашептала — С Алёной прячемся за углами и жрём тоннами. — оба громко засмеялись. Марк не отводил взгляда от девушки, на голове которой красовалась большая для нее шапка. Его шапка. Подавшись некоему порыву, он нагнулся к ее лицу и приблизился к губам. Яркая вспышка. Свет. Саша отскочила и посмотрела на зажженый фонарь, под которым они стояли — Свет бьёт не так больно, даже когда его врубают после шоу… — виновато заметил Марк, протягивая ей руку — Пошли, провожу до квартиры…