Наше совместное завтра

Алена ворочались в постели. Удобно лечь не выходило - тяжёлый гипс мешал. Помимо всего мешали и не менее тяжёлые мысли о конфликте с Тутберидзе. Девушка категорично заявила, что не будет катать с переломом. Все имеет последствия, а она хочет спокойно жить и катать в шоу после 20-ти, когда уже не будет нужна штабу. Эта фраза и завела тренера. Алена должна была пожалеть, что сказала такое прямо в лицо - но нет. Она была рада тому, что наконец нашла силы сказать, что думает. Алена всегда прямолинейна. Если выдастся возможность, скажет все, что думает. "Фильтров у нее нет" - всегда говорит Семененко. С мыслями о юном фигуристе и аля-пряничном-наркомане вернули ее во вчерашний вечер "Алена бессмысленно тыкала в телефон и пялилась в экран пустым взглядом. На душе скребли кошки. Олимпиада уже казалась далёкой, недосягаемой мечтой. Девушка рассматривала свои детские фото в галерее, где она на катке - ее первая тренировка, первое выступление, первая победа. В видео после выигрыша маленькая Косторная говорит маме: первая победа одержана! Следующая цель - олимпиада. А улыбчивая мама прижимает к себе девочку и звонко целует. Алена прикусила губу и утерла слезу. Мечты сломаны. Если бы она пошла к врачу, а не посчитала это пустой тратой времени, то все сложилось бы иначе. А как "иначе"? Чем бы отличалось от ее нынешнего положения? Она была олимпийской надеждой России до поры до времени. Пока ее не заменили юнцом. Сейчас все в ТШТ обратили свое внимание на Камилу. Алена осталась в тени. Ее переход к Плющенко сыграл свою роль. Девушка стукнула сжатым до побелевших костяшек кулаком по подушке. Какое право они имеют осуждать ее за ее собственный выбор? Почему она сама не может решать, что ей делать? В пабликах трезвонили весть о переломе Алёны Косторной и ее отказа от участия в Чемпионате России. Фанаты Косторной поддерживали девушку, чего не скажешь о других. Некоторые статьи приводили в пример Щербакову, переболевшую пневмонией. Мол, вот Анна Щербакова тренируется с температурой и ужасной одышкой, а Косторная с каким-то переломом не может выйти на лёд и откатать. Стало ещё больнее. Может, следовало попробовать? Совесть говорила ей, что она сдалась. Совесть винила ее в слабости. Она сама винила себя в никчемности. Но здравый рассудок сохранился, хоть и играл уже меньшую роль. Неужели, лучше откатать, может даже, пройти на Европу, а потом слечь с ещё более серьезными проблемами? Такого Алена себе не простит. Алена себе ничего не простит. Ни участия, ни бездействия. Она была подавлена сама собой. Своими размышлениями и глупыми обвинениями. Она не виновата в том, что произошло. Она не виновата в том, что выбрала здоровье, а не олимпийскую медаль. А была ли у нее вообще возможность встать на пьедестал? Алена понимала - была. Триксель, пару четверных и артистизм мог вытащить. Она ещё могла исполнить свою мечту. Добраться до вершины. Достичь цели. Сейчас мечты и планы рухнули. Пропали в бездне. Горечь заглатывала с ног до головы, Алена утопала в ней, захлебывалась. Слезы подступали, но она не давала им воли. Ни в коем случае. Слезы - признак слабости. Признак слабости то, что ты сделала - говорил голос в мыслях. Надо катать. Измени решение. Напиши тренеру. Скажи, что будешь участвовать в Чемпионате России. Алена одернула себя. Нет, нельзя. Здоровье важнее медали. Ты уверена? - вновь спросила она сама у себя Алена не была уверена. Ее трясло. Рука ужасно ныла, обезболивающие не помогали. Но рука иногда переставала болеть, а душа - нет. Нет лекарства от ощущения собственного ничтожества. Нет лекарства от душевной боли. Косторная откинула голову на подушку и всхлипнула. Потом ещё раз. И ещё. Вот тебе и признак слабости проявился. Экран телефона зажёгся и завибрировал. Пришло сообщение. Желания отвечать на было вовсе - зачем, спрашивается? Кто-то хочет успокоить, поддержать? Алена не прикоснулась к телефону, даже не глянула в его сторону. А сообщения все шли и шли. Спустя пять минут она, матерясь, схватила смартфон и уже собиралась написать пару ласковых столь назойливому собеседнику, как к своему удивлению поняла, что пишет ей Кондратюк. Бровь ее недоуменно изогнулась, когда она открыла чат: "- Здравствуй. Прости, что пишу так поздно. Я Марк Кондратюк. Мой друг, Семененко Женя, посоветовал обратиться к тебе. Мне симпатична моя подруга, Александра Трусова. И последние ее сообщения ввели меня в ступор. Совсем не знаю, что ей ответить." Далее следовали пару скриншотов переписки, которые Алена с огромным интересом просмотрела и с улыбкой