Obsessed

***

      Чонгук проснулся ночью из-за того, что в его комнате было слишком холодно. Высунув руку из-под одеяла, он коснулся батареи и понял, что его настигла участь Чиминовой комнаты. Кстати, о Чимине. Парень спал очень спокойно, и на секунду брюнет даже забыл, что в его кровати кто-то есть.       От света луны в окне Чон увидел, что Пак, как и предполагалось, сбросил одеяло на пол и укрывался совсем маленьким кусочком Чонового одеяла, свернувшись в калачик. Ему ничего не оставалось, как поделиться одеялом… Если он попытается поднять упавшее, то разбудит Пака, а этого крайне не хотелось делать, ведь блондин и так стеснялся. Так что, расстелив одеяло на всю ширину, Чон накрыл Чимина, а сам развернулся к его спине.       Утро Пака было необычным. Начиная с того, что он открыл глаза и увидел одеяло на полу, но сам был под другим одеялом. В другом конце комнаты на кровати сидел какой-то парень и смотрел на Чимина. Этот момент неловкости кинулся на блондина тигром и превратился в жар на лице. Но неловкость прервал Чонгук, вошедший в комнату с двумя кружками кофе. Судя по его взъерошенным волосам, он проснулся недавно.       — Чима, вставай, нам пора на пары. Кстати, познакомьтесь. Чимин — Дживон, Дживон — Чимин, — брюнет сунул Паку в руки кружку с кофе и довольно плюхнулся на стул.       — Это твой парень? — пробасил Дживон, собирая тетради в рюкзак.       — Это мой друг, — хмыкнул Чон, не глядя на соседа.       — Тогда почему ты сделал кофе ему, а мне нет?       — Джи, не тупи. Он мой гость. А ты сам знаешь, где у нас кофеварка.       Дживон надел курточку потеплее и, направившись к выходу, добавил:       — Чимин, рад познакомиться. Обычно, Чон никого не приводит, так что я был слегка ошарашен.       Чимин кивнул и сонно улыбнулся. Если снаружи он выглядел расслаблено, то внутри у него извергались вулканы и бушевали цунами. Хотелось схватить все свои шмотки и удрать к себе в комнату. Но, кажется, Чонгук умеет читать мысли…       — Дживон ушел, расслабься. Я прям вижу, как ты мечтаешь убежать. Но лучше не стоит. Выпей кофе, позавтракай, а после этого пойдешь к себе, — Чонгук поставил на стол йогурт, хлопья, мед и фрукты. — Я не знаю, как ты любишь, так что смешай все сам.       — Спасибо, — Чимин вылез из кокона одеяла и сел напротив Чона. При дневном свете комната совсем другая, и было интересно рассматривать, как живут другие люди, какой у них быт, вкусы.       — Чим, не летай в облаках. Тебе хлопья с фруктами?       — А? Да, я всеядный, — Чимин насыпал в миску хлопья, добавил ягод из корзинки на столе, немного добавил меда, а потом залил все йогуртом. — Ай, как вкусно! Это что за мед? Очень приятный!       — Это вересковый мед. С пасеки моего дедушки.       — Никогда не слышал о таком. Твой дедушка где живет?       — В Норвегии. Но не путай вересковый мед из Шотландии!       Чимин поперхнулся и звонко рассмеялся. Мед, на самом деле, был очень вкусным, и он никогда раньше не пробовал его.       — Думаешь, я ощутил бы разницу между вересковым медом из Шотландии и вересковым медом из Норвегии?       — Конечно! У меня есть и шотландский! — Чонгук метнулся к холодильнику и выудил из него красивую стеклянную бутылку. — В Шотландии производят напиток, рецепт которого насчитывает более тысячи лет. Это шотландский эль, который готовят из вереска. Авторство этого напитка принадлежит исчезнувшему народу — пиктам. Попробуй!       Чимин довольно взял стакан в руки и посмотрел на Чона внимательным взглядом:       — Предполагаю, что это алкогольный напиток. Негоже одному пить, так что давай со мной дегустировать этот мед!       Чон налил и себе верескового меда и, стукнувшись с блондином стаканчиками, приложился к напитку. Эль красивого янтарного цвета с безумно приятным ароматом легкой дымкой обволакивал парней, которые выпили по первому стаканчику.       — Смотри, надо так, — Чонгук налил еще по стакану напитка, взял десертную ложечку, зачерпнул густой желто-красный мед и показал, что нужно немного выпить Эля, а потом слизать с ложки настоящего меда. Чимин сразу же повторил за Чонгуком и закрыл глаза от удовольствия. Вересковый мед обладал удивительным ароматом, но при этом у него был слегка горький и терпкий вкус, а также довольно сильное послевкусие. Казалось, что вкус похож на конфеты тоффи.       — О, это так вкусно!!! Черт, почему я раньше это не пробовал?       — Погоди, сейчас еще кое-что покажу! — Чонгук направился к шкафу и выудил еще несколько бутылочек. — Это все ликеры, которые производит мой дедушка. Они на основе верескового меда и фруктов с домашней фермы. Попробуй!       Чимин нетерпеливо смотрел, как в красивые стопки, которые выложил Чон, наливалась разноцветная жидкость. Молочно-белого цвета, желто-лимонного, оранжевого, розового, карамельного, бордового и даже черного.       Чимин вместе с Чоном дегустировал каждый напиток и просто пищал от восторга. Такое разнообразие вкусов он не пробовал никогда в жизни. И уже достаточно захмелев, оба парня обсуждали тонкости норвежской кухни, а Чонгук восхвалял своих предков. Вдруг он сделал большие глаза и как-бы по секрету сказал:       — Но есть один абсолютно норвежский напиток! Это национальная гордость! — брюнет открыл морозильную камеру в холодильнике и вытащил из нее красивую большую бутылку с прозрачной, слегка золотистой, жидкостью и какими-то цветами и травами внутри. — Это Norsk Akevitt, норвежская живая вода! Как видишь, она не замерзла в морозилке. По правилам, подавать норвежскую воду следует замороженной до минус восемнадцати градусов или хорошо охлажденной.       Чон налил Аквавит в две рюмки, и подал одну из них Чимину.       — Ее надо пить залпом. Хорошо?       — Ага, — Чимин уже слегка пошатывался после ликеров и эля, но отказаться от живой воды он никак не мог. Кивнув друг другу, оба парня залпом выпили Аквавит, и Пак сразу же закашлялся. Оказалось, что крепость напитка просто сногсшибательная. — Твою мать, Чон… Сколько градусов у этого пойла?       — Пятьдесят, — встряхнув головой, ответил Чонгук и рассмеялся, смотря на Чимина, который морщил мордочку от алкоголя. — Давай еще по одной, ты должен запомнить этот вкус навсегда!       Чимин не сопротивлялся и, закусив малиной из корзинки, залпом выпил еще одну рюмку живой воды. Жар приятно разлился по всему телу, распространяясь от внутренностей и до кончиков пальцев. Чонгук тоже был пьян, и его следующее предложение вызвало смешок у блондина:       — Бог любит троицу. Да? Давай еще по одной!       Выпив по третьей рюмке, парни уже точно были не в состоянии идти на пары. Чон довольно смотрел на свои норвежские сокровища, а Чимин продолжал лакомиться медом.       — Ты должен познакомить меня со своим дедушкой. Я хочу поблагодарить его за этот мед. Кажется, я влюбился в еду.       — Дед приедет в Корею через неделю, я вас познакомлю. Попрошу его взять на одну банку меда больше.       — Я в раю…       — Ага, я тоже всегда так думаю после живой Аквавита.       — Это из-за меда!       — Да-да, — Чон приподнялся со стула и, пошатнувшись, свалился обратно. — Почему меня так разморило?       — Ты ничего не кушал, дурашка. Надо было закусывать.       — Тебе твоя закуска тоже не особо помогла. Аквавит надо закусывать рыбой или мясом, но точно не фруктами…       Чимин поднялся и, направившись к кровати, плюхнулся на нее звездой. Все вокруг кружилось, и Паку было сложно сконцентрировать свое внимание хоть на чем-то.       — Вертолеты?       — Я как будто внутри центрифуги.       Чонгук, шатаясь, подошел к Паку, схватил одну Чиминову ногу и сдвинул ее с кровати на пол. Чимин хохотал, не понимая, что от него хотят, и брюнет объяснил.       — Надо заземлиться, чтобы вертолеты прекратились, — Чимин пнул ногой Чона, и тот чуть не свалился на пол, но вовремя схватил ногу Пака и потащил на себя. — Подвинься, мне тоже надо прилечь.       Блондин продолжал хихикать, но немного освободил места для друга, и тот сразу же свалился рядом.       — Так хорошо…       — Ага. Видимо, сегодня мы не пойдем на пары.       — К черту пары, — Чимин сам не ожидал от себя такой фразы, как и Чонгук, который всегда думал, что блондин слишком ответственный.       — Давай селфичку сделаем…       — Зачем?       — Загрузим на наши страницы, чтобы они не переживали, куда мы подевались.       — А-а-а, ну давай!       Парни сделали несколько селфи, дурачась и смеясь, а потом по очереди отключились. Живая норвежская вода творит чудеса.

