The shine of amber eyes

***

      Несмотря на старания Чана, Ян никак не мог прийти в себя: его губы еле заметно дрожали. Он смотрел в окно справа от себя, прислонившись лбом к стеклу. Загадки и тайны, которые поверхностно казались такими очевидными, внезапно показали, что всё не так просто в этом мире… … Через полчаса Крис припарковал машину у дома, открыл дверцу лису, но тот выходить не спешил, всё ещё летая где-то в пространстве. — Чонин-а, пойдём, — проговорил парень осторожно, боясь задеть того за живое своими словами. Ян тяжело поднялся и вышел из машины, не смотря на Чана. Внезапно до его ушей донёсся свист. Похоже было на свист сойки. Банчан даже не заметил его, а вот Чонин напрягся до предела, вынырнув из пучины страшных размышлений. Он поспешно развернулся к парню. — Хён, иди в дом, я догоню тебя, — Ян провёл пальцами по его руке, дотронувшись до родимого пятна-лапки, — Не волнуйся. Чан, посмотрев на него пару секунд, закивал головой. Поставил машину на сигнализацию, покрутил в пальцах ключи немного и медленно пошёл к двери подъезда, вскоре скрывшись за ней. Только тогда Ян расслабился и тут же побежал в сторону, где слышал свист. Он не ошибся: на одной из скамеек под деревом около дома, вдали от фонарей, его ждала Сана. Чонин встал перед лисицей сначала, но она похлопала рядом с собой, прося присесть. Ян послушно выполнил просьбу, но почему-то никак не мог унять напряжения. — Ты ведь не просто так пришла, верно? — Ян внимательно уставился на девушку, а та только улыбнулась, подобно тому, как родитель улыбается ребёнку. — Верно. Захотела тебя проведать. Гляжу, ты всё понял той ночью, как я и говорила. Чонин моментально остыл, смутившись от этих слов. — Должно быть, этот человек действительно хороший, раз ты так проникся к нему. — Да… — Чонин застенчиво зачесал волосы за ухо. — И всё же, будь осторожен с людьми, пожалуйста. Я говорю не просто так. Они могут легко ранить тебя, особенно те, кто стали близки. Сильнее можешь ранить только ты, — Сана с заботой провела длинными тонкими пальцами по щеке Яна, — Ты ведь знаешь, что уже через неделю с лишним будет полнолуние? — Я ощущаю ритмы Луны, как и все, поэтому в курсе. Что-то произойдёт в полнолуние? — Да. Это то время, когда у нас усиливается эмоциональный голод. Ты знаешь. А когда вокруг так много людей, да и сами лисы в человеческой оболочке, обычно начинают происходить ужасные вещи. Больше всего эмоций мы получаем от людей, которые нам близки. Поэтому на них ты, если попадёшь под влияние полнолуния, накинешься в первую очередь. И с огромной вероятностью они не переживут это нападение. Ян вздрогнул испуганно. — Как только приблизится ночь с полнолунием, запрись в доме и закрой все занавески, а твои близкие пусть уедут подальше на какое-то время. Главное — не смотри на Луну. Иначе сразу потеряешь контроль над собой и найдёшь их по запаху и… Кхм… Всё понял? Чонин закивал, опустив глаза в пол. Ему стало страшно от того, что он способен натворить. — Не бойся, просто изо всех сил игнорируй ритмы и не смотри на Луну. Всего лишь одна ночь, не делай из этого катастрофу. Ты предупреждён, значит, вооружён, — Сана усмехнулась, погладив парня по спине, — Теперь твоя очередь рассказывать. Куда ездили сегодня ночью? — Откуда ты… — Чонин запнулся. Сана, за свою долгую жизнь, наверняка научилась почти моментально считывать мысли и своих сородичей, и людей, — Недавно произошло странное убийство. Я нашёл у трупа в руке клок лисьей шерсти, кого-то из наших, поэтому решил отправиться на поиски убийцы. Мой сопровождающий, Банчан-хён, помог мне с этим. Я учуял запах свежей крови и злости, оставшийся на руках преступника, поэтому отследить его передвижение не было трудным делом. Но то, что я увидел потом… — Чонин побледнел, снова воспроизведя жуткую картину у себя в голове, — Нуна, я наткнулся на дом в лесу. Стена внутри него была полностью завешана лисьими шкурами! Сана