Obsessed

***

      Мастер по ремонту отопления что-то винтил, крутил и тихо причитал, какая же у него сложная судьба и работа. Мужчина с ушками енота выглядел, как настоящий специалист своего дела, но говорил он больше, чем работал.       Чимин сидел на стуле рядом, и ему хотелось пойти хоть куда-нибудь, только чтобы не тусить здесь. После вчерашней спонтанной дегустации алкоголя из Норвегии Чимин вообще ничего не ел, и живот болезненно сводило от голода.       В комнату вошел Чон и улыбчиво поприветствовал специалиста и сообщил, что батареи не работают во всем крыле общежития. А потом схватил Пака и потащил к себе.       — Мы куда?       — Ко мне! Я хочу тебя угостить вкусняшками. Ты завтракал?       — Неа. И не обедал, и не ужинал. Так что если ты накормишь меня, то я буду тебе очень, очень благодарен!       Чонгук довольно привел Пака к себе и усадил за стол. Сосед поздоровался с блондином и куда-то свалил, сообщая, что ночевать дома не будет, он не выносит холод и переночует у сестры.       — Так, сейчас еще придет Юнги, а то он обижался, что мы его не позвали утром. А пока я расскажу тебе о своих блюдах. Мин уже наслышан и не особо их любит, так что притащит пиццу. А ты вроде заценил мед, значит, и остальное, возможно, понравится.       Несмотря на то, что у Чона тоже не работали батареи, у него в комнате было куда теплее, чем у Чимина. Блондину даже пришлось снять худи.       — Почему у тебя теплее? В чем твой секрет?       — Я ведь не один живу. Соответственно, воздух теплее, потому что мы горячие парни.       — Ну, да. А какой тотем у Дживона?       — Он собака, а если точнее, то немецкая овчарка.       — Что кушать будем? — Чимин с интересом посмотрел на блюда на столе, и Чонгук уже хотел начать свой рассказ, как в комнату ворвался Юнги.       — Ах вы, два предателя! Уже ели без меня?       — Не, давай садись, я хочу Чимину рассказать о кухне моей родины, — Чонгук гордился своими корнями, и это чувствовалось в каждом его слове.       — Я взял три пиццы, вдруг вам надоест ваша странная кухня! — Юнги налил себе пиво в бокал и оторвал кусок пиццы, тем временем Чонгук взял кусочек хлеба и, положив на него слайс сыра цвета кофе с молоком, протянул его Чимину.       — Это норвежский сыр бруност. Его готовят из свежей творожной сыворотки и жирных сливок.       — Почему он такого цвета?       — Это варят, как ириски. Попробуй, — Чонгук тоже сделал себе канапе и с удовольствием проглотил любимую закуску, но не сводил глаз с блондина. Откусив первый кусочек, Чимин закрыл глаза и довольно промычал, — Вкусно?       — Ага, такой приятный вкус и аромат… Мой живот доволен, — Пак погладил себя по плоскому животу, и Юнги хихикнул.       — Дай ему что-то более калорийное, а то я смотреть не могу на то, какой он худой!       — Так, а теперь горячее блюдо. У нас очень популярна рыба и разные блюда из нее. Моя мама часто готовит треску, и я хочу угостить тебя тушеной треской с отварным картофелем и яичным соусом, — Чонгук открыл крышку на большой тарелке, и Чимин от аромата выкатил глаза.       Видимо, блондин все же проголодался, так что они начали поглощать ароматное блюдо. Тем временем Юнги кривился, глядя на изобилие норвежской кухни, а Чонгук сидел довольный и, кушая треску, налил в три стакана Норвежский глег.       — А это что такое?       — Это наш традиционный напиток, как глинтвейн, но намного вкуснее, — Чонгук подвинул к центру стола тарелку с имбирным печеньем и нарезку из голубых сыров с различными джемами. — Глег надо пить, закусывая печеньем или сыром с джемом.       Юнги взял глег, а вот сыр и печенье со специями - это не его фишка, так что, поморщив мордочку, он отхлебнул немного, но сразу же поставил стакан обратно.       — Не, это не мое. Простите. Мне лучше пицца, пиво, можно стейк.       — В другой раз, Юнги, — Чимин хихикнул, доедая последний кусочек трески на тарелке. В нос ударил аромат горячего винного напитка, и ручки сразу же потянулись к нему. Оказалось, что сыр сильнее открывает винный аромат напитка, а имбирное печенье подчеркивает специи и миндаль, которые были в составе глега.       — И на десерт — мультикрем. Это мой любимый десерт из ягод морошки и взбитых сливок. В классическом рецепте морошку перетирают с сахаром, но моя бабушка сахар не использует. Вместо него — вересковый мед. Попробуйте.       На столе красовались три креманки со взбитыми сливками и оранжевой морошкой сверху, что стекала красивыми янтарными струйками по белому десерту. Чимин смотрел на холодный десерт с вожделением и сразу же приступил к дегустации, Юнги довольно улыбался, глядя на хороший аппетит друга, и похлопал Чона по плечу.       — Видимо, Чимина надо угощать норвежской кухней, и тогда он хоть немного наберет вес. А то вся обычная кухня ему, что горох об стену.       — У него просто очень изящный вкус, в отличие от некоторых!       — Он еще просто не пробовал все эти извращения из рыбы. Не думаю, что он заценит.       — В другой раз попробует, а то после сливок рискованно такое предлагать, — Чонгук пихнул креманку Юнги, и тот, улыбнувшись, принял десерт. Все-таки десерты он любит. Правда, не так, как Чимин, но все же. — Кстати, что там сегодня было на парах?       — Ай, все по-старому, вы ничего не пропустили. Но приходил отец Тэхена, и они о чем-то говорили с нашим преподом по тотемологии.       — Думаешь, нажаловался на что-то?              — Это не мое дело. Не хочу думать о нем.       К вечеру батареи так и не починили, но комендант выдала обогреватели в комнаты, и это спасало студентов хоть немного. Чимин включил обогреватель, и теплые струи воздуха сразу же распространились по его комнате, даря приятное тепло. Спустя десять минут, в комнате была идеальная температура, и Чимин включил прибор на самую низкую мощность.

