Отчаянный шаг

Мин Юнги из богатой семьи, наследник огромных земель и компаний. Его семья на устах у каждого третьего жителя Южной Кореи. Ему сейчас тридцать лет, серьёзный, умный и красивый альфа с белоснежной кожей. В свои годы он успел окончить два высших заведения и возглавить головные филиалы семейного бизнеса. У него хорошее чувство юмора и не обделён харизмой, поэтому легко находит общий язык с людьми. Семья Мин большая и дружная: старший брат-омега, у которого своя семья — прекрасный муж и сын-альфа; и две младшие сестрёнки-беты с очаровательными румяными щеками. Они всегда устраивают семейные ужины, делясь новостями и достижениями. В основном, говорят неугомонные близняшки — беты, стараясь перетянуть всё внимание семьи на себя. А взрослые только смеются и умиляются. В один из таких весёлых вечеров в кругу семьи, им приходит посылка. Так как вечер, из прислуг остался только дворецкий мистер Чао. Высокий щуплый бета в возрасте и с моноклем в правом глазу. Он приносит главе семейства стопку писем и удаляется с энергичными близняшками в западное крыло дома. — Отлично, семья Чхве, Пак и Сон приглашают на обед. Юнги, тебе повезло, столько красивых цветников у этих семей и все образованные, — радуясь, проговаривает отец Мин. — Вовсе не повезло, как мне выбрать одну или одного единственного среди всего этого цветника? — бормочет наследник, распластавшись на полу. — Для этого и идём в гости, чтобы ты мог выбрать и не спешить с решением. Позволь сердцу сделать выбор. Ох, жду не дождусь внуков! — лепечет глава семьи и потирает ладони в предвкушении. Даже в современном мире они чтят традиции и потому родители выбирают пару своим детям, но без жёстких рамок. Отец Мин с женой познакомились на свадьбе, живут вместе уже больше сорока лет и они влюбились друг в друга только после истечении двух лет после официального торжества. У них четверо детей и один внук, что сильно радует их. Также их старший ребёнок. Омега вышел замуж за своего дорогого мужа когда ему было двадцать семь и через год уже родил замечательного альфочку. Муж тоже из богатой семьи и до сих пор вместе, уже более четырёх лет. Они возглавили компанию в восточной части Сеула. И вот, пришла пора остепениться и Юнги. Он не спешил со свадьбой, был занят своим образованием и укреплением владений. Привлекал иностранных партнёров, расширял свои компании и заводил полезные знакомства. Но и ему стало не хватать обычного тепла рядом, заботы и ласки, поэтому дал согласие на брак отцу. И вот, Юнги стоит возле поместья Пак. Он много раз бывал здесь на званых вечерах и светских вечеринках, но ещё никогда так не волновался. У него даже ладони вспотели. Он приехал вместе с родителями. Они знакомы с четой Пак, но с омегой не встречались никогда, что странно. Их пригласили в большую просторную гостиную, где на столе было много кушаний. Юнги сильно волновался и кусок в горло не лез. Он выпил лишь стакан холодной воды и старался взять себя в руки. Чета Пак приветствовала их как подобает, с дарами и радушием. Отцы семейства много болтали, их супруги тоже нашли общие темы, а Юнги сидел, уставившись в одну точку. Как-никак эта встреча может изменить его жизнь. У него запланированы ещё несколько обедов и хочется показать себя лучшим, самым лучшим и достойным омеги. И тут, он замечает тишину, тихие охи-ахи и поворачивает голову к родителям, которые уставились позади него. Он немедля разворачивается и застывает. Перед ним невысокий стройный блондин с голубыми глазами, пушистыми ресницами, плюшевыми щеками и пухлыми губами. Он в лёгкой нежно-лиловой рубашке и белых брюках. Такой воздушный и мягкий на вид, со смущённым взглядом и румянцем, что Юнги забывает, как дышать. Омега медленно приближается, становится перед ним и кланяется в знак приветствия. Он заторможенно