продолжила читать сообщения Марка: "Я обратился за помощью к Жене, а тот сказал написать тебе. Можешь помочь?" И Алена засмеялся. Громко и заливисто, впервые за вечер забыв о проблеме. Она твердо решила намекнуть Марку о том, чтобы перестал так доверять своему другу, а Жене прямо сказать, что он придурок и умнее было бы обратиться прямо к ней, попросить второй номер Саши и дать его Кондратюку. А пока девушка принялась придумывать наиболее хороший ответ ее подруге..." Улыбка сползла с ее лица так же быстро, как и появилась. Очередное оповещение их какой-то группы в Телеграмме по фигурному катанию говорило об ее отставке. У нее снова появилось жгучее желание удалить к чертям собачьим все социальные сети, чтобы никто до неё не добрался Чтобы никто до неё не добрался... Звонок в дверь был как раз кстати. Мама была на работе, поэтому Алена, покряхтывая, как старушка, поднялась на ноги, надела мягкие тапочки и отправилась открывать дверь. На пороге, то ли как радости, то ли к разочарованию, стояли две ее близкие подруги - Аня и Саша. "Все же к радости" - подумалось Косторной, когда она увидела столь родные и любимые лица. - Алёнушка, мы на пару минуток заскочили!- защебетала Аня, откидывая в сторону куртку и сумку и бросаясь обнимать подругу, не забыв оставить на обоих щеках по поцелую - Ну, как ты себя чувствуешь? - Совсем погано? - прямо спросила Саша, которая уже сняла верхнюю одежду и тоже обнимала Косторную - Совсем погано - прохрипел она в ответ Алена- Вы как? Ань, что с температурой? Щербакова лишь уклончиво махнула рукой, мол, все нормально. Трусова недоверчиво скосилась на действующую чемпионку мира и шепнула на ухо Алёне: - Утром, когда зашла за ней, было 38.5. Она горячая и бледная как поганка. Выпила уже четыре жаропонижающих. После этих слов в груди у девушки больно закололо. Вот перед ней стоит ее больная подруга. Серьезно больная. Она действительно бледна, как сказала Саша. Но виду не подаёт - улыбается и уже идёт на кухню, с целью заварить любимый ромашковый чай для себя, ягодный - для Саши и зелёный - для Алёны. Аня серьезно больна. И катает. С температурой, после пневмонии, на жаропонижающих. А она засела дома с каким-то там чертовым переломом. Трусова, кажется, прочитала ее мысли по глазам, сжала ее плечо и уверенно заговорила - Ты правильно поступила, Ален. Аня - это Аня. Она не может по-другому. И понимает, что ничем хорошим это для нее не кончится- сама мне сейчас в автобусе это говорила. А ты права, что не рискуешь здоровьем - правая рука, все же, ещё пригодится - она ободряюще улыбнулась, а в голове Косторной вдруг возникли воспоминания Гран-при, за которым она наблюдала по ТВ. Она ведь знала о серьезной травме стопы Саши. Понимала, как ей тяжело - но Саша прыгнула четверные. Четверные с переломом. Это казалось невозможным, но Саша это сделала. Это заставило Косторную ещё больше усомниться в своем решении Трусова явно понимала, в какую сторону поползли мысли подруги и поскорее потащила ее на кухню, к Ане - Мы и правда на пару минуток. Через два с половиной часа тренировки и... А Алена понимала, что эти "пару минуток" затянутся на полтора часа, как минимум... - Вобщем, погуляли мы с ним неплохо... - смущённо закончила Трусова, допивая чай - Жаль ваши фонари так рано зажглись - печально заметила Алена - И что ты будешь делать? - Вести себя, будто ничего не было - ответила Аня за подругу - Ты же ее знаешь - это же Александра Трусова. Если не доведено до конца - значит и вовсе не сделано. Саша поставила чашку в раковину и гордо заметила - Правильно. Либо делать полностью, без погрехов, либо вообще не браться. С поцелуями то же. Щербакова глянула на часы и ужаснулась - Два часа просидели! А мы - на пару минуток! - девушка подскочила, поставила чашку в раковину и потрясла Сашу за плечо- Мы если опоздаем, Тутберидзе не простит нам. В особенности... - она осеклась - Если узнает, что вы были у меня - Алена горько вздохнула - Поторопитесь. Спасибо вам за это время - мне правда полегчало. Вы лучшие, девочки! - когда она, обняв и чмокнув каждую в щеку, проводила их, Косторная вдруг поняла - легче не стало. Пока девочки были рядом на душе было легко и хорошо. Как только они скрылись за дверью, Аня сверкнув своей очаровательной, но измученной улыбкой, а Саша красными, яркими волосами, на сердце вновь упал тяжёлый камень. "Собраться и побежать за ними. Собраться и побежать за ними..." - твердила совесть, но рассудок велел пойти на кухню и наконец нормально поесть. Как только она распахнула холодильник, желая вытащить какой-нибудь