нахмурилась, приложив руку к подбородку. Внезапно вздрогнула, будто поняла, что к чему. — Ты напал на след не обычного преступника. Это целая группировка, они уже не первый год орудуют в окрестностях Сеула. Сейчас не период их активности, но тот убитый человек… Скорее всего, он был одним из охотников, который не справился с собой и решил рассказать кому-то о духах лисов. За это и поплатился собственной жизнью. — Что ты сказала? Охотники?.. Сана тяжело вздохнула. — Раз в три года происходит самый пик нашего эмоционального голода, ты это знаешь. Он именуется неделей Багровой ночи, ибо Луна в это время окрашивается в кроваво-красный цвет на семь дней примерно. Лисы совсем теряют контроль над собой, пытаясь утолить голод. Иногда дело доходит до людских смертей. Именно в этот период, в пик, когда лисы наиболее опасны и в то же время наиболее уязвимы, активизируются охотники. Они отлавливают лисов, которые забывают о скрытности, убивают их и снимают шкуры, когда человеческая оболочка исчезает. Шкуры продают, естественно. Своего рода бизнес. Чонин брезгливо поморщился: как можно так жестоко расправляться с живыми существами? Тем более, какая-то часть лисов в Багровую ночь старается не убивать людей, а просто «выкачивать» из них жизненную энергию, оставляя совсем чуть-чуть для жизнедеятельности. К этому получилось приспособиться не сразу, но теперь всех духов нельзя было назвать жестокими убийцами. Они оставались хищниками, и каждый, в меру своего самосознания, пытался справиться с пагубным влиянием Луны. Сана посмотрела на Яна и потрепала того по макушке, как обычно Чан любил делать. — Убийца человека должен быть наказан по людским законам, а в дела охотников лучше не лезть, — лисица будто просканировала Чонина, — Попробуйте косвенно дать подсказки в статье. Полиция сможет найти преступника, — она зевнула, потянувшись, — На данный момент не о чем беспокоиться. Трёхлетний период спокойствия ещё не закончился: Багровая ночь произойдёт в конце августа в этом году, а сейчас только начало июля приближается. — Нуна, почему мы не можем контролировать себя в Багровую ночь? Особенно ведь страдают младшие поколения, не приученные к жизни. Яо мне, например, когда мы пересеклись, даже без всякого тумана в голове сказал, что не против убить человека, чтобы напитаться энергией эмоций… Сана помрачнела. — Я сама пытаюсь разобраться с этим, Чонин-и. Лисы не всегда теряли контроль в Багровую ночь. Это… Какое-то побочное влияние. Оно началось относительно недавно. Раньше действовали совершенно другие порядки, которые дошли до нас из Японии… — девушка вдруг встряхнула головой, — Тебе нельзя углубляться в эту тему. Чужие дела, Ян, помнишь? Не лезь в них. Себе же хуже сделаешь. Чонин отвернул голову от неё. Чем больше он задавал вопросов, тем больше этих вопросов появлялось. — Хорошо, нуна. Я не буду лезть в чужие дела, — Чонин, хоть и сказал это сейчас, за спиной пальцы скрестил. — Молодец, ты всегда был умным лисёнком. Иди к своему человеку, он переживает за тебя. — Сана, — Ян губы поджал и нервно руки сцепил, — А ты не знаешь… Он любит меня? Лисица усмехнулась. — Чонин-и, люди иногда сами себя не понимают. Как же я могу их понять? — она погладила парня по волосам, — Иди домой, отдохни. Попроси Банчана написать статью, это поможет наказать преступника. Наслаждайся тем, что у тебя есть сейчас, — Сана достала из кармана широких джинсов небольшой пакетик с маленькими засушенными синими цветами, — Положи под подушку, они успокаивают и помогают справиться с эмоциями. Болей в сердце больше не будет. Чонин кивком поблагодарил девушку, а она, помахав ему рукой, поднялась со скамейки, завязала длинные волнистые волосы в хвост и убежала быстро-быстро. Ян за секунду потерял её из виду. Пакетик с цветами сжал в руке и пошёл к дому Чана, мучимый собственными теориями и тайнами, на которые наткнулся. Что-то было нечисто. Что-то связывало его со всей этой историей.