***

      Ха Ин Ра зашла в аудиторию, поприветствовала студентов и гордой походкой направилась на свое место. Все сидели тихо и не переговаривались, как это бывает на других предметах. Эта женщина вызывала страх у большинства учащихся.       — Сегодня мы продолжим разбирать тотемы. В прошлый раз мы говорили о полярных лисах и о фламинго. А сегодня мы поговорим о кобрах и акулах. Среди вас есть по одному представителю из этих семейств. Начну с вашей старосты.       — Акула. Обычно, этот тотем очень дерзкий, и ему сложно найти общий язык с кланами воздуха и земли. Но социум научил акул подстраиваться под правила, и сейчас они весьма дружелюбны. Акулы чаще всего женского пола и чаще всего создают однополые браки. Секс у акул такой же, как и лесбийский, но во время акта у партнера, который определяется как самец, выделяется не смазка, а семя, которое попадает на половые органы партнера и проникает в матку. Интересно, что у некоторых видов акул отмечены случаи партеногенеза, когда самка производила на свет потомство без участия мужской особи. По-видимому, это — своего рода защитный механизм от исчезновения вида за счет репродукции без участия партнера.       — Это связано со сложностями в поиске соулмейта. Часто родственная душа или слишком подавляющая или, наоборот, слишком амебная. Еще один интересный факт: беременность акулы длится пять-восемь месяцев, в зависимости от подвида. Все это время самка проводит в открытом море. К сожалению, некоторые не выживают из-за охоты браконьеров. Именно эта опасность толкнула правительство каждой страны создать специальные океанариумы для беременных тотемов из клана воды, где они могут провести свою беременность. Выживаемость в океанариуме девяносто девять и девять десятых процента, в то время как в океане или в море — шестьдесят процентов.       Староста группы опустила голову. Она знала о особенности своего тотема, но некоторые вещи ей было сложно принять. Например то, что ее соулмейт - это девушка с потока. Она неплохая, но акула не уверена, что они смогут создать семью.       — Следующий тотем — кобра. У вас это единственный представитель на потоке, Ким Намджун. Кобры очень серьезные особи и даже в детстве отличаются от остальных своей хладнокровностью. Опасность кобры в том, что, полностью превращаясь в тотема, они могут кого-то случайно… укусить. Человек после укуса кобры живет всего двадцать четыре часа, если ему не выведут яд из организма. Но в отличии от других змей, кобра всегда предупреждает, и человек или животное могут убежать. Обычно кобры не ищут себе, так скажем, проблем. Так что не думайте, что любая кобра сразу же побежит вас убивать. Обычно, кобрам глубоко плевать на остальных.       — Особенность кобры в том, что она всегда находит соулмейта в тотеме из клана воздуха. Никто не может объяснить эту особенность, но это факт. Вы, наверное, читали произведение «Песнь о соколе», в нем рассказ о соколе и уже, один восхваляет небо, а второй землю:

«…Смешные птицы!.. Но не обманут теперь уж больше меня их речи! Я сам все знаю! Я — видел небо… Взлетал в него я, его измерил, познал паденье, но не разбился, а только крепче в себя я верю. Пусть те, что землю любить не могут, живут обманом. Я знаю правду. И их призывам я не поверю. Земли творенье — землей живу я. И он свернулся в клубок на камне, гордясь собою…» ©