салат, звонок в дверь вновь отвлек ее "Девочки забыли что-то?" - подумалось ей, но когда она огляделась, пришла к решению, что ничего ими не забыто. Она поплелась к двери, недоумевая, кому понадобилось явиться сразу после подруг. В голове мелькали предположения - мама, кто-то с ее работы... Косторная перевернула замок и нажала на ручку, открывая проход. В коридоре появились запыхавшиеся, мокрые, то ли от снега, то ли от пота Марк и Женя Она невольно улыбнулась, опять вспоминая вчерашнюю переписку. - Мы к тебе минут на 15! - Семененко скинул с себя куртку, и Алена поняла - мокрые явно от пота. - С тренировки шли, решили заскочить. - пояснил Марк - У вас ранняя сегодня, что-ли? - удивилась девушка - Да какая рання. Всего лишь с шести до десяти. Подумаешь. Она промычала в ответ и улыбнулась - Что ж, заходите. Чай будете? - она скосилась на три чашки, лежащие в раковине и задумалась, как ей их мыть с гипсом и адскими болями в руке и голове. - Отличная идея! Ничего с утра в рот не клал- парировал Марк, влетая в кухню Косторной - Ты как? - Прекрасно! Просто неповторимо! Сижу дома с переломом и лёгкой температурой, хотя на носу чемпионат России и Европы, которые решат мою дальнейшую судьбу! - она фыркнула и села на стул, недовольно глядя на Кондратюка - Я... Я вовсе не это имел ввиду. Я понимаю, что... - Не мямли, а. Раздражает - она включила чайник - Прости, накипело. Слишком грубо вышло - Марк понимающе кивнул - До вас девочки заходили. У них в половину одиннадцатого тренировка начинается. Я с ними говорила на эту тему. - Алён. - начал Марк - Каждый из нас понимает твое положение... Часы пробили двенадцать, когда девушка захлопнула дверь за парнями и расстроенно посмотрела на шесть чашек, лежащих в раковине и опустошенную тарелку булочек с изюмом. Помимо всего она печально воззрилась на корзинку, которая недавно была наполнена конфетами, а сейчас пустовала: "Спасибо, Евгений Семененко. Похудею хоть" - она усмехнулась. Весь день, до четырех часов она провалялась в постели, бездумно листая ТВ-каналы. Успела посмотреть пару серий типичного русского сериала, разозлиться из-за глупости главной героини, пролить слезу над грустной концовкой и переключить на что-то более позитивное - шоу на СТС. Через двадцать минут она поняла, что ничего позитивного в этом шоу нет, и с психами выключила телевизор. Пульт полетел в сторону двери. Батарейки вылетели из него, когда в дверь протиснулась шатенка - Ты дверь не закрыла - продекламировала Медведева - Не переживай, я заперла. У Алёны вдруг стало легче на душе. Услышать этот успокаивающий голос, увидеть это знакомое лицо - и уже почувствуешь какое-то удовлетворение. Косторная всегда с восхищением относилась к Жене Медведевой. Всегда считала ее эталоном женского фигурного катания. Помимо всего - прекрасным человеком и подругой. В этот момент Алена и поняла, что именно Жени ей не хватало. Нужно поговорить именно с ней, чтобы успокоиться и найти решение проблемы. Да, именно Медведева ей сейчас нужна. Она нужна всегда и каждому. - Привет - лишь и произнесла в ответ Алена- Рада тебя видеть Женя с улыбкой кивнула, подошла к кровати и присела на край постели, сжимая в своей руке здоровую руку Алёны. - Ну, говори. - Женя понимала, прекрасно понимала, что сейчас нужно Косторной И Алена заговорила. Очень много, безудержно. Говорила все то, что накопилось - и о разбитых мечтах, и о боли в душе, и о том, что она думает о самой себе, и о том, что ее терзает больше всего. Олимпиада. Для Жени такая боль была до жути знакомой. Она испытала это на самой себе - когда мечты рушатся в один миг, прямо на твоих глазах. Когда чувствуешь себя неудачником, слабаком, последним человеком в мире. Когда не получаешь того, что, по сути, заслужил. Когда ты винишь себя в том, в чем по сути не виноват. Когда ты готов рвать и метать. Когда силы покидают тебя, когда на душе не находится места счастью - одна боль и ненависть. К самому себе. За свою слабость. Неоправданную, но слабость. За то, что ты не стал тем, кем хотел. Не доказал самому себе, что способен на это. Пожалуй, именно это ощущение самое удачное. Чувство собственного ничтожества. - Я понимаю, что нельзя нарушать запреты врача. Но в то же время совесть говорит иначе... Жень, что делать? - Верить рассудку - заявила Медведева. Твердо и спокойно - Я ведь понимаю, что именно ты чувствуешь, Ален. Четыре года назад, на Олимпиаде 2018 я чувствовала то же. Я выполнила одну из своих целей - отобралась в Пхёнчхан. И именно там, когда одна из моих мечт исполнилась - разрушилась другая, более