кланяется в ответ и снова стоит истуканом, а омежка, опустив взгляд, тоже топчется на месте. — Юнги, — шепчет отец и дёргает его за рукав пиджака. Он часто моргает и приходит в себя, прокашлявшись, наконец, отступает в сторону и позволяет омеге пройти к дивану. Пак наливает всем чай и ставит угощения по тарелкам, затем садится на самый край дивана и сложив на ноги свои крохотные руки, вновь опускает глаза. Юнги всё это время наблюдал за ним, за его ловкими движениями, за его красивым профилем и стройным телом. Глаза омеги блестели, уголки губ — чуть вздёрнуты вверх, а глаза — небесно-голубого цвета, в которых таятся целые звёзды и галактики, проезжались по нему на несколько секунд. Юнги был заворожен его красотой и ужасно захотел узнать получше. Родители болтали, Паки расхваливали умения сына: что всё, что находится на столе его рук дело, как и все накидки на мебели. Мины радовались и стали делать комплименты юному омеге, который залился пышным румянцем. Юнги всё ещё не сводил глаз с него, наблюдая за каждой эмоцией на лице прекрасной омеги, всё больше влюбляясь в очаровательнейшее создание. — Пускай молодые познакомятся поближе. Юнги отведи Чимина в сад, пообщайтесь, — предложил отец Мин. А альфа стушевался, но взяв себя в руки, встал и подошёл к омеге, так и не поднявшему голову. Юнги протянул ему ладонь и внимательно следил за его лицом. Омега медленно поднял голову и посмотрел прямо на него. Мин вновь утонул в бездне глаз напротив, а когда маленькая ладошка коснулась его, он чуть ли не умер на месте. Его рука была маленькая, пухленькая и умещалась в его так компактно, смотрелась так правильно и была такой тёплой на ощупь. Юнги начал осторожно поглаживать нежную кожу руки и замер, смотря ему в потрясающе красивые глаза. — Кхм, Юнги? — их снова прервал его отец, который глазом указал на двор. Альфа пришёл в себя, осторожно сжал руку омеги и легко потянул на себя. Чимин поднялся на ноги, не сводя с него глаз и поклонившись старшим, позволил увести себя. Выйдя на свежий воздух в сад, куда их проводил один из слуг, Юнги, наконец, начинает здраво мыслить. Руку омеги так и не отпустил, легонько поглаживал и сжимал, наслаждаясь близостью. Омега не смотрел на него, но глаза блестели, губы застыли в лёгкой улыбке и появилась некая дрожь в руке, что покоилась в ладони Мина. Альфа не мог оторвать глаз от столь красивого профиля. По пухлым губам иногда проезжался юркий язык, после которого они приглашающе блестели. Юнги не мог понять, что один человек может так повлиять на него и вызывать в нём бурю чувств. Альфе хотелось, чтобы этому омеге было хорошо, спокойно, свободно; чтобы он хорошо кушал, спал, веселился и был просто счастлив-здоров. Тут ладони начали потеть, поэтому Юнги осторожно выпустил мягкую руку из своего захвата. Альфа заметил беседку в центре сада и захотел провести время с омегой там. — Вы не против, если мы посидим в беседке? — слегка хриплым и шепелявым голосом спросил Мин. Омега слегка дёрнулся, но повернув к нему голову, кивнул. Они уселись в просторную милую беседку, вокруг которого росли благоухающие цветы, неся за собой удивительный аромат. Юнги глубоко дышал и вдыхал этот манящий запах. Он хотел много всего узнать про Чимина, если не всё, но между ними возникла неловкая тишина. Омега сидел и смотрел впереди себя, а Юнги снова не мог оторвать взгляд с прекрасного человечка. Как можно быть таким притягательным, грациозным и умопомрачительным? Юнги вспомнил, что он надел сегодня семейную брошь Минов на удачу — сработало, однако! Он копошится во внутренней стороне пиджака и открепляет тяжёлую золотую брошь с драгоценными камнями и смотрит на то, как он переливается на солнце — поразительно красиво! — Держите, Чимин, это доказательство того, что я намерен на вас жениться, — заставляя