***

Чонин, как только вернулся в квартиру, попросил Чана написать статью и выложить её поскорее, чтобы убийца не успел сменить местоположение. — Хён, её же прочитают сотрудники полиции? — Должны. В любом случае, я передам материал старшему брату Сынмина лично, раз дело такое серьёзное. Хорошо, что есть независимые эксперты, там, детективы всякие. Можно наплести, что на парковке нашли нетипичные для сквера иглы хвои. В лесу же были хвойные деревья? Ян кивнул. — Отлично, тогда напишем так. Нам ведь надо, чтобы полиция ближайшую лесополосу прочесала. Вот, подкинем зацепку… Банчан принялся усердно печатать, стуча пальцами по клавиатуре. Лис немного понаблюдал за ним, а потом вышел из комнаты, не желая отвлекать. Он налил себе полную кружку чая и сел за стол, задумавшись. Значит, три года спокойствия почти кончились? И скоро на Сеул опустится Багровая ночь? А ведь ещё надо пережить обычное полнолуние… Это навевало страшные мысли в голову. Больше всего Чонин боялся ранить Чана и его друзей. Хёнджин, Феликс… Через полтора часа, закончив писать и редактировать основную часть статьи, Крис присоединился к чаепитию. Он уж очень хотел узнать, что Ян увидел в лесу. Тот с неохотой рассказал, как пробрался к огоньку, а когда упомянул бесчисленное множество лисьих шкур на стене в зловещем доме, почувствовал, как на глаза слёзы навернулись снова. Парень закрыл ладонями лицо, но потом резко выпрямился, схватил салфетку со стола и промокнул кожу под глазами аккуратно. Ему было тяжело даже просто думать о том, в каких мучениях умерли все его братья и сёстры. Сердце наполнилось морем тоски и боли, нетерпимой и мрачной скорби. — Это ужасно, — прошептал Чан, — Сочувствую… Крис мог только словами и действиями поддержать парня, поэтому сейчас аккуратно погладил его по дрожащей ладони, которой тот сжимал мокрую салфетку так усердно, что костяшки белели. Лис закивал, сделав последний глоток из кружки. Ему хотелось поскорее уснуть и забыть всё это, как страшный сон. — Пойдём, — Крис поманил его за собой к себе в комнату. Указал на кровать рукой, — Ложись. Здесь, наверное, удобнее, чем на диване. По крайней мере Хёнджин просто тащится от моей постели. Ну ты слышал, аж жениться на ней хочет, чокнутый. — Я помню, — Ян рассмеялся, — Хён, а где ты будешь спать? — На твоём месте, на диване. Ложись, Чонин-а. Ты заслужил хороший отдых. Ян послушно устроился под пушистым белым одеялом, зажмурившись даже от радости. Давно он здесь не спал. Крис помахал ему рукой, выключил свет и вышел из комнаты. Не хватало только для полной прелести сказки на ночь, но Чонин был совсем уже взрослым лисом для этого. Хотя, какой-нибудь рассказ в исполнении Банчана, с его низким, успокаивающим тембром, похожим на тепло от мягкого пледа, он бы охотно послушал. Крис же, выйдя из комнаты, задумал сейчас написать Хёнджину и спросить, как у него дела. А то уже целый день, со вчерашнего вечера, ни слуху, ни духу. …

Личный чат «bangbang» и «redhead»

bangbang: спишь, красная шапочка?

redhead: теперь нет. и только попробуй меня потом упрекнуть в ночных сообщениях. время видел?

bangbang: ты целый день ничего не пишешь. всё хорошо?

redhead: приятно, что ты беспокоишься. как бы тебе сказать… я у себя дома

bangbang: тебя феликс выгнал?!?!

redhead: что?! нет!

bangbang: бедный паренёк, не вынес твоей дурной башки…

redhead: придурок, ты меня не хочешь послушать?

bangbang: ахаха, давай, давай, пиши. я весь во внимании

redhead: то-то же… я бы лучше вживую рассказал. но мне слишком невтерпёж. короче, случилось очевидное — я всё-таки столкнулся с сынгу у своей квартиры

bangbang: о боже, никто не умер?