важная для меня. Золотая медаль. Я ведь понимала, Алена, что это - мои первые и последние игры. Ни сколько возраст, сколько травма не позволили бы мне дальше находиться в большом спорте. Я видела юниоров. Видела тебя. И тогда, когда я взошла на второе место пьедестала, я поняла - это конец. Моим мечтам пришел конец. Моей карьере. Я потеряла шанс. Потеряла золотую медаль. Артистизм, к сожалению, был не нужен. Техника... Это было ужасно, Алена. Я была подавлена. Я пришла в номер и ревела. Ревела долго. Часа три точно. Пока глаза не были красными, а слезы не кончились. В тот момент на душе осталась зияющая дыра. Просто пустота. И больше ничего... А теперь представь, Алена. Может, травма не проявилась бы сейчас. Ты бы заняла место на Чемпионате России - у тебя были большие шансы, поверь. Возможно, ты бы и Европу вновь покорила, ну а потом? Алена, рано или поздно травма дала бы о себе знать в более тяжёлой форме. Представь, ты катаешь в Пекине. Падение, связанное с чем угодно. Перелом - и все. Ты понимаешь, что почти достигла цели - и она рушится в последний момент. Это было бы больнее, Алена - Женя измученно улыбнулась - Аня катает на Чемпионате России с температурой после пневмонии - грустно заявила она - А я не решилась с переломом... - Аня катает после пневмонии. Ключевое слово - после. Не во время пневмонии. Я не спорю - она боец. Это тяжело. Опасно. Но это скажется на здоровье в будущем. Играть с лёгкими - не шутка. Я отговаривала ее как могла. Она сделала свой выбор. Может, он верный для медалей. Но ни к чему хорошему со здоровьем это не приведет. - А ты, Женя? Ты каталась с травмами ещё более серьезными, чем у меня сейчас. - А я уже десять раз пожалела и обвинила себя в глупости. Разве привело это к чему-то хорошему? Ни золота олимпиады, ни здоровья, ни нормальной психики, ни гнущейся спины. Мы, спортсмены, часто забываем о том, что жизнь есть и после спортивной карьеры. И поэтому живём лишь какие-то 20 лет - а потом выживаем. Таскаемся по врачам, пьем таблетки, колем кучу уколов. Почему? Из-за своей неосмотрительности, Алена. Из-за того, что ослеплены желанием быть лучшими в своем деле. И иногда совсем забываем насладиться этим... Алена к своей радости, где-то в глубине души была согласна с Женей. Сейчас Косторная понимала, насколько, все же, Медведева хороший друг... - Чай будешь? - спросила девушка, поднимаясь с постели и вспоминая уже 6 чашек, лежащих в раковине - Я ждала, что ты это спросишь! - Женя метнулась в коридор и уже через минуту стояла перед Алёной с пачкой пироженных- Раз гулять, так гулять! - провозгласила она - Пошли чайник ставить. За разговорами они вдвоем накрыли на стол. От души Алены отлегло и, теперь, кажется, на более долгий срок. - Может "Маленьких женщин" посмотрим? - предложила Косторная, держа в руках пульт. Медведева улыбнулась и кивнула - Запомнила ты мои вкусы, Алёнушка - довольно ответила фигуристка, делая глоток чая из белой чашки с цветочной росписью - Откуда, кстати, сервиз? - она кивнула на чайник с такой же, как и на чашке росписью - Родственники на Новый Год привозили. Питерское что-то. Надо у Семененко спрашивать, чтобы точнее знать - Алена включила фильм и присела рядом на мягкий диван кухни - Кстати, что у него с Аней? Она ничего не говорила? - Если уж Аня не сказала вам с Сашей, то я вряд-ли такое знать буду - Да ладно тебе. Она за любым советом в первую очередь к тебе обратиться. Как и мы с Саней. Ты в разы опытнее всех нас вместе взятых. И, помимо всего, рассудительнее и старше. - Вот только не напоминай мне, что я старуха. - усмехнулась Медведева, потирая спину - И так каждое утро, как ни встану, кости напоминают. - Мне тоже недолго осталось - в шутку ответила Косторная, но после этой фразы внутри вновь что-то щелкнуло. Во взгляде тут же потухла искра радости, что не ушло от внимания Жени - Ну-ка, отбросила глупые мысли. Тебе до меня ещё далеко, в плане возраста и ухода из большого спорта. Ещё лет пять протянешь, не меньше. Рука заживёт, не переживай. А там все впереди будет. - верила ли Женя сама в свои слова? Да, верила. Медведева никогда не скажет то, в чем не уверена. Это бессмысленная трата времени и слов. Фильм уже заканчивался, когда разговор вновь возродился. До этого девочки лишь обсуждали сюжет. Мол, с кем лучше был бы Лори, как хорошо играет Уотсон, насколько трогательна та или иная сцена и прочее, связанное с "Маленькими женщинами" - Что думаешь о пяти квадах Саши? - допивая чай, спросила Алена - Я? Я уже уверена, что это будет легендарно и буду искренне удивлена, если это не