Феникс во льдах

Я просыпаюсь от лёгких касаний. Холодные пальцы мягко трогают мои волосы. Это ощущается так уютно, что не хочется открывать глаза. Я и не стала этого делать, постепенно возвращаясь в сознание. Перед глазами прокручивались события вчерашнего вечера. Мне удалось убедить Тёмного Лорда в том, что моя жизнь полна страданий и страхов, что я сломлена и не намерена бороться. У нас получилось! Осталось дело за малым — продолжить занятия по окклюменции и докопаться до воспоминаний, которые оставил Гарри. И тут меня словно ударило молнией: Волан-де-Морт велел письмом сообщить отцу, что я теперь невеста Люциуса Малфоя. Я резко открываю глаза и поднимаюсь. И тут же жалею об этом: тело ноет от боли, в глазах потемнело. Чувствую лёгкое головокружение. — Не рекомендовал бы вам столь резких движений, — услышала я голос мистера Малфоя. Меня коснулись руки и уложили на подушки. — Потерпите пару минут, я схожу за зельями. Мадам Помфри сказала, что их нужно принять как только вы очнетесь. — Постойте! — мой голос кажется чужим, хриплым и низким. — Вы же не отправляли сову отцу? — Повисшая тишина напугала меня. — Мистер Малфой? — Я думаю, нам стоит поговорить об этом чуть позже, — его голос отливал сталью. — Сперва вам нужно прийти в себя и принять зелья. Мадам Помфри удалось предотвратить последствия заклятия, но нужно закрепить результат. Я прикрыла веки, из-за головокружения всё равно не могу нормально рассмотреть хоть что-то. Слышу удаляющиеся шаги. В тишине продолжаю думать о вчерашнем вечере. Если Волан-де-Морт решил отдать меня Малфою, значит, это и был план Снейпа. Он догадывался о намерениях Тёмного Лорда, поэтому и решил, что мне нужно показать ненависть к мистеру Малфою. Я не перестаю удивляться его продуманности, единственное, что мне до сих пор не понятно — на чьей они стороне. За время нашего сотрудничества я не раз задавала себе этот вопрос, но не нашла ответа. Снейп убил Дамблдора, но зачем? Возможно, я смогу ответить на эти вопросы, лишь добравшись до закрытых в моём сознании воспоминаний. Сейчас нужно прислушаться к себе, к своему состоянию. Полуживой я никому не помогу, нужно восстановиться и продолжить действовать. Самое страшное позади. Мистер Малфой мне не навредит, пока это не потребуется, в этом я убеждена, а брак можно и отложить, по крайней мере уверена, что всё закончится быстрее, чем дойдёт до этого. Слышу приближающиеся шаги, матрас слегка прогибается от дополнительного веса. — Я принёс несколько зелий, нужно принять всё сразу. Они соединятся с вечерними зельями и закрепят результат, — мягко проговорил мистер Малфой, я легонько кивнула. Он слегка поправил подушку и помог мне приподняться. Потом по одному вливал в меня зелья. Вкусы были не из приятных, я поморщилась. Почувствовала, как последнее зелье начало согревать горло — это скорее всего для восстановления голосовых связок. Когда мы окончили приём лекарств, мистер Малфой встал с кровати и сказал: — Вам нужно полежать ещё пять минут, чтобы зелья подействовали правильно. Я буду ждать вас в гостиной. Не открывая глаз, снова легонько кивнула и расслабилась. Тепло постепенно распространялось по телу и грело изнутри. Мистер Малфой покинул комнату. Интересно, несмотря на то, что я ему вчера наговорила, он не перестаёт заботиться обо мне. Стоп. С утра он был со мной… Неужели он провёл всю ночь подле меня? Я помню мягкие касания и уют, что чувствовала утром. Я ощутила, как щёки обдало жаром. Не стоит делать поспешных выводов, может, мадам Помфри попросила его проследить за моим состоянием, он же говорил что-то подобное, что нужно было подать мне зелье как только я проснусь. Не буду надумывать лишнего, как и сказал мистер Малфой — мы