redhead: хах… моя любовь к нему, наконец-то. знаешь, я смотрел на него и понимал, что всё просто изжило себя. выпарилось, как вода. теперь пусто. даже непривычно как-то…

bangbang: ты хорошо себя чувствуешь?

redhead: чан, я готов плакать от счастья! меня словно из подземелья выпустили! так легко…

bangbang: я рад. а что феликс?

redhead: я решил рассказать ему всё. вкратце, но в красках. он заслуживал объяснений. ну а вот сегодня я уже покинул его квартиру, чтобы не притеснять больше. пусть живёт дальше без моего треша

bangbang: реально, хоть вздохнёт спокойно

redhead: блять, чан! я что, настолько невыносим?

bangbang: да. ты сам об этом говорил, кстати

redhead: а ты и рад согласиться… но знаешь, мне даже показалось, что феликс расстроился, когда я уходил с вещами окончательно. у него ещё глазки такие большие синие, выразительные. ощущение было, что вот-вот и расплачется

bangbang: бедняжка. сначала лис его чуть не съел, потом ты уехал. хоть навещай периодически это солнышко

redhead: мм… он попросил меня научить его танцевать… мне бы самому восстановиться сначала. но я пообещал, не смог отказать

bangbang: тебе нравится феликс???)))

redhead: бля, ну не начинай! никаких отношений сейчас, иначе я выпилюсь

bangbang: а кто тебе даст выпилиться, дурачок? кстати, хотел спросить, феликс передал показания осмотра чонина?

redhead: ага… знаешь, похоже на тахикардию. я бы сам его посмотрел ещё раз

bangbang: понятно… вроде пока больше никаких болей не было. напугал меня жутко… насчёт испуга, кстати. мне показалось, что феликс… чересчур спокойно принял тот факт, что перед ним не человек

redhead: он пережил уже дохера всего от меня, так что какой-то там чел с когтями для него уже не страшен. а вообще, действительно странно… ладно, у феликса просто темперамент типичного флегматика. главное, что он обещался молчать. я же говорил — ему можно доверять!

bangbang: да, да… он хороший парень. приглядись)))

redhead: выруби сваху, придурок

bangbang: слушай, ты же вроде окончательно отпустил ситуацию с сынгу. чего теперь продолжаешь беситься?)

redhead: демонов обратно не загонишь я тут подумал, может, записаться на занятия по йоге? чтобы восстановить менталочку. как ты на это смотришь?

bangbang: хорошая идея, записывайся. кстати, чонин периодически медитации делает. попробуешь с ним?)

redhead: пф, ещё чего…

bangbang: как раз осмотришь его и попробуешь. реально, вещь классная. он мне сам показал один раз. очень расслабляет, будто голова очищается

redhead: тебе очищение головы не светит, ты бок о бок с живым кошмаром воробьёв живёшь. он хорошо себя ведёт?

bangbang: … относительно

redhead: отлично, я на днях зайду к тебе, расскажешь. очень интересно увидеть плоды твоего воспитания!

bangbang: эй! не надо сомневаться в моих способностях воспитания!

redhead: хахаха, как скажешь, папочка лиса

bangbang: иди ты..

redhead: уже пришёл. ты случайно не покупал чонину телефон?

bangbang: покупал, совсем недавно. когда помог устроиться ему в журнальное агенство

redhead: ух ты бля, круче только яйца! ты у нас, получается, шугар дэдди)))

bangbang: хёнджин, ёмаё..

redhead: ахахах, прямо вижу, как тебя перекосило сейчас от моей гениальной шутки))) теперь лис — рабочая лошадка, будет приносить доход в семейный бюджет, ахахаха я к чему спросил про телефон — может, нам группу общую создать? общий чатик

bangbang: хорошая идея. и феликса закинь тоже

redhead: ага. только позже…

bangbang: сливаешься из-за феликса?)))

redhead: блять, закрой. свой. рот. на эту. тему!

bangbang: ахахахаахаха. а то в чёрный список добавишь?

redhead: да!