выведет ее как минимум на серебро. У Саши явный потенциал, который она развивает упорным трудом. У нее есть шансы на золото, хотя, конечно, до сегодняшнего дня я ставила на тебя или Камилу. Алена отреагировала не так остро, как ожидала, на последнюю реплику подруги. Ставили - не ставили - а, черт с ним. Что будет - то будет. - Жень. Расскажи, что ты чувствовала тогда, на Олимпиаде? Подробнее. Не так, как ты всегда отвираешься. Плакала - не плакала - это очевидно. Чувства - вот что важно. Что творилось у тебя на душе? - Косторная сама изумилась собственной просьбе. Никто и никогда не смел задать Жене этот вопрос - это как вновь провести ножом по свежей, кровоточащей ране. Медведева сначала помолчала. Грустно посмотрела на подругу, а потом уставилась в потолок - Я сразу после произвольной поняла, что это - конец. Что у меня нет шансов исполнить свою заветную мечту, получить титул Олимпийской чемпионки. Что-то всколыхнулось в груди в этот момент. Будто сердце пронзили ножом. Меткое попадание. Какая-то струна порвалась. Струна, которая соединяла Женю Медведеву и ее мечту... Когда я сидела с Этери и ждала баллы, я уже понимала, что серебро мое. Но не золото. Я не была рада тому, что попала в тройку. Я приехала в Пхёнчхан бороться за первое место, а не за любое место пьедестала. Ты же представляешь, что я чувствовала, Ален. Горе, отчаяние, собственное ничтожество и негодность. Будто я напрасно старалась все эти годы. Будто это и вовсе никому не нужно. Все внутри рухнуло. Рассыпалось. Исчезло счастье. Именно в этот миг оборвалось мое эйфорическое состояние. Кончилось детство. Они молчали. Минуту, пять, десять. У каждой в голове было свое, но на душе - одно и то же - Что у вас с Милохиным? - спросила Косторная. Вопрос прозвучал как снег в мае - Ничего. Партнёры в шоу да и только. Все это задумка Авербуха. Кого не заинтересует действительная пара, которая сошлась благодаря ледового шоу? Тем более когда эта пара состоит из Милохина и Медведевой. - Ещё по чашечке чая? - робко предложила Алена, на что получила положительный кивок В семь часов Косторная распрощалась с Женей, закрыла за ней дверь и грустно воззрилась на кучу посуды в раковине, а потом перевела свой взгляд на больную руку. "Потом помою" Через каких-то двадцать минут в дверь позвонили. Алена громко застонала и недовольно пробурчала - Что за чертовщина! Не дом, а проходной двор какой-то! То одни, то другие, то третьи- и шатаются весь день, чай у меня пьют. Что вам, негде больше? - бормотал она, шлепая по белой плитке коридора, в который раз направляясь к двери. Алена даже тихо вскрикнула, когда увидела молодого человека на пороге. Он поправил очки, которые сползли и протянул букет ромашек. - Я был не прав, прости. - монотонно проговорил Даня, топчась на пороге - Я действительно повел себя как скотина. Был слишком груб и... - Косторная смотрела на него, не произнося ни слова и вспоминала их поцелуй. Она изучала каждую черту его лица - глаза, скулы, нос с горбинкой, губы. Верхняя была чуть крупнее нижней. Сам юноша был одет в смокинг, волосы уложены - наверное, с очередного своего концерта идёт. Эту же теорию подтверждала скрипка, которую он нес в чехле - Что на пороге топчешься? Заходи давай - холодно ответила девушка и отвернулась, шагая в кухню. На лице невольно расцвела улыбка, когда она втянула аромат ромашек- ее любимые цветы. Совпадение, или кто-то проболтался? Она попыталась вспомнить, не сболтнула ли она это на каком-нибудь интервью - но в памяти такого не было. Да и даже если и сказала - не мог же Петросян копаться во вью разных годов и смотреть только за тем, чтобы купить ей цветы, которые она любит. Глупо. Но от таких мыслей сердце обволокло пеленой, а в голову ударил жар. По телу прошёлся электрический разряд. - Чай будешь? - слегка дрожащим от волнения голосом, спросила она. - Зелёный, если можно. - он снял обувь и вошёл в светлую кухню. Молочный гарнитур и шторы того же цвета, нежный, ажурный тюль, выложенный плиткой пол и цветочные обои. - Можно, конечно. - девушка выставила перед ним коллекцию зелёных чаев - Я только его и пью. У мамы глаза на лоб уже лезут, когда я домой тащу очередной набор. Даня улыбнулся, сверкнув ровным рядом белых зубов. - Давай этот. - он вытащил пакетик из деления - Мы с Аделией его оба любим. С собой на тренировки по два термоса берет. - Я знаю про Аделию. А про тебя не знала. Думала, ты пьешь сугубо воду. - Банальщина. Алена топталась у плиты, тщетно пытаясь самостоятельно выполнить работу - она пока не приспособилась работать одной левой рукой - Черт. - ругнулась она, когда схватила горячий чайник - Я и забыла, что он разогрет Даня тихо, словно кошка подошёл сзади и встал почти вплотную. Косторная почувствовала его горячее дыхание на обнаженной шее. Он одной рукой схватил чайник, а другой ее обожженную руку. Подул на нее и помассировал. - У тебя зажаты мышцы - Алена недоуменно и смущённо смотрела на его лицо. Слишком близко. - Я скрипач, я знаю о чем говорю. Обычно, если это происходит с ладонью, то же происходит и с остальной частью руки - он провел пальцем по предплечью, затем по плечу. Добравшись до какой-то точки, он остановился, обхватил тонкую, как спичка руку и начал умело массировать, касаясь больных мест- Неприятно, правда? Здесь у тебя зажаты точки. Это может мешать и во время ваших прокатов. У Аделии такая же проблема. - он переместился на плечевой сустав и аккуратно надавил. - Я же говорю - зажато всё. Нас с пяти лет учат, как расслабить эти мышцы. Иначе не выходит выполнять сложные пассажи и долго играть - начинает болеть ладонь. Потом вообще парализует к чертям собачьим, и - пиши - пропало. Алена только сейчас почувствовала, что пальцы его левой руки шершавые - следствия глубоких мазолей от скрипичных струн. В голове звенело, словно сразу сотня колоколов пришли в движение. - Чайник и правда нагрет. - он отстранился, к облегчению и, в то же время, грусти Косторной и залил горячую воду в две чашки: одна - черная, глянцевая, вторая зеленая, с изображением феи из детского диснеевского мультика. - У меня есть, вообще-то сервиз, да вот... - она, все ещё взбудораженная, кивнула в сторону наполненной раковины - Все уже грязное - Да у тебя сегодня, походу, чаепитие было - усмехнулся Даня, переставляя чашки - По какому поводу? Она поникла, а Петросян почувствовал укол совести, припоминая все советы Аделии "Ее мечта об Олимпиаде рухнула - поддержи ее. Я уверена, ты не первый и не последний, кто к ней приходил. Постарайся сказать то, чего ей даже Женя, может, не говорила. Вспомни свою скрипку, не знаю там... Ей сейчас очень тяжело. Она - спортсмен. Для нее перелом прямо перед решающими соревнованиями равносилен смерти." - Сначала пришли Аня и Саша. Они мои подруги, ты... Знаешь. Затем явились Женя и Марк, с тренировки закончили. Потом Женя Медведева пришла. У нас на кону Чемпионат России, который допустит на Европу, а она, в свою очередь на... - Олимпийские игры. Ален, я... Не знал да и... - девушка подняла здоровую руку вверх в останавливающем жесте - Не говори лишних слов. Ты же не знаешь, о чём идёт речь. Насколько это важно для спортсмена. - У меня сестра в спорте. - Даня сострадательно посмотрел на девушку - А меня, когда мне было 10, подставили прямо перед отчётным концертом. Подрезали две струны. А в перчатки насыпали стекла. У меня кровоточили руки и не было возможности поменять инструмент. - Ты отказался от выступления? - Я ведь не Паганини - он улыбнулся, но увидев непонимание в глазах Косторной, пояснил - Ну, он играл на одной струне, когда недоброжелатели подрезали три другие. Конечно я отказался. Я попробовал сыграть на одной - у меня вроде и получилось, но не тот эффект и ужасная боль. Весь гриф был бы в крови, если бы я вышел. И терпеть было невозможно. Это было бы позорное выступление. - А мне кажется - героическое Он фыркнул - Не смеши меня. Героически - это если бы я идеально сыграл. Без единой фальшивой ноты. А для меня, десятилетнего мальчика, это было невозможно. Зачем делать что-то, если это что-то не будет твоим максимумом? Алена призадумалась - Давай выпьем чаю и поговорим о чем-нибудь другом, Даня. Даня расспрашивал девушку о ее жизни, с интересом слушал истории из ее жизни, которые в большинстве были связаны со спортом. Алена, как ей это свойственно, активно жестикулировала и добавляла изюминку смешными роликами и сменой голосов, когда вспоминала фразы других людей. Юноша следил за каждым ее движением, нередко засматриваясь на ее улыбку, губы, ее зелёные, очаровательные глаза. С наслаждением слушал ее детский, мягкий голос, который одурманивал, затмевал разум - Поэтому булочки с изюмом мы с Санькой едим теперь в уборных. - выдохнув, завершила она - Как давно ты занимаешься музыкой? - С трёх лет. Это не совсем мой осознанный выбор. Моя тетя - скрипачка. Вот и отдали меня ей. С ней я проучился до семи и не выдержал, в итоге. Суровая женщина со своими принципами. - Но ведь без строгости не добиться успеха!