обо всём поговорим чуть позже, нужно восстановиться. Переживать пока ещё не из-за чего. Минуты тянулись долго. Чтобы хоть как-то занять себя, я считала секунды. По исходу времени в первую очередь открываю глаза. Я в своей спальне, здесь царит лёгкий полумрак, так как шторы закрыты. Потихоньку присаживаюсь, мышцы свело лёгкой судорогой, но терпимой. Немного посидев, слезаю с кровати и иду в душ. Нужно привести себя в порядок. После душа подхожу к зеркалу, на теле всё ещё видны синяки и царапины, их количество изрядно увеличилось после встречи с Волан-де-Мортом. Лицо не затронуто и, мне кажется, это заслуга мадам Помфри. Вернувшись в спальню, я взяла палочку и решила избавиться от россыпи кровоподтеков и ссадин. По очереди залечивая их, я чувствовала облегчение, будто вместе с ними избавлялась от того кошмара, который мне пришлось пережить. Как только закончила, то убрала волосы в хвост и переоделась в удобную одежду. Когда я спустилась в гостиную, в первую очередь заметила поднос с завтраком. Не дожидаясь приглашения, я села в кресло и приступила к трапезе. Пока я ела, мистер Малфой читал «Пророк» и не обращал на меня внимания. Как только я закончила, появился домовик с новым подносом, на котором были чайник и пара чашек. Домовик составил на поднос грязную посуду и оставил нас с мистером Малфоем наедине. Он отложил газету и разлил чай. Я взяла свою чашку и вдохнула аромат, он был мягким, с лёгкими цветочными нотками. Сделав глоток, поняла, что это ромашка. — Я подумал, что этот чай подойдёт для нашей беседы, — разрушил тишину мистер Малфой. — Я читала, что ромашка действует как успокоительное, — констатировала я, на секунду на его лице мелькнула улыбка. — Исходя из этого можно предположить, что беседа не из приятных. — Вы верно мыслите, — он сделал глоток и мягко продолжил: — У меня для вас неприятные новости. Я напряглась. Пауза затянулась. По лицу профессора я поняла, что произошло нечто ужасное. Мысленно я готовила себя к худшему. — Рано или поздно вы узнаете, и я решил рассказать все сам, потому что отчасти виноват, — в его глазах читалось сожаление, вперемешку с сомнением. — Не буду тянуть. По приказу Тёмного Лорда пока вы были в руках мадам Помфри, я отправил письмо вашему отцу. — Сердце пропустило удар, я выжидающе смотрела на мистера Малфоя. — Он… Мисс Уизли, думаю, вам стоит прочесть это, — произнёс профессор, протягивая мне газету. Трясущимися от волнения руками, я взяла «Пророк» и начала листать страницы. Наконец увидев колдографию отца, жадно начала читать: «Сегодня, в пять часов утра, неподалёку от Министерства Магии было найдено тело Артура Уизли, известного Предателя крови, служившего в Отделе по ограничению применения волшебства к изобретениям маглов. Предполагается, что это было самоубийство…» Газета выпала из рук, я не смогла читать дальше. Отец мёртв. По щекам ручьями потекли слёзы. Из-за меня он не выдержал… Нет-нет-нет. Мой папа! Мой любимый папочка! Он столько пережил, это стало последней каплей для него. Дочь выходит замуж за врага. Что если бы я успела написать ему первой и предупредить? Вряд ли бы это сильно изменило ситуацию, ведь отец давно потерял вкус к жизни, но всё же… Я не могу в это поверить. Нужно собраться! Папе будет там лучше, он будет вместе с мамой, но… Чёрт! — За что он так со мной? Что я ему сделала? — прошептала я в пустоту. — Зачем он отравляет мою жизнь? Я же обычная девушка, которая жила своей жизнью… Почему он так зациклен на том, чтобы испортить мне жизнь? Волан-де-Морт. Во всём происходящем его вина. Он знал, что новость о браке добьет отца, поэтому и потребовал от мистера Малфоя послать чёртово письмо. Закрыв глаза, я заковала горечь на замок, постаралась