омегу покраснеть ещё больше, выпаливает Юнги. Чимин встречается с ним взглядом и даже не моргает, его удивительно красивые глаза расширяются и сам выглядит таким удивлённым, что альфа немного улыбается. Омега не спешит, он переводит свой взгляд то на альфу, то на брошь в его руке. Ведь, по традиции, после первой встречи не обязательно что-то решается. Это случается после того, как альфа познакомится со всеми омегами и сделает свой выбор намного позже. А Пак — первый кандидат в мужья. — Я понимаю, что это быстрое решение, но я уверен, — понимая всю ситуацию и удивление омеги, говорит Юнги. Принять фамильную ценность означает согласиться. А её дарят на предсвадебной подготовке, когда уже назначена дата свадьбы и молодые оба согласны. Альфа не сводит глаз с недоумённого взгляда омеги и не спешит, давая свободу выбора. Но он очень сильно хочет, чтобы Чимин принял его дар. Когда он опускает руку с брошью, омега осторожно кладёт свою ладонь поверх его. Он улыбается альфе и берёт фамильную драгоценность, заставляя Юнги широко улыбнуться и резко встаёт. — Спасибо, Чимин, я не разочарую вас в качестве спутника жизни, — светясь от счастья, кланяется омеге под углом девяносто градусов. Чимин тушуется. — Господин Мин, не надо… — своим нежным голосом заставляет альфу выпрямиться. Омега смотрит на него так взволнованно и мило, что Юнги не прочь и поцеловать его. — Просто Юнги, Чимин-и, или хён. Тебе ведь только двадцать пять? Я старше на пять лет, поэтому зови меня Юнги или хён, — светится альфа, когда видит нежный румянец на пухлых щеках. — Хорошо, хён, — шепчет омега, вызывая у альфы дикий рой бабочек в животе и сердечек перед глазами. — Эту брошь носил мой прапрапрадедушка и с тех пор она переходила из поколения в поколение. Надеюсь, ты будешь носить её с удовольствием. — Я буду беречь его, спасибо, — лепечет Чимин, вызывая всё больше умиления и радости. — Я бы очень хотел узнать тебя поближе. Чимин, пойдёшь со мной на свидание? — взволнованно спрашивает альфа. Омега выглядит смущённым, но смотря ему прямо в глаза, кивает. Юнги радуется как ребёнок и снова хочет поклониться, но не желает доставлять Чимину неловкости. — Ты не против встретиться завтра в пять вечера? — спрашивает альфа, а получив кивок, он чувствует себя на седьмом небе от счастья, — отлично, я заеду к пяти, Чимин-и! — Я буду ждать, Юнги, — улыбаясь отвечает омега, отчего альфа отвечает ему со всей своей искренностью и улыбается. Они ещё долго сидят в приятной тишине, наблюдая за закатным солнцем и природой. Юнги мечтает проводить много времени с омегой, ходить под ручку, смеяться вместе, строить будущее… будущее с такой омегой точно будет прекрасным. Альфа уверен. Он снова смотрит на омегу, который почувствовал его взгляд и посмотрел на него в ответ. Они долго сверлят друг друга, находя в этом моменте очень интимное и родное. Альфа тянет руку и сжимает мягкую ладонь в своей. Омега сплетает с ним пальцы и улыбается, вызывая трепет и частое сердцебиение у альфы. Наслаждаясь обществом друг друга, когда солнце уже село, они неспешно идут в сторону дома, держась за руки. Их встречают радостные лица родителей и когда они вступают на порог дома, мигом устремляют всё своё внимание им. — Ну как, молодые, хорошо провели время? — спрашивает хозяин поместья. — За версту видно, что хорошо, Ёнджэ, не приставай к ним, — Мин-старший толкает в плечо своего друга и хохочет. — Ну что ж, пора и честь знать, нам было в радость провести время у вас, дорогие. А молодые пускай решают свои дела сами, — отец Юнги встаёт и пожимает руки супругам. — И мы были счастливы принять вас, надеюсь будем видеться чаще, — отвечает альфа Пак. Молодые, не разлепляя рук, идут в сторону ворот поместья, пока старшие весело болтая, шагают впереди них. — До встречи завтра, Чимин-и, — альфа