Хижина

Прихрамывая на онемевшую ногу, Чонгук едва поспевал за Доктором. А тот словно и не замечал этого, — шёл себе и шёл, палкой помахивая. Даже не оглянулся ни разу, хотя порой и обращался к Чонгуку с вопросами. Зомби топал рядом с Доктором и вёл себя, в общем, как и положено зомби, — смотрел только вперёд, вопросов не задавал и вообще старался не привлекать к себе внимания. Поначалу Чонгук поглядывал на него с опаской и не вынимал правую руку из кармана, в котором лежал пистолет. Кто его знает, мертвяка этого, может быть, он только Доктора уважает, а к остальным людям испытывает чисто гастрономический интерес? Ведь если набросится, отбиться от него будет труднее, чем от трупов. А если укусит? В справочнике, вручённом торговцем, Чонгук читал, что укус зомби опасен только раневой инфекцией. Ещё не было случая, чтобы после укуса живого мертвеца человек превратился в зомби. А вот гангрена начиналась у каждого второго — мертвяки зубы не чистят. Да уж. Орф — это тебе не кино. В кино для того, чтобы убить зомби, достаточно пустить ему в голову пулю. Реальность куда пакостнее — чтобы мертвяк перестал представлять собой угрозу, его лучше всего расчленить. Истинный зомби, он как петух, — будет бегать даже с отрубленной головой. Хотя точный выстрел на некоторое время выводит его из строя. — Ты здесь по делу или так, собираешь, что под руку попадётся? — всё так же размеренно шагая, спросил Доктор. — По делу, — ответил Чонгук. Что за дело, Доктор спрашивать не стал. Деликатный. С другой стороны, для прогулки по лесу лучшего спутника, чем зомби, не сыскать. Он любую тварь, такую же, как и сам, Орфом порождённую, за версту учует… И всё-таки надо как-то от него отделаться. — Зачем к домам полез? — Что? — занятый собственными мыслями, Чонгук не сразу понял, о чём его спрашивают. — К домам, говорю, зачем полез? — Так… — В брошенных сельских домах всегда плачущие трупы прячутся. — Ну… — Какой-то ты неразговорчивый. Зомби на ходу обернулся и посмотрел на искателя. — Чего тебе? — зло рыкнул на него Чонгук. Мертвяк отвернулся. Странным был лес, по которому они шли. Вроде и на лес не похож. Вроде бы заросли вокруг такие, будто здесь отродясь никто не бывал. Но если присмотреться, можно было подумать, что деревья специально кто-то высадил ровненькими рядами, на одинаковом расстоянии друг от друга. — Здесь прежде был питомник, — словно угадал мысли Чонгука Доктор. — После первой вспышки фруктовые деревья мутировать начали. А после второго, когда Орф образовался, их вообще перекорёжило так, что и не узнать. Вот, гляди. Доктор на ходу сорвал с ветки какой-то плод и через плечо кинул искателю. Поймав плод, Чонгук порадовался тому, что на руках у него перчатки. Он держал на ладони красное, спелое яблоко, покрытое сантиметровыми шипами. — А есть эти фрукты можно? — Когда можно, когда нельзя, — ответил Доктор. — Они после каждой вспышки другими становятся. Лучше не пробовать. Чонгук размахнулся и зашвырнул колючее яблоко подальше. Неожиданно зомби остановился и поднял руку. Доктор сразу же скинул с плеча винтовку и настороженно глянул по сторонам. — В чём дело, Сиги? — Химера. Доктор оскалил зубы и произнёс что-то неслышно. Чонгук понял, что химеру Доктор не любит, и тоже снял автомат с предохранителя. — Ты уверен, Сиги? В этот лес химеры отродясь не забредали. — Это химера, — уверенно повторил зомби. — Взрослая? — Да. — Обойти можно? — Она уже почуяла вас. Ага, отметил про себя Чонгук, «вас», а не «нас». То есть зомби этой самой химеры не боится. Или он ей не интересен? — Что за тварь такая? — спросил шепотом Чонгук. — Плохая тварь, — Доктор с досадой цокнул языком. — Хитрая, умная и злая. А договориться с ней нельзя. Со всеми, у кого мозги есть, договориться можно, а с химерой — нет. Химера убивает всех, без разбору. Даже если не голодна. Чонгук затравленно глянул по сторонам. Суть твою, какая ещё химера?.. Вокруг — тишина. Ни единый листик не шелохнётся, травка не зашуршит. В справочнике что-то было написано про химеру. Но что именно?.. Непременно нужно вспомнить. Иначе как узнать, не морочит ли Доктор ему голову? — Док, я никого не вижу. — Ты увидишь химеру, только когда она оторвёт тебе голову. Если повезёт, конечно. — Почему мы стоим? — А что ты предлагаешь? — Ну… Не знаю… Может быть, забраться на дерево? Или попытаться уйти? — Бесполезно. Если химера выбрала себе жертву, она её уже не упустит. — Так что же делать? — Ждать. Возможно, химера пройдёт мимо. Видишь ли, поведение этой твари настолько непредсказуемо, что его невозможно ни понять, ни объяснить. В своё время я пытался заняться изучением химер. Но очень скоро понял, что ничего из этого не получится. Каждая химера обладает уникальными, присущими только ей одной качествами. Поэтому даже самые тщательные наблюдения за одной из особей ничего не дают для понимании другой. Кроме того, как я уже говорил, химеры категорически отказываются идти на контакт. Пожалуй, это единственное порождённое Орфом существо, наделённое разумом, с которым невозможно установить контакт, пусть на самом примитивном уровне. Чонгук слушал Доктора и не мог понять, говорит он серьёзно или специально для него пургу гонит. Как можно оставаться спокойным и читать лекцию, будто в институтской аудитории, зная, что где-то рядом прячется смертоносная тварь, возможно, уже выбравшая себе жертву? — Мне нет никакого дела до мыслительных способностей химеры. Я не собираюсь с ней в преферанс играть. У меня только один вопрос, Док. Каковы наши шансы? — Ответить на такой вопрос не просто, — Доктор в задумчивости помял пальцами подбородок. — Поведение химеры зависит от множества совершенно непредсказуемых факторов, как, например… — Док, — поднял руку Чонгук. Кончики пальцев дрожали от переизбытка адреналина в крови. — Мне глубоко наплевать на факторы, управляющие поведением химеры. Я просто хочу узнать, каковы наши шансы уцелеть в случае, если она всё же решит на нас напасть? — Практически нулевые, — Доктор улыбнулся. — Из нас троих уцелеет разве что Сиги. — Почему? — Мясо зомби, м-м-м… Как бы это правильнее сказать?.. Не совсем пригодно в пищу. — Оно тухлое, — уточнил Чонгук. — Не совсем так, — протестующе взмахнул рукой Доктор. — Скорее, оно подверглось очень жесткому режиму консервации. — Короче, мертвяка химера не тронет, — Чонгук едва ли не с завистью посмотрел на Сиги. Зомби стоял неподвижно, слегка наклонив голову к плечу, как будто к чему-то прислушивался. — Возможно, химера захочет с ним поиграть, — Доктор тоже посмотрел на Сиги. — Если она сыта. — Химера взяла наш след, — сказал зомби и начал снимать рюкзак. — Суть твою, Док! — почти в полный голос, дрожавший от страха и злости, закричал Чонгук. — Скажите же наконец, что делать! Вы же знаете эти места! Знаете эту клятую химеру!.. Ну, ведь должен же быть какой-то выход! — Жить хочется, — с пониманием кивнул Доктор. Чонгук скрипнул зубами. Он готов был пристрелить этого шутника. И непременно