Глаза подобны Графу

В первый день после смерти Андрея Михайловича многим приходилось не сладко, в этот же день организовали общий сбор, посвящённый умершему учителю. Первые пару дней Антон винил себя в том, что не поехал с ним в больницу, ничего никому не рассказал, не остановил того мужчину, что вряд-ли бы получилось сделать, но голову не покидал странный вопрос: Какую, черт возьми, сумму нужно задолжать, чтобы тебя убили, не выходя ни на какой компромисс? Впрочем, сейчас это не так уж и важно. Похороны проходят достаточно плаксиво, что неудивительно, это ведь не праздник, а церемония погружения мертвого тела в землю, Шаст часто не понимал, почему делают именно так, ведь это даже оскорбительно в какой-то степени. Тебя погрузят в землю, закопают ею же, а через пару недель забудут, вспоминая лишь в важные даты. Антон боялся этого. Не смерти, а того, что его могут забыть. Уже через несколько дней он полностью восстанавливает свои силы и вновь отдаёт всего себя учёбе, как и было ранее, другой жизни он попросту не знал, ему внушили это родители, мол, сначала учишься, а потом всю жизнь работаешь на отца, так что парень был морально готов к этому. Честно говоря, в голове парня изредка проскакивала мысль о том, что к счастью никто не объявился чем-то грозить или даже убить парня как свидетеля конфликта. Всё вновь шло по единому кругу. Дом — учёба — дом — учёба. Сейчас была углублённая подготовка к экзаменам, из-за чего парню не удавалось выйти даже прогуляться, последние пару недель он жил именно так, лишь одним маленьким исключением была смерть профессора, тогда хотя-бы на кладбище довелось побывать. Возвращаясь домой он ужинает, снова садясь за конспекты до позднего вечера. Перемен хотелось просто невероятно, но у него не хватало сил выбиться из колеи. Он засыпает словно убитый, на утро все повторяется опять. Каждый раз, снова и снова одна и та же история, меняется лишь расписание пар, которое в сегодняшний день было особенно сложным, гармонию давало лишь то, что после учёбы его пригласили прогуляться, просто отдохнуть, это были несколько его знакомых, двое из его группы, один из параллельной, из-за такого события Шаст с нетерпением ждал окончания учёбы. Когда это всё же происходит, он и трое этих парней спускаются по лестнице вниз, прибывая просто в прекрасном настроении. К Графу в комнату зашёл Стив, и сразу начал подходить к кровати. Арсений услышал чужие шаги еще около комнаты и был готов в любую секунду, он достает пистолет из-под подушки, и резвым движением снимая его с курка наводит на лоб охранника. Когда старший уже повернулся к нему лично, легко вздохнул, расслабляя руку от чего она свисает на краю кровати, а пистолет болтается вместе с его ладонью. — Чего тебе, не видишь я сплю? — спросил зевая он и прикрыл глаза, поднимая ладонь переворачиваясь к телохранителю спиной, дальше обнимая подушку, а ствол лежал на другой стороне кровати. — У Антона была только что последняя пара, Вы хотели съездить к нему, сэр. Вы просили чтобы я вам напомнил, — выдыхая молвит Браун, позабыл слегка. Бывает, но не когда тебе могут снести за это голову. А когда босс вовсе его убрал стало полегче дышать и можно было расслабится. Стив смотрел в противоположную стену, лишь когда он отвернулся позволил посмотрел на самого Графа. — Ах да, вспомнил, — сказал задумчиво Арсений, а на вздохе взял паузу, — Готовь две машины и возьми пару людей, ток крепких, а то мало ли — поворачиваясь на живот от Стива, он закончил. Телохранитель уже ушел, а Граф только сел на кровать. От раннего утра, тот зевнул, что чуть не свело челюсть, а рука привычкой прикрывает рот рукой, глаза невольно прикрываются. Вместе с этим старший поднимается с кровати и побрел в ванную комнату. Умывшись и почистив зубы Арсений вышел из ванной и зашёл по дороге в гардеробную, где надел джинсы и черную рубашку с зашнурованными ботинками — бёрцами. Затем вышел из особняка и сел уже в готовую машину. Телохранитель завёл автомобиль и они поехали в сторону университета, за ним выехали ещё две темные машины. Несколько минут они были возле учебного заведения. Водитель припарковался, Арсений вышел из автомобиля, прошёл два шага от машины вперёд, охранники вышли следом и встали рядом. Они стали ждать когда выйдет Шастун, прекрасно зная как он выглядит, и по документам и видели лично. Посмеиваясь с очередной шутки одногруппниками Тоша немного кивает в такт собственного смеха. Они останавливаются на пару секунд, чтобы сфотографировать расписание на завтра, лично Шаст так делал ежедневно, иначе попробуй найти это чёртово расписание. Он выходит практически последний, поэтому не видит, что там происходит на улице, в то время один из первых парней молвил что-то по типу «пафосно выглядит» и остальные его поддержали. — О чём вы? — немного улыбаясь спрашивает он, пока вид, от которых парни были в восторге, он оказывается в поле зрения Антона. Улыбка с лица моментально уходит, его одолевает