The shine of amber eyes

***

      — Беги скорее отсюда, здесь очень холодно. Твоя мама будет сердиться, если узнает, что ты здесь была. Как тебя зовут? — Чоын, — девочка улыбнулась, — Мама не накажет меня, не переживай… Мама добрая. Я же ребёнок! Мне ничего не сделают. А ты должен уходить отсюда, ведь ты… Хороший… — Чоын, немного помедлив, достала из кармашка платья… Ключик, — Держи. Ты умеешь открывать эти решётки? Я боюсь их трогать… Они такие… Скользкие… — девочка поморщилась. — Откуда ты достала ключ?! — Феликс взял вещицу из маленьких ручек и рассмотрел: действительно, позолоченный ключ от темницы. — Стражники ушли кушать после того, как завели тебя в это страшное место. Я взяла ключ, пока они не видели… Это плохо? — она похлопала большими чёрными ресницами. — … Даже не знаю… Но больше так не делай, договорились? — Чоын на слова Феликса усердно закивала, — Что же… Попробуем выбраться. Феликс с трудом поднялся на ноги, чувствуя лёгкое головокружение, и подошёл к решётке. Он попытался с помощью появившегося источника света найти замочную скважину, щупая холодные железные прутья. Чоын осторожно подошла поближе и протянула руку с белым огонёчком вперёд, зажмурившись. Её очень пугало это место. — Откуда у тебя свет? Что это, фонарик? — спросил Ли, чтобы отвлечь девочку. — Нет, это мой светлячок. Я его поймала, когда гуляла около дома перед сном. Правда он красивый? — Конечно, он очень красивый, — улыбнулся Феликс, — Вот она! — парень нащупал отверстие и судорожно схватился за ключ. Поворот, ещё один. Лязг железа, противный скрип — и тяжёлая решётка открыта. Чоын вздрогнула, немного отойдя от темницы. Она снова притянула светлячка к себе, взяв его обеими ладошками. Феликс же выбрался наружу и слегка прикрыл за собой дверцу, оглянувшись. Катакомбы, повсюду темнота, чёрная, непроглядная и холодная. Под ногами необработанная дорога из камня, уходящая спиралью вниз. Неизвестно, где конец этого подземелья. Феликсу показалось, что оно бесконечное. Из пропасти внизу периодически слышались еле уловимые крики, похожие на вой или вопли хищных птиц. Мурашки пробрали обоих: кто ещё мог скрываться в темницах Муна? — Чоын, нам пора уходить отсюда, и как можно скорее, — Ликс улыбнулся, протянув девочке руку. Та с опаской покосилась на неё, но всё-таки неловко протянула свою в ответ. Ли направился наверх, где должна быть дверь на выход. Каждый шаг, шёпот, вздох — всё без исключения повторяло эхо, по несколько раз. Чоын прижалась поближе к парню. — Боишься? — спросил Феликс. — Нет! Я ничего не боюсь, — ответила девочка, тут же выпрямившись и поправив платье. — Какая ты храбрая! Мне с тобой даже не страшно. Всё зло боится храбрых и смелых, ты знала об этом? — Нет… — Чоын задумалась на пару секунд, — Я смелая, значит, меня все монстры боятся? — Конечно! Они могут только увидеть твой храбрый силуэт — и уже побегут прятаться. Девочка посмеялась, покрепче схватив Феликса за руку. — Вот и выход, мы пришли, — объявил Ли, подойдя к массивной дубовой двери с железной окаёмкой. Через щель между ней и полом пробивался дневной свет, — Чоын, послушай меня внимательно, — парень присел перед маленькой гарпией на корточки, — Как только мы выйдем — беги к своей маме, подальше отсюда. Никому не говори, что ты сделала, хорошо? Иначе ты, или кто-то из твоей семьи можете пострадать. Чоын часто заморгала глазками, но усердно закивала. — Умничка, я знал, что ты смышлёный ребёнок, — Феликс улыбнулся, — А теперь пойдём. Ли поднялся и осторожно взялся руками за ручку двери, медленно потянул её вниз и приоткрыл. Рядом с дверью стражников пока не было. Парень пропустил Чоын, и она сразу побежала по лестнице наверх, к основному залу на первом этаже. Феликс немного выждал, продолжая осматриваться, и только через несколько минут вышел сам. Ему нужно было найти печатную машинку, чтобы передать сообщение кому-то из друзей. Только кому? Чан и Хёнджин вряд ли смогут посодействовать в его побеге: слишком рискованно