нежно касается губами наружной поверхности кисти и закрывает глаза от приятных ощущений. Омега стоит так близко, его ресницы так и трепещут, умиляя альфу внутри. — Спокойной ночи, Юнги, — шепчет Чимин, смотря с какой нежностью альфа потирается носом о его ладонь. — Спокойной ночи, Чимин-и, — шепчет альфа в ответ. Они снова смотрят друг на друга. — Кхм, Юнги, — через некоторое время, отец вновь зовёт его, спуская с небес на землю. Альфа нехотя отрывается, оставляя невесомый поцелуй на руке и садится в машину, не сводя глаз с омеги, который тоже смотрит на него. Обменявшись улыбками, Мины уезжают. — Что ж, Юнги, ты сделал отличный выбор, омега очень хозяйственный и милый, — говорит мама. — Да, — отвечает сын, не отходя от впечатлений от своего будущего мужа, поворачивает голову, наблюдая как омега всё ещё стоит на том же месте и смотрит на него. Альфа улыбается и коротко машет, омега тоже поднимает руку и улыбнувшись, уходит к родителям. — Я влюбился и намерен жениться на нём, — твёрдо говорит Юнги. — Так это же чудесно, хотя и другого от тебя не ожидал. Ты выглядел очарованным и пожирал его своим взглядом, я аж пожалел его на минутку, — смеётся отец. — Готовьтесь к свадьбе, я дал ему брошь, — сообщает альфа. — Что? — в один голос спрашивают Мины. — Я доказал свои намерения и менять не собираюсь, откажите другим в приёме. Уже нет надобности, — вспоминая своего милого ангела, говорит Юнги. — Но, сынок, ты же знаешь, что брошь должен был отдать только перед свадьбой! — восклицает мать. — Какая разница, перед торжеством я подарю ему семейный комплект из чёрного золота, а эту брошь, я не мог не отдать, — проговорил Юнги, отвернувшись к окну, вновь стараясь увидеть Чимина. Весь путь и вечер он думает об омеге — о нежных мягких руках, маленьких пальцах, улыбке и глубоких голубых глазах. *** Утром альфа тщательно готовится к свиданию. Он надевает лёгкую тёмно-зелёную рубашку и джинсы. Планирует весь маршрут и остаётся доволен. К назначенному времени, он подъезжает в поместье Пак. Мин выходит из машины и ждёт омегу, предвкушая свидание. Чимин выходит в белой майке с прозрачной накидкой и джинсах. Его голубые глаза ярко светятся и блестят, а губы растягиваются в лёгкой улыбке, стоит увидеть альфу. Юнги рад, что у них похожий наряд и улыбаясь открывает дверь омеге. Альфа не отрывает взгляд от него, поражаясь и любуясь его неописуемой красотой. — Здравствуй, Чимин-и, превосходно выглядишь, — немного взволнованно говорит Юнги. — Здравствуй, хён, — смело улыбается Пак. — Спасибо, ты тоже. Юнги радуется чересчур ярко и кланяясь, приглашает сесть в машину. — Какую музыку предпочитаешь? Можешь выбрать любую на свой вкус, Чимин-и, — предлагает Юнги. — Хорошо, — и включает радио. Альфа улыбается и заводит машину. Они едут под песни, выбранные омегой и весело переглядываются время от времени. — Мы приехали, этот наш участок, также, как и близлежащий лес, — говорит Юнги, помогая омеге расстегнуть ремень безопасности. Чимин охает и смотрит на обширную чистую поляну, за которым раскинулся густой лес и замечает большой тент, а под ним расстеленный плед с корзинкой на нём. — Идём, — сказав это, Юнги нежно берёт его за руку и ведёт к пледу. Альфа, отпустив руку омежки, начинает выуживать из корзинки провиант: свежие булочки, сладкие круассаны, несколько салатов, бутербродов, тарелка с ягодами, фруктами и овощами, сырная и мясная тарелки, и бутылки с соком. Всё красиво сервирует под острый взгляд омеги. — Присаживайся, Чимин-и, — и Юнги протягивает ему подушку. — Спасибо, хён, — шепчет омега и садится. — Можешь приступать к еде, если что-то хочешь, говори, хорошо? — говорит Мин. — Хён, расскажи про себя, — кидаясь на мясную тарелку, просит Чимин. Юнги умиляется его аппетиту и начинает рассказ. Омега внимательно слушает