Hope you don't regret it Надеюсь ты не жалеешь

Декабрь подкрался совершенно незаметно, официальная дата встречи в нормандском формате наконец была объявлена. 9 декабря в Париже — Макрон сам предложил место встречи. Президент Украины не хотел даже уже и спорить, Путин наконец согласился пойти на контакт, а это много стоило. Мероприятие было организовано в поистине европейских масштабах, с самого трапа самолёта его встретили вспышки камер, журналисты облепили каждый сантиметр аэропорта Парижа, словно рой пчел. Охраны президента Украины просто не хватало, чтобы разогнать толпу папарацци. Зеленский не сразу понял, что произошло, но в одночасье его окружили еще пять крепких мужчин, они вели его быстро, тот едва успевал за ними. — Господин президент попросил нас доставить вас в Елисейский дворец. — произнес один из охранников. Эммануэль точно знал, что Владимир в Париже. Иначе не могло быть. Действительно, с появлением охраны Эммануэля он оказался быстрее в машине и уже на полпути к резиденции. Заснеженный вечерний Париж завораживал президента Украины. Проезжая возле Эйфелевой башни, Владимир ощутил непонятное чувство внутри, будто этот город стал родным для него. Ощутить себя рядом с Макроном — стало для него синонимом к слову безопасность. Эммануэль протянул ладонь для рукопожатия и тот ответил на него. Альфа сделал то, чего от него многие и не ожидали, обнял Зеленского, а после повел во внутрь. — Я ощутил твою мольбу о защите от журналистов, — быстро шепнул президент Франции, когда они оказались в близком контакте. — Доверься мне. — Хорошо, — успел ответить Владимир. Войдя в холл, Зеленский чуть не задохнулся от обилия запахов людей, его в тот же момент замутило. Макрон заметил дискомфорт своего коллеги. Черт, нельзя, чтобы другие увидели гаранта Украины в таком уязвимом положении, поэтому подумав секунду, француз повел Вову в одну из пустых комнат. Усадив мужчину на диван, сам Эммануэль присел на корточки, прямо возле лица. Он начал бить по щекам, чтобы привести украинца в чувства. — Черт, Владимир, почему ты не сказал, что не переносишь запахи? — злился Макрон. Из-за этой не уточненной информации, коту под хвост могла пойти вся конференция. — А кто-то стал бы подстраиваться под меня? — ухмыляется Зеленский, глядя прямо в глаза мужчине. Ему становилось чуть легче, пока он находился в этом месте, где не было такого количества запахов. С детства Вова не переносил огромного количества людей, от них воняло, а мальчик в тот момент задыхался и буквально едва мог оставаться в сознании. Эммануэль встал и быстро достал из кармана брюк телефон, быстро на нем что-то напечатав он положил его на стол. Обернувшись снова к омеге, альфа произнес: — Ради тебя я бы сделал все. Через несколько минут, в течении которых Макрон держал в объятиях Зеленского, в кабинет зашла миловидная омежка, которая принесла аэрозоль противоаллергенного подавителя. Президент Франции поблагодарил помощницу и сказал ей идти работать дальше. Быстро вставив лекарство в ингалятор, Эммануэль повернулся к Владимиру. — Открой рот, мне надо чтобы ты вдохнул его, поверь станет намного лучше. После встречи останешься у меня в гостевой комнате, — произносит гарант конституции Франции и аккуратно подносит ингалятор к Владимиру. Тот вдыхает и ему становится легче. — Спасибо, Эммануэль, но я не могу остаться у тебя. Мои вещи в отеле, — пытается отказать Вова. Но Макрон решает идти с козырей. — Мои люди уже выехали за твоими вещами, мой дорогой, — от него не веет угрозой, только бесконечное желание помочь. — Отзови их, Эммануэль, — твердо отрезает Зеленский, и француз к большому удивлению слушается и нажимает что-то в смартфоне. Больше они заговаривают. Выходят они ко всем за пять минут до начала встречи. Конечно же они извиняются перед остальными. И если же Ангела тактично не стала как-то отзываться, то Владимир Путин уже несколько раз мысленно успел унизить президента соседней страны. Президент Украины держался очень уверенно, высказывал свое мнение. Лидеры Франции и Германии прислушивались к мнению Владимира. Россиянин же был настроен очень скептично к вопросам, которые прямо задевали их отношения с Украиной. Когда настала очередь уже подготовленной конференции с журналистами, их рассадили в разных частях зала. Эммануэль разместился ближе всего к Владимиру, перед тем как сесть за свое место, гарант Франции похлопал коллегу по плечу выражая поддержку. Зеленский молчаливо кивнул тому. Молоденькая девушка подняла руку, и Вова улыбнулся ей, разрешая вопрос. — Господин Зеленский, всю мировую общественность интересует, почему вы — омега по рождению, решили разрушить стереотипы и возглавить целую страну? — вопрос был до безумия наивным, об этом уже спрашивали много раз. Людям всегда нравится копаться в чужом белье. Вновь одарив девушку улыбкой, Владимир пододвинул тонкий микрофон к себе, чтобы дать ответ. — Я устал от стереотипов, всю жизнь я боролся с угнетением омег, как людей. Мне больно видеть несправедливость и ужасное отношение наших чиновников к простым людям. Я пришел, чтобы изменить мир и не оступлюсь, — произносит Владимир твердо и четко. Он смотрит чуть дальше сквозь толпу журналистов, что окружает место Эммануэля. Француз смотрит на него в ответ, прожигая своими голубыми глазами каждый участок тела президента. От него сочится гордость и полная уверенность в словах Владимира. Короткий удар током под кожей заставляет дернуться украинца. Прошивает на миллисекунду, но этого хватает, чтобы осознать одно. Эммануэль Макрон — его истинный. Ответив еще на пару вопросов, Владимир в спешке сворачивает свою конференцию ссылаясь на легкое недомогание. Уходит с вечера он быстрее, чем француз успевает почувствовать подвох. Конечно же блондин знал о том, что он был его альфой. Только истинные могли чувствовать аромат, если омега находилась в течке под подателями. — Черт, — ругается Володя, когда на его телефон сыплются сотни сообщений от Эммануэля. Можно же просто проигнорировать? Ведь так. Но он сам набирает одно сообщение. «Как давно?» Проверено. Набирается сообщение. «В ту нашу ночь. Когда твой запах умолял защитить тебя» Владимир поднимает глаза, стоя в туалете своего номера в отеле. Уже слишком поздно. «Когда собирался мне сказать?» Секунда тишины. Телефон вибрирует. «Честно. Никогда. Если бы ты сам не захотел отметиться. Все что захочешь» «Ты не тронул меня тогда, потому что ты мой альфа, хотя имел полное право поставить метку. Почему не сделал этого?» «Потому что ты важнее» Владимир ничего не отвечает. Потому что не может представить, что это происходит наяву.