Сезон ураганов

День 3 Воскресенье В восемь утра солнце, отражающееся от белого шоссе и темных очков Скалли, было уже ярким и жарким, обещающим позже прекрасный день на пляже. Она в ожидании стояла у открытой боковой двери арендованного микроавтобуса Билла. Позади нее готовые ехать Мэтью и Уим сидели в своих авто-креслах. Мэтью, который что-то пел себе под нос, внезапно остановился. "Ну где же они?" спросил он с преувеличенным вздохом. Его детским голосом и трудностью выговаривать буквы это вышло больше как «Ну дезе они?» - Скалли улыбнулась и повернулась, заглядывая в тёмный салон. "Они идут, милый", сказала она, проверяя, надежно ли закреплено кресло Уима, который махал кулачками и высовывал язычок между крошечными губками. Одним пальцем она слегка щёлкнула его по носику и была вознаграждена улыбкой и веселым писком. Улыбаясь, она протянула через сидение руку и пощекотала колено Мэтью, заставляя того хихикать. "Твой папа просто должен был переодеть галстук..." И почему для этого потребовалось трое взрослых, она не могла понять. Она поглядела на часы, задаваясь вопросом, что Билл, Тара и ее мать делали в доме. После всей суеты, которую устроил Билл, чтобы выехать в 8:15, он станет единственной причиной, по которой они опоздают на мессу. Конечно, это не совсем была правда, подумала она. Билл менял галстук, потому что Уим срыгнул на него, когда они усаживали его в авто-кресло. Скалли опустила голову и усмехнулась, неспособная удержаться от злобного хихиканья и думая о меткости своего мальчика. Она все еще улыбалась, когда появился Билл, спускающийся по деревянным ступенькам и поправляющий воротник, Тара с Мэгги шли следом. Билл наклонил голову, заглянув в салон, и обежал машину к стороне водителя. "Все готовы?" спросил он. "Мама, почему бы тебе не сесть спереди – а Тара и Дана сядут сзади присматривать за детьми…" Садясь назад, Тара посмотрела на Скалли и закатила глаза, заставляя Скалли усмехнуться. Мэтью неловко вертелся в своём кресле, пытаясь посмотреть на мать и тетю. "Из-за чего вы смеетесь?" потребовал он ответа, когда Скалли закрывала боковую дверь. "Ни из-за чего", засмеялась Тара. "Ты пристегнулся, малыш?" "Да". "Да что, Мэтью?" спросил Билл, смотря в зеркало заднего вида и трогаясь. "Да, мэм", ответил Мэтти с самодовольной улыбкой. "Так-то лучше", сказал Билл, кивая. Некоторое время они ехали в тишине, только Мэтью глухо пел и свистел ветер. Уим, который сидел лицом к Дане и Таре, очаровывал свою тетю пузырями слюны, в то время как Тара ворковала с ним, щипая его за пальчики через носочки. "Мама сказала нам, что вы еще не планировали крестины", тихо сказала Тара, глядя на золовку. Скалли моргнула, не зная, как ответить. Они уже выехали на протяжённое шоссе, и Билл набрал скорость, закрыв окна и включив кондиционер. Внезапно в машине стало очень тихо. "Нет", ответила Скалли, надеясь, что на этом тема будет закрыта. Крещение Уима было только одной из многих проблем, которых ей и Малдеру удавалось избегать последние несколько недель. Это было сложно - это то, что она говорила себе уже многие месяцы, оправдание, которым она прикрывалась всякий раз, когда тема угрожала всплыть. Она была не готова. Это был разговор, который, как она знала, неизбежно приведет к дальнейшим обсуждениям религии, к разрушению и оправданию их собственных личных убеждений, объявлению их планов относительно духовного образования и воспитания Уима. Она только что привыкла к его режиму кормления - она была не готова спорить о том, в какую церковь они будут его водить... если Малдер вообще захочет, чтобы Уим рос прихожанином церкви. Что не говорило о том, будто она не знала, чего хотела; она хотела, чтобы Уим разделял ее веру – хотела крестить его в Католической церкви. И всё же она не отваживалась сказать это Малдеру. Для кого-то столь желающего верить он выказывал удивительно малое терпение к чему-либо даже отдаленно напоминающему догму. Она могла только представить, как он отреагирует на мысль о том, что священник благословит их сына святой водой. Она глубоко вздохнула и собралась с духом. "Я говорила Биллу, что вы, вероятно, просто слишком заняты, чтобы подумать об этом", осторожно сказала Тара, не встречаясь с нею взглядом. Говорить об этом не совсем верно, подумала Скалли. Мэгги обернулась посмотреть на них. "Слишком заняты, чтобы подумать о чём?" спросила она. Скалли избежала взгляда матери, сжимая коренные зубы и глядя в окно, а затем на свои руки. Тара откашлялась. "О крестинах Уильяма", сказала она. "Вы действительно должны начать планировать это, Дана", сказала Мэгги, снова поворачиваясь вперед. "Вы будете удивлены тем, сколько нужно сделать приготовлений. Если захочешь, я могу позвонить Отцу МакКью, когда мы вернемся домой". "Нет… мама, в этом нет необходимости…" Мэгги снова обернулась. "Что? Милая? Я не возражаю…" "Нет, мам". "Ты хотела сделать это где-то в другом месте?" спросила Мэгги. На ее лице появилось беспокойство. "Где-то поближе к вам? Я полагаю, это не должно быть в церкви Святого Иоанна…" "Это не из-за этого", сказала Скалли, выдыхая и неловко ёрзая на сидении. Она знала, что не было теперь легкого пути уйти от беседы. Мэгги почти полностью развернулась на своём сидении и смотрела на неё. "Тогда из-за чего?" "Десять к одному, они с Малдером не могут прийти к соглашению, как собираются воспитывать ребенка", сказал Билл, бросая взгляд на сестру в зеркало заднего вида. Скалли чувствовала, как кровь прилила к лицу. "Может, ты уже забыл, сколько забот требует новорожденный, Билли", тепло сказала Мэгги. Билл снова поискал в зеркале глаза Скалли, и она вернула ему взгляд, предупреждающий о том, что она не хотела развивать тему дальше. "Но Малдер - не католик, не так ли, Дана?" сказал он, снова смотря на дорогу. "Он вообще христианин?" "Билли, это ни к чему