По ту сторону Наруками

К горлу подступила тошнота. Может, обнаружить своё неведение, чтобы он оставил меня в покое и отправился на поиски настоящей Харуко?! — Мои люди видели на причале девушку из Сумеру. На следующий день я отдал приказ разыскать незнакомку, но её и след простыл, помню, ещё подумал, уж не решили ли вы бежать, едва прибыв? — К-когда бы то ни происходило, большая вероятность, что я на тот момент находилась в лавке или дома! Хотя… вдоль берега прогуливаюсь часто. Могло совпасть. — Прозвучало глухо, надеюсь, он не заметит моего волнения. — Это было на той неделе. В ночь с пятницы на субботу. Мысли сплелись в гигантский клубок. Сегодня четверг. Выходит… той ночью, когда меня нашли двое селян, Харуко, если это только была она, бежала? Очевидно, что морем, но без документов… Это немыслимо! В игре в период охоты на Глаз Бога въезды и выезды строго контролировались, мне лично доводилось наблюдать из окна, как допрашивают прибывших… — У неё волосы гораздо короче ваших, расслабьтесь, Харуко. Я навёл справки. С такой стрижкой никого из Сумеру здесь больше нет. Потом мне сказали, что вы устроились в «Сявуши Бакшеш», и я всё ждал, когда вы перестанете таиться и решите, наконец, прийти познакомиться, но вы так и не явились, и вот я здесь и, признаться, рад, что ошибся, и на причале были не вы. Согласитесь, нехорошо было бы с вашей стороны подводить руководство. Я понимаю, что вы — новобранец, но Синьора поручилась за вас, она в недоумении от того, что вы пропустили встречу. Просила связаться с вами, как можно скорее. Она как и я оценила вашу тактику завести друзей, навыки общения вам несомненно пригодятся, — Хиираги усмехнулся, — но целевая аудитория у нас с вами всё-таки другая. — Аудитория?.. — Чисато представит вас комиссии Ясиро, — как ни в чём не бывало продолжал он. — Есть подозрение, что они покровительствуют мятежникам. Эта глупая война должна закончиться упрочением позиций Сёгуната. Вы завоюете доверие клана Камисато и их приспешников, о каждом шаге докладывать будете мне, а я — передавать информацию дальше, куда нужно. Все подробности завтра. Мамочки! Чего он от меня хочет? Чтобы я шпионила? Не дождётся! — И вы пойдёте на это? Ну то есть… У вас же дочь! Он отвратителен. Просто отвратителен. Как и Такаюки. Но, может, если воззвать к его отцовским чувствам, мне удастся как-то повлиять на историю? Боже. Я не хочу в это вмешиваться! Люмин прекрасно справится и без меня. Кто знает, чем обернётся моё вмешательство?! Но если соглашаюсь, естественно помогаю героям и только им! — Что за вздор? Я думал, вы умнее, — сквозь зубы процедил он. — Не вздумайте впутывать в это Чисато! Она не должна знать ни о моих связях, ни о моих намерениях, ясно? Я сморгнула слёзы и, сжав руки в кулаки, инстинктивно шагнула назад. Беспокоился бы о дочери всерьёз, с фатуи бы не связался! Насколько знаю, клан Хиираги богат, притом несметно. Неужели же ему всё мало?! — Повторяю. — Сверкнув глазами, он подался вперёд и проговаривая каждое слово отчеканил: — Чисато ни о чём знать не должна. Вам… ясно? Отвечайте! Меня пробрал озноб, и я потупила голову. Отвечать не хотелось. Тем более, когда со мной говорят таким тоном. Точнее, не говорят, а приказывают! — О, разумеется, — дрожа от гнева, выдохнула я и поутихла. Дочь он, стало быть, любит и впрямь, раз не хочет выглядеть в её глазах мерзавцем… Хиираги откинулся на спинку стула. — Для неё вы — студентка из дальних краёв. Вот и занимайте её рассказами о родине, обычаях, учёбе…  В остальном моя Чисато вам даст сто очков вперёд. С виду вы как трепетная лань, но, может, оно и к лучшему. Никто вас не заподозрит. В нашем деле главное что? Маскировка! — Поднявшись, Хиираги натянул капюшон. — Ровно в девять наш человек будет ждать у вашего порога, чтобы помочь с вещами. Надеюсь, на нашу утреннюю встречу вы не опоздаете. — Уже стоя в дверях, он обернулся. — Ваш коллега предсказал гибель госпожи и победу над Сёгунатом… Но мы ещё посмотрим, чья возьмёт! И вот ещё что, чтобы вас не искали, известите письменно, что работать в лавчонке будете теперь не чаще трёх раз в неделю, скажете, леди Чисато пригласила вас к себе давать ей частные уроки… На сегодня всё. До скорого, Харуко. Пропуск на столе! — Поняла вас… Я закрыла дверь и прижалась к ней плечом. Почему?! Ну почему я сразу не дала отпор, указав ему на выход?! Да испугалась я! Просто испугалась! И Синьора ещё… О Господи! Так значит, фатуи в курсе исхода боевых действий?! И намерены погубить сотни жизней, борющихся за причитающееся им место под солнцем?.. Как будто бы в игре было по-другому! — Так… Ладно. Тише, тише, тише! Попробуем успокоиться. — Вцепившись себе в волосы, я медленно сползла на пол. Беги! Беги немедленно! Беги… А может… не всё так страшно? Ведь