bangbang: ну конечно, теперь-то у тебя есть второй друг-терпила, будет с кем пообщаться

redhead: иди нахер, спокойной ночи

bangbang: спокойной ночи, хёнджин-а) … Крис выключил телефон, ухмыльнувшись. Всё-таки, Хван в своём «огненном» образе ему нравился больше его обычного состояния под названием «королева драмы». Внезапно парень услышал что-то в своей комнате. Тут же бросился туда, распахнул дверь широко… Чонин, видимо, так оказался потрясён сегодняшней ночью, что уснул буквально за секунду. Но вот эмоции никуда не делись. Лис плакал во сне. — Помоги мне, пожалуйста. Мне не страшно идти одному, просто… Если ты рядом… Становится спокойнее. Банчан хорошо запомнил эти слова. Он тенью проскользнул к кровати и незаметно прилёг рядом. Положил ладонь на грудь Чонина, которая дёргалась от плача. Лис не проснулся, просто понемногу, постепенно, начал успокаиваться. Вскоре дыхание его выровнялось. Только с уголков глаз продолжали вяло скатываться горькие слёзы. Чану хотелось унять его боль и печаль. Парень смотрел на него внимательно, даже пристально. Лицо Яна было таким идеальным в этот момент, что он казался прообразом античных статуй. Идеальность нарушали лишь уже подсыхающие солёные дорожки от слёз на щеках и скулах. Длинные чёрные ресницы парня подрагивали: он успел погрузиться в неглубокий сон и сейчас, наверное, наблюдал яркие картины, любезно предложенное шоу на ночь. Губы сухие от недостатка влаги, чуть приоткрытые. Фарфоровая кожа, казалось, может треснуть от одного неосторожного прикосновения. Чан вдруг понял, что почти никем так не дорожил, как этим несносным лисом. Он не понимал сейчас собственные эмоции, сознание будто отрицало что-то очевидное. Но тело обмануть нельзя. Крис посмотрел на губы Чонина ещё раз, облизнув свои. Его через секунд пять будто молния ударила. Он дёрнулся назад, чуть не свалившись с кровати. Руку одну в волосы завёл, находясь в каком-то шоке. «Здравое отрицание» боролось с роем мыслей в голове, да так, что воздух вокруг Чана стал странно душным. Вопрос о том, как парень относится к Ян Чонину, снова был отложен далеко и надолго. Всё волшебное притяжение упорно игнорировалось. На него Чан вообще так-то внимания не обращал, ещё давно поставив у себя в сознании огромную каменную табличку с утверждением, что Чонин — всё тот же лисёнок, брат, друг… Почему же тогда в последнее время подсознание шептало абсолютно другие мысли?..