не имеет никакого отношения", с раздражением сказала Тара, кидая нервный взгляд на Скалли, которая сделала ещё один глубокий вдох. Билл, может, и обещал хорошо себя вести, но она знала, что он не сможет держать рот закрытым, когда что-то шло вразрез с его идеями о том, как должно быть. Он никогда не знал, когда оставить что-либо в покое. Скалли крепко стиснула зубы и сосредоточилась на Уиме. Они должны просто уехать, думала она. Как только они вернутся из церкви, она скажет Малдеру положить их вещи в машину, и они вернутся в Округ Колумбия этим днём… Билл посмеялся про себя. "Я бы не удивился, попытайся он уговорить тебя включить Уильяма в какой-нибудь культ НЛО…" "Билли…" прервала Тара. "Культ НЛО или нет…" сказала Скалли, ее тон был низким и резким, "я все же должна принимать любые решения, касающиеся крещения Уильяма. Если крещение вообще будет". В машине воцарилась тишина. Если бы они не были на таком особенно пустынном участке прибрежного шоссе, если бы у дороги был какой-нибудь выступ или хоть одно дерево, чтобы можно было укрыться под его тенью, то Скалли потребовала бы, чтобы Билл остановился и дал ей с Уимом выйти. Ее телефон был в сумке для памперсов – один звонок Малдеру и через пятнадцать минут он бы приехал. Если бы она не боялась за безопасность Уима, чтобы стоять на обочине дороги, она бы и не колебалась. Мэгги выглядела потрясённой. "О", произнесла она. "О". Скалли вздохнула. Доверьте ее матери упаковать значение тридцати семи лет католического прегрешения в единственный звук. "Мама..." "Нет, Дана, всё в порядке", сказала Мэгги, пристально глядя в ветровое стекло. Скалли смотрела на пролетающие мимо дюны, зная, что тема опущена - пока - но что воспрянет скорее, чем она предпочтет. Однако честно или нет, хоть она и могла сказать, что ее решение состоит в том, что крещение Уима отложено на неопределенный срок, Билл всё же знал правду. И если они останутся, то ему лучше поймать ответную реакцию, когда тема снова всплывёт. ***** Малдер сонно зевнул и посмотрел на своё отражение в зеркале, висящем над раковиной в ванной. Ему нужно побриться. Вокруг глаз появились морщинки, которых, он мог поклясться, не было там, когда он ложился спать, а его волосы торчали во все стороны. Но чувствовал он себя хорошо. Он не особо выспался с приездом Чарли, мысленным прокручиванием саундтрека и ранним подъёмом Скалли на Мессу, но утро выглядело лазурным и ясным, и он мог видеть потенциал ближайшей недели для них двоих. Потенциал открытия некоторых запертых дверей, которые все еще находились между ними. Они были не дома, далеки от работы и окружены семьей, которая, как он надеялся, могла бы разжечь разговор или два. Сдвинуть с мёртвой точки. Кроме того, в доме, полном Скалли, будет много возможности провести некоторое время наедине с его возлюбленной, пока родственники умиляются очаровательной установившейся практике Уима пукать-и-усмехаться. От этой мысли он хихикнул про себя. Он должен был признать, это очаровывало его больше одного раза, пока Скалли не сказала ему, что полнощекий, беззубый зевок не был настоящей улыбкой. Это было выпускание газов. С тех пор он все равно наслаждался этим проявлением, но это было не то же самое, как думать, что ты создал глубокую, существенную связь со своим сыном. Так как всё равно никто не узнает, Малдер почесался и сымпровизировал собственную версию хорошо повторяемой практики Уима, затем подошёл к туалету, чтобы закончить свой утренний ритуал. Это напомнило ему о том, что после того, как Скалли встала, и прежде, чем он снова уснул, Скалли попросила его съездить купить еще памперсов. Он закончит здесь, отправится в магазин и купит их прежде, чем она вернётся домой, и, возможно, в процессе немного познакомится с местностью. Он снова зевнул и сонно наклонил голову набок. Все уехали в церковь; дом был в его распоряжении. Мысль казалась роскошной - на несколько часов весь пляжный дом в его распоряжении. Нигде не нужно быть, никого не будет волновать, спустись он вниз в одних боксерах... Он мог просто валяться и использовать одиночество в своих интересах, прежде чем вернётся семейство… Он дёрнул головой, когда тяжелый удар сотряс стену справа от его головы. Моргнув, он задался вопросом, не приснилось ли это ему, когда… УДАР – бум… Несколько секунд продолжался более мягкий, ритмичный стук и затем, казалось, прекратился. Малдер прислушался, ожидая повторения и задаваясь вопросом, имело ли это какое-то отношение к водопроводной или вентиляционной системе дома, или, возможно… Ещё один сильный удар сотряс стену, сопровождаемый долгим, низким стоном и тихим, заливистым хихиканьем. С другой стороны стены что-то пробормотал голос женщины, и ему ответил более низкий тон. Малдер улыбнулся. Кажется, он не единственный, кто думал, что дом в его распоряжении. Снова прозвучал женский голос - говорил, затем вскрикнул на середине предложения. "Ты знаешь, что любишь это", ворковал с нею голос мужчины в соседней комнате. Малдер задержал дыхание. Это был Чарли - "О, дааааааа..." - и Джой. Они были в соседней комнате прямо с другой стороны стены. Возобновление ритмичного постукивания немного удалилось к воображению Малдера. Закончив с тем, что делал, он оказался разрывающимся между остаться, послушать и оставить их в уединении. Звуки с другой стороны стены становились более оживлёнными… "О, да... о, дааааа…" "Ахххх – о, да, детка..." Малдер прикусил губу. Хоть это было и забавно, он не мог сидеть и подслушивать, в то время как они делали это по соседству. Он встал, собираясь уходить, одеться и ехать за памперсами, пока они не узнали, но, чёрт возьми - он покраснел? Если он будет красным, они узнают, что он слышал… Стук стал еще громче, бум-бум-бум-бум против стены, что фарфоровая крышка унитаза дрожала… Внезапно послышался громкий треск, и