На краю чаши весов

Утро Мириада Дэя началось весьма необычным для него образом. Всю дорогу на службу он наблюдал за тем, как небо затягивало свинцовыми тучами, и он внезапно подумал о таких же мрачно-серых глазах генерала Бэя. Сегодня ему предстояла встреча с начальством, на которую он одновременно хотел и не хотел идти. Накануне вечером они с его девушкой Мей долго обсуждали, по какой же всё-таки причине генерал выбрал именно его, да ещё и лично пришёл ему об этом сообщить. С одной стороны, его решение можно было легко объяснить тем фактом, что Мириад — лучший из лучших. С этим Мей никак не могла поспорить. С другой стороны, у генерала уже был помощник — Юлиус Кэй, весьма и весьма способный молодой человек. Каждый в управлении боялся его, пожалуй, даже больше, чем самого Стального генерала, за его пугающий и порой непредсказуемый нрав. Добавим сюда, что в группе Мириада было ещё несколько достойных этого места человек, и вот, при прочих равных условиях выходило, что он выделялся среди всех только тем, что все его знали как друга семьи Мэй, частично казнённой, частично объявленной в розыск совсем недавно. В итоге Мириад шёл к генералу с твёрдым осознанием того, что его выбрали только потому, что он мог быть полезен в поимке близнецов Мэй. Сейчас он единственный на Тариме, кто связан с ними больше всех остальных, включая друзей семьи и коллег их родителей. Пусть так, бежать куда-либо не было смысла, сопротивляться и отнекиваться тоже. Наконец построение закончилось, и Мириад отправился на четвёртый этаж здания Правительства Тарима, в личный кабинет генерала. Четвёртый этаж не сильно отличался от прочих этажей здания: в коридоре царила атмосфера всеобщего аскетизма, присущего каждому жителю Тарима, изредка разбавляемая массивными дверьми и декоративными растениями. Спустя несколько минут Мириад добрался до кабинета. Сняв с головы чёрную фуражку и поправив волосы, он занёс руку, чтобы постучать в высокую дверь с грозной табличкой «Генерал А.Бэй». Дверь немедленно, буквально в ту же секунду (Мириад даже не успел убрать замершую в воздухе руку) отворилась. Из-за двери на него смотрела пара внимательных карих глаз, прикрытая чёрной длинной чёлкой. Аккуратный вздёрнутый нос и тонкие плотно сжатые губы дополняли этот невыразительный образ человека, привыкшего к решительным, а порой и к крайне жёстким поступкам. Гладко отутюженная серая форма с блестящими пуговицами выдавала в нём Юлиуса Кэя — того самого, которого боялись все вокруг. — Мы вас ждали, — монотонно проговорил он. Порой он создавал впечатление скорее машины, нежели человека, причём машины не такой безобидной, как стиральная или записывающая мысли, а такой, что способна на всё. Юлиус открыл дверь и отошёл от неё, всем своим видом показывая, что Мириаду лучше поскорее зайти. Так Мириад и поступил. Войдя внутрь, он очутился в просторном светлом кабинете: простом и приятном, наполненным множеством книжных шкафов и карт, с большим монитором на одной из стен, на котором в данный момент отображались самые актуальные данные всех ведомств Правительства Тарима. Посреди кабинета стоял длинный стол с множеством стульев, по всей видимости, для переговоров, который был приставлен к массивному рабочему столу, за которым в уютном зелёном кресле сидел сам генерал. Юлиус, с неприятным щелчком закрыв за Мириадом дверь, отправился в самый тёмный угол кабинета за свой собственный, довольно компактный рабочий стол, загромождённый большим количеством старинных папок и бумаг. «Странно… Не думал, что кто-то ещё пользуется чем-то подобным. Скорее всего, это данные из Архива», — подумал Мириад, и совсем скоро он убедится, что оказался прав. А пока Аарон Бэй перевёл на него тяжёлый взгляд своих невероятных глаз. Мириад тут же вытянулся по струнке и приложил кулак левой руки к груди. — Мирные лета Тариму, генерал Бэй! — отчеканил он приветствие. Ладони его вспотели от волнения, а голубые глаза задрожали. Сейчас Мириад снова мысленно молился всем богам во Вселенной, чтобы это был самый обычный перевод между ведомствами и ничего больше. Но в этот раз боги, проведение или сама судьба были явно не на его стороне. — Это лишнее, — спокойно сказал генерал. — Садитесь, капрал. Генерал жестом указал на ближайший к нему стул. Мириад выдохнул и сел на указанное ему место. За большим окном с чёрными рамами наконец-то пошёл дождь. В кабинете приятно пахло старой бумагой и маслами, происхождение которых Мириад не в силах был определить. Генерал внимательно наблюдал за ним. — Капрал, я уверен, что если вы хоть на йоту столь же проницательны, как о вас говорят, вы уже догадались, почему я пригласил сюда именно вас, — после этих слов генерал поставил локти на стол и сложил руки в замок возле лица. Он явно ждал ответа, и Мириад, к несчастью или нет, знал его. — Потому что я друг семьи Мэй, — выдавил из себя он. — Хм, догадался об этом, но всё равно