было бы подставлять их под ножи и крылья гарпий. Значит, Чонин? Феликс не знал, где он находится, что с ним происходит сейчас, но выбора у него не оставалось. Ли осторожно поднялся по мраморной лестнице на первый этаж. Просторная зала снова встретила ослепляющим великолепием роскоши и белых каменных фигур. Лифт в центре бездействовал. Феликс почувствовал, как быстро забилось сердце. Внезапно его подхватили под руки. Ли дёрнулся, оглянувшись назад, но двое стражников в доспехах практически не давали ему пошевельнуться. — Не сопротивляйся, мы проведём тебя туда, куда нужно. Здесь не все на стороне Муна, — вдруг проговорил один. Феликс почувствовал волну облегчения, прокатившуюся по всему телу. Он ещё раз посмотрел на стражников слева и справа от себя и закивал. Один из них точно был гарпией: за его спиной виднелись очертания духовных крыльев. Но другой… В нём что-то было не так. Ли заметил у него на запястье дорогие часы со странной эмблемой маски. — Где находится эта машинка? — спросил стражник с часами. — Просто идите туда, куда я веду вас, — тихо проговорил второй, — Всё-таки, я здесь родился, в отличие от тебя, Тэ. Феликс решил промолчать, хоть и любопытство возрастало с каждой секундой. О страшных планах Муна знает не только Ли? Это было просто удивительной новостью, ведь главный советник никому не говорил об изнанке своего замысла и об истории Феликса. Ли решил довериться тем двоим, что бы они из себя не представляли. Парни довели Феликса до очередной лестницы наверх, скрывавшуюся за белыми лозами и статуями. Второй этаж был практически таким же, как и первый, только меньше. По периметру висели картины, прерывавшиеся иногда панорамными окнами, дающими основной источник света. Ликс успел выглянуть наружу — на улице вовсю светило солнце, слегка закрытое облаками. К сожалению он не мог догадаться, сколько времени провёл в темнице. — Пришли, — стражник-гарпия открыл тонкую дверь и пропустил Феликса в небольшую комнату. Одна из стен была полностью прозрачной, с настолько чистым стеклом, что казалось, никакой преграды не было вовсе. Всё остальное сразу ослепляло кристально белым цветом: широкий круглый стол, стулья, полки, шкафы с различными устройствами, напоминающими разные модели телефонов из разных времён. В центре стола стояла печатная машинка, белая, с полупрозрачной клавиатурой. Именно она нужна была Феликсу. Стражники закрыли за парнем дверь без лишних слов, и он остался один, в полной тишине. Ли протёр глаза, которые заболели от слишком яркого света. Он подошёл к печатной машинке и аккуратно положил пальцы обеих рук на невесомые клавиши, которые тотчас же засветились от прикосновений. Феликс уж было обрадовался и начал печатать сообщение, но устройство внезапно выключилось, клавиатура потухла, а на голограмме бумажного листа, появившейся в воздухе, возник значок пера. Ли знал, что машинкой могут пользоваться только советники, и только их перья подошли бы для ключа, но всё равно попробовал достать свои из кармана и приложить к полупрозрачному экрану… Ничего не сработало. Феликс покрылся холодным потом, а внутри тела, наоборот, почувствовал ужасный жар. Он тяжело задышал от перенапряжения, подошёл к двери и на всякий случай повернул на ней еле заметную щеколду. И как вовремя — только замок щёлкнул, как дверная ручка задрожала и начала двигаться вниз-вверх. Кто-то хотел войти в комнату. Феликс дёрнулся назад и снова подбежал к устройству, оглядывая его со всех сторон, ища дополнительные кнопки, надписи — что угодно, что заставило бы машинку работать. Некто тем временем продолжал стучаться и дёргать ручку тонкой двери. Обстановка накалялась до предела. Ли не мог позволить побегу провалиться: он зашёл уже слишком далеко, и если вновь попадётся Муну, тот вытрясет из него всю душу. Пульс учащался с каждым мгновением, тонкая дверь уже не выдерживала постоянных толчков, постепенно поддаваясь ударам и слетая с петель. Феликс кинулся к полкам и стал искать хоть