все оглушительно остановилось. "Ах, чёёёёёрт!" Мрачно, почти со страхом Джой ответила: "Ты сломал её". "Твою мать!" воскликнул Чарли. "Мы должны починить её до того, как вернётся мама". Низкий, пузырящийся женский смех стал громче. "Ты вырвал её прямо из стены!" Малдер услышал низкое ворчание, затем Чарли присоединился к смеху. "Тебе тоже было приятно, детка?" С усмешкой, отражающей смех с другой стороны стены, Малдер решил открыть окно и оставить смывание на потом. После закрытия крышки унитаза и сожжения нескольких спичек он сделал мысленное примечание вернуться и промыть. Почёсывая голову и широко зевая, он отправился одеваться. ***** Войдя в дом, они увидели лежащий на журнальном столике совершенно новый оранжевый баскетбольный мяч, но в гостиной никого не было. Мэгги, Билл, Тара и Мэтью направились в свои комнаты, Мэтью прыгал и болтал о том, чтобы пойти рыть крабов, как обещал ему папа. Чарли и Джой стояли на кухне и наливали себе кофе - только готовились начать свой день. На них уже было пляжное одеяние, кольцо в пупке Джой было хорошо видно между верхом ее купальника и короткими джинсовыми шортами. "Доброе утро", приветствовала их Скалли, ставя кресло Уима на кухонный стол. "Где Малдер?" Делая глоток кофе, Джой просто подняла брови, а Чарли сглотнул, ставя свою кружку на стол. На его губах играла небольшая улыбка, как будто он был посвящён в какую-то тайну. "Не знаю", ответил он, почёсывая грудь. "Мы не знали, что дома был кто-то еще. Пробовала искать на пляже?" Она тихо вздохнула. "Нет. Но это кажется наиболее вероятным местом, с которого нужно начать". Конечно, она не могла просто 'спуститься к пляжу'. Она должна будет переодеть Уима, переодеться самой и намазать их обоих солнцезащитным кремом. Со вздохом смирения она подняла кресло и поднялась по лестнице. ***** Скалли уже переодела ребенка из его церковного одеяния и оделась сама в пляжную одежду, когда в дверь спальни постучали. Вошёл Малдер, одетый в шорты и футболку, его волосы выглядели так, будто были расчесаны ветром. "Как поездка в церковь?" спросил он, поднимая Уима из кроватки и целуя его в лобик. Сидя на краю кровати и втирая в ноги солнцезащитный крем, она подняла взгляд и тяжело вздохнула. "Что ты ответил бы, скажи я тебе, что хочу поехать домой прямо сейчас?" Он сел рядом с нею, сажая Уима на колени. "Я сказал бы, что твоё перемирие с Биллом было недолгим". Он с беспокойством смотрел на нее. "Что случилось?" "Это не только из-за Билла". Она наклонилась, чтобы дотянуться до лодыжек, втирая крем с немного большей силой, чем необходимо. "Это из-за мамы, Тары... Я сегодня по пути в церковь получила обычные двадцать вопросов семьи Скалли. Они хотят знать, когда мы собираемся устраивать крестины. Я полагаю, Тара уже думает, что она и Билл будут крестными родителями..." "Что ты сказала им?" спросил Малдер, удивлённый тем, что она так легко подняла тему; с тех пор, как родился Уим, это была запретная тема, номер четыре или пять - он потерял счет. Она выдавила в ладонь ещё крема и атаковала другую ногу. "Я сказала им, что не уверена, что крестины будут". Малдер сжал губы и тихо присвистнул. Он мог только представить, как это было воспринято. И, конечно, он будет чувствовать за это вину, что, как он думал, было довольно смешно, учитывая, что он вообще не принимал участие в теме разговора. Он глубоко вздохнул и сосредоточился на ребенке, сидящем у него на коленях. "Ты хочешь, чтобы Уим воспитывался в той же вере и традициях, в которых воспитывалась ты?" спросил он. "Всё не так просто, Малдер", коротко ответила она, ее утверждение акцентировалось звуком закрытия крышечки тюбика. Она села и резко, расстроено посмотрела на него, втирая оставшийся крем в предплечья. "Ты знаешь это". Конечно, он знал, что это было непросто. Если и было слово, чтобы описать эти отношения, эту семью, просто явно было не этим словом. Он знал, что вера Скалли была важна для нее, что это была большая часть силы, которая держала ее сосредоточенной, когда весь остальной мир не имел никакого смысла. Было просто и естественно предположить, что она захочет разделить её со своим сыном. Малдер не испытывал в этом отношении никакого беспокойства. Правда была в том, что для него это не имело большого значения, будет ли Уим воспитываться католиком, или мусульманином, или ортодоксальным евреем. Но он не знал, как сказать об этом, чтобы не показалось, будто его это не волнует - как будто он не разделял интереса к духовному воспитанию Уима. Напротив, он надеялся быть очень вовлеченным во всё, что касается его сына. Он хотел, чтобы Уим был открыт множеству религиозных и духовных влияний. "Ты знала, что рано или поздно это непременно всплывёт", напомнил он ей. Он знал, что для Скалли это была чувствительная тема – та, которой они редко смотрели в глаза, и та, которая очевидно расстраивала ее теперь - но он был рад, что проблема была поднята. Она вздохнула и отвела волосы с лица, её глаза беспокойно рассматривали комнату. "Полагаю, что так", сказала она. Через минуту она повернулась, чтобы прямо посмотреть на него, ее глаза были темными и уязвимыми. "А ты чего хочешь?" Это был провокационный вопрос, и он знал, что ей было трудно спросить, но ответить ему было не легче. Им нужно было поговорить об этом, но он не знал, как об этом говорить, не нырнув в некоторые из более глубоких проблем – возможно, во все. Он более чем немного сомневался в том, чего она хотела от него, когда дело касалось Уима, и в какое количество ее собственной жизни она желала позволить ему вторгнуться. Они проводили вместе каждый день и каждую ночь, очень хорошо играли роли мамы и папы, пока Скалли привыкала к наличию в своей квартире ребенка, кормлениям и памперсам, бессонным ночам и тысячам новых обязанностей. Но то, как долго всё это будет продолжаться, было