убрать все эмоции, оставляя только трезвый рассудок и холодность. Я подняла взгляд на профессора, его глаза были полны сожаления. — В произошедшем нет вашей вины, — натянуто улыбнувшись, я попыталась убедить его. — Всё к этому шло, и Тёмный Лорд знал об этом. Будь на вашем месте кто-либо другой, это было бы сильным ударом для папы. — Джинни… — Я не приму извинений за то, в чём вы не виноваты! — решительно отрезала я. — Он поплатится за это. За всех моих родных! — Месть — не лучший путь… — Я знаю! — вновь получилось резко. Я закрыла глаза и, выдохнув, продолжила. — Я не позволю мести затмить мне дорогу. Буду мудрее и хитрее. Путь к победе всегда тернист и может бить по самым незащищенным местам; если Темный Лорд намерен сломить меня этим, то придётся его огорчить — у него ничего не выйдет. Время лечит любые раны. По крайней мере конец всегда один — кто-то умирает. Гостиная погрузилась в тишину. На щеках постепенно высыхали слёзы. Отец сам решил покинуть мир, я не виню его в слабости. Он давно погиб, ещё в тот день, когда потерял маму. Последнее, что являлось мотивацией его жизни — относительная безопасность детей. Мы не говорили ни разу после Битвы, так как он перестал участвовать в моей жизни. Я была готова с ним попрощаться, но не так. Внезапность события выбила меня из колеи. В последний раз дав мыслям об отце плавать в сознании, я поймала их и заковала на замок. Нужно встретиться с Джорджем и всё обсудить. Я не видела его ни среди Пожирателей на балу, ни когда меня пытали. Также я не видела Перси. У меня появились вопросы, которые я хотела бы задать братьям. По чуть-чуть отпиваю чай и с каждым новым глотком отправляю горечь как можно дальше. Тишина в гостиной способствует концентрации. Меня это не трогает. Не волнует. Не сейчас. Жизнь слишком скоротечна, дабы скорбеть. Он не желал бы этого. Я сильная. Впереди ещё масса нерешённых дел, мне нужно собраться. Допив чай, смотрю на профессора. Его взгляд отрешён. Мне есть что обсудить с ним: — Мистер Малфой, — тихо позвала я, он повернулся ко мне. — Я хотела сказать вам, что это было неправдой. Всё то, что я успела вам наговорить перед балом, — добавила я, встретившись с непониманием в его глазах. — Вы не трус и не слабак. Вы смогли пробиться через убеждения, которые навязывались в вашей семье веками, и начать свой путь, не опираясь на прошлое. Вы сильный человек. — Спасибо, мисс Уизли, — на его лице заиграла лёгкая улыбка. — Не знаю, как у вас всегда получается найти нужные слова для человека. Я вызвала Питтса и попросила ещё чаю. Мне хотелось вдохнуть аромат кардамона. Как только домовик появился с новым подносом, я разлила чай и, протянув кружку профессору, спросила: — Что будет дальше? — Пока не знаю. Я ещё не встречался с директором. Могу лишь предположить, что мы продолжим заниматься окклюменцией, только направим наши занятия исключительно на просмотр закрытых воспоминаний. Это ничуть не легче преображения, так как при вскрытии замков придётся переживать потаённые страхи и то, что могло быть неосознанно спрятано. Вы невольно закрыли воспоминания мистера Поттера слишком глубоко, придётся тщательно с этим поработать. Боюсь, мы не обойдёмся без успокоительных зелий. Я шумно выдохнула. Чёрт. Это может занять слишком много времени. Ладно, они знают, что делают. — Мистер Малфой, а как это выглядит? — встретившись с немым вопросом, дополнила. — Легилименция. — Это сложно объяснить… Я могу вас научить, но, как и в окклюменции, здесь нужна тренировка. Я задумалась, вряд ли мне суждено стать великим легилиментом, но это полезный навык, возможно, стоит поучиться хотя бы азам. А ещё мне нужно нагрузить себя чем-то новым… — Мы можем попробовать прямо