пришёл… Хотя выбора всё равно не было, — задумчиво, скорее самому себе проговорил генерал. — Видимо, вы очень уверены в себе, раз поступили так. Хвалю. Амбициозность и грамотная оценка собственных сил всегда приводят исключительно к положительному результату, за что ни возьмись. Может, хотите чего-нибудь выпить? — Чаю, не откажусь от простого чая без сахара, — ответил Мириад. «Если предстоит допрос, почему бы не сделать его чуточку приятнее для себя?» — Отличный выбор. Юлиус, чёрного чая. И разлей на троих. — Мне тоже нужно его пить? — угрюмо спросил Юлиус. Его бледное лицо выражало просто непостижимый уровень презрения ко всему чаю во Вселенной. — Возможно, именно из-за того, что ты так не любишь чай, мне и придётся поменять тебя на Дэя. Непостижимо, чтобы мой помощник не пил столь древний напиток. — Да я и не против, — пробурчал себе под нос Юлиус. Заправив длинные чёрные волосы в хвост, он медленно двинулся за чайным сервизом. «Держит он его здесь явно не из-за расторопности», — подумал про себя Мириад, отметив также слова о том, что им хотят заменить Юлиуса. Неужели это правда? Его хотят просто завербовать как полезную Ищейку ради поимки близнецов Мэй, или всё же как нового помощника генерала? — Итак, Мириад, если ты позволишь так себя называть, — парень слабо кивнул, ему и самому было неудобно, что генерал обращается к нему на «вы». — Я хотел бы посвятить тебя в суть происходящего. А после ты ответишь мне всего на один вопрос. Только один. Что же, любую историю следует рассказывать с начала, так поступлю и я. Как ты наверняка знаешь, силы на Тариме появились благодаря вмешательству древних богов, ныне почитаемых во всех наших храмах. Вас учат, что боги одарили таримцев особыми силами за их миролюбивость и покладистость, но мало кто знает, что это нет так. Силы появились в результате банальной невнимательности этих богов, или, правильнее сказать, пришельцев — токрумов. Да, они не боги, а просто чужаки, прибывшие в нашу Вселенную из своей через брешь пространства-времени, но… опустим это. Главное, что силы у нас появились случайно, и это очень важно. Какое-то время токрумы наблюдали за тем, как сила проявляла себя на Тариме, и помогали жителям, однако вскоре им пришлось покинуть планету, оставив после себя сущностей. — Моя любимая часть, — с придыханием проговорил Юлиус, расставляя чашки на стол. Его глаза за полуопущенными веками мерцали в полутьме мрачного кабинета. Мириад при этом чувствовал себя странно: он ожидал чего угодно, только не лекции об истории Тарима, пусть и весьма альтернативной. — Кхм, — генерал хмыкнул и отпил несколько глотков горячего чая. Видимо, он и вправду очень любил этот напиток. — Да, моя тоже. Так вот… Сущности в целом похожи на людей, они и выглядят как первые пророки Тарима. Токрумы специально выбрали для них этот облик, чтобы люди их не боялись. Однако сущности не такие, как мы: они живут вечно, им нельзя причинить вреда, и они очень, очень много знают. Их оставили, чтобы поддерживать равновесие между силами восстановления и разрушения. Знаешь, для чего это было нужно, капрал? Мириад покачал головой. Нигде и никогда он не слышал о том, что такое равновесие сил. Ему в целом было не очень интересно изучать особенности владения силой: ни он, ни Мей ею не обладали. Из всего его окружения только Кристо и Терра были одарены способностями, но и тех можно было считать особенными, по ним оценивать точно было нельзя. — Что ж, — генерал еле заметно улыбнулся. — Так даже лучше. Всё дело в том, что именно равновесие сил влияет на поведение граждан Тарима — мирные они или жестокие... Пусть это звучит странно, но это так, такое вот интересное побочное действие. Если нарушить равновесие или баланс, как тебе угодно, это может привести к трудно обратимым последствиям… И мы нарушили его. Предупреждая твой вопрос, мы — это всё Правительство Тарима, включая Духовенство. Давным-давно потомков тех самых первых пророков обязали призывать сущностей, чтобы те помогали восстановить баланс. Видишь ли, они не занимаются этим всё время, предоставляя людям определённую свободу действий. Одним из таких потомков был мой прапрапрадед — весьма любознательный человек. Из интереса он решил спуститься в храм на дне океана, в котором «спали» сущности, чтобы изучить их, и в итоге нашёл что-то вроде планшета с записями, оставленными токрумами. Много лет спустя ему удалось перевести их, и это изменило всё. Силы — не дар, а ошибка; мирный нрав — не особенность, а побочный эффект. Теперь верхушка Духовенства знала правду. Знания помогли им разобраться в том, что такое равновесие, как его разрушить, и как быстро восстановить. В этот же момент на Тарим посыпались обвинения в том, что мы специально удерживали наших детей от участия в войнах; нас посчитали опасными! Тогда и пришёл конец нашему терпению. Теперь мы знали, что из вечных вассалов могли и сами стать господами