что-то, что может помочь включить машинку. Но нашёл он лишь книги, бумажки и странные телефонные устройства, когда-то использовавшиеся гарпиями. Дверь с грохотом открылась: на пороге стоял один из советников. Феликс прикрыл лицо руками и зажмурился, ожидая, что сейчас в комнату ворвётся стража, и его снова отведут в темницу, только на гораздо нижние ярусы, где дневной свет был бы несбыточной мечтой. Однако советник остался стоять на прежнем месте, внимательно, с прищуром осматривая Феликса. Ли робко открыл глаза и взглянул на изящное лицо мужчины напротив. Чёрные глаза, бледная кожа, мантия, духовные крылья — вот он, один из приближённых Муна. Но почему он ничего не делает? Внезапно советник подошёл к печатное машинке, достал из-за уха своё чёрное перо и приложил к экрану. Устройство тут же включилось, подсветив клавиатуру. Феликс стоял, будто вросший в пол, не понимая, что происходит. — Скажи мне, дорогой друг, правда ли наш господин скрывает от своего народа страшную тайну? — после небольшой паузы спросил мужчина, задумчиво посмотрев в окно. — Д-да, да… Подождите, откуда вы знаете? Почему вы мне помогаете? Советник издал тяжёлый вздох, присев на один из стульев. — Ты ведь явно знаком с одним рыжим лисом, да? Феликс кивнул и вдруг кое-что вспомнил… — У меня мало времени. Я многое успел узнать, поэтому просто послушай: не отказывайся от видения! Никогда, слышишь? Это ключ к спасению. И что бы там не говорил главный советник насчёт видения — не верь. Он наоборот не хочет, чтобы пророчество Хёнсо исполнилось. Он хочет удержать тебя рядом с собой, чтобы сохранить текущий ход вещей и главенство гарпий в мистическом мире!.. Это были слова Чонина, когда Мун закинул Феликса в самый эпицентр схватки лисов и гарпий. Ян ведь узнал откуда-то информацию?.. — Мне пришлось… Поговорить с одним из рыжих лисов, с твоим другом, безумно голодным до информации. Он рассказал о проблемах лисов и охотников. Я и так это знал, но то, что охотников побудило действовать именно существо господина Мун… Все осознанные внезапно факты заставили меня задуматься о происходящем. Скажи, ты правда родился в тот день, когда мы призывали… Помощника? — Да… Мун говорил, что он почти вселился в меня, стал моей тенью, но потом отделился, забрав тёмную часть моего характера. Моя душа была лишней в этом обряде, а то, что появилось после него… Это чистое зло, разве вы не знали? — К сожалению, нет… До недавнего момента. Существо призывалось с целью улучшить жизнь нашего народа, и не предполагалось, что из-за него пострадают другие. Да, у нас были междоусобицы с лисами, но я не предполагал, что Мун настолько жаждет власти. Настолько, что готов истребить целый род духов… — мужчина замолчал, — Нам давно пора сменить главного советника, мой дорогой друг. Напиши сообщение тому, кто сможет тебе помочь, а затем беги подальше от замка и телепортируйся. Имей в виду, что на Земле время идёт в разы быстрее, чем в обители. У нас пройдёт два часа, а в мире людей — целый день. Я сделаю так, чтобы никто не помешал тебе выбраться из замка, но вечно скрывать информацию от Муна не выйдет. Советую поторопиться. Феликс кивнул с благодарностью и подошёл к печатной машинке на ватных ногах. Он вновь положил руки на клавиатуру, напряг собственные мысли, сфокусировавшись на Чонине, и стал печатать… Через пять минут парень закончил и отошёл от устройства, не забыв убрать в пакетик и в карман свои чёрные перья. Феликс уже подбежал к двери, чтобы выйти, но на секунду остановился. — Как вас зовут? — спросил он у мужчины. — Советник Ким. Ким Сокджин, — ответил тот с расстановкой, — Я был знаком с Хёнсо. Раньше он частенько говорил о тебе, но потом перестал. Я и не думал, что он продолжает помогать бастарду… В любом случае, даже после его смерти, дело его живёт. Я уверен, что в нём не только Хёнсо был замешан. Даже интересно, чем всё обернётся, — он усмехнулся, посмотрев куда-то в пустоту, — Иди. Феликс глубоко вздохнул и сорвался с места.