сейчас? Конечно, если у вас нет дел, — дополнила, опомнившись. Мистер Малфой задумался: — До обеда ничего срочного. Директор предложил встретиться после него, думаю, мы можем попробовать. — Он встал с дивана и прошёл за него. — Для начала встаньте лицом ко мне. Я оставила чашку на столике и встала напротив профессора. — Сперва вам стоит понять, что искусство легилименции чрезвычайно сложно и требует множества интеллектуальных и психологических затрат, — начал профессор. — Начнем с определения самого предмета. Легилименция — умение извлекать чувства и воспоминания из чужого ума. Это не имеет ничего общего с представлениями магглов о чтении мыслей. Ум — не книга, которую можно раскрыть, когда вам заблагорассудится. Мысли не напечатаны внутри черепа. Мозг — это сложный и многослойный орган. Уметь пользоваться легилименцией — значит быть способным, при определенных условиях, проникать в чужое сознание и правильно интерпретировать добытые сведения. — Как тогда проникнуть в чужое сознание? — спросила я. — Для начала необходим зрительный контакт. Важно иметь с объектом какую-либо связь. Однако именно зрительный контакт делает вашу жертву наиболее уязвимой в момент опыта по легилименции. На проникновение в разум могут влиять родственные связи, какие-либо другие связи. Прежде всего запомните верное движение палочкой и само заклинание, итак: — Легилименс! — он взмахнул взмахнул палочкой, демонстрируя. Я повторила. — Не совсем так, мисс Уизли. Он подошёл ко мне и встал позади. Обхватил руку, в которой была палочка, и медленно повёл её в правильном направлении. От его близости было слегка неловко, а от его касания по телу прошёлся лёгкий разряд. — Вот так, — он отпустил мою руку, и я повторила движение. — Верно. — Он снова встал напротив и продолжил. — Недостаточно просто верно произнести заклинание. Необходимо мысленно сконцентрироваться на объекте проникновения. Все вокруг перестает существовать, ваше сознание не существует в вашей телесной оболочке, оно способно существовать самостоятельно, перемещаясь само по себе. Оно проникает в ткань чужого сознания. Воспринимает чувственные образы. Попробуйте сконцентрироваться. Как будете готовы повторите взмах палочкой и произнесите заклинание. Я попыталась сосредоточиться, отключив все посторонние мысли и ощущения. Постепенно переводила сознание в отдельный элемент, существующий отдельно от меня. Когда мне показалось, что всё получилось я подняла взгляд на профессора, взмахнула палочкой и произнесла: — Легилименс. Ничего не произошло. Я опустила палочку. — С первого раза ни у кого не получается, — ободрил мистер Малфой. — Постарайтесь держать зрительный контакт во время концентрации. Ищите пути, которые могут нас связывать, цепляйтесь за них и ведите сознание по их направлению. Вам нужно словно манипулировать на микроуровне. Каждое ваше движение, в данном случае движение мысли, должно быть выверено до самых малейших мелочей. Еще одной важной для легилименции основой служит повышение эмоционального уровня подопытного. Если он зол или напуган, вам будет проще проникнуть в его сознание. Если он спит, то будет так же проще проникнуть в сознание. — Хорошо. Но я не совсем понимаю, как вывести сознание из телесной оболочки? — Это уже сила вашего воображения, — пояснил профессор. — Слышали выражение, что «мысли материальны»? Здесь как раз об этом. Как в трансфигурации. Вы чётко представляете, как разум становится отдельной частичкой вас, и через зрительный контакт проводите нить, по которой направляетесь в чужое сознание. Вновь попытавшись абстрагироваться, я чуть не завыла. Ничего не получалось. Вот как они с лёгкостью делают это? Попытавшись ещё несколько раз, я решила сдаться, так