***

На следующий же день статья о последнем убийстве в сквере была опубликована. Тогда же полиция принялась за поиски. Никто не знал, но роль гениального сыщика или детектива в этом деле сыграл не совсем обычный паренёк, только вчера устроившийся в журнальное агенство. Ещё через день, после рабочего времени, которое быстро пролетело под щебетание Чэрён и постоянный стук клавиш со стороны Сынмина, Ян решил связаться с Феликсом. Лис приехал с Чаном домой и тут же побежал к себе в гостиную, чтобы написать Ли. Номер уже давно успел подглядеть в телефоне своего хёна. Чонин подумал сначала написать Феликсу просто в сообщениях, но передумал: он недавно зарегистрировался в мессенджере (которым Чан и Хёнджин пользовались). Но Ян столкнулся с проблемой: никнейм. Он зашёл к Крису в комнату и ловко запрыгнул к нему на кровать, пока парень сидел в ноутбуке и ел сушёную морскую капусту. Чонин развалился на животе, не отрываясь от телефона, потом глянул на Чана: тот с недоумением уставился на лиса. — Ты же пришёл не еду отнимать?.. — Хён, когда я отнимал у тебя еду? — Чонина это обидело даже, — Ты сам всегда давал… — У меня не было выбора! Ты кусаться начинал! Ян улыбнулся, показав ровный ряд зубов со слегка выпирающими клыками. Подполз к парню поближе и показал экран своего телефона. — Помоги мне ник придумать, хён. Банчан даже видео, которое смотрел, на паузу поставил. — Слушай, это тяжело будет, — он оценочно прошёлся взглядом по Чонину, а тот даже выпрямился от этого и шею вытянул, — Как насчёт «cookie»? — Это печенька? Потому что я люблю печенье шоколадное? — Ян прыснул со смеху, — Хм… Оставим, как вариант. Твой ник я видел, а у Хёнджина какой? — «redhead». Он у нас Красная Шапочка. Ну и потому что у него голова крашенная, хах. — Здорово… — Чонин вздохнул тяжело, — Тоже хочется оригинальное что-то. Может, «bread»? — Это оригинально? Чонин, это просто хлеб… Почему тебя так на еду тянет? — рассмеялся Чан. — Ты первый начал, с печеньем! И вообще, я из-за тебя теперь есть хочу, — Ян выхватил из упаковки лист морской капусты и запихнул себе в рот, надув щёки мило. — Любитель печенья и хлеба, ты точно лис? Твои близкие сородичи едят мясо сырое, а ты? Одомашнился совсем… Крис из-за своих подколов получил слабый удар под рёбра. Парень согнулся, обхватив себя руками, только больше расхохотавшись. — Если уж «bread», то только «babybread». Малыш-хлебушек. Чонин снова посмотрел на того сверкающими глазками, смущённо губы поджав. — Я не малыш, хён! — он поднялся с кровати, ещё раз перед этим толкнув парня, — Всё, не говори больше ничего: я сам придумаю! Лис сделал вид, что обиделся. Вышел из комнаты демонстративно задрав нос кверху, а как только оказался в гостиной, сразу с улыбкой ввёл себе новый ник, придуманный Чаном. …

Личный чат «babybread» и «sunshine»

babybread: привет, феликс, это чонин

sunshine: о, чонин? привет. как ты мой номер нашёл?.. у тебя есть телефон?

babybread: я вроде бы лис, а не динозавр, феликс. твой номер высмотрел у хёна. ты помнишь про нашу сделку?

sunshine: конечно, просто в последние дни я был немного занят. ты сегодня можешь встретиться?

babybread: быстро соображаешь, доктор цыплёнок давай у торгового центра, который неподалёку от клиники хёнджина. я просто только его знаю, мы там с хёном были

sunshine: как скажешь ✨

babybread: вау, как ты это сделал?????

sunshine: что именно?

babybread: вот эти жёлтые звёздочки…

sunshine: ааа, так это смайлик) посмотри внимательнее на клавиатуре, у тебя тоже должны быть

babybread: ✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨

sunshine: ахахаха, вижу, ты разобрался)

babybread: почему у тебя ник «солнечный лучик»?

sunshine: мне хёнджин говорил, что я солнечный человек… не знаю, мне понравилась идея с солнцем раньше я использовал «oceaneyes»

babybread: океанские глаза? хм, солнечный лучик лучше я через пять минут буду у торгового центра

sunshine: через пять?!?! о боже… я бегу!

