Междусловие
21 июня 2022 г., 02:21
— Позволь спросить, зачем это было? - грязная усмешка озарила лицо устрашающим оскалом
— Я убью тебя, клянусь убью тебя! - Он рычал это, смотря прямо в бесстыдные насмешливые глаза, точно, для него все было игрой..
— Так вот я, перед тобой дорогой, давай же убей меня, умоляю раскромсай мои внутренности, убивай медленно и протяжно, давай ну же, вложи в эту расправу всю свою ненависть, я жду этого всю жизнь, убей меня давай же!
Грязный маньяк вонзил стерильную иглу прямо в руку и теперь ждал расправы, что ж, твоё право.
Силы были на исходе, отчаяние брало верх над исходом и постепенно опустошало, хотя возможно это кровь беззвучно покидала меня, унося с собой всю жизнь.
Раздался истерический смех, рвал перепонки и заставлял сердце сжиматься да размеров монеты, Боже он двинутый, я убью его убью!. Ненависть движимая мной заставляла темнеть в глазах, я ненавидел, ненавидел до звона в ушах, я был одержим невидимыми бесами, я был разъярен до предела.
Я дёрнул руку и она с оглушающим лязгом поднялась вверх. Игла осталась в деревянной рукоятке, всё тело дрожало переодически сводя судорогами конечности, казалось что из глаз хлещет кровь, нет слёз только боль и отчаяние берут надо мной верх, я поднялся на своих последних силах, я казалось никогда так громко не кричал, а он все смеялся, и смеялся, будто одной потехой мы тут с ним занимались. Каждый шаг давался с трудом, каждое движение сопровождалось невыносимой болью, но всё глушила ненависть, бешеная тяга к мести и нездоровый взгляд. Он оставляя на месте будто прося, будто зная что я упаду до того как он сдвинется с мёртвой точки. Я лихорадочно-одержимо впился в кинжал оставленный им же на тумбочке, я заорал протяжно и оглушающе, нас всё-равно никто не слышит. За мной шёл бордовый след, я двигался быстрее чем раньше, мне казалось я с привязанным утяжелителем пролетал над ироничными нотами маниакального смеха, ботинки предательски шаркали и не давали двигаться дальше, а он всё стоял и смеялся, чёрт, снова смеялся. Я чувствовал что этот вдох будет последним, я знал это, я вдруг всё сразу понял.
Остановившись я получил недоумевающий взгляд и с кроткой ухмылкой вдруг сделал решающий рывок. Его лицо было искажено до неузнаваемости, оно выражало гнев, такой неудержимый гнев, теперь смеялся я.
Клинок рассекал мою и так уже достаточно изувеченную грудь прямо в середине, что ж, это было единственным правильным решением в сложившейся ситуации.