***

— Тебе ещё учиться и учиться, мой дорогой друг. Впрочем, сегодняшние результаты тоже неплохи. Я бы сказал, на твёрдую троечку. С небольшим плюсом, — с этими словами Ли снова размеренно подошёл к своему месту и уселся на стул. Чан с испугом покосился на него, невольно выпрямившись. Чонин вытер пот рукой со лба и присел на корточки, всё никак не найдя возможность отдышаться. Он выглядел совсем изнурённым. Крис взял полотенце, любезно предложенное Джисоном, и тихонько подошёл к лису и присел рядом. Заботливо вытер капли пота, которые уже не только на лбу были, но и на щеках. Ян с улыбкой посмотрел на него… А потом вдруг зажмурился, схватившись обеими руками за голову. — Ты чего? Всё хорошо? Чонин? — не на шутку перепугался Чан. — Феликс… Он пытается со мной связаться, — проговорил Ян изумлённо, не понимая, откуда доносятся эти послания и как они оказываются у него в голове. Минхо, услышав упоминание Феликса в разговоре, тихо посмеялся, вздёрнув бровь. — Он говорит, что бежит из обители… Ему удалось выбраться из темницы… Он будет телепортироваться… Завтра, в парке в центре города, появится там, приблизительно в восемь вечера… — Чонин продолжал держаться за голову, которую охватила мигрень из-за потока чужих мыслей. Так же внезапно, как и началось, странное послание закончилось, и Ян поставил на пол одну руку для опоры, чтобы не свалиться на пол без сил. Светло-голубая рубашка была порвана, ткань успела пропитаться кровью до того, как раны восстановились. Чонин взглянул на Криса, а затем на Минхо, мирно сидевшего на стуле. — Нам нужно срочно уходить и спасать Феликса, — сказал Ян, явно обращаясь к Ли. Тот и ухом не повёл. — Минхо, нам можно уходить? — спросил Чан, поднявшись на ноги. Только после второго вопроса красный лис медленно поднял глаза на парня, хитро улыбнувшись. — Я вас, кажется, не отпускал. С чего вы решили, что можете уйти, когда вам вздумается? — он закинул ногу на ногу. — Но… Наш друг может погибнуть, если мы ему не поможем! — воскликнул Чонин, поднявшись на ноги. Крис поднялся вслед за ним, аккуратно похлопав по плечу, призывая успокоиться. — Что поделаешь… Люди, вампиры, гарпии, оборотни… Все гибнут, кого не возьми. Ваш друг не исключение, — красные глаза сверкнули неестественно. — Феликс доверился мне! Я не могу не оправдать его доверие! — Чонин, несмотря на старания Чана, вспылил, — А как же пророчество, или что там у вас? Знали бы вы, как мне плевать на это! Я хочу просто покончить с творящейся чертовщиной и жить спокойно! Думаете, когда вы похитили меня, я хотел этого?! Мне хотелось быть «избранным»? Меня спросили об этом? Нет! Никому дела не было! Только бы всё сбылось, только бы всё получилось, как завещано судьбой! Так если вы настолько печётесь о судьбе и будущем, почему бы вам самим не вмешаться и не убить эту тварь, что вселилась в Иму?! Минхо на возгласы парня отвечал прежней ледяной улыбкой, лишь рукой в железной перчатке подпёр подбородок. Это только больше разозлило и взбесило Яна. — Вы сами говорили, что Феликс — крайне важное звено в этой истории! А что теперь? Пусть он умирает от своих же родственников, да? — Чонин… — Чан вдруг встал перед ним, поджав губы. Взял его за предплечья и сосредоточенно посмотрел прямо в глаза. Ян сначала будто сквозь парня глядел, буравя дыру и пытаясь добраться до Ли Минхо, но потом вдруг попался в омуты светло-карих глаз и часто заморгал, потерявшись. Крис без слов просил лиса успокоиться, и Чонин понял эту просьбу. Он сделал глубокий вдох и выдох, опустив голову. — Минхо, поймите, нам правда нужно уходить. Было… Приятно с вами познакомиться, — последняя фраза с трудом далась Банчану. Красный лис медленно поднялся со стула, плавно, и с лёгкостью направился к нему и к Яну. — Столько огня, что ты сгоришь, мой маленький рыжий друг, — Ли повернулся к Крису на секунду, и тот, понявши, отошёл. Минхо вновь обратился к Чонину, — Юнец, дерзкий и импульсивный. Если бы я мог дать тебе хоть каплю своего опыта… — парень мечтательно посмотрел куда-то наверх, — О, это было бы нечто. Но опыт на то и есть опыт, что ты должен сам его набрать в течение жизни. Мы слишком многое упустим, если ты уйдёшь сейчас. Несмотря на все твои навыки, я сомневаюсь в том, что ты выдержишь бой со злом, призванным Муном. Оно поистине могущественно, им движет лишь хаос и заложенная в сознании программа уничтожения. И ты, Чонин, окажешься главной целью этой программы, стоит Име заполучить доступ к тебе, — Минхо взял парня за подбородок и поднял его лицо, чтобы посмотреть в глаза, — Сплошь янтарь… Настолько полный жизни янтарь… Чонин же в глазах напротив видел лишь красный