- изумилась Алена, вспоминая Этери Георгиевну и Плющенко, колоссальную разницу их методов и результат, который получала она сама - Я знаю. Но в музыке все немного иначе - нужен свой подход. Строгость, конечно, никто не отменял. Мой новый преподаватель был и строг, но при этом стал мне родителем. Стал мне близким человеком. Именно благодаря нему я сейчас солирую. Он помог мне полюбить то, что я делаю. Стать частью музыки, которую я исполняю. Он мне всегда говорил: "Музыка, которую ты играешь - это мелодия твоей души. Пока ты не сможешь слить воедино свою душу и музыку - ты не сможешь играть. Вкалывай хоть целые сутки - не поможет. Люди будут видеть идеальную технику, но не душу" "Люди будут видеть идеальную технику, но не музыку, " - про себя повторила Алена. О ней говорят - воплощение идеальной техники и артистизма Все, для побед. Олимпийская надежда России... Даня взял обе чашки и положил их в раковину. Затем включил горячую воду, взял губку и занялся тем, что с трудом выполнила бы Алена самостоятельно - тщательно вымыл каждую чашку, из которой сегодня пили чай. Саша Трусова, Аня Щербакова, Евгений Семененко, Марк Кондратюк, Женя Медведева, сам он и Алена Косторная Алена Косторная... У Дани подскакивали сердце, когда он слышал это слово. Он впервые увидел Алёну, когда пришел на первую тренировку Аделии у Тутберидзе. Такую хрупкую на вид и крепкую внутри. Такую грациозную... Очаровательную и манящую... Неповторимую, ведь спустя 3 года ее образ не выветрился из его головы. Он помнил ее все 3 года, а когда увидел вновь понял, что влюбился. Впервые в своей жизни... Ведь до этого это прекрасное чувство не было ему знакомо. Никогда его не бросало в жар от одного лишь упоминания имени. Никогда его не тянуло к человеку Ты влюбился, Данька. - сказала ему сестра, когда он поделился тем, что чувствует. И тут же Аделия понадовала кучу советов по тому, как очаровать девушку. А Даня жадно слушал, запоминая кажое слово. Особенно он запомнил то, что Алена любит зелёный чай - в этот момент он и сам полюбил его, хотя и не пробовал. Запомнил и то, что больше всего Алена любит ромашки. Он тут же решил, что будет покупать и дарить ей только эти цветы. Хоть каждый день. Хоть такой повод видеть ее ежедневно. Я впервые вижу, чтобы ты так сиял. У тебя глаза какие-то другие стали - говорили ему товарищи из оркестра Ты вечно лыбишься. Пугаешь ты меня, Петросян. - подозрительно заметил Семененко, когда утром они встретились Тебе она, походу, реально понравилась - с улыбкой заметила Аня, когда Даня забирал Аделию из Хрустального и пересекся с Щербаковой. Зайди к ней сейчас, ей очень нужна поддержка - сказала Медведева, когда они случайно встретились на улице. И тогда Даня, прямо с концерта, в официальном наряде, побежал в цветочную лавку и купил букет. Он пошел к дому Косторной с твердым намерением - попросить прощения и поддержать девушку в такую трудную для нее минуту. - У тебя мудрый учитель... Цени его - Ценю. - он слабо улыбнулся - Вчера годовщина его смерти. Год, как он не рядом... - Даня... - Алена подскочила со стула и подошла ближе. Она встала совсем рядом и положила здоровую руку ему на плечо. Кажется, сегодняшняя их встреча разрушила всю взаимную ненависть и неприязнь друг к другу. Какая-то стена между ними разрушилась... - Я не знала и... - Не переживай, он уже три года как говорил мне, что бы я не жалел тех, кто скончался. Он говорил, чтобы я жалел тех, у кого скончался родственник. Тех, кто остался совсем один. - Самого себя пожалей - она погладила его по плечу - Я ж не один. Мама, папа, Аделия. - Я бы тебя обняла покрепче, да вот. - она указала на руку - Сковывает - Зато меня ничего не сковывает - он встал с кресла и крепко обнял девушку, прижимая как можно сильнее к себе. Косторная почувствовала терпкий аромат ванили и канифоли. А ещё яблочного шампуня - приятный, сладкий аромат. Почему-то захотелось вдыхать его всегда. В особенности - по утрам. Какой, интересно, Петросян по утрам? Растрепанный, с припухшими глазами? Девушка одернула себя - о чем она, вообще, думает? "Спасибо хоть не о том, каков он в постели" - подумала она и тут же мотнула головой и моргнула, отгоняя хотя бы упоминание таких вопросов. - Ты говорил, что у меня зажата левая рука. А как понять с правой? - По плечам, обычно - он легко развернул ее к себе, но прежде чем коснуться области недалеко от шеи, спросил - Ты же... Не против? - Нет, конечно, все нормально - отмахнулась Алена, а про себя подумала "Нет, ничего не нормально. Меня начинает трясти от одного твоего только вида, а прикосновения заставляют покрыться мурашками" Эта же мысль была подтверждена, когда он положил свои крепкие, теплые ладони на ее надплечья. Ноги