и жуёт еду. Они мило болтают, узнавая друг о друге. Альфа слишком счастлив проводить время с его омегой и не терпится поскорее пожениться. Пак Чимин — двадцатипятилетняя омега, наследник сети IT и биотехнологических компаний. Имеет высшее IT-образование. Его мать научила готовить и всему, что должна уметь каждая омега. У него много друзей, любит активный отдых и конный спорт. После трапезы и долгого общения, Юнги приглашает его прогуляться по лесу. Протягивает ладонь и улыбается, когда омега кладёт свою руку. — Эту землю специально покупали для меня и моей будущей семьи. Она пока пустая, но я хочу построить дом и всё обустроить по своему желанию, — взволнованно начинает Юнги. — И потому, спрашиваю тебя, Чимин-и, ты разрешишь позволить тебе сделать с этой землёй и лесом, всё что тебе заблагорассудится? Это будет и твоим домом, я хочу, чтобы тебе жилось в уюте и комфорте. Омега удивлённо и шокировано смотрит на альфу, его пухлые губы разомкнулись, но слова не идут. А глаза расширились и уставились на него. — Прошу, Чимин, теперь всё моё - твоё. Абсолютно всё, — прижимая его руку к своей груди, шепчет Юнги. — Хорошо… я согласен, Юнги-я, — отвечает омега, смущённо улыбаясь и кивая ему. Альфа радуется и смеётся, обнажая свою десневую улыбку. — Я рад, безумно. Спасибо, Чимин-и. — Сказал Юнги, вызывая румянец и милую улыбку омежки. *** У них уже вошло в привычку каждый вечер ходить на свидания. Альфа всегда забирает его в пять вечера и привозит в десять. Они ходят на романтические киносеансы, прогулки по набережной, яхте, лодке, вертолёте. Юнги возит его кататься на лошадках и учится любить всё то, что любит омега. Чем больше альфа узнаёт своего жениха, тем больше влюбляется в него. Он узнал каким бывает Чимин, когда ему весело, как красиво звонко смеётся, как появляются милые ямочки, что невозможно оторвать глаза, как исчезают его глазки, превращаясь в очаровательные полумесяцы при смехе. Узнал каким бывает серьёзным, так как стал свидетелем своего жениха за работой: лицо становится каменным, взгляд острым и сосредоточенным, иногда покусывал свои пухлые розовые губки, а маленькие пухлые пальчики быстро перебирали клавиши. Юнги полностью растворился в своём будущем муже. Будь они в индийском фильме, он бы пел и танцевал вокруг своей омеги, посвящая ему песни и стихи. Родители встречались ещё пару раз обсудить детали свадьбы, подбор даты и заказов. Такие совместные вечера были очень весёлые и много говорили, что их сыновья идеально подходят друг другу. Они даже распланировали их медовый месяц, чуть ли не подравшись за место проведения. Остановились на Европе, тридцатидневное путешествие в классах Люкс и все остались довольны, особенно молодожёны. Женихи светились от счастья и находились в предвкушении семейной жизни. *** Это их тридцатое свидание, сегодня альфа решился сделать важный шаг. Он снова приехал в пять вечера и ждал своего жениха. Юнги нервно постукивал по рулю, не зная как отреагирует омега. И тут, альфа замечает Чимина, что вышел из дома в одних лёгких бордовых шортах и свободной бежевой рубашке, что развевался по ветру, представляя омегу воздушным и пушистым. Как всегда со своей обворожительной улыбкой и машет ладошкой в приветствии. Юнги расплывается во влюблённой улыбке и идёт навстречу. Омега останавливается возле его машины и выжидающе смотрит. Альфа медленно приближается к нему, смотря прямо в глаза и улыбаясь во все тридцать два зуба. — Добрый вечер, мой ангел, — Мин, взяв его маленькую руку в свою и поднося к губам, нежно целует. — Добрый, Юнги-я, — шепчет омега, не отрывая глаз от действий старшего. Они долго стоят и милуются, не смея отрываться. Альфа не перестаёт целовать и гладить столь нежные крохотные руки, любуясь очаровательным румянцем и смущённой улыбкой. — Прости, я снова