Важность найденной семьи

Дневной свет струился в их маленькую комнату, пробудив Оби-Вана от глубокого сна. Он застонал, все еще чувствуя некоторые последствия истощения Силы. Он подошел к Энакину, все еще спящему на своей узкой кровати, и осмотрел его. После он вышел из комнаты, чтобы принять душ и переодеться в чистые туники. Когда Оби-Ван вернулся в спальню, он с беспокойством заметил, что Энакин все еще спал. — Падаван? Энакин застонал. Он никогда не любил рано вставать, а сейчас чувствовал себя особенно разбитым, поэтому медленно моргнул и разлепил глаза. — Учитель? Сколько осталось до прибытия республиканского корабля? — Думаю, около четырех стандартных часов. Тебе следует позавтракать. После этих слов Энакин почувствовал, как от голода скрутило желудок. Он практически ничего не ел накануне, а то немногое, что он съел, осталось в тазу. Энакин кивнул и взять протянутую Оби-Ваном руку. Мир покачнулся, и когда Энакин покачнулся, Оби-Ван удержал его на ногах. Они спустились на кухню, где Касия уже накрыла завтрак. — Доброе утро, молодые люди, — весело поприветствовала их она. — Вы, вероятно, проголодались после вчерашнего приключения. — Спасибо, Касия, это очень любезно с вашей стороны, — вежливо сказал Оби-Ван. Энакин уже вгрызся в тост с маслом, и Оби-Ван кинул на него неодобрительный взгляд, но падаван не обратил на это внимание или, еще лучше проигнорировал. Оби-Ван пихнул его коленом под столом. — Да! Спасибо, Касия. Очень вкусно, — сказал Энакин. Оби-Ван закатил глаза. Касия улыбнулась. Она смотрела на них, пока они завтракали и обменивались шутками. Неожиданно ее охватила волна печали. Оби-Ван посерьезнел буквально за мгновение и проницательно заглянул ей в глаза. Его прямой взгляд был несколько выбивающим из колеи, поэтому она отвела перевела взор в сторону. Она не могла смотреть в серо-голубые глаза своего сына, зная, что это, вероятно, последний раз, когда она его увидит. К счастью, он снова перевел внимание на своего ученика и продолжил над ним подшучивать. После завтрака, Оби-Ван отправил Энакина еще немного отдохнуть. На удивление — Энакин не противился. Оби-Ван остался с Касией на кухне и помог прибраться. Некоторое время они убирались в тишине, прежде чем Оби-Ван сказал: — Я не хочу вторгаться в вашу личную жизнь и хочу, чтобы вы знали, что я не могу воспринимать ваши точные мысли так, как я могу с Энакином, но я чувствую сильные эмоции благодаря Силе. — И что ты чувствуешь во мне? — спокойно спросила Касия. — Я чувствую вашу печаль. Я чувствую ваше горе. Я хочу, чтобы вы знали, что я понимаю серьезность выбора, который вам пришлось сделать, и я благодарю вас за него. Я хочу, чтобы вы знали, что сделали правильный выбор. Мне всегда суждено было стать джедаем. На ее глаза навернулись слезы. Она отложила полотенце, которое держала в руках, и прежде чем Оби-Ван успел что-то понять, уткнулась лицом ему в грудь и с надрывом заплакала, вцепившись пальцами в его одежды. Оби-Ван окончательно растерялся, но приобнял ее. — Прости, — выдавила она. — Вам не за что извиняться. — Не проходит и дня, когда я не думала бы о тебе, Оби-Ван. Ни дня. Я думала о том, как ты выглядишь. Я думала о том, как ты учишься. Я думала о том, в безопасности ли ты. Я думала о том, какой твой любимый цвет или предмет. Я думала о том, хорошо ли ты ешь, счастлив ли ты, есть ли у тебя друзья и люди, на которых можно положиться. Каждый день я думала об этом. Каждый. — Я уверяю вас, обо мне хорошо позаботились в храме, — мягко сказал Оби-Ван. — Конечно, с моим учителем мы пережили взлеты и падения, но в целом у меня было счастливое детство. — Ничто не делает меня счастливее, чем это, — сказала она. — И, отвечая на ваш вопрос… мне всегда нравился синий цвет. Она тихо рассмеялась и отстранилась от него. Протянув руку, она положила ладонь ему на щеку. — Ты важнее для меня целой галактики. Пожалуйста, где бы ты ни был, никогда не забывай об этом. Он тяжело сглотнул. — Не забуду.

