По ту сторону Наруками

Окна лавки Вахида выходили на причал, что позволяло мне беспрепятственно наслаждаться видом моря. Расставлять горшочки с цветами, расклеивая надписи, та ещё работёнка — несложная, но утомительная — и, стоило рабочему дню подойти к концу, как я не мешкая мчалась в сторону пирса. Щёлкнул выключатель. — Харуко? В дверях стоял Вахид. — Не устала? Через десять минут закрываемся. Мне ещё нужно успеть навестить Анису. Предлагаю рассчитаться, а через месяц, как приедет Альрани, обмоем твою первую зарплату. Альрани?! «Моя» одногруппница? О нет! Только не это. — Да, конечно! Спасибо большое. Анисе привет! И… до завтра? — Передам. До завтра, Харуко! Получив заветный мешочек, я пулей выскочила из лавки. Утром была в приподнятом настроении, а теперь чувствую себя так, будто по мне проехались катком. Ты что-нибудь придумаешь! Бумажные фонарики, развешанные полукругом, мягким свечением очерчивали контуры силуэтов стоящих под деревом писательницы из Ли Юэ и её молодого человека. На душе у меня потеплело, а губы растянулись в улыбке. Стараясь не ступать на ковёр из алых, опадающих лепестками роз листьев, я проскользнула мимо, на них не глядя. Сладкая парочка никуда не денется, а вот продуктовая лавка вполне может закрыться до утра, и не видать мне моих любимых бутербродов с мясом… Желудок предательски заурчал, и я бегом припустила вниз по лестнице. Бедная Рёко, похоже, днюет и ночует за прилавком! Поблагодарив её и незаметно ссыпав горсть монет в полупустую банку для чаевых, я поспешила домой, прижимая к груди пакет с аппетитно пахнущей выпечкой. От дома до причала рукой подать. На мостике, невзирая на зажжённые фонари, полно людей, как, впрочем, и всегда. Остановившись, чтобы извлечь из сумки ключ, я вгляделась в горизонт за забором. Раскалённый воздух Инадзумы пропитан тревогой, и даже не верится, что гроза вдали стихнет с приездом Люмин. Рито успел стать мне вторым домом, однако ни одного знакомого персонажа я так и не встретила, а если и встречу, навряд ли сдружусь. Главные герои Геншина недосягаемы, как кинозвёзды. Горько осознавать, что всё о них знаешь, а влиться в их жизнь, увы, не можешь… Меня обдало холодом. Поем, оденусь потеплее и снова выйду. Зайдя к себе, пожалела, что нет конфорок. Не сделать даже чаю, поэтому питаюсь покупным. Обёртки из-под бутербродов отправились в ведёрко под столом, а я извлекла из шкафа мантию. Пальцы обожгло струящейся прохладой шёлка. Меня не должно быть ни в Тейвате, ни в Рито, и здешняя жизнь по праву принадлежит не мне, а Харуко. И пока я, сидя в тёплой кровати, примеряю чужие вещи, она, быть может, выполняет опасное поручение, или ещё хуже, попала в плен, а искать её некому… А всё ты! Ты во всём виновата. Придя в чувство и обнаружив при себе, среди прочих бумаг, рекомендательное письмо на имя Харуко, я должна была сразу объявить в розыск, а не, внаглую воспользовавшись чужим именем, идти с ним к адресату, то бишь, Анисе! Вскакивая, я позволила шёлковой накидке сползти на пол, и, обхватив себя за плечи, принялась расхаживать по комнате. И кому только понадобилось вкладывать в руки непонятной, лежащей без сознания девушки чужие бумаги? Очнувшись на побережье с паспортом, студенческим билетом и рекомендательным письмом от ректора Академии Сумеру, я невольно заняла место Харуко, всерьёз полагая, что, раз уж меня занесло в оживший игровой мир, документы прилагаются. Наивная! В отличие от моих новых друзей, Альрани знакома с Харуко не понаслышке. Рассказать Вахиду и Анисе правду до того, как она приедет и уличит меня в самозванстве? Или, пустив всё на самотёк, сидеть и ждать разоблачения?.. В окошке мелькнула чья-то тень. Вслед за дверным стуком ухнуло сердце, и, отложив схваченную подушку — всё равно не поможет — я бросилась к дверям. — Добрый вечер! — Голос сорвался. Человек в серой накидке с накинутым на голову капюшоном прошёл внутрь, а двое стражей из комиссии Кандзё или Тэнрё — кто их различит — остались у входа. Глаза Бога нет ни у меня, ни у моих знакомых. Зачем они здесь? — Закройте дверь, — негромко сказал вошедший, усаживаясь на единственный стул. Для него ты — Харуко! Студентка из Сумеру. Приехала для сбора материала по курсовой. Работаешь в лавке Вахида, хотя сады и огороды не любишь, и это мягко сказано… К чему об этом знать незнакомцу? — Простите, не подскажите, кто вы? — Губы подрагивали в улыбке, но внутри всё заледенело. Я не боюсь! Ведь не боюсь же, да? Пусть уже быстрее озвучит цель своего визита! Арест — так арест, только не вот это вот мучительное ожидание! Хотя… Разве можно так легко сдаваться, подставляя своих? Если бы не Вахид, выхлопотавший для меня пропуск на перемещение по всей Инадзуме, осталось лишь забрать, и не Аниса, предложившая помощь со съёмом жилья и деньгами до зарплаты, я не знаю, что бы со мной здесь сталось: «— Повезло тебе! Несколько складских помещений недавно сдали под жилплощадь. Тут рядом с морем домик есть, надеюсь, понравится». Да и вообще, сдались мы этим комиссиям. Вдруг человек с добрыми намерениями пришёл, а его с таким предубеждением встречают? Сомнительно, но… Вошедший скинул, наконец, капюшон, под которым скрывалось немолодое лицо с хитрыми, умными глазами и извлёк из внутреннего кармана плаща бумаги. — Вот. Принёс ваш пропуск. Почему не обратились сами? К чему такая скрытность? Очевидно, он из комиссии Кандзё… Этот нарочито-дружелюбный тон с повелительными нотками кажется знакомым. — Я… — Госпожу обеспокоило ваше отсутствие на нашей вчерашней встрече. Она написала в Снежную, и, боюсь, не миновать вам выговора. Чисато, моя дочь заждалась вас. Ей страсть как интересно разузнать про Академию, мне же нужно, чтобы вы как можно скорее приступили к сбору необходимых сведений. — Стальные глаза не отрывались от моего лица. — До прибытия именитой путешественницы осталось всего ничего. Собирайтесь, Харуко. Вы переезжаете к нам. Завтра утром будем ждать вас с вещами. Госпожа… Так, значит, Харуко сотрудничает с комиссией Кандзё и Снежной, то бишь, фатуи, и это должна была быть её встреча, причём, первая с главой клана Хиираги?! Он бы иначе понял, что я — не она! И сказать ему об этом нужно было сразу. А теперь… теперь…