бы сделал это, наплевав на всё то барахло, что хранилось в доме на болоте, если бы не химера, спасти от которой его мог только Доктор. А Доктор тем временем взял у зомби рюкзак и, крякнув, попытался закинуть на спину. Ремень соскользнул с плеча. Сиги пришлось подхватить рюкзак и поддержать, пока доктор продевал руки в лямки. — Не тяжело? — участливо поинтересовался зомби. — Да уж донесу как-нибудь, — через силу улыбнулся Доктор. Рюкзак для него был явно тяжёл. Сиги посмотрел на Чонгука. Чего он ждал? Чтобы искатель поменялся с Доктором рюкзаками? Ну уж на фиг, усмехнулся про себя Чонгук. Своё барахло каждый сам тащит. К тому же он раненый. — Встретимся у камня, — сказал Доктор Сиги. — У камня, — подтвердил зомби. — Идём, — Доктор коротко кивнул Чонгуку и зашагал, ломясь сквозь кусты, так что ветки хлестнули бросившегося следом за ним искателя по лицу. Они прошли с полкилометра, когда сзади раздался низкий протяжный вой, от которого у людей мурашки побежали по коже. Чонгук вздрогнул и обернулся, держа автомат на изготовку. — Идём, идём, — не оглядываясь, будто у него глаза на затылке, позвал искателя Доктор. — До болот недалеко осталось, а туда химера не сунется. Не любит она сырость. — А если догонит? — всё же с опаской спросил Чонгук. — Не догонит, — уверенно ответил Доктор. — Сиги её задержит. — Сиги?.. Вот уж не думал Чонгук, что мертвяк остался для того, чтобы их прикрыть. — Ну конечно, — на ходу кивнул Доктор. — Не беспокойся, Сиги знает, что делать. Надо же! Использовать местное зверьё в своих интересах не мог, наверное, никто, кроме Болотного Доктора. Во всяком случае, Чонгук о таком не слышал. И искатели, и в особенности торговцы, с которыми ему приходилось общаться, в один голос твердили: увидишь мертвяка — стреляй! Хуже не будет. — Да уж, здорово вы своего мертвяка выдрессировали, — с невольным уважением произнёс Чонгук. Доктор остановился так внезапно, что Чонгук едва не ткнулся разодранной щекой в рюкзак на его спине. — Что? — посмотрел он на искателя. А у самого глаза — как щёлочки, лезвием прорезанные, того и гляди ледяными иголками выстрелят. Чонгук растерялся даже: с чего это Док обиделся? — Я про зомби, — он указал большим пальцем себе за спину, туда, где остался мертвяк. — Послушный он у вас. — Его зовут Сиги. — Ну да. Чонгук покосился на ствол превосходной бельгийской винтовки, направленный ему в живот. Случайно или намеренно? — Он не послушный, а умный. И он не мой зомби, а мой друг. — Ясное дело, друг, — кивнул Чонгук. А какой смысл спорить, если и без того видно, что Доктор свихнулся. Видно, совсем одичал на своём болоте. Вон живого мертвяка прикормил и теперь другом называет. Доктор ничего не ответил. Повернулся к Чонгуку спиной и дальше зашагал. Надо же, как всё неудачно складывается, думал Чонгук, следом за Доктором продираясь сквозь заросли. Не покусай его трупы, можно было бы сейчас завалить Дока. И никто бы ничего не узнал. Зомби далеко, да и если верить тому, что рассказал Док о химере, то позабавится эта тварь с мертвяком так, что он потом долго будет части тела по кустам и овражкам собирать. Черт с ними, с вещичками, что у сумасшедшего Дока в доме! Барахла, которым у него рюкзак набит, с лихвой хватит на то, чтобы выбраться из Орфа не с пустым карманом! Да, но если бы не было трупов, то и не шёл бы он сейчас вместе с Доком к его жилищу. А если бы не химера, то третьим бы в их компании был мертвяк. Н-да, парадокс, и так плохо, и эдак не хорошо.