лёд, напоминающий смерть. — Запомни: когда у тебя не останется ни капли энергии, чтобы подняться — только тогда придёт время сделать финальное усилие, — Минхо провёл железными когтями по макушке лиса и внезапно отвернулся от него, направившись к выходу из зала, — Джисон, отведи гостей в их комнату. Дверь с грохотом захлопнулась за Ли, и Чонин почти услышал, как его надежды рухнули в этот момент. … Ян легонько касался тыльной стороной ладони руки Криса, пока они шли бок о бок за Ханом по длинному прохладному коридору. Прикосновение почти невесомое, но такое желанное в этот момент, успокаивающее. Чонин почему-то боялся сейчас прикасаться к Чану больше, как до своего ухода. Долгая разлука вновь посеяла ту самую робость, что случается при первых ростках влюблённости. Лис очень сильно переживал сейчас, и единственным, кто мог его успокоить, был Чан. Пол под ногами блестел, отражая слегка три фигуры, равномерно движущиеся вперёд. Хрустальные люстры, каменные белые стены, украшенные минималистичными узорами. Удручающее зрелище, как показалось Чонину. И почему Минхо так нравилась эта внешняя роскошь? Крис шёл за Джисоном примерно с теми же мыслями, однако ему совсем не давало покоя во-первых, состояние Чонина, во-вторых, потерянная возможность спасти Феликса. Чан слишком сильно всегда переживал за близких людей, и больше всего это ощущалось именно в те моменты, когда мало что можно изменить. Время почему-то тянулось ужасно медленно, будто даже минутные стрелки увязли в тоске. Ян вдруг услышал лёгкий свист со стороны их проводника, и тут же взглянул на него. Хан ничего не сказал, но аккуратно наклонил голову направо. Сердце Чонина забилось сильнее. Лис всё-таки взялся за руку Криса, но только с той целью, чтобы увести его в правое ответвление коридора. Хан прошёл немного вперёд, до перекрёстка путей, осмотрелся и быстрым шагом подошёл к парням. Теперь, видя его лицо, Чонин осознал, насколько он нервничает. — Зайдите сюда, живее, — шепнул он, чуть ли не затолкнув Чана и Чонина внутрь одной из многочисленных комнат. Внутри не было ничего особенного — маленькая гостиная, диванчики, столик, какие-то комоды по периметру, закрытое синими шторами окно. Видя такое, невольно задаёшься вопросом: много ли у Минхо бывает гостей? И получается ли у них выбраться из этого огромного особняка? — Послушайте внимательно… — Джисон прикрыл за собой дверцу и нервно выдохнул, — Я могу провести вас до выхода из особняка. Потом уже вам придётся самим пересечь почти всю прилежащую к нему территорию. Ориентируйтесь по дорожкам, засыпанным круглой декоративной галькой. По ним можно выйти к главным воротам. У них будут стоять охранники: не дайте им сообщить о вашем побеге, иначе господин Ли вас поймает! Как только преодолеете ворота — бегите, и очень быстро. Неподалёку от особняка есть гостиница, оттуда можно заказать такси… Как-то так… — Джисон… Ты не боишься Минхо? — обеспокоено спросил Чан, — Он же… Убьёт тебя на месте, если узнает. — И… И пусть… — Хан усмехнулся, поправив рукава рубашки, — Я так-то должен был умереть в прошлом веке, поэтому восприятие кончины у меня довольно расплывчатое сейчас. Я… Хоть и являюсь частью общества Масок, хоть и получил бессмертие от Ли Минхо за то, что служу ему, но… Всё же, я человек. Вы… Я не знаю, как, но вы пробудили во мне эти чувства, они такие странные сейчас, ведь я практически заледенел, подобно своему господину… Многие мои товарищи погибли во время взрыва, случившегося в 1960 году. В живых остались единицы, и то, я не нашёл никого из них. Господин Ли, хоть и спас меня, запретил вмешиваться в судьбу моих знакомых. А я… Я мог им помочь, — Джисон поджал губы, горько усмехнувшись, — Ваш друг тоже достоин жизни, как и все мы. Идите, пожалуйста, идите скорее. Мой господин может заподозрить неладное… Хан снова начал толкать парней, только в сторону выхода из комнаты. Он на всякий случай огляделся по сторонам и быстро пошёл вперёд, рукой показывая Чану и Чонину следовать за ним. Вскоре, когда бесконечные залы и коридоры были преодолены, на горизонте показались большие двери из тёмной древесины. Джисон остановился перед ними, пропуская своих спутников вперёд. — Джисон, — Чонин обернулся, с жалостью посмотрев на парня. Он осторожно прикоснулся к его плечу, выражая одновременно и сочувствие, и благодарность, — Спасибо тебе. Прошу, останься целым и невредимым. Хан легонько улыбнулся, но всё же кивнул, сложив руки в замок за спиной. — Идите, скорее, — сказал он напоследок. Крис открыл двери. — Чонин! Ян, последний раз взглянув на Джисона, с болью на сердце, подбежал к Чану. Оба парня вышли из зловещего особняка.

