I'm feeling you

      С наступлением третьего дня пребывания в квартире омеги, к ним заехал Хенджин с продуктами. Пока Минхо и Джин возились на кухне, Хан решил позвонить своему лучшему другу по видео связи, чтобы хоть как-то успокоиться.       — Хани, привет. Как ты там? — обеспокоенно спросил Ликс.       — Лучше не спрашивай! — выдохнул Джисон.       — Все настолько плохо?       — Даже хуже, чем ты себе можешь представить.       — А в чем проблема, Хани?       — Он пахнет клубникой со сливками. Этой блядской клубникой. И еще ванилью.       — Как такое возможно?       — Вот так блять. У него два аромата почему то. И я рядом с ним задыхаюсь.       — Купи подавители.       — Ликси, ты прям капитан очевидность. Я их уже целую пачку сожрал и нихуя не помогает. Вся моя одежда им пропиталась. Он у меня на языке, на зубах. Сидит в моей голове. А еще вчера этот гребаный чизкейк мне приготовил. С клубникой. Я думал, что размажу его прям по этой наглой кошачьей мордашке.       — Это серьезно.       — Это еще как блин серьезно.       — Джисони, ну ты держись там.       — Да уж. В пору уже отказаться от всего. Я не вывожу.       Через несколько минут в гостиную залетел веселенький омега, как раз в тот момент, когда Хан закончил общаться с Ликсом.       — Чем займемся, Джисони?       — Можно посмотреть какой-нибудь фильм и заказать пиццу.       — Отличная идея. А ты меня спасешь, если я испугаюсь?       — О мой бог, помогите мне! — простонал альфа, откидываясь на спинку дивана. Чем вызвал звонкий смех Минхо. _______________________________       Утро. Омега быстро вскакивает с постели и несется в туалет. Там, склонившись над унитазом, омегу полощет до болезненных спазмов.       — Чани, меня тошнит! Сделай хоть что-нибудь.       — Нини, лисенок, давай лучше покушаем? Ты что хочешь на завтрак покушать?       — Ты издеваешься надо мной? Меня тошнит.       — Может легкий йогурт?       — Не хочу.       — А персики?       — Неееет       — Может купить тебе бананы?       — Сам ешь свои бананы.       — А что тогда хочешь, мое солнышко?       — Может лапшу с клубничным вареньем?       — Лапшу с… вареньем?       — Да. Ну или хотя бы пиццу с медом?       — Кошмар. Ладно, будет тебе сейчас пицца.       Заказанную пиццу привезли быстро. Чонин уплетал с таким аппетитом.       — Как это вообще можно есть? — поморщился альфа.       — А ты не смотри, если не нравится! — заявил довольный Чонин.       — Главное, чтобы наш малыш родился здоровым.       Чан после завтрака убежал на работу, вернувшись домой только в шесть вечера. Он прошел в спальню и нашел своего беременного омежку на постели.       — Чани, привет. Мне так скучно.       — Давай сейчас поужинаем и посмотрим новую дораму?       — Ты хочешь, чтобы я начал плакать?       — Тогда комедию?       — Я в тот раз от смеха долго икал.       — Тогда ужасы?       — Чани! Какие ужасы? А если я испугаюсь и малыш родится заикой?       — Как трудно быть отцом…       — До отца тебе еще почти восемь месяцев.       — Я не доживу.       — Куда ты денешься? — с улыбкой говорит омега. ____________________________       На следующее утро, проводив мужа на работу, Чонин позвонил уехавшему в Токио Сынмину по видеосвязи. Альфа сразу принял вызов, улыбаясь в камеру.       — Нини, привет. Вас можно поздравить?       — Привет, Сынмина. Вот он сволочь, уже все разболтал?       — Ты не представляешь, какой он счастливый!       — Я не представляю? Он тут целыми днями скачет вокруг меня, выполняя любую прихоть.       — Если честно, я так рад за вас обоих.       — Знаешь, я и сам за нас обоих рад.       — Давно бы так!       — Сынмина, ты тоже достоин счастья.       — Нини, мое счастье покинуло Сеул. И больше не вернулось. И не вернется уже никогда. А что еще хуже, я сам в этом виноват.       — Может тебе остаться там в Токио, рядом с ним?       — Не получится. Ему тяжело находиться со мной рядом.       — Тогда скорее возвращайся в Сеул и отвлеки от меня Чана.       — Уговорил. Я скоро приеду.       — Тогда мы будем тебя очень ждать.       — До встречи, Чонин! _____________________________       Сынмин сбросил вызов, и тут же набрал на знакомый номер. Трубку сняли почти сразу.       — Привет, котенок.       — Привет, Минни.       — Я в Токио. Мы можем встретиться?       — Сынмин, я и так сижу на мощных подавителях, но тебя они не перебьют.       — Ты все еще не можешь?..       — Не могу. Это не обратимо…       — Только Хенджин?       — Да, только он.       — Мне так жаль, Хо!       — Знаю. Мне все чаще хочется сдохнуть.       — Может, все-таки найдется?       — Альфа, от запаха которого меня не стошнит?       — Да.       — Я устал, Минни. Я так устал…       — Как бы я хотел все исправить…       — Уже ничего не исправить, Сынмина. ___________________________       Минхо сидел в своей комнате и смотрел видео с выступления Хана. Боже, какой он потрясающий. Его харизма, и манера исполнения буквально срывают крышу. Он так круто чувствует бит! Может и правда он тот самый? Послышался стук в дверь и тут же показалась светлая макушка Джина.       — Можно?       — Входи, Хенджин. Дверь прикрой за собой.       — Ты чего такой загруженный?       — С Сынмином сегодня разговаривал. Он в Токио. Просил встретиться.       — А ты чего? Неужели согласился?       — Я больной совсем по твоему? Но встретиться все равно придется. У меня заканчиваются подавители.       — Минхо, у тебя скоро течка.       — Я помню, Джини.       — В этот раз попробуешь с Ханом?       — Почему? Я думал ты именно поэтому попросил его с тобой пожить?       — Не в этот раз. Я так устал, Джини. Я больше не могу.       — Тогда как обычно?       — Да, я рассчитываю на тебя.       — А если он узнает?       — Что я провожу течки с тобой?       — Да       — Мне уже все равно.       — Не говори так, прошу, Минхоя.       — Я устал скрывать, что знаменитый Ли Минхо во время течки блюет от любого альфы. — омега всхлипнул, спрятав лицо в ладонях. — Что я моральный и физический калека.       — Не называй себя так!       — Но я живу только на подавителях. Я перебрал хуеву тучу долбанных альф. Но так и не нашел того, кто станет для меня лекарством.       — Перестань.       — Думаешь, я не знаю, что обо мне говорят. О том, что я провожу только одну ночь с альфой. Все считают меня стервой и шлюхой.       — Это не так, котенок.       — Я веду список тех, кто меня хотел, но не получил. Но есть и список тех, от кого меня ломало на коленях возле унитаза. Скажи, Джини, за что так со мной поступает моя судьба? Стоит мне бросить пить эти чертовы подавители, как все альфы начинают пахнуть для меня кровью. Каждый раз я выблевываю не свой обед, не свои внутренности, а свое сердце по кусочкам.       — У тебя есть я. Бракованный альфа без запаха.       — Да, у меня есть ты. За что я тебе очень благодарен. Мое единственное спасение.       — Нет. Не я твое спасение. Прости, что предлагал остановиться и жить дальше. Потому что жизнь на подавителях — это и не жизнь вовсе. Тебе нужен не я, а альфа, запах которого ты сможешь почувствовать. Запах которого заглушит всех остальных. Тебе нужна метка.       — Это бред. Я устал искать, Джини. Давай на выходных уедем за город?       — А как же Джисон?       — Мне он нравится. Очень. Но я пока не готов узнать очередной приговор. Сколько уже было этих раз, Джини? Еще один я просто не переживу.       — Нужно верить. Может в этот раз именно он тот, кто нужен.       — Я пока не готов это проверить.       На следующее утро Минхо нашел Хана в его комнате в компании ноутбука.       — Джисони, нужно поговорить.       Хан отложил ноутбук и поднял глаза.       — Что-то случилось?       — Мне нужно срочно уехать. Планы слегка поменялись.       — Ну вот, а я уже начал к тебе привыкать.       — За песню можешь не беспокоиться, я выполню свою часть договора.       — Надеюсь, ничего серьезного?       — Как раз наоборот.       — Я могу чем-то помочь?       — Один шанс из тысячи, что сможешь. Но и этот шанс я тебе пока не могу дать.       — Вот сейчас я совсем ничего не понял. — хмурит брови Хан.       — И не нужно! — вдруг воскликнул омега.       — Минхо?       — Квартира в твоём распоряжении. Можешь не спешить съезжать. Мы с Хенджином уедем за город.       — Вот значит как?       — Именно так.       — Всё это выглядит, как будто ты сбегаешь.       — Тебе не кажется. Я действительно сбегаю.       — Что все это значит, Минхо?       — Забей, Джисони. Я вернусь в начале следующей недели. Забронируй время в студии.       На этих словах омега развернулся и побрел в свою комнату собирать вещи для поездки. Перед обедом прибыл Хенджин с охраной, который забрал Минхо. Хан налил себе виски и решил набрать Ликсу.       — Хани, ты уже в обед напиваешься? — укоризненно заметил друг.       — Прикинь, этот засранец от меня свалил, — нажаловался Хан.       — Куда свалил? — удивлённо спросил омега.       — В противоположном от меня направлении.       — Странно. Он же намекал тебе на течку.       — Он не намекал. Он мне впрямую сказал.       — А сейчас он где?       — Я ж говорю свалил. Вместе с этим высоким качком.       — С каким высоким?       — С Хенджином.       — Похоже ты его ревнуешь.       — Да пошёл он. Не дождётся.       — А если они…       — Ебутся? — скривился Хан. — Да похер.       — Тебе на самом деле все равно? — ахнул Феликс.       — Нет блять, Ликси. Я его придушу. Ходил тут хвостиком вилял. Я чуть не задохнулся от этой гребаной клубники с ванилью. А потом взял и свалил.       — И что теперь?       — На хер пошлю как появится.       — Вам ещё песню записывать.       — Тогда Хенджину этому морду набью для успокоения.       — А можно Хенджина не трогать как-нибудь? Он то тут при чем?       — Он тебе нравится?       — Да. А что тут такого? Он красивый, высокий.       — Давай обойдёмся без этого? Потом опять будешь рыдать у меня на плече. Знаем — плавали. Использует и бросит.       — А может ему со мной понравится?       — А если нет?       — Интересно, какой у него запах?       — Никакого. Ну или он на подавителях. Да и какая разница. Он вон с Минхо, а у этой блядской клубники течка со дня на день.       — Да пошёл ты, Хани.       — А я пожалуй и пойду. — сказал Джи и завершил звонок.