поддался чувствам, не смог устоять перед тобой, — дрожа шепчет Юнги, смотря на искрящиеся глаза и любимую улыбку. Наконец, оторвавшись, он усадил омегу в машину и они незамедлительно уезжают. — Юнги? Мы приехали в твой… наш участок? — удивлённо проговаривает Пак. — Да, сегодня ровно месяц как мы были здесь. Это очень много значит для меня, — взяв его за руку, Юнги снова начинает их расцеловывать. Они вновь идут к подготовленному пледу и садятся. Юнги придвигается намного ближе к нему, начиная кормить фруктами и ягодами, слыша удовлетворённый смех и видя радостную улыбку. — Я сам могу, Юнги-я, ешь сам, — с безумно милой улыбкой и нежным голосом говорит омега. — Как только буду убеждён, что ты сыт, так сразу и покушаю, — посмеиваясь, отвечает альфа. Омега тоже не отстаёт, он подносит к его рту кусок мяса и силой давит на губы, а Юнги, сдаваясь, пробует протянутую еду. — С твоих рук всё вкусно, Чимин-и, — смотря и умиляясь виду, говорит альфа. Омега лишь смущённо улыбается и продолжает жевать еду. Когда с едой покончено, альфа зовёт свою омегу прогуляться по лесу, где уже начинают включаться фонарики, так как начинает темнеть. Он пригласил омежку сесть на скамью. Они ещё болтают некоторое время и альфа, наконец, решается. — Я счастлив, что ты мой жених, Чимин-и. За всё время, что мы вместе, я влюбляюсь в тебя ещё больше. Я никогда себя так хорошо не чувствовал. Рядом с тобой ничего не страшно, — взяв маленькую дрожащую руку, он вновь поцеловал её, отмечая влажный взгляд жениха. — Юнги, — прошептал омега. — «В твоих глазах тону, как в море.
Клянусь любить и в радости, и в горе». Сказав это, он припал к пухлым, мягким и безумно вкусным губам. Поцелуй такой лёгкий, нежный, содержащий так много чувств. Юнги, почувствовав дрожь омеги, отстранился, смотря в бесконечно любимые глаза. — «Пройдём по жизни вместе мы с тобой, 
С любовью чистой, нежной и большой». Дрожа всем телом ответил омега, вызвав в альфе столько чувств, сколько он и не думал испытать. Его переполняет от эмоций: от крайне счастливого до бессовестно счастливого. Поэтому, не удержавшись, начал сцеловывать маленькое сладкое личико и ловить губами счастливую улыбку омеги. А тихий стон жениха, привёл Юнги в ярый восторг и ещё большее счастье. Через некоторое мгновение, поцелуй перетёк в страстное русло. Альфа, буквально пожирал рот омеги, вызывая мычание и стоны. Он сходил с ума от сладкого и трепетного ответа, от разрядов тока по всему телу, от такого невозможно изумительного человека напротив. Изголодавшийся Мин ещё долго не переставал целовать растаявшего Пака, что льнул к нему всем собой, нежно гладил по руке и крепко держался за него. Когда оторвались, Юнги поймал ошалелый взгляд глубоких голубых глаз, опухшие и расцелованные губы, слюну, что стекала по подбородку и горячее дыхание, что делили один на двоих. Альфа ещё раз расцеловал всё его лицо и упёрся лбом о лоб омеги, закрывая глаза и усмиряя своё возбуждение. Когда оба успокоились, оторвались друг от друга и начали приводить себя в порядок. Они ещё раз обошли всю территорию их будущего дома, всё время держась за руки и отвлекаясь на лёгкие озорные поцелуи. — Едем, крошка, — прошептал Юнги и потёрся носом о его нос, следом оставив поцелуй на сладчайших губах. Получив кивок и ещё один поцелуй, они, наконец, уезжают. Приехав к дому Пака, они ещё долго сидят и не хотят прощаться. Время уже давно перевалило за десять, но им хоть бы хны. И тут, от альфы не ушло сонное состояние своего возлюбленного, потому поспешил попрощаться. — Ты устал, солнышко, тебе нужно отдохнуть. Я приеду завтра в три часа, пораньше закончу и сразу к тебе, — нежно гладя мягкую, тёплую, нежную щёку, сказал Юнги. Омега, ластясь к нему, кивает и тянется за поцелуем. Подарив ещё кучу нежных ласк, они, наконец, прощаются.