***

Феликс, держась за живот, подбегал ко входу в торговый центр. Уже вечерело, на узких Сеульских улочках собирались люди. Особенно много было желающих отдохнуть, сходить в кино и просто перекусить. Ли проворно маневрировал, пробираясь через толпу, пока не разглядел нужного «человека». Рядом со стеклянными дверями большого здания стоял брюнет в джинсах чёрных и тёмно-зелёной футболке большой. Ли медленно подошёл к нему, узнавая Чонина. Всё продолжал держаться за живот и за бок, который разболелся от беготни. — Привет, ещё раз… — Феликс вздохнул полной грудью, — Ты в следующий раз немного заранее говори о встрече, ладно? — Ладно, — Ян ухмыльнулся, смотря на запыхавшегося парня, — Пойдём. Нет, подожди… Посмотри на меня здесь, здесь свет лучше от солнца. Феликс пригляделся к парню получше. Фигура у него была стройная, очень красивая, тело худое, но с мышцами, и лицо практически модельное, с красивым изгибом челюсти. На такие исходные данные любая одежда и любые украшения подойдут, но у Ли уже проскользнули дизайнерские идеи, которые помогут подчеркнуть «лисью натуру». — Я в принципе знаю, что можно с твоим гардеробом сделать. Так… А платить же ты будешь? Ян достал из кармана джинсов банковскую карточку и повертел её в пальцах деловито. — Только не говори, что ты стащил её у Банчана… — Он не сопротивлялся, — ухмыльнулся Ян, — Пойдём внутрь, Феликс, не смотри на меня такими глазами. Конечно же я спросил разрешение… … Парни миновали уже несколько магазинов, набрав разных мелочей вроде маек и носков. Феликс остановился на пару минут у булочной и купил Чонину немного шоколадных брауни. — Закормить меня хочешь? — улыбнулся лис. — Я не хочу, чтобы ты на меня пялился, как на добычу, — Ли вздрогнул, вспоминая день осмотра. Потом посмотрел на вывеску магазина и рукой поманил Чонина за собой, — Так, здесь основное закупим. Просто ходи за мной, я буду набирать вещи, а ты таскай их, — на этих словах Ян недовольно хмыкнул, — Прости, мне удобнее будет рассмотреть всё без груды одежды в руках. Они продолжили сновать между шкафами, полками, вешалками, стендами… — Чонин, а почему ты так… Усердно защищаешь Банчана? — Феликса давно мучал этот вопрос. Слишком уж на ревность всё было похоже в день осмотра. — Он мой сопровождающий. Я не люблю, когда кто-то… — Просто касается его? — Феликс, копаясь в вещах, не видел лица лиса, но спиной почувствовал, как тот растерялся. — Да… Это… — Он нравится тебе? Чонин снова замолчал, но потом ответил: — … Да. Ах, ну почему так получается! Как разговор заходит про хёна, я сразу теряюсь и не могу держать мысли в тонусе. Обещай, что не скажешь ему! Я тебе тогда не только горло поцарапаю, но и печёнку, и… — Понял-понял-понял-понял… — Феликс издал нервный кашель, — Я сохраню твой секрет. Ты же хотел, чтобы мы стали друзьями. Чонин, уже почти весь заваленный одеждой, улыбнулся. Ли глянул на того и на стихийное бедствие в его руках; почесал затылок. Сколько же это всё будет стоить? — Н-да, надеюсь, Банчан меня не побьёт. — Я сказал ему, что иду с тобой прогуляться по торговому центру и перекусить. Он согласился, когда услышал, что я буду сыт, даже карточку дал для этого. — Какой молодец у тебя хён… — протянул Феликс. Парни добрались до примерочных. Чонин нехотя перемерил половину, показав всё Ли, а потом начал так недовольно шипеть, что блондин решил прекратить «модный приговор», пока его не поцарапали случайно. Ян захотел остаться в обновках: в кожаных штанах, в рубашке с декоративными элементами вышивки и с блёстками. Заодно вытащил из одного пакета цепочку и повесил на шею себе. Он вышел из примерочной в этом образе и поймал на себе восхищённый взгляд не только Феликса, но и других посетителей магазина. Лис уже сам понимал, какое влияние может оказывать на окружающих, поэтому ярко улыбнулся на внимание к себе. — Хм… — Ликс подставил руку к подбородку, посмотрев на парня, — Кажется, я знаю, что ещё можно изменить. Они оплатили покупки и вышли в холл торгового центра. Ли подвёл Чонина ко входу в небольшую парикмахерскую, в которой орудовали над имиджем пары людей несколько мастеров. Оттуда доносилась приятная джазовая музыка. — Мне кажется, тебе очень подойдёт другой цвет волос, а именно