одним из самых больших вопросов. Это был первый раз, когда она спросила его, чего он хотел, и он уже знал, что это было так немного или столько, сколько она желала позволить, но сейчас точно было не лучшее время, чтобы упоминать о том, что он чувствовал себя так, будто находился в слепом полёте, особенно учитывая ее нынешнее настроение. Потому он уклонился от вопроса. "Я хочу, чтобы ты хорошо себя чувствовала при принятии своих решений, независимо оттого, каковы они", сказал он, не меняя интонацию. Она встала и подошла к пеленальному столику Уима, чтобы положить в сумку для памперсов солнцезащитный крем и несколько других вещей. Он услышал, как она долго и медленно выдохнула и не смотрела на него, когда осторожно ответила: "Это всё, что ты можешь сказать?" Он пожал плечами, напоминая себе изолировать проблему и иметь дело с одной за раз. "Это всего лишь крестины, Скалли". Она прервала то, что делала, и положила ладони на столик, ничего не говоря. Он вздохнул. "Если это делает твою семью счастливой", продолжил он, "если ты веришь, что это защитит его от грехов мира и гарантирует, что его вечная Душа попадёт в Рай, тогда какой вред это причинит? Побрызгать водой ему на голову намного менее травмирует, чем обрезание, и не сомневайся в этом". Она закрыла глаза, с покорным вздохом опустив подбородок к груди. "Ты прав". Повернувшись к нему лицом со все еще склонённой головой, она глубоко вздохнула, снова говоря с большей убеждённостью. "Ты прав. Я не знаю, по поводу чего я так волновалась". Тогда она посмотрела на него, обеспокоенный взгляд все еще задерживался в ее глазах. Он хотел сказать 'из-за меня', но не был уверен, правда ли это, или он просто переносил собственные проблемы на ситуацию. Он тихо наблюдал за нею. Она опустила глаза и снова повернулась спиной, чтобы закончить собирать сумку. "Скалли…" начал он, думая, что, может, они должны продолжить обсуждение, и остановился, чтобы выяснить, какой подход должен предпринять. Она не обернулась. "Что?" сказала она почти неслышно. Он колебался. Она устала и уже достаточно давления получила от своей семьи этим утром - она не нуждалась в большем от него. Как только они открыли эту обширную тему, он знал, что дальнейшего захлопывания крышки над нею не будет, и они, вероятно, закончат с намного большим, чем любой из них готов был справиться сейчас. Когда он не ответил, она обернулась через плечо, и решение было принято; это обсуждение произойдёт в какой-нибудь другой раз. Заставив себя улыбнуться, он сказал: "Ты готова высадиться на берег?" ***** К тому времени, как они спустились к пляжу, Джой и Чарли были уже там, расположились в нескольких футах от густой пляжной травы, кусочков раковин и морских водорослей, которые отмечали последний прилив. Джой стояла в центре большого мексиканского одеяла и растирала солнцезащитный лосьон по рукам. Чарли стоял в нескольких шагах от неё и втыкал в песок пляжный зонт Мэгги. Он поднял взгляд и усмехнулся, когда увидел их. "Привет…" крикнул он, кивая Малдеру. "Ты занимаешься сёрфингом?" Малдер остановился на секунду, видя взгляд, который бросила ему Скалли через плечо. Он сощурился на солнце. "Нет", признался он. "Не очень". "Вообще нет", исправила Скалли. "И откуда ты знаешь?" спросил Малдер. Скалли просто подняла брови. "Он тоже", сказала Джой, кивая на Чарли. Скалли хихикнула. "Я знаю свой путь на доске, большое спасибо", сказал Чарли, утрамбовывая песок вокруг основы зонта. Он поднял полосатую зелено-белую верхушку и установил её на место. "Я занимался серфингом". Джой и Скалли обменялись ещё одним бессловесным взглядом, который говорил красноречивей всяких слов. Чарли стал рядом с Малдером, скрестив на груди руки и рассматривая океан с видом знатока. "Видишь это?" спросил он, его брови признательно поднялись. Сверкающая лазурная вода простиралась до горизонта, пенящаяся сильнее, чем днём прежде. Волны начинались приблизительно в ста ярдах от берега, постепенно расширялись, приближаясь к берегу, создавали прекрасные бирюзовые завитки, прежде чем с грохотом рушились в пене. "Они футов шесть – может, восемь", продолжил Чарли. "Этот шторм, о котором говорят, действительно должен поднимать вещи там". Малдер кивнул. Он по радио слышал новости о погоде, когда ранее ездил за памперсами. Феликс все еще был только тропическим штормом, но двигался быстро, набирая обороты и устремляясь к Багамам, двигаясь тем же самым путём, что и Ураган Фрэн пятью годами раньше. Кассирша в Food Lion не казалась особо встревоженной возможностью того, что их снова так скоро накроет. "С Фрэном у нас была стена воды высотой в четырнадцать футов", рассказывала она ему, пробивая сумму памперсов, двух пакетиков семечек и баскетбольного мяча, который Малдер импульсивно захватил в отделе сезонных товаров. "Штормы у нас каждый год", сказала она, не впечатленная, очевидно, самыми свирепыми стараниями Матушки Природы. "Мы привыкли". Что заставило Малдера ясно представить, что это была женщина, которая никогда не застревала в жилом доме, наполненном паразитами, поедающими людей. Однако здравый смысл возразил тому, чтобы высказать это специфическое наблюдение вслух, и он заплатил за свои покупки без дальнейших комментариев. Чарли все еще пристально глядел на воду с видом решимости. "Я подумал, что мы могли бы пойти и арендовать где-нибудь несколько досок", сказал он, "использовать в своих интересах эти волны... что скажешь?" "Конечно", сказал Малдер, идея ему понравилась. "Утром я проезжал несколько мест, где есть доски и прочий материал…" "О, нет", сказала Джой. Она закрыла крышку бутылочки и бросила её на уголок одеяла. "Я не буду сидеть здесь весь день, пока ты въезжаешь в песок". Взгляд в глазах Скалли указывал на ее согласие с Джой, когда она вручала Уима Малдеру. "Тебе уже не восемнадцать", напомнила