***

Такси к гостинице приехало довольно быстро. На улице моросил мелкий дождик, прохлада и свежесть пробирали до костей, а Чан и Чонин, пробежавшие пару километров так точно, ещё и одежду слегка запачкали. Все мокрые, уставшие, благо, таксист не задавал лишних вопросов — мало ли какие у людей развлечения? — Я не знал, что ты так умело перелезаешь через заборы, — усмехнулся Чонин, никак не находя возможности отдышаться. — Это просто хорошая физическая подготовка, лис! За кого ты меня принимаешь? — возмутился Чан, стряхивая с волос капли дождя. — Прости, — улыбнулся Ян, положив затылок на спинку мягкого сидения легковушки, — У тебя нет с собой телефона? — Нет, я оставил его дома, когда выходил гулять в парк… — Чан замолчал, вспоминая тот день, — Чонин… Ты же говорил, что наблюдал за мной и постоянно был рядом. Почему тогда вампиры не учуяли твоего присутствия? — Я всего лишь стоял против ветра, хён, — мягко проговорил Ян, — Поблизости был ещё и Сынмин, поэтому я не переживал за твою безопасность. Хотя факт, что старший брат Кима — вампир, — меня очень сильно удивил. — Меня тоже… Кхм, — Чан понизил громкость голоса, перейдя почти на шёпот, — Давай чуть тише? Мне кажется, водитель может нас неправильно понять. Ян кивнул, улыбнувшись. — Как ты думаешь… Что будет с Джисоном? — Чонин посмотрел в окошко, по которому бежали вниз струи дождя. — Не знаю, Чонин-и… Я очень надеюсь, что Минхо не тронет его. — Я не смогу взять ещё и его смерть на свой счёт. Почему он помог нам? Почему?.. — Ян понурил голову, поджав колени к себе и обхватив их руками. Он стащил пятками ботинки, которые забрал себе в особняке Ли. — Он поступил так, как считал должным. Самопожертвование… Это не плохо, но и не хорошо… — Это больно… — прошептал Чонин, вытерев слёзы рукавами порванной рубашки. — Прошу, не надо слёз, лисёнок, — Чан положил свою ладонь на коленку парня, слегка погладив его, — Нам нужно поскорее добраться домой, потом связаться с Хёнджином: что-то мне подсказывает, он места себе не находит. Сначала ты пропадаешь, потом Феликс, теперь я. Так и с ума сойти можно, а если говорить в отношении Джинни, то это даже не выражение, а горькая реальность. Он слишком эмоциональный и подверженный депрессии. — Да… Ты прав, надо позвонить Хёнджину. Надо сказать ему, что мы можем вызволить Феликса. Сами-то сбежали, теперь Ликсу надо помочь. Эти пернатые следят за телепортацией из обители на Землю, поэтому незамеченным Феликс не уйдёт. Мун наверняка пошлёт за ним стражников… Семь часов, парк… Я смогу стоять рядом с порталом, где появится Феликс, и мешать гарпиям. А ты с Хёнджином можешь пока увести его оттуда в квартиру, на которой заранее будет поставлена защита. Да, так и сделаем. — Как скажешь, гений тактики, возражений не имею… Чонин посмеялся тихонько, толкнув Криса в плечо. Улыбка медленно исчезла на его лице, и он вновь задумался. — Люди так странно ведут себя. Знаешь, я могу понять Минхо — ему просто скучно, поэтому он хочет устроить для себя представление. Има, я, ты — всего лишь актёры для него. Он преследует личную выгоду. Впрочем, если покопаться, то можно понять логику его действий… Но вот… Ты, Джисон? Вы можете легко отдать за кого-то жизнь. Просто потому, что это… Верный поступок? Как это определяется, верный, или неверный?.. Я совсем не понимаю. — Это всё твоё восприятие мира и моральные ценности. Считаешь, что-то нужным? Делай. Я считаю, что нужно всегда помогать близким и тем, кем ты дорожишь, кого ты любишь. Я бы… Правда, всё сделал ради