и диктовать свои правила. Отстаивать не чью-то правоту, а нашу собственную. Пусть не все были с этим согласны, и всё же большинство глав Правительства прежнего Тарима выступили «за». Был составлен особый секретный план, требующий очень много времени на его реализацию. Не просто годы, а целые века. Благодаря предположениям токрумов мы узнали, что если баланс сил нарушить, сами силы, скорее всего, тоже изменяться. Способность лечить, — в этот момент генерал с силой сжал свой кулак, — станет способностью убивать. И теперь мы знаем это наверняка. Мириада уже тошнило от потока нескончаемой информации. Он не понимал, что происходило, то и дело обдумывая то, о чём ему рассказывал генерал, не в силах поверить в это. Постепенно к нему приходило осознание того, зачем с ним вели этот разговор, отчего сердце его раз за разом пропускало удары. Он знал, что силы граждан Тарима стали слабее по сравнению с прежними временами, но чтобы настолько всё изменилось? Сейчас он корил себя за невнимательность. Генерал тем временем продолжал: — Пусть ты уже устал, Мириад, мне необходимо, чтобы вся эта история осталась в твоей голове, — генерал сделал акцент на последнее слово. Юлиус при этом негромко хмыкнул, его руки дрожали, будто в предвкушении чего-то. — План состоял в следующем: нарушить равновесие под предлогом необходимости введения «Закона о вторых детях среди чистокровных» и обратить силы вспять. Дальше, наблюдая за постепенно нарастающими изменениями, как только они достигнут своего апогея, произвести на свет ребёнка с силой разрушения. Из-за дисбаланса его сила будет значительно мощнее обычной, однако её можно увеличить ещё, пусть пока неизвестно, каким образом. Этим вопросом у нас занимается Юлиус. — Пока понятно, что это какое-то красное вещество, — вставил он. — Ради этого пришлось весь архив прошерстить. Сами токрумы, видимо, решили умолчать о том, что это, из-за осторожности. — Да, я тоже с этим согласен, — продолжил генерал. — Весь план должен был привести к созданию могущественной армии во главе с сильнейшим из существующих смертных, способным по щелчку пальцев уничтожать целые планеты… И вот, в наш продуманный план ворвалась семья Мэй со своими близнецами. — До этого мы убивали всех рождённых в обход закона детей, — с совершенно непроницаемым лицом сказал Юлиус. Было несложно поверить, что он лично курировал этот вопрос. — Но им удалось скрыть ребёнка. — Да, пришлось скорректировать план. К счастью, близнецы появились не намного раньше запланированного нами времени. Избранным должен был стать мой собственный ребёнок, но теперь им будет Терра Мэй. Сделать её своей гораздо полезнее, чем убивать, — серые глаза генерала Бэя опасно блеснули. — Сейчас, когда ты знаешь всё необходимое, Мириад, я задам тебе вопрос, о котором мы говорили ранее. Ты знаешь, для чего я тебе всё это рассказал? В этот момент за окном, будто по заказу самого генерала, ослепительно сверкнула молния. Грозовые раскаты пронеслись сквозь напряжённую тишину кабинета. Числа и буквы на огромном мониторе на стене сменяли друг друга в бесконечной веренице абсолютно бесполезной сейчас информации. Генерал Аарон Бэй поднялся со своего места, чтобы встать ровно напротив Мириада. Он терпеливо ждал его ответ. Юлиус рядом напрягся всем телом, однако было совершенно непонятно, для чего именно: чтобы ударить, встать или заварить ещё чаю? Мириад сжал кулаки так сильно, что побледнели костяшки пальцев. Голова казалась совершенно пустой. Всё, о чём он мог думать, было: «Надеюсь, Мей сразу догадается обо всём и сможет остановить меня!». Мириад поднял на генерала озлобленные глаза. Он всё знал. Он всё понял ещё тогда, когда вошёл в кабинет. Назад пути нет. — Знаю. — Информация в твоей голове такая же ценная, как и ты сам, Мириад. Будет легче, если ты не будешь сопротивляться, но… ты ведь и сам это понимаешь, — генерал резко повернул голову к своему помощнику. — Юлиус, приступай. — А вы не пойдёте смотреть? — с досадой спросил Юлиус. Он схватил Мириада за локоть железной хваткой, из которой Мириаду даже при всём желании уже сложно было бы выбраться. — Нет, я уже не раз это видел, — спокойно ответил генерал. — Буду ждать твоего скорейшего появления в наших рядах, Мириад. Парню многое хотелось сказать напоследок, но он понимал, что гневные выкрики ни к чему не приведут, такое поведение только в фильмах смотрится круто. Поэтому он послушно встал со стула вместе с Юлиусом, так и не проронив ни единого слова. Последнее, что увидел Мириад прежде, чем Юлиус отвёл его за ещё одну едва заметную дверь в углу кабинета, была довольная улыбка генерала. Пока всё шло точно по его новому плану. На электронную почту Кристо спустя несколько дней после этого случая пришло срочное сообщение. Оно появилось с зашифрованного канала. Сообщение гласило: [Кристо, будь осторожен. Мириад пропал. Даже в Управлении никто не знает, где он. Мей.]