она ему и снова подняла бровь, устанавливая их стулья между зонтиком и одеялом. "Помни об этом, Лунный Пёсик". "Ты это слышал?" спросил Малдер Уима, поднимая его на уровень глаз и покачивая его из стороны в сторону. "Ты слышал, что твоя мама говорит мне?" Уим усмехнулся и икнул, в то время как Скалли подошла и нахлобучила ему на голову хлопковую шляпку от солнца Baby Gap. Он в замешательстве моргнул. "Я хочу, чтобы ему не напекло голову", сказала Скалли, завязывая шляпку под подбородком Уима. Она искоса посмотрела на Малдера. "Ты тоже должен что-то надеть". "Не-а", сказал Малдер, улыбаясь своему мальчику. "Я никогда не сгораю". "Как бы не так", хихикнул Чарли, втирая лосьон в шею. "Эй, Дейн - помнишь то время в Кингсбери? Когда ты и Келли Кейси намазались детским маслом и валялись на солнце сколько, шесть часов…?" "Не напоминай мне", застонала Скалли. Она наклонились, порылась в огромной сумке, которую принесла с собой, и протянула Малдеру его солнцезащитные очки. "Одень их, по крайней мере…" "Ты не загораешь, не так ли", сказала Джой, которая была уже на пути к великолепному тропическому цвету. Она сняла шорты, открыв нижнюю часть своего бикини, и устроилась на одеяле для наилучшего воздействия солнца. Скалли снова рылась в своей сумке. Она поглядела на Джой с унылой усмешкой. "Нет", сказала она, вставая с тюбиком оксида цинка. Она выдавила немного на палец и размазала по носу. "Я не загораю…" Чарли засмеялся. "Оставь ее на солнце очень надолго, и ты не сможешь сказать, где заканчиваются волосы Дейн и начинается ее кожа". "Оу", произнёс Малдер. Он коснулся скользкой белой полоски на носу Скалли. Маленькая фигурка неслась к ним с дюн, с каждым шагом поднимая песок позади себя. Мэтью, запыхавшись, подбежал к ним с выражением серьезного намерения на лице. Он упал на колени, преувеличенно тяжело дыша от бега. "Привет, Мэтью", сказала Скалли. "Твои родители спускаются?" "Что это?" спросил Мэтью, указывая на белую полоску на лице Скалли. "Хочешь такую же?" спросила его Скалли, выдавливая немножко мази и размазывая по его носику. Мэтью скосил глаза, пытаясь увидеть, где Скалли намазала ему нос. "Я не вижу!" "Вот", сказала ему Джой, садясь и вытаскивая маленькую пудреницу из своей пляжной сумки. Она открыла её, чтобы он мог посмотреть в зеркальце. Мэтью вытягивал шею, пока не увидел своё лицо. "Мне это не нравится", сказал он, вытирая нос и размазывая цинк по всему лицу. "Ты оказываешься перед необходимостью научиться любить это", крикнула ему Тара, они с Биллом затруднительно шли по песку под кучей сумок, сложенными пляжными стульями и яркими полотенцами. Между собой они несли огромную сумку-холодильник. "Мама! Я хочу нарыть крабов!" воскликнул Мэтью. Чарли усмехнулся Таре и Биллу, положив руки на бедра. "Вы хоть что-нибудь оставили в доме?" язвительно заметил он. "Там еще несколько вещей", ответил Билл, не улавливая сарказма Чарли. Тара же уловила и закатила глаза, глянув на своего деверя. Они поставили холодильник с другой стороны зонтика, и Билл положил половину своей ноши на песок, критически рассматривая место их расположения. "Мы промокнем со следующим приливом, знаете ли", сказал он ни кому в частности. "Думаю, всё в порядке", сказал Чарли. "Ты разместил нас прямо у уровня воды, Чарльз…" Чарли подмигнул своему брату. "Мы в порядке". Малдер уловил небольшую резкость в тоне Чарли - это был первый раз, когда он услышал что-то кроме легкой приветливости в голосе младшего мужчины - и на мгновение у него возникло удивительное чувство дежа вю. Он знал этот тон. Он глянул на Скалли, но она, казалось, не заметила. Билл вскинул руки и покачал головой, очевидно убеждённый в том, что прилив докажет его слова и неправоту Чарли. Он глянул на берег и увидел приближающуюся Мэгги. "Я пойду за оставшимися вещами", сказал он, но не двинулся с места. Мэгги подошла, широко улыбаясь им и смотря на них из-под больших круглых солнцезащитных очков. "Всем привет", сказала она, бросив свою сумку на песок около зонтика. "Кто установил мне зонт? Не так мило было..." "Это Чарли", сказала Скалли, садясь на свой стул. "Неужели, дорогой", сказала Мэгги, гладя младшего сына по щеке. "Спасибо, милый". Чарли усмехнулся и подёргал бровями, быстро подставляя ей стул. "Я пойду за оставшимися нашими вещами", снова сказал Билл, но никто, казалось, не слышал. Чарли устроил шоу из установки стула матери под лучшим углом под зонтом и расставлял ее сумки на правильном расстоянии рядом. С эффектной демонстрацией он предоставил ей место. "Ваш стул, миссис Онассис…" Мэгги высунула язык, пока все смеялись, и опустила очки, чтобы посмотреть на своего младшего сына. "О, так ты дразнишься", сказала она с ложным негодованием. "Но такие на пике моды…" Это вызвало ещё одну волну смеха. Мэтью в замешательстве смотрел на взрослых. "Мама…" "Мэтти, где твой пакет с пляжными игрушками?" спросила Мэгги, усаживаясь на стул. "Папа его принесёт", ответил Мэтью. "Я принесу его", повторил Билл. "Тебе что-нибудь нужно, мама, пока я иду туда?" спросил он и поглядел на всех остальных. "Или кому-нибудь?" Никто на его предложение не откликнулся, и он повернулся к ним спиной, наконец-то направившись к дому. Мэтью снова шлепнулся на песок. "Я хочу нарыть крабов", громко заявил он, поднимая две горсти песка и бросая его в воздух. "Малыш - не бросай", сказала Тара, хватая одну его ручку и отряхивая её прежде, чем он снова мог бросить. Она наклонилась, чтобы разложить их стулья, и опустила полотенца и сумки на один из них. "Мы не смогли унести все сразу", сказала она им. "Билл организовал два похода, так чтобы я могла поставить здесь стулья, в то время как он сходит за остальным", продолжила она, явно удивленная эффективным планированием мужа. Искоса смотря на берег, она со снисходительной улыбкой наблюдала, как Билл