как мне толком не удавалась концентрация. Безумно тяжело было держать зрительный контакт, внимательный взгляд выбивал меня из колеи. Я понимала всё, что рассказал профессор, но одного понимания недостаточно, воспроизвести это в реальности, не отвлекаясь на внешние факторы — невозможно! — Чтобы овладеть легилименцией одного дня мало. Даже для опытных магов. Нужно уметь работать со своим сознанием, словно с материей, чем-то существующим и весомым. Именно тогда результат будет более приятным, — произнёс мистер Малфой, присаживаясь в кресло и жестом приглашая меня тоже сесть. Сев напротив, я поняла, что у меня осталась последняя тема, которую нам стоит обсудить: — Мистер Малфой, я хотела узнать… — медленно начала я. — По поводу… Я не знаю, как правильно сформулировать… — Джинни, не утруждайте себя, — спокойно произнёс профессор. — Я понял, о чём вы говорите. Брак фиктивный. Уверен, что вряд ли он состоится. Я облегченно выдохнула, но где-то в глубине души почувствовала лёгкую грусть. — Как мне себя вести? То есть, что мне говорить остальным и изменится ли что-нибудь? — уточнила я. — Мисс Уизли, ни о чём не беспокойтесь, — устало протянул он. — Факт того, что вас отдали мне в невесты, не меняет вашего поведения, образа жизни или чего-то другого. Единственное неудобство, которое вам придётся выполнять — присутствие в маноре во время важных мероприятий. Для этого вам пригодится уже приобретённый навык окклюменции. Косметические чары и самоистязания не понадобятся. Зная мою репутацию, никто не поверит, что я буду как-либо издеваться над девушкой, которой придётся выносить моего наследника, — он скривился. — Тем более я всегда был против издевательств, мне интереснее манипулировать и давить на слабые точки, нежели марать руки. Это менее хлопотно, — мистер Малфой шумно выдохнул и посмотрел мне в глаза. — Вам не о чем беспокоиться, вот и всё, что я хотел сказать. Я кивнула, переваривая информацию, которую он мне сообщил. Несмотря на его прошлое, мне не страшно находиться рядом с ним. Более того сейчас я испытываю лишь спокойствие, зная, что он мой будущий супруг, пусть и фиктивный, и вряд ли дело дойдёт до брака, но мне всё равно спокойно. — Скоро обед, мне пора, — его спокойный баритон пробрался через мои мысли. — Я бы рекомендовал вам встретиться с вашими друзьями, думаю, им не помешало бы знать, что вы в порядке. — Хорошо. — Он поднялся, и я на автомате вместе с ним. — Спасибо вам, — встретившись с вопросительным взглядом профессора, я добавила: — За то, что несмотря на обстоятельства, помогаете мне. Я редко просила о помощи раньше, а с вами и не приходится, — поняв, как это звучит, тут же добавила: — Вы всегда рядом, хотя я и не прошу… В плане… Чёрт! Что я несу? Какой бред… — Пожалуйста, Джинни, — спокойно произнёс мистер Малфой и покинул гостиную. Как только он исчез в проёме, я села в кресло и застонала. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Ну что за бред я несу. Могу же совладать с эмоциями, но почему-то не умею вовремя замолчать… Опустив взгляд, я вновь заметила «Пророк», открытый на той роковой статье об отце. Папа… Я быстро подняла и закрыла газету. Время. Мне нужно время. Дальше будет легче. Пока мои родные рядом и живы, они всегда в зоне риска, как и я сама. Тёмный Лорд слабеет, это очевидно. Он выбирает речи вместо массовых убийств. Уединение, вместо помпезного правления. Гарри удалось частично сломить его, осталось лишь понять насколько, а точнее, вытащить это из меня. Почему он просто не сказал мне? Зачем всё усложнять? Хотя, будь это более доступным, то я бы не выжила, как только это вскрылось… Нужно защитить моих родных. Стоит оградить себя от общения с ними. Окончательно. Это