***

Вскоре между фермой и сараем приземлился республиканский корабль. Мер-Хан, Касия, Оби-Ван и Энакин вышли из дома. Магистр Йода сошел с трапа корабля. — Магистр Йода, — удивленно сказал Оби-Ван. — Что вы тут делаете? — Пришел повидаться со старыми знакомыми я, — сказал Йода. Йода прошел мимо Энакина и Оби-Вана и встал перед Касией и Мер-Ханом. — В долгу Орден джедаев перед вами, мистер и миссис Кеноби. Касия и Мер-Хан кивнули. — Мы сделали то, что должны были, — произнесла Касия. — Сделали вы не то, что должны были. А то, что правильно. Лучше это для галактики. Йода подошел к Энакину. — Хорошо все, падаван? — спросил он. — Я в порядке, магистр. Думаю, я готов вернуться домой. — Скоро будешь дома ты, — спокойным голосом ответил Йода. Он обратил внимание на Оби-Вана. — Много откровений тут было, м-м-м? — Много. — Медитировать о них ты должен. — Конечно, магистр. — Рад вас видеть, — откровенно сказал Йода. — Боялись мы, что ты и падаван твой мертвы. — Чтобы умертвить нас, требуется нечто большее, чем крушение корабля на чужой планете, — вмешался Энакин. Оби-Ван едва сдержался, чтобы не закатить глаза. — Пожалуйста, не искушай Силу, падаван. Энакин ухмыльнулся. — Нам пора идти, — наконец сказал Оби-Ван. — Энакин нуждается в медицинской помощи, и я думаю, что мы достаточно времени провели на этой планете. До этого Оби-Ван избегал смотреть на своих родителей, но теперь он посмотрел прямо на них. В глазах матери стояли слезы, а на лице Мер-Хана отразилась глубокая скорбь. — Я хотел бы поблагодарить вас за то, что приняли нас. Мы благодарны вам и… — его оборвала мать, которая снова обхватила его руками и уткнулась лицом в его грудь. Мер-Хан шагнул вперед, положил руку на плечо Оби-Вана и посмотрел ему прямо в глаза. — Пожалуйста, береги себя, сын мой, — торжественно сказал Мер-Хан. — Непременно. — Это невероятно, что мы встретили тебя снова. Надеюсь, ты это знаешь, — наконец сказала Касия. Оби-Ван неловко кивнул, не зная, что сказать на прощание с незнакомцами, которые так безоговорочно его любили. Маленькая, давно потерянная семья вновь распалась. Йода уже сел на корабль, и Оби-Ван не хотел заставлять его ждать. Оби-Ван обнял Энакина на плечи и помог пройти ему в корабль. На трапе Оби-Ван остановился и бросил последний взгляд на своих родителей, прежде чем развернуться и сесть на корабль. Как только они устроились и начали прокладывать путь через гиперпространство, Оби-Ван ожидал от Йоды лекции о привязанности, основанной на этой маленькой ситуации перед взлетом, но старый магистр, похоже, понял, что сейчас не время увещевать падавана из своей родословной. Оби-Ван сидел рядом с Энакином, пока медицинский дроид осматривал рану от бластерного выстрела. Он смотрел на своего измученного падавана усталыми серо-голубыми глазами. Оби-Ван знал, что ему придется потратить много времени на медитацию и работу со своими эмоциями. Но он был счастлив сидеть рядом с Энакином, думая о значении семьи и найденной семьи и о том, что они значат для человека, у которого теперь было и то, и другое, но не должно было быть ни того, ни другого.