волнение, но он продолжал стоять в ступоре, хотя стоило бы бежать. Не знай он, что этот мужчина убил человека, да и вероятнее всего не одного, то отнёсся к этому совершенно спокойно, просто прошёл мимо, когда один из друзей оборачивается на него. — Эй, Антон, ты идёшь? — Парень на секунду прикасается к чужой руке, но тот не реагирует, из-за чего и остальные останавливаются, совсем не понимая происходящего. Когда Арсений увидел мальчика, он щёлкнул пальцем, рукой показывая на обьект, а сам сел обратно, словно ждал Шастуна. Складывая руки в крестик на груди, мужчина стал ждать. Браун пошёл к нему на встречу, и за ним еще пару парней, они были одеты в чёрных джинсах и футболках, на ногах кожаные дорогие ботинки, а у Стива было много татуировок оба рукава были забиты и сбоку черепа, был набит дракон. Все выглядели достаточно грозно. Всё происходило слишком быстро, даже в тот момент, когда на Антона шли три огромных парня он стоял в ступоре, до момента, пока не начали заводить руки за спину, тут ему моментально сорвало крышу, он начал вырываться и пытаться пнуть мужчину, — Сука, мне больно, — немного истерично вопит он, в то время как его друзья не понимают совершенно ничего, так как первые пару секунд это было похоже на шутку. Лишь один решился попробовать помочь, но его буквально отшвырнул как вещицу один из этих парней. Шаст продолжал кричать, в попытках оттолкнуть этого огромного парня, который одним движением заставил его ноги болеть. Прижав юношу щекой к машине, он связывает его руки, тот даже и не понял, откуда в его руках была верёвка. Это было последнее, что Тоша видит, ему натягивают на голову чёрный тканевый мешок и куда-то запихивают. Пространство было довольно тесное, из-за чего становилось ещё страшнее. — Отпустите меня, блять, я же ничего не сделал, — кричал он подобные фразы, пытаясь сделать что-то с завязанными руками, пока силы постепенно покидали тело. — Хватит кричать и так уже наорался на улице не так-ли? — улыбается старший, хоть парнишка даже не видел этого, — поехали, — сказал Граф. Последнюю фразу адресовано было телохранителю. На слова он завёл машину и тронулся с места. Поворачивая голову к юноше Граф закатил глаза, — Бедный, страшно наверно, какие-то мужчины запихали не пойми куда, — такая же дикая улыбка слегка со смешком в конце предложения, пытаясь напомнить с кем сидит студент. Его это забавляло даже слишком, — Давай быстрее, мы опоздаем, — Стив надавил на газ и ехал где-то 120 км/ч проезжая все светофоры и пешеходные на красный свет. Антону было просто невероятно страшно, а когда раздался до боли знакомый голос он замолк. Но не из-за того, что стало спокойнее. Этого человека он боялся больше любого его охранника, ведь если Шаст ещё жив, значит это было сугубо его решение. Ноги начинали дрожать, как и плечи, парень пытался сжать их, чтобы было не столь заметно, хотя кто ему в ноги смотрит, ей богу. «Опоздаем?» — цитирует в собственной голове парнишка, ведь стало ещё более страшно и тревожно, возможно они опаздывают на церемонию прилюдного убийства Антона Шастуна. Когда скорость машины увеличивается он вжимается в мягкое сиденье, обшитое кожей, он это чувствовал пальцами завязанных рук, теперь возникал страх слететь с дороги к чертям, ведь он слышал огромное количество сигналов от других мужчин. Спустя пару километров, они доехали до коттеджа, заехали в гараж который был в планировки вместе с домом. Когда машина остановилась Граф вышел и захлопнул за собой дверь. Обходя автомобиль открывает дверь уже парню и за локоть выпихивает младшего на асфальт гаража. Они проходят в особняк. — В кабинет его, — сказал грубо незнакомец и ушёл в другую комнату. Браун повернул Антона спиной к машине и снял мешок с головы. Взяв снова того за локоть, потащил подростка в кабинет Графа. По пути был виден кроваво красный ковер, настенные лампы, которые освещали проход, несколько зеркал на стенах и много животных — чучел, затем пару шкафов с книгами и маленькими скульптурами. Антон по еле видным вспышкам в глазах понимает, что они заехали в какое-то тёмное помещение. Он слышит звук дверей, через пару секунд веет небольшим ветерком, должно быть они в каком-то подвале или гараже, раз так холодно. Когда чья-то крепкая рука вытягивает его из автомобиля слезы резко перестают течь, он продолжает молчать. Когда он оказывается освобождён от слепого заточения, в глазах немного темнеет, но парень искренне рад, что может видеть. Возможно даже узрит последние секунды своей жизни. Вид куда-то ведущего амбала вызывал панику, ведь он мог убить Антона одним своим ударом, представляя подобное зрелище становилось жутко. Он непроизвольно осматривается по сторонам. Выглядит как убежище вампиров, довольно богато, он любил такой стиль, но сейчас думал совсем не об интерьере. Когда его пихнули в кабинет сердце замирает, Антон падает на ковер, приземлившись на колени. Парень боязливо оборачивается на Стива, а после начинает оглядываться.