сохранит им жизнь. По крайней мере пока мы не победим, постараюсь максимально естественно от них отстраниться. Ведь если я и являюсь какой-то новой целью для Тёмного Лорда, то лучше заранее обезопасить близких. Гарри он не щадил, лишал всего, что было дорого. Хитрыми путями, никогда не действуя сам, лишь иногда… Отец… Нужно разобраться с похоронами. Скорее всего Джордж и Перси этим займутся. Нам не удалось попрощаться с братьями и мамой как полагается, их тела были уничтожены сразу после «зачистки». Нужно сделать всё как полагается… Время обеда. Мне пока не хочется выбираться в социум, думаю, лучше будет поесть у себя в покоях. Позвав Питтса, я попросила обед в покои, сославшись на плохое самочувствие. Эльф быстро исполнил поручение, и уже через несколько мгновений я перебирала овощи в тарелке, одновременно с этим закапывая горечь утраты как можно глубже в сознании. Нужно оставаться сильной. Быть, а не казаться. У меня будет время горевать и унывать, на данный момент его нет. Есть цели гораздо важнее. Пообедав, я решила позвать своих друзей к себе, нужно было узнать, как их состояние после бала, да и одной оставаться не хотелось. Злосчастные мысли так и норовили пробиться из-под замков. Охладив медальон, я стала ждать. Слизеринцы и когтевранка подошли через пятнадцать минут. За время ожидания я вновь попросила у Питтса чая из ромашки на четыре персоны. Мне было интересно как прошёл бал, да и в конце концов хотелось узнать как сложились их судьбы… Когда мы разместились, комната погрузилась в неловкое молчание. Каждый опасливо бросал взгляды на меня. Особенно Драко, думаю, все уже в курсе личности моего наречённого супруга. Тишина начала напрягать… — Джинни, как ты себя чувствуешь? — мягко поинтересовалась Луна. Слегка вздрогнув от её голоса, я, улыбнувшись, ответила: — Я в порядке, — на меня с сочувствием посмотрела Пэнси. — По крайней мере, на данный момент времени. О моей судьбе вы, должно быть, в курсе? — Да, — сухо отрезал Драко. — Думаю, тогда не стоит это ворошить лишний раз, — мягко улыбнувшись блондину, снисходительно произнесла я. — Сейчас мне хотелось бы узнать о вас. Кого вам подобрали? Окинув всех взглядом, я поняла, что результаты неутешительные. О Драко всё понятно, брак с Асторией неминуем, как бы он этого ни отрицал. Вряд ли он убьёт отца лишь потому, что ему не нравится невеста. Луна и Пэнси сегодня даже не держались за руки и лишь изредка бросали взгляды в сторону друг друга, тишина стала вновь напрягать, но Луна её разрушила: — Изначально меня планировали отдать Лестрейнджу, но он, мягко говоря, назвал меня слишком необычной для него. Благодаря репутации моего отца, — она сделала паузу, — так скажем, не самой безупречной, ни один Пожиратель не захотел взять меня в жёны, поэтому меня отдали за Джорджа Уизли… — Что?! — от шока я не сдержалась. — Мерлин, Луна, это прекрасная новость, — встретившись с убийственным взглядом брюнетки, я тут же исправилась. — В смысле, Джордж, лучше, чем кто-либо ещё… Мысленно я испытывала эйфорию. Луна будет частью моей семьи… Хотя если мы победим, то ей и не придётся выходить замуж. Не могу представить её со своим братом, но, мне кажется, они неплохо бы дополнили друг друга. — Пэнси, а что у тебя? — с неподдельным интересом спросила я. — Что у меня? — Пэнси одарила меня оскалом. — Мои любимые родители приняли решение взять Непреложный обет с семьи Крама. Виктора Крама. — В зелёных глазах заблестели слёзы — В понедельник я покидаю Хогвартс и мы переезжаем в Болгарию. Свадьба через неделю… Луна с Драко попытали успокоить её, но она отбросила их протянутые руки. — Пэнси… — тихо прошептала я. — Мне так жаль… — Они давно хотели сбежать, я их не виню. Они