задрожали, когда он надавил пальцами, щупая мышцы - Вот в этих точках - он остановился в определенном месте, ближе к шее - Зажаты мышцы, как м в ладонях. Это, помимо всего, способствует головным болям и болям в затылке. - Теперь понятно, отчего я таблетки глотаю - нервно усмехнулась девушка Они немного помолчали, не отходя друг от друга. Внезапно, Алена развернулась и оказалась нос к носу к юноше. Только сейчас она обратила внимание - у него широкие плечи и, видимо, накачанный торс. Так и захотелось провести по нему пальцами, коснуться его кожи... А вслух она лишь сказала: - Сыграй что-нибудь на скрипке... Они оказались в спальне. Алена села на незапоавленную постель, а Даня положил рядом черный чехол. Расстегнул молнию. Взору девушки открылась скрипка - глянцевая, лакированная. Дерево была красноватое. Резные, изогнутые рефы и золотые подбородник и пуговка. Черный гриф и золотые колки. Он умело подхватил ее, а в правую руку взял смычок, предварительно натянув волос. А затем... Затем он коснулся смычком струн и Алена ничего больше не помнила, кроме необыкновенно красивой и этим гипнотизирующей мелодии. Музыка лилась, она была словно продолжением того, настоящего Дани, частичку которого Алена сегодня увидела - нежного, мягкого, понимающего... Скрипка словно влилась в него, стала продолжением его руки, души. Он прикрывал глаза, когда играл. Нота за нотой, такт за тактом. Косторной ещё не удавалось услышать что-то такое. Нечто... Великолепное. В ее голове поселилась мысль - поставить программу под такую мелодию... Сначала тихая-тихая, как ручеек в горах. Потом она становится чуть громче, ноты с низких становятся высокими и музыка достигает кульминации - самой яркой точки. В этот момент в голове каждый представляет своей. Драматично и скорбно начинает звучать музыка после. В этот момент Алена представляет: вот она, на Олимпийском льду заходит на каскад. Скольжение, прыжок... И падает. Ровно в тот момент,тогда появляются, жалобные, тоскливые ноты. А потом вдруг музыка становится стремительнее - движение смычка становится все шире и шире, ноты протяженее и громче. Очередная кульминация. Пламенная, как любовь любого юноши к девушке. Волевая, как характер какого-нибудь рыцаря старинных романов. А потом она вдруг становится снова трогательной и чистой. А потом обрывается. На самой высокой ноте, как показалось Алёне - Ну вот - вдруг грустно заявил Даня - Завалил последнюю ноту. Перескочил с четвертой позиции на пятую. Получилась фальшь - Ты шутишь? Это... Это невероятно! Я никогда ничего такого ещё не слышала! Так... Так красиво... Задушевно... - Алена вдруг решила поделиться мыслью - Я бы хотела поставить короткую под такую музыку... Было бы здорово и на Олимпиаде под такое откатать... - Ты же не едешь - вдруг выпалил парень и тут же пожалел. С лица Косторной тут же сползла улыбка. Она нахмурилась и поднялась, сжимая кулак левой руки - Спасибо за напоминание. Как я могла о таком забыть? Меня же это ничуть не волнует! Кому вообще нужна эта олимпиада, да? - выкрикнула девушка, срываясь - Но нужно уметь... Глядеть правда в глаза и... - Уходи. Уходи, Петросян. Слышишь, уходи. - он отложил скрипку и хотел было подойти к ней, но та схватила чехол от конька и запульнула им - Уходи, я тебе сказала! - закричала она - Проваливай! - Алена начала толкать его к двери, сама удивляясь такой яркой и не совсем оправданной вспышке гнева - Оставь меня сейчас же! Дурак! Все испортил! Все! Своей... Музыкой! Он кое-как захватил куртку, когда Косторная вытолкнула его за дверь, глотая слезы - Я ненавижу тебя, Петросян - злобно прошептала она - Ненавижу - Я тебя тоже - злобно откликнулся юноша против своей воли. Девушка лишь впихнула ему в руки скрипку и хотела было закрыть дверь. Однако, из уст ее вырвалась фраза, наполненная искренней тоской и отчаянием - Я себя тоже ненавижу. - прошептала Алена, а потом она громко всхлипнула и закрыла дверь, не позволяя ему сказать что-то ещё. А он хотел. Очень хотел. Ведь смысл фразы дошел моментально. Косторная облакотилась о дверь и съехала по ней вниз. Соленые слезы катились по щекам, а изо рта вылетали всхлипы и стоны боли. Она сжала левую руку в кулак настолько, что ногти впились в кожу до крови. Рядом лежала шапка. Шапка Дани. Алена взяла ее и поднесла к лицу. Глубоко вдохнула - аромат яблочного шампуня и ванили. Она ненавидела его за то, что полюбила. Но ещё больше она ненавидела себя. За слабость. Ведь Аделия рассказывала, как ее брат играл на отчётном концерте, ограничившись двумя струнами и заливая кровью скрипичный гриф.