если как можно реже бывать в доме Хиираги — приязнь изображать не умею, но к счастью, Чисато — прекрасный человечек — и больше времени проводить с Камисато под предлогом «добычи сведений», я действительно смогу помочь своим? Да! Так и сделаю. Резко поднявшись, я заметалась по комнате. Можно ведь попросить, чтобы мне разрешили остаться жить в домике! Утром-днём буду проводить время в окружении знакомых лиц, а вечерами возвращаться к себе… Если позволят… Сама мысль о том, что с завтрашнего дня придётся просить разрешения жить так, как мне угодно, повергала в отчаяние, граничащее с помешательством. Начну упрямиться, и Хиираги не преминет устроить мне очную ставку с Синьорой, и как только она увидит меня вместо Харуко, пиши пропало! Харуко… Как же так… Неужели бежала? Но почему? Фатуи бы это не понравилось, ещё как не понравилось, а, значит, она осознанно пошла на риск, потому что… потому что что? И документы её каким-то образом попали мне в руки… Нет! Всё. С меня хватит. Хочу обратно! Сил для прогулки не осталось, я поплелась в душ, а когда вышла, на улице, стояла глубокая ночь, безлунная, но тёплая, без ветра. Оконная створка была распахнута настежь. Я ничком повалилась на кровать и, хотя, казалось бы, должна была уснуть, едва коснувшись головой подушки, сон ко мне сегодня приходить явно не желал. В последнее время живу какими-то урывками. За душевным подъёмом следовал спад. Свернувшись калачиком, я обливалась слезами, злясь на саму себя. Шпионить ни за кем не стану, но сколько всего придётся держать в голове, чтобы никому ненароком не навредить! О Сумеру я знаю ровным счётом ничего. Радует, что меня ждёт Чисато, и страшит одновременно. Расспрашивать Анису с Вахидом уже поздно. Кроме того, не хочу вызывать подозрений. Обычно я наоборот пыталась увести их в сторону от обсуждения моей учёбы градом вопросов о жизни в Инадзуме… Но… Не всё так плохо, ведь так? Скоро, совсем скоро приедет Люмин… Они с Чисато увидятся, и я поговорю с ней, поговорю непременно! Может, к тому моменту узнаю что-нибудь важное из того, о чём в каноне умолчали, как, например, о том, что фатуи известен исход войны! А завтра меня ожидает встреча с семьёй Камисато и Томой… Вахиду сообщу о том, что буду занята, лично. Встаю я рано, что в выходные, что в будни. Часов в семь встану, соберусь, сбегаю к нему, и как раз к девяти буду уже дома. Вот видишь, всё решаемо! В последний раз всхлипнув, я поёжилась, но достать из-под себя одеяло, не говоря уже о том, чтобы дотянуться до мантии, свисающей со спинки стула, не стала даже пытаться. Вытянутая рука безвольно опустилась. Веки подрагивали. За неделю с трудом, но свыклась с тем, что живу теперь одна в маленьком домике, хотя поначалу засыпать было страшно. В голове заиграла мелодия Мондштадта, одна из главных тем, что звучит в дневное время суток, на душе стало легко-легко, захотелось прибежать к Люмин или Аяке, крепко кого-нибудь из них обнять и выплакать всё, что накопилось за вечер. Ты всё равно никогда так не сделаешь! Придётся иначе рассказывать всё без утайки. Навряд ли поверят… Они поверят! Они добрые… Тем более что я собираюсь сказать правду. Тактильные галлюцинации настигли меня со скрипом половиц, разбавившем весёлую композицию города ветров. Руки коснулась чужая рука, меня обволокло теплом, я крепко зажмурилась, открыла глаза и села в кровати. И когда только успело рассвести? Фух… По гомону за окном могу сказать, что сейчас должно быть где-то около половины седьмого утра, и мне пора идти! Сбросив с себя мантию, я выскочила из кровати и похолодела. Сердце пропустило удар. — Что?.. Как такое возможно?! Откуда на мне мантия? Я ведь точно помню, что оставляла её на стуле! Одно из двух. Либо я — лунатик, либо… Я подскочила к окну. Одна створка по-прежнему распахнута настежь, а вторая… вторая, закрытая прежде наглухо, теперь неплотно прилегает. На всякий случай я закрыла и другую и тотчас отшатнулась. Боже! Мало мне вчерашних потрясений! Как это понимать? Прежние хозяева решили осмотреть былые владения, а заодно и укрыли, чтобы не мёрзла? Ну да! Пробрались через окно… Аниса говорила, здесь раньше был склад и до меня никто не жил… Может, стоит поставить в известность стражу? Как-то мне совсем не по себе! Не впервой испытывать тревогу, но на этот раз в свете изменений, за один вечер перевернувших мою жизнь с ног на голову, к ней примешивался ещё и страх. А может, мне всё пригрезилось? Может, за неделю одиночного проживания в новом месте и общения преимущественно с коллегами по работе я начала сходить с ума? Нет, поживу пока, пожалуй, в доме Чисато! Люмин по сюжету навестит её отца одним из первых. А через несколько дней попрошусь переехать обратно. Если к тому времени меня, конечно, не отправят на какую-нибудь фабрику…