твоего благополучия, ради Хёнджина, Феликса. Джисоном же, как мне кажется, двигала совесть на тот момент. Он не спас своих друзей, когда мог это сделать, и вот сейчас увидел шанс «искупить грех». — Людские чувства и эмоции такие сложные… Я видел столько их проявлений, но… всё ещё теряюсь… — прошептал Чонин. — Люди иногда сами свои чувства не понимают, — улыбнулся Чан. — Сана… Сана говорила нечто подобное, — вдруг вспомнил Ян, — Странно, что её слова я понимаю лишь спустя какое-то время. — А что ещё она говорила? — спросил Крис. — «Мы думали, что сможем пережить эту Багровую ночь, если будем рядом друг с другом. Но ошиблись… И ошибка стоила его жизни…» Чонин взглянул на Чана, утонув в раздумьях. — Ничего… Ничего, — он улыбнулся уголком губ, но сердце пронзила секундная боль от осознания.

***

Крис расслабленно и глубоко вздохнул, открыв дверь квартиры и войдя на порог. Он включил свет в прихожей, как обычно, снял кроссовки, потом потянулся, всё ещё наблюдая странное чувство, поселившееся внутри. Неужели это правда его дом? И неужели теперь он снова будет в нём не один? — Хён, давай закажем еду, — послышался слегка жалобный голос Чонина откуда-то из ванной. Лис уже успел пробраться туда, а Чан даже и не заметил. Присутствие Яна значительно добавляло красок в привычную серость. — Хорошо, только я сначала позвоню Хёнджину… — Крис быстро зашёл в свою комнату, не включив свет, сел на край кровати и взяли с тумбы телефон. Несколько пропущенных, сообщения. Этого следовало ожидать. — Алло, Хёнджин, привет, — Чан тут же набрал друга, и тот довольно быстро ответил на звонок. — Чан, где ты? — голос слегка хриплый, заметно обеспокоенный. — Я только что оказался у себя дома. У меня не было телефона с собой, не мог ответить… — Что, чёрт возьми, случилось? — агрессивный тон, звонка обида. — Я могу всё объяснить, я нашёл… Внезапно звонок оборвался короткими гудками: Хван сбросил трубку. Крис недоуменно захлопал глазами. Что мог значить этот жест. Парень поднял голову наверх и увидел в темноте два жёлтых огонька. — Что с Хёнджином? — Ян подошёл к Чану и присел перед ним на корточки. — Я не знаю, но он явно сильно зол на всё происходящее… — Крис покачал головой, откладывая телефон обратно на тумбу, — Позвоню ему чуть позже, надеюсь, он ответит. — Мы все пропали. Я бы тоже был зол на весь мир от отчаяния, — пожал плечами Чонин, положив подбородок на коленку Чана, — Хён, пойдём на кухню, там уютнее. Крис кивнул с улыбкой и последовал за лисом, который успел поставить чайник и порыскать в холодильнике в поиске перекуса перед основным приёмом пищи. Тихо вещал что-то небольшой телевизор на стене, а за окнами Сеульская улица блестела фонарями и неоновыми вывесками. Яркий свет, фисташковые обои… Действительно, здесь было гораздо уютнее. Или же, уют кое-кто создавал. Спустя двадцать минут в дверь позвонили. Ян тут же дёрнулся, отвлёкшись от телепередачи. Если бы у него были ушки, они бы навострились и поднялись в одно мгновение. — Доставка! — обрадованно сказал он, заёрзав на стуле. — Сейчас открою, — Чан поднялся из-за стола и побежал к входной двери. Он достал ключи, быстро открыл замок, распахнул дверь… А на пороге стоял Хёнджин. Кожанка, красная футболка, джинсы, завязанные в хвост волосы (явно наспех). Он круглыми глазами смотрел на Криса, наверное, не веря тому, что видит. — Где ты пропадал, придурок?! — выпалил он, но уже через секунду почти бросился на парня с объятиями. Чан от неожиданности даже пошевелиться не мог. — Меня не было