исчезал за дюнами. "Это наш Билл", сказал Чарли, хорошее настроение вернулось в его голос. "Всегда Скаут Орёл. Такой хороший моряк". "Не надолго", ответила Тара, ставя стул в тень рядом со свекровью и со вздохом садясь. "О чём ты?" спросила Скалли, подаваясь вперед. "Мама", соперничал за внимание Тары Мэтью. "Мама!" "Да, Мэтью, мы нароем крабов", машинально сказала Тара, затем посмотрела на Скалли. "Билли подумывает о том, чтобы досрочно уйти в отставку". Скалли перевела взгляд от Тары к матери, с неверием снова усаживаясь на стуле. Флот был жизнью ее старшего брата; Скалли помнила, что это было всё, чего хотел Билл: следовать яркому примеру их отца. В школе он прошёл службу вневойсковой подготовки младших офицеров резерва ВМС, получил диплом в Аннаполисе и быстро поднимался в рангах, был весьма уважаемым и хорошо зарекомендовал себя. Двадцать лет спустя у него были командирские полоски на белой форме и полная грудь орденов, которые заставили бы Ахаба гордиться. Скалли почувствовала, как у неё упало сердце; для ее брата оставить Флот будет столь же травмирующим, как для Малдера было оставить Бюро. "Что случилось?" спросила она. Тара посмотрела на Мэгги, затем снова на Скалли. "Ну, он думал об этом уже некоторое время - он говорит, что Флот уже не тот, каким был когда-то - но ему недавно отказали в продвижении по службе, и это стало решающим доводом. Он достиг высшего уровня, и для него нет важной причины оставаться". Скалли посмотрела на мать. По выражению лица Мэгги было ясно, что она уже слышала все это. Чарли присвистнул и растянулся рядом с Джой на полосатом одеяле. "Так что он собирается делать?" "Он не решил", сказала Тара, слегка пожав плечами. Затем на ее лице появилось взволнованное выражение, и она поглядела на каждого из них. "Это щекотливая тема", предупредила она их. "Я не подниму её, если он не поднимет". Малдер вручил Уима Скалли и сел на стул рядом с нею. "Интересная политика", пробормотал он. Скалли повернулась и проницательно подняла бровь. Джой фыркнула с левой стороны от него, и он увидел, что она улыбается и качает головой. "Вы останетесь в Сан-Диего?" спросила Скалли. Тара поймала Мэтью и поставила его между ногами, втирая солнцезащитный крем между его птичьими лопатками. Она нахмурилась. "Ну..." произнесла она, подняв брови и наклонив голову набок. Она намазала Мэтью руки и нежно хлопнула его по попе. "Иди, готово", сказала она. Мэтью посмотрел на нее через плечо, разведя намазанные руки в стороны. "Я пойду к воде", сказал он. "Только до пальцев ног, пока папа не вернется", сказала ему Тара. "Или тебя схватят крабы!" Она пощекотала его ребра, и он убежал, весело визжа. Тара наблюдала, как он бежал к воде, остановившись у кромки и оглядываясь в поисках ее одобрения. Она подняла большие пальцы, крича: "Хорошо, малыш! Этого достаточно пока…!" Затем повернулась обратно к Скалли, ее лицо потеряло беззаботное выражение. "Нам нравится в Калифорнии", сказала она, возвращаясь к вопросу. "Но обе наши семьи здесь - и я знаю, что моя мать хотела бы чаще видеть Мэтти…" "Конечно, она хотела бы", сказала Мэгги, закрывая книгу, предварительно сунув между страницами большой палец, и немного поворачиваясь на стуле. Тара глубоко вздохнула и продолжила. "И моя сестра Пэтти только родила ребенка этим летом". Она бросила нежный взгляд на Уима и вздохнула. "Я действительно надеюсь, что Билли подумает о том, чтобы вернуться в Вирджинию. Или, может, в Пенсильванию, к моей семье…" Она замолчала, когда заметила возвращающегося Билла, и откинулась на спинку стула. "Об этом сейчас нелегко говорить". Малдер посмотрел на Скалли, которая удерживала его взгляд несколько секунд, в то время как Уим извивался у неё на коленях. В некотором смысле приятно было знать, что нехватка такого вида общения не присутствовала исключительно в их отношениях. Но слышать это о Билле и Таре несколько подчеркивало число вещей, которых Малдер и Скалли избегали в течение многих месяцев, потому что о них 'нелегко' говорить. Скалли отвела взгляд, вставая, чтобы положить Уима в тень. Несколько минут и долгую тишину спустя вернулся Билл, опустив большой сетчатый мешок, полный ярких пластмассовых ведерок и совков, на песок рядом со стулом Тары. "Ты следишь за ним?" спросил он ее, смотря на Мэтью, который сидел на корточках около воды, что-то исследуя на песке. Тара приставила ладонь козырьком поверх глаз, чтобы посмотреть на мужа. "Я слежу за ним", сказала она. "Он хочет, чтобы ты пошёл, нарыл с ним крабов в песке". Билл кивнул и стянул рубашку через голову. Он поглядел на каждого - Чарли и Джой загорали на своём одеяле, Мэгги тихо читала под зонтиком, Скалли устраивала Уима на его одеяльце. Его глаза надолго остановились на Малдере, который наклонился вперед, положив локти на колени. Малдер поднял глаза и вернул Биллу взгляд без всякого выражения. Билл отвёл взгляд первым. "Вы все такие тихие", заметил он. Он бросил свою свернутую рубашку на одну из сумок Тары и стал, уперев руки в бока. Чарли приподнялся на локтях и искоса посмотрел на старшего брата. "Мы говорили о тебе, мальчик-Билли", усмехнулся он. Билл фыркнул полу удивленно, полу нетерпеливо и нагнулся поднять мешок игрушек. "О, хорошие вещи, я уверен", сказал он с ухмылкой, заставляя Чарли хихикнуть. Билл вытащил из мешка ярко-оранжевое ведро и направился к воде. Чарли снова приподнялся на локтях. "Если ты поймаешь много…" крикнул он вслед брату, "у нас может быть на ужин закуска из песочных крабов!" Все издали звуки отвращения, и на полпути к воде Билл повернулся и несколько шагов пятился, усмехаясь им, прежде чем снова повернулся спиной. Чарли продолжил тихо хихикать, снова ложась на одеяло. "Это действительно непристойно", вяло пробормотала Джой, не поднимая взгляда. Малдер находился достаточно близко, что слышал шёпот Чарли: "Ты любишь это". Малдер улыбнулся про себя, поднимая взгляд, когда Скалли снова села. Она подарила ему взгляд мягкого удивления, когда он протянулся между ними, чтобы взять ее руку. Около них Чарли все еще бормотал Джой. "Знаешь", сказал Чарли, его голос был низким и очевидно предназначался только для Джой, "я слышал, что наилучшее время рыть песочных крабов - это ночь". Джой тихо засмеялась. "Неужели..." "Ммм-хм", произнёс Чарли. Он ещё понизил голос. "И я подумал", сказал он, "что, может, в одну из этих ночей мы с тобой могли бы пойти и, ну, знаешь - 'порыть песочных крабов'..." "Ты подумал, не так ли", пробормотала с интересом Джой. "Дааааа", протянул Чарли. "Я знаю, как ты любишь хорошую закуску из песочных крабов..." Джой хрипло захихикала. Малдер повернулся посмотреть, уловила ли Скалли что-либо из этого разговора, но ее внимание было сосредоточено на Уиме. Он поглядел на Чарли и Джой, лежащих на одеяле - Чарли лег на бок лицом к Джой и накрыл ее живот большой рукой. Джой открыла и сощурила один глаз, улыбаясь. "Я знаю, что ты не пытаешься разрушить мой загар", предупредила она. Чарли усмехнулся ей, другой рукой подперев голову. "А что, если пытался?" спросил он. Джой снова закрыла глаза. "Я расскажу твоей матери", сказала она сонным голосом. Чарли засмеялся, целуя ее в губы, прежде чем снова улечься на одеяле. Он поймал взгляд Малдера, когда переворачивался, и подмигнул. "Ах, да", тихо заключил Чарли, закрывая глаза и кладя руки на грудь. Его голос мог услышать только Малдер. "Все любят хорошую закуску из песочных крабов". ***** День на пляже вызвал безмятежный, почти усыпляющий дух товарищества среди различных жителей пляжного дома, названного 'Идеальной Гармонией', который был словно заколдован собственным названием. Скалли медленно спускалась по лестнице после принятия душа, она чувствовала себя разгоряченной и сонливой, готовой присоединиться к своей семье за вкусным ужином. Напряженность утра казалась очень далекой, когда она прошла на тихую кухню, которая занимала весь северо-западный угол большой комнаты на первом этаже. Ее мать и Тара сделали паузу в приготовлении ужина и, прислонившись к столу, беседовали с бокалами вина в руках. Большая бутылка белого вина стояла позади них на столе. Когда подошла Скалли, Мэгги наклонила голову набок с медленной улыбкой. "Привет, милая", сказала она. Скалли глубоко вдохнула пахнущий пляжем воздух и вернула улыбку матери. "Ты сегодня немного загорела". "Привет - да", сказала она и поглядела в большую комнату, где на коленях у журнального столика сидел Мэтью с книгой-раскраской и огромной коробкой цветных карандашей. "Где все остальные?" "Ну, Билли на улице подготавливает гриль", сказала Тара, отходя от стола и открывая один из буфетов, чтобы взять ещё один бокал. "А Джой с Чарли поехали в магазин за чем-то…" "За поваренной солью", сказала Мэгги, делая глоток вина. "Точно", сказала Тара, протягивая бокал Скалли. Скалли держала его, пока Тара наливала вино. "Спасибо", сказала она, заставляя себя улыбнуться и пытаясь подавить возрастающую тревогу от факта, что Уима здесь не было. Тара подняла свой бокал и слегка стукнула им по бокалу Скалли. "Здесь действительно хорошо", сказала она. "Я только что говорила твоей маме". Скалли кивнула, неспособная удержаться от ещё одного взволнованного осмотра комнаты. Она знала, что Тара и ее мать с развлечением наблюдали за нею. "Твой мужчина на веранде", с игривой улыбкой сказала Тара, делая глоток вина. "Читает, думаю". "Мой м…?" полу повторила Скалли с хриплым смехом, прежде чем поймала себя и закрыла рот. Ее мужчина. Малдер - ее мужчина. Она сделала глоток вина, чувствуя, как румянец разливается по уже розовым от солнца щекам. "Она взял ребенка с собой", сказала ей Мэгги. Скалли откашлялась и быстро, молча улыбнулась женщинам, надеясь, что ее минутная потеря самообладания была не слишком заметна. "Думаю, я пойду, поищу его", сказала она. Она тихо прошла по комнате мимо диванов, останавливаясь только для того, чтобы услышать нежный смех Тары и Мэгги и ласковый комментарий Мэгги: "Старые привычки тяжело умирают". Она закатила глаза - значит, они заметили - и прошла на веранду. Малдер был там с Уимом, не читал, а спал. Оба спали мертвым сном, Малдер развалился на одном из стульев Адирондак, его скрещенные ноги лежали на близстоящем приставном столике, одетый лишь в памперс Уим растянулся и пускал слюни на голую грудь своего отца. Скалли почувствовала, как ее внутренности напряглись и сжались от тёплого чувства, которое, как она подумала, могло бы расплавить ее прямо там, где она стояла. Ее мужчина. Ее мужчины. Она подошла ближе, осторожно забрала книгу в мягкой обложке, которая свисала из левой руки Малдера, и сняла очки с его лица. Она тихо свернула их у своего живота и пыталась решить, должна ли рисковать разбудить Уима, забирая его, когда почувствовала, как тёплая рука пробежалась по задней стороне ее ноги и сжалась позади ее колена. "Я не сплю", прошептал Малдер, не открывая глаз. Скалли улыбнулась. "Нет?" "Мм-мм", пробормотал он и глубоко вздохнул, немного приподнимая Уима. "Просто проверял свои веки на наличие дыр..." Скалли кивнула - хотя он не мог этого видеть - ее глаза блуждали по его расслабленному телу, она восхищалась им. "Хочешь бокал вина?" тихо спросила она. Малдер покачал головой. "У меня есть пиво..." Его рука оставила ее ногу, чтобы нащупать его около стула. "Где-то здесь…" Она подтолкнула бутылку носком обуви к его руке, и он схватил её. "Вот она", пробормотал он. Он улыбнулся ей, его глаза были все еще закрыты, а рука, теперь холодная от бутылки пива, снова обернулась вокруг ее колена. "Мне снился самый невероятный сон…" "Я думала, ты не спал". "Я полу спал... но мне снился сон", сказал он, кажущийся менее чем полу проснувшимся. "Ты была в нём..." Некоторое время он больше ничего не говорил. Скалли подумала, что он снова уснул, и снова начала размышлять, не поднять ли Уима и покормить, когда звук шагов на ступенях предшествовал громкому стуку входной двери, когда та широко открылась и ударилась о стену. Голос Чарли быстро произнёс. "Ох – извините…!" Малдер открыл глаза, а Уим проснулся и резко дернулся против его груди. Лицо ребенка мгновение выглядело удивленным, прежде чем исказилось и покраснело, и Уим освободил долгий, оглушительный крик. Снова голос Чарли быстро проговорил, на сей раз ближе. "О, я очень сожалею…" Чарли показался в дверях веранды, он держал огромный арбуз. "Это напугало его?" Скалли подняла ребенка и успокаивала его, прижав к плечу, Малдер сел, потирая ладонями глаза. Она уныло улыбнулась брату. "Да", сказала она, проходя мимо него в дом. "Всё в порядке". Уим все еще плакал, когда Чарли проследовал за нею в гостиную и кухню. "Я извиняюсь - я выпустил дверь, и она так быстро распахнулась…" Джой присоединилась к Мэгги и Таре за столом и распаковывала два пакета с продуктами, третий был свернут и лежал у неё в ногах. Она сделала сочувствующую гримаску, так как Уим продолжил вопить. "Аййй, я сожалею, Дана - он спал?" "Ему всё равно уже пора есть", сказала Скалли, открыв холодильник, чтобы взять одну из бутылочек Уима. Билл и Малдер одновременно появились с противоположных сторон, каждый остановился у кухни. Малдер одевал футболку, а Билл держал в одной руке большие щипцы для барбекю, рассеянно щелкая ими. "Снова пугаешь детей, Чарльз?" спросил он с широкой ухмылкой. "Ха-ха-ха", произнёс Чарли. Он положил арбуз на стол, держа руку на нём, чтобы тот не скатился. Комната была тиха за исключением звука удивительно устойчивого и бесспорно сердитого крика Уима, пока Скалли нагревала бутылочку на печи. Чарли содрогнулся. "Чёрт - он в порядке? Я травмировал ему ушки или что…?" "Он в порядке", сказала Скалли, поглаживая Уима. Подошел Малдер, чтобы взять его и освободить руки Скалли, и она с благодарностью отдала ребенка. Уим завизжал, когда был отнят от матери, но мгновенно затих, когда Малдер прижал его к груди. Скалли поймала взгляд Малдера и улыбнулась. Остальные присутствующие на кухне потрясённо наблюдали. "Это", сказала Джой, "невероятно". Малдер тихо хихикнул, подходя к столу и садясь на табурет. Уим икал и выпученными глазками смотрел поверх плеча отца, как все нежно улыбались ему. Они услышали, как в дверном проеме Билл защелкал щипцами. "Гриль готов", сказал он. "Все знают, какими хотят свои бифштексы? Мама?" "Умеренно прожаренный, милый", ответила Мэгги, отрывая взгляд от ребенка. Тара подняла взгляд и затем вернулась к нарезанию помидоров. "Мне тоже. И сделаешь Мэтти хот-дог...?" Малдер и Скалли присоединились к заказу умеренно прожаренных бифштексов, и Билл посмотрел на Чарли и Джой. "А вы, ребята?" спросил он. "Как вы хотите?" "Мы не едим мясо", сказала ему Джой, сворачивая один из пустых бумажных пакетов. Билл поднял брови, глядя на Чарли. "А что тогда вы будете есть?" спросил Билл. "Я о том, что есть только много картофельного салата…" "Мы купили темпе", сказала Джой, показывая Биллу герметичную упаковку чего-то, напоминающего белый сыр. "Можешь бросить это на гриль под конец. Просто оставь для нас чистое место на одном из углов - я сделаю маринад для него…" "Но что это, черт возьми?" спросил Билл. "Билли…" "Что это, черт возьми…!" повторил Мэтью из гостиной. Тара хмуро глянула на Билла, но Джой добродушно улыбнулась. "Это соевый творог", сказала она. "Как тофу. Я нарежу его и принесу тебе". Билл подозрительно покосился на пакет темпе, затем глянул на своего брата, который прислонился к столу, склонил голову и пытался не рассмеяться. "Соевый творог, Чарльз?" спросил Билл. "Я тоже хочу соевый тволог!" заявил Мэтти. Чарли поднял взгляд и, не удержавшись, рассмеялся, все остальные быстро подхватили его смех. Все, кроме Билла, который недоверчиво качал головой, и Малдера, который встал с табурета и пошел с Уимом в другую часть большой комнаты. "Ты не будешь соевый творог", серьезно сказал Билл сыну. Малдер оглянулся и поймал взгляд усмехающейся Скалли. "Я буду там", одними губами произнёс он ей, подмигнув и кивнув на веранду. Скалли кивнула, ее глаза все еще мерцали. Повернувшись, Малдер увидел пару темных, миндалевидных глаз. Джой на мгновение встретила его взгляд, прежде чем посмотрела на продукты, лежащие перед нею, и Малдер заметил, что хоть ее глаза и были дружелюбными, Джой тоже не смеялась. ***** Мэгги поставила на стол картофельный салат и с благодарностью села на место во главе стола, которое оставил для нее Билл. Она улыбнулась. Было немного вещей, которые могли заставить ее легко себя чувствовать так, как она чувствовала себя со своей семьей, собравшейся вокруг нее - редкое обстоятельство, которое за последние несколько лет она научилась не считать само собой разумеющимся. Слезы укололи ее глаза, пока она смотрела на лица своей детей и людей, которых они любили. Прошли годы с тех пор, как все они собирались вместе. Но, конечно, семья больше никогда не будет полностью целой, не в этой жизни. Оставалась неотвратимая и ожидаемая острая боль за тех, кого нет за этим столом. Мэгги вздохнула, думая, как ее Билл наслаждался бы этой неделей, окруженный своими детьми, с каким восхищением Мелисса бы нянчилась со своими племянниками. Она могла представить их радость, могла чувствовать их присутствие за столом. Они были знакомыми, любимыми призраками, и боль утраты только обострила ее благодарность за тех, кто был здесь. Как она любила их всех. Билл сидел с правой стороны от неё. Она накрыла его руку своей, заставляя старшего сына поднять удивленный взгляд. Тогда он улыбнулся, поворачивая руку, чтобы сжать ее ладонь. Другой рукой он поднял маленький кулачок Мэтью. "