не хотят находиться подле Тёмного Лорда, это очевидно. Но их совершенно не интересует моё мнение! — Она встала, обошла кресло и облокотилась на его спинку. — Я не хочу сбегать, у меня своя жизнь! Из-за них мне придётся расстаться с друзьями, с Луной, в конце концов… Ненавижу, — яростно прошипела она, впиваясь ногтями в спинку кресла. Я не знала, как на это реагировать. От её речи я просто оцепенела… Это ужасно, причём в столь краткие сроки… Драко поднялся с дивана и подошёл к слизеринке, раскинув руки, приглашая в свои объятия, и она поддалась. Ещё через мгновение к ним присоединилась Луна, увлекая и меня за собой. Мы стояли за креслом, крепко обнимая, поддерживая и разделяя боль друг друга. Когда Пэнси успокоилась, мы усадили её в кресло и расположились на своих местах. — Моя судьба тоже ясна, меня ждёт брак с Асторией. Теперь мне интересно другое, каким образом Тёмный Лорд решил отдать тебя за моего отца, Джинни? На секунду я почувствовала страх, ведь эту ложь я не продумывала. Быстро собравшись, решила выложить правду, слегка исказив факты: — В сентябре мою кандидатуру выставили на аукцион для Пожирателей, — лица слизеринцев преобразились, на них читалось удивление. — По итогам аукциона победил Лестрейндж, но Тёмный Лорд проявил снисходительность в связи с «прекрасным подарком в виде танца», — я прошептала это, подражая манере Волан-де-Морта и вызвав этим лёгкие смешки у друзей, но лишь на секунду. — В общем, Лестрейндж… Он приобрёл меня лишь в качестве мести за жену, но Тёмный Лорд решил, что это не интересно. Он поделился, что изначально планировал отдать меня Драко, но он занят, а семейству Малфоев пора становиться могущественнее и многочисленнее… В общем, он решил, что мистер Малфой как заклятый враг рода Уизли подойдёт мне куда больше, нежели кто-то другой. Девочки окинули меня сожалеющим взглядом, а Драко сидел в задумчивости, потом поднял взгляд на меня и улыбнулся: — По крайней мере с сыном будущего супруга у тебя хорошие взаимоотношения, — он подмигнул. Не сдержавшись, я засмеялась. Смех почему-то не останавливался, и уже спустя мгновение я почувствовала, как по щекам текут горячие слёзы. Луна подошла ко мне и обняла. Я попыталась успокоиться, но не смогла. — Выговорись о том, что тебя тревожит, — прошептала Луна. — Это поможет. — Мой папа… Он умер сегодня, узнав о браке, уверена, именно эта новость его подкосила. Я ненавижу себя за слабость. Я не смогла поговорить с ним до этого бала. С той Битвы мы не перекинулись и парой слов. Я даже не попрощалась… Больше я не могла говорить, Луна прижала меня к себе крепче, и я уткнулась в её плечо, давая волю своей слабости. Почувствовав лёгкие поглаживания волос, я на мгновение подняла взгляд — Драко и Пэнси стояли рядом. — Простите… — Тебе не за что извиняться, — промурлыкала Пэнси. — И вообще, я впервые вижу твои слёзы, дай насладиться моментом. Я встала и обняла каждого по очереди, шепча слова благодарности. Мы просидели в компании до позднего вечера. Чай успел смениться огневиски. Мы много смеялись и плакали, разговаривали и молчали, поддерживали друг друга и готовились к расставанию с Пэнси. Под конец мы договорились, что обязательно встретимся завтра. Как только ребята покинули гостиную, я почувствовала, что меня ничего не держит. Ни скорбь, ни боль. Не время лечит раны, а люди, находящиеся рядом с тобой. Люди, которые способны разделить твою боль, не обесценивая, а понимая и принимая тебя слабой. Я поднялась к себе и приготовилась ко сну. Завтра будет тренировка по квиддичу, нужно восстановиться. Я приняла зелье и легла в постель. Пока сознание погружалось в темноту, я успела захватить одну из них: Джиневра Малфой — звучит величаво и солидно.