***

      Юнги недовольно посмотрел на пустующие кресла с левой стороны от себя и с правой. Хвала небесам, на месте был Намджун, и пришла Марисоль. К ним так же подсел Хосок. Целый день прошел довольно неплохо, но оба парня не отвечали на звонки и сообщения, так что Юнги немного нервничал. Первая мысль, которая посетила голову лиса, что у них какие-то проблемы. Ему очень не хотелось, чтобы Чимин и Чонгук ругались, потому что с ними он дружит больше всего. Марисоль не знала о волнениях Мина, так что просто сидела спокойно рядом с ним и время от времени перешептывалась с Хосоком.       Для Юнги Хосок казался очень доброжелательным парнем, который всегда вежливый и щедрый, а его еда в «Пеппер» просто изумительная. В последнее время они часто пересекаются и довольно неплохо ладят.       Когда пары закончились, Юнги увидел, что к преподавательнице по тотемологии подошел какой-то мужчина, и она, удивленно смерив его глазами, провела его в конференц-зал. Кто-то из студентов сказал, что это отец Тэхена. Мятноволосый просто смерил взглядом парочку на первом ряду и, взяв за руку сестру Чимина, вышел из аудитории. С глаз долой, из сердца вон!       — Госпожа Ха Ин Ра, — начал мужчина, как только за ним закрылась дверь в пустой аудитории, — Я отец Ким Тэхена.       — Приятно познакомиться! Что привело вас в университет?       — Не могу сказать, что мне тоже приятно… Объяснитесь, почему моего ребенка унижают? К тому же в присутствии остальных студентов? Вы вообще не уважаете личную жизнь? Для чего вы все это вывалили на моего ребенка, а сейчас сидите и ухмыляетесь? Я это так не оставлю! Я юрист, и в два счета вас выгонят из университета за ту вольность, которую вы себе позволяете! — Мужчина сорвался на крик, но женщине было как-то «фиолетово». Дождавшись, пока он закончил свои обвинения, женщина спокойно ответила:       — Во-первых, не кричите на меня, я преподаватель, а не ваш сотрудник. Во-вторых, ваш сын поступает как подлец, и то, что я говорила на парах, совершенно случайно открыло правду на его жизнь.       — Каким это образом? И с чего это он подлец? — прошипел Ким-старший и смерил женщину взглядом, полным презрения.       — Гм, расскажу вам то, что увидела я. И потом вы ответите мне, как бы вы поступили. Я начала пару по новому предмету, по программе, которую утвердило Министерство Образования, я начала рассказывать о тотемах, и одним из примеров были полярные лисы. Их особенность — видеть соулмейта с первого взгляда, создание стай и преданность. Так вот, одна из вещей, которая помогает сохранять уникальные виды, есть правило размножения. А именно, если мать или отец полярный или к примеру черный лис, то ребенок будет лисом, а если же нет, то природой заложена функция замещения, и соулмейтом будет именно лис, чтобы род не прерывался. Этим законам тысячи лет. На примере Юнги я сказала, что у его соулмейта кто-то из родителей лис, но ваш сын перебил меня и прокомментировал, что у соулмейта Мин Юнги среди родных нет лисов. Извольте, но против природы не попрешь, и я ему ответила, что, видимо, соулмейт Юнги не знаком с настоящими родителями.       — Но он только недавно узнал о соулмейте! Зачем вы вообще вмешивались в это?       — Господин Ким, видимо, вы не особо знаете о своем ребенке, ведь я после часа наблюдений все поняла, а вы - нет… Ваш сын отверг своего соулмейта, судя по всему, из-за романа с другим мальчиком. Насколько я знаю, Юнги перевелся из того же университета, что и Тэхен. Но представьте, каким было удивление Юнги, когда тот, кто его отверг и от кого он убежал, появился в Сеуле, причем в его же группе. И даже не один, а привел с собой своего парня. Ваш сын гепард, но ведет себя, как идиот. Мы живем в мире, где с тотемами считаются, а поведение Тэхена инфантильное и безответственное. Моего студента отверг соулмейт и каждый день мозолит глаза вместе со своим любовником. И уж простите мою откровенность, но, черт, променять полярного лиса, одного из самых красивых и верных существ в нашем мире, на куницу? И после всего увиденного, вы мне говорите, я была не достаточно вежливой с вашим сыном? Вы издеваетесь? Благодарите Юнги, что о поступке Тэхена не знают другие студенты или преподаватели…       — Но этого не может быть! Он сказал, что недавно познакомился с соулмейтом!       — Господин Ким, они знакомы минимум полтора года. Конечно, никто не осудит вашего сына за то, что он полюбил другого, но то что он издевается над своей родственной душой — это факт.       — Но мы его не так воспитывали! Он хороший мальчик!       — Давайте поговорим начистоту. Судя по всему, у вас пара не с родственной душой, но ребенок именно от нее. Подумайте, в каком свете вы подавали информацию о своем соулмейте, как вы объясняли Тэхену, почему вы выбрали не родственную душу. Дети - это наше отражение. Вы показали пример ребенку, что можно отказаться от судьбы и строить свою жизнь, как вам захотелось.       — Я познакомился с матерью Тэхёна, когда мне было шестнадцать лет. Все как по канону. Но к тому времени она была очень гулящей, и наш роман продлился недолго. Она ушла. И я поначалу не знал, что она беременна. А когда узнал, то забрал ребенка. Она не была против, ведь ее образ жизни был неправильным и ее интересовал только поиск любви. В то время, когда я принес Тэ домой, у меня уже была девушка, и она не отвергла моего сына. Ее соулмейт был душевно-болен и не хотел создавать пару, так что она осталась одна. Мы оба создали союз после того, как у нас не срослось с нашими соулмейтами. Но я ничего не знал о лисах и не думал, что Тэхен когда-то узнает правду.       — Я сочувствую вам, господин Ким. Но ваш ребенок воспринял вашу историю любви как знак, что соулмейты ничего не значат. Поговорите с Тэхеном. Мне жаль, что я открыла семейную тайну… Но еще мне жаль полярного лиса. Вы бы видели его испуганные глаза, которые смотрели на обнимающуюся пару вашего ребенка с любовником. Там было столько боли! Это ужасно!       — Но я не могу заставить Тэхена уйти от своего парня!       — Я вас об этом и не прошу. Просто научите его уважать свою родственную душу, и даже если он отвернулся от Юнги, то просто должен не причинять боль. И кстати, парень вашего Тэхена — куница. У куниц тоже есть одна особенность, о которой скорее всего Тэхен не знает.       — Вы о чем?       — У куниц есть природный инстинкт к соулмейтам. Они всегда, в ста процентах случаях выбирают соулмейта. И куницы - это всегда парни, а их соулмейты — всегда девушки. Своего соулмейта куница может найти только в момент, когда у девушки менструация. И еще одно… нет ни одной куницы на планете Земля, который создал бы пару с другим. Когда придет время, и Хан Сон Иль узнает свою родственную душу, то он уйдет от Тэхена, как бы его сейчас не любил. У них любовь к родственной душе на уровне ДНК, узнав ее — все мысли и вся жизнь будет принадлежать только самке. Так что ваш сын ходит по минному полю. И беда в том, что если Юнги найдет себе пару, а его природа позволит это сделать и продолжить род, то подумайте, что будет с Тэхеном, когда куница от него уйдет, а к Юнги путь будет закрыт?       — Но куница может и не найти родственную душу!       — Должна вас разочаровать. Природа построила их сообщество так, что соулмейты всегда живут где-то рядом друг с другом. В этом мире нет одиноких куниц, как и нет брошенных ими родственных душ. Это вопрос времени.       Мужчина сидел в шоке и не знал, что ему делать. Преподаватель вывалила на него столько информации, и этот груз как-то надо нести домой, надо поговорить с сыном. А как он воспримет все? Неизвестно. В итоге, он извинился перед женщиной и ушел, а Ха Ин Ра открыла документ с родословной Чимина и начала изучать его предков. Где-то там заложен ответ…