всего лишь… — Три дня! Три! Мне плевать на то, что это немного, просто вспомни, в каком мы мире живём! А если бы тебя убили? А если бы ещё что-то случилось? А если бы… — Хёнджин, прошу тебя, успокойся, — Крис отлепил Хвана от себя: взгляд у него всё ещё был ошеломлённым, а чёрные ресницы намокли (от слёз?). — Значит, не доставка… — протянул Чонин, вдруг появившийся в прихожей. Он неслышно облокотился на стенку и сейчас стоял и лицезрел всё происходящее. — Ч-Чонин?.. — сипло промолвил Хёнджин, взявшись за голову. Крису показалось, что ещё немного, и его друг упадёт в обморок. … — Я требую рассказа от и до, и заодно поделитесь едой, — Хван надул губы, смотря, как Ян за обе щёки уплетает рамён, — Троглодит… — У меня почти не было времени поесть во время поисков красного лиса, — невнятно проговорил Чонин. — Как ребёнок… — покачал головой Чан, двигая тому пачку с салфетками, — Прожуй сначала. Сам Чан принялся рассказывать Хёнджину о своих злоключениях: о встрече с вампирами, посиделках в клубе, о Джисоне и о похищении, а самое главное, о Минхо. Хван слушал внимательно, не отвлекаясь, разве что иногда брал вилку и воровал из тарелки Чонина мясо. Лис не реагировал на это особо, только неслышно ворчал. — Минхо много рассказал о всей нашей истории в целом. Про лисов, гарпий… Кто только в этом деле не задействован. Он испытывал Чонина, проверял его боевые способности. — Назови это просто пытками, не ошибёшься, — буркнул Ян. — Есть такое… Потом с нами внезапно связался Феликс, я не знаю, каким образом… — Феликс? — перебил Хёнджин, встрепенувшись. — Он передал мне сообщение мысленно. Ликс смог сбежать из темницы гарпий, но когда он телепортируется на Землю, его будут преследовать. Просто так от бастарда не отцепятся, он для них — слишком важная фигура. Феликс специально назвал место и время телепортации, чтобы мы ему помогли, — пояснил Чонин, отложив приборы и тарелку. — … И… Мы сможем его спасти? — с надеждой спросил Хван. — Смотря, сколько гарпий Мун отправит за Ликсом. Но я не против выщипать этим гадам пёрышки, — хмыкнул Ян, — Оставьте драку на меня. Вам надо будет довести Феликса сюда. Тут и он, и все мы будем в безопасности. — Я терпеть не могу, когда кто-то геройствует, так что составлю тебе компанию, — Хёнджин, как обычно, возразил, — И не смотри так на меня. Чан, ну скажи ему! — Я сейчас сам на тебя так посмотрю. Мало нам рисков? Чонин бессмертный, в отличие от некоторых, — Крис сложил руки на груди. — Вы… Не поймёте… — Хёнджин посмотрел куда-то в сторону, — Я чувствую свою вину перед ним. Ян внимательно посмотрел на красноволосого, оценивающе, будто сканировал его. После того, что он видел в особняке Минхо, после внезапной помощи со стороны Джисона… Чонин прекрасно понял мотивы Хвана. — Завтрашний вечер, семь часов, — сказал Чонин, снова двигая к себе тарелку с едой. — И ты даже не будешь отговаривать его, да? — возмутился Чан. — Хён, — лис улыбнулся, — Не переживай, если что, я прикрою его спину. Хёнджин с благодарностью взглянул на Яна, но все чувства внутри заняли стыд и громкие возгласы совести. Как он мог видеть в парне врага? — Я не могу поверить в то, что мы завтра вызволим бедного Ликса… — протянул Хван, усмехнувшись. Он откинулся на спинку стула, уставившись на потолок. — Хёнджин, не каркай… — покачал головой Крис. — Хёнджин, не каркай… — передразнил его высоким голосом красноволосый. Чонин звонко рассмеялся, чуть не поперхнувшись лапшой: он успел сильно соскучиться по их перепалкам.

***

Продолжение следует…