платиновый блонд. Как ты на это смотришь? Чонин задумался, но потом глянул на парня уверенно. — Доверюсь твоему мнению. … Феликс, пока над волосами Чонина орудовала женщина-парикмахер, ещё разок прогулялся в булочную на этаж повыше и купил лису перекус. Наверняка тот просто умирает со скуки сейчас, досиживая второй час на одном месте. А раздражённого Яна Ли всё ещё боялся. Он встретил Чонина. Парень просто светился и был, наверное, в несколько раз красивее сейчас. Ликс даже не узнал его сначала. — Ого… — только и смог выдавить он. Подошёл к Яну, сразу вручив ему бумажный пакетик с булочкой с корицей, — Держи, кхм, подкрепись. — Знаешь, я не зря тебя послушал, Феликс, спасибо! — лис вдруг обнял парня, а тот, хоть и оробел немного, улыбнулся в ответ на объятия и неловко положил руки Чонину на спину, — Сколько время? — Уже почти десять вечера, мы задержались очень. Пойдём… — Ли уж было сделал шаг в сторону эскалатора, но тут увидел вдалеке знакомую красную макушку, — Чонин, ээ… Давай сюда. Блондин взял лиса за руку и потянул за собой, но тот застопорился на месте, выдернув ладонь из худощавых пальцев. — Феликс, выход в другой стороне! А у меня пакеты тяжёлые… — Чонин, пожалуйста, давай в обход… — жалобно протянул парень. Ян вздёрнул бровь и обернулся. Увидел Хвана, который мирно стоял у лавки с кофе, ожидая свой заказ, а потом с хитрой и наглой улыбочкой снова посмотрел на Феликса. — Избегаешь Хёнджина? Почему? — Я расскажу тебе, если мы сейчас смоемся отсюда. — Хах, договорились. Лис быстрее Феликса подхватил сумки и пошёл в другую сторону от Хвана, Ли последовал за ним. Они скрылись в небольшой дизайнерской беседке в виде квадрата и присели на мягкие диваны. Ян наклонился к Феликсу поближе. — Ну так, в чём причина побега? — жадный до любопытства проговорил тот. — Аа… — Ли неловко обхватил шею ладонью, — Просто, в последний день его пребывания у меня дома… Я попросил Хёнджина научить меня танцам, — на этих словах Феликс встретился с горящими глазами Яна и только больше смутился, — Но знаешь, я это выпалил, не подумав. Привык к его компании, вот и не хотелось расставаться. А теперь мне стыдно, потому что он согласился. А я к тому же совсем не умею танцевать! — Но ты же и попросил его тебя научить. — Нет, Чонин, ты не понимаешь, я вообще не умею танцевать! Во-о-бще! У меня нет слуха и чувства ритма. Правда, я лучше сделаю ему какое-нибудь украшение, чем пойду на урок по танцам… — Ты обещал помочь Хёнджину, помнишь? — Что? — Феликс заморгал часто от возмущения, — Я… Ты, наверное, не в курсе, но всё разрешилось! Хёнджин поговорил со своим бывшим парнем в последний раз, и теперь снова живёт у себя без страхов и душевных терзаний. Я был рядом с ним в ту минуту и помог ему, поддержав. Я выполнил обещание… — А как же танцы? Сам он вряд ли снова к ним вернётся. Слишком уж сильна ассоциация с Сынгу. Зато ты можешь заменить эти грустные воспоминания и сделать новые. Хёнджин не такой простой человек, он долго от эмоций отходит. Ты же сам в курсе этого. Так что… Продолжай помогать ему! А то я тебя покусаю. — Чонин… — Я совершенно серьёзно, покусаю очень больно, если ты не выполнишь обещание своё! Феликс сердито посмотрел на лиса. — Прекрати мне угрожать! — Это не угроза, это просьба, которую надо безоговорочно выполнить, — Ян улыбнулся, — Хотя бы один урок по танцам. Этого будет достаточно. — И тогда мы в расчёте? — Однозначно. Эй, мы ведь хотели подружиться! А ты думаешь только о том, как бы поскорее отмазаться от сделки… — А ты думаешь только о том, как бы меня покусать! — Феликс сложил руки на груди с обидой, но потом расслабился опять, — Ладно… Странно получается. Сначала Хёнджин от меня шарахается, потому что я не вовремя появляюсь постоянно, а теперь я от него бегаю. Мне стыдно просто… Я не хотел просить его о танцах. — Но попросил же. Прекрати страдать, это прерогатива Хёнджина. У него новая жизнь начинается, между прочим! Надо помочь… А нам обоим, наверное, уже пора домой. Мне ещё хёну объяснять, на что я потратил столько его денег… Феликс рассмеялся. — Я выбирал не самое дорогое, но самое подходящее тебе! Чонин мило улыбнулся. — Спасибо, доктор Цыплёнок. — Айх, прекрати…

***

Продолжение следует…