      — Возможно, это некая ирония Природы, что те, кто никогда не смогли бы летать, создают пару с теми, кто принадлежит Небесам. Размножение у кобры и представителя неба, как обычный половой акт у людей, а дальше все так, как я рассказывала вам в прошлый раз. Из особенностей: кобры - это, обычно, мужчины, они могут создавать как разнополые, так и однополые браки. Почти в 99% ребенок будет хищником и принадлежать клану земли. Кобры очень верные и не предают партнера. Если же они состоят в чей-то стае, то вы с уверенностью можете положится на этого человека, он всегда будет защищать вас.       Студенты внимательно слушали, кто-то записывал лекцию преподавателя, но никто не спал и не игнорировал ее рассказ. По правде говоря, такое сложно игнорировать. Ведь детям и школьникам никогда не рассказывают такие подробности о тотемах, и только студенты на третьих - шестых курсах могут подробно все изучить, узнать и исследовать свой род.       После окончания лекции студенты пошли на перемену, а Ха Ин Ра осталась в аудитории вместе с Чимином.       — Я изучила род твоей матери и проверила информацию до шестнадцатого колена. С ними все в порядке, и проблема скорее всего не в них. Но могу отметить, что линия матери наградила тебя очень сильными генами привлекательности и мощи. Например, твой прадедушка был, как и я — росомахой, а прапрабабушки были уникальными: арктический волк, ахалтекинская лошадь и бенгальский тигр.       — Насчет линии отца, я изучила часть, тоже до шестнадцатого колена. Твой отец подарил тебе невероятную силу, и это благодаря прадедушке кобре, прабабушке тасманскому дьяволу, прапрабабушка пятнохвост вообще фантастический тотем, который встречается раз в несколько столетий. А прапрапрабабушка вообще медоед, это практически бессмертное животное. В общем, я могу тебе сказать, что твое древо очень-очень крутое, и я восхищаюсь твоей родословной. Поверь, это бывает не так часто.       — Но есть подвох… Верно?       — Я не сказала бы, что это подвох. Скорее, серое пятно. Это линия главного праотца, чью фамилию ты носишь. Эта линия самая мощная, но с тем — самая таинственная. Я могу предположить, что если бы твой прадедушка, Сер Пак Чимин создал пару с соулмейтом, то у нее в вашем древе тоже стоял бы прочерк, и твой дедушка имел бы другой тотем, как и твой отец. И ты. Но не потому, что тотема нет, а потому, что он загадочный и не для посторонних глаз. Ты знаешь, как звали соулмейта твоего прадедушки, которая погибла при крушении «Титаника»?       — Да. Ее звали Аслог Мун, она родилась где-то в Северной Европе и жила в Англии. Но я больше ничего о ней не знаю. Единственное, что мне известно, это то, что прабабушка, на которой женился мой прадедушка после смерти соулмейта, тоже была родом из Северной Европы.       — Аслог… Гм, «обрученная женщина Бога».       — Не понял.       — Это норвежское женское имя, значит «обрученная женщина Бога». Я поищу в архивах ее имя и пройдусь по списку пассажиров «Титаника». Когда человек едет или летит, или плывет в другую страну, то всегда заполняет анкету с информацией о своем тотеме. Так распределяют кого куда можно определить, ведь есть опасные тотемы, и мир научился заботится о безопасности.       — А если о ней не будет информации?       — Тогда я буду изучать остальных. Но думаю, если мы узнаем ее тотем, то сможем понять в чем загвоздка, ведь прочерки закончились после того, как в роду появился не соулмейт.       Блондин поблагодарил преподавателя за помощь и ушел на следующую пару.       Необходимо было перейти во второе крыло университета, и он задумчиво направился по длинному коридору. Возле лестничной площадки он услышал странное рычание, и картина, которую он застал, заставила его на секунду застыть. Разъяренный Тэхен наполовину превратился в гепарда и рычал на зажавшегося в угол Юнги. Его маленькие белые ушки прижались к голове, а Тэхен кричал что-то о том, что тот ломает ему жизнь.       — Пожаловался моему отцу? Неужели так невтерпеж заполучить меня, что ты дошел до таких методов? — Тэхен ударил кулаком в стену рядом с Мином, и тот дернулся в ужасе.       Ким почти превратился, и от него исходила аура максимальной злости. Вокруг никого не было, и, видимо, Ким специально затащил туда полярного лиса. И если Пак на секунду замер, когда увидел угрожающую фигуру хищника над лисом, то после удара кулаком о стену Чимин кинул рюкзак и с разгона набросился на Кима.       Блондин не помнил, что происходило дальше. Он помнил только щелчок и яркую вспышку гнева из-за того, что кто-то угрожал Юнги. Руки сами сложились в кулаки и отбойными молотками избивали тушу гепарда. Правда, Тэхен тоже не промах, он превратился в гепарда полностью, и его зубы клацали совсем рядом с лицом Пака. К удивлению большой кошки, Чимин не испугался, а еще больше разозлился и схватив котяру за шкурку, с размаху швырнул его в стену.       Где-то приглушенно слышались крики Юнги. Потом топот чужих ног, крики преподавателей, студентов. Но гепард не сдавался, а у Чимина как будто отключилась функция страха. Единственное, что он помнил, это фраза Ха Ин Ра о его удивительных предках, среди которых была и росомаха, и медоед, и кобра. Удар за ударом, он крушил гепарда, который перешел грани дозволенного и пытался сделать больно полярному лису.       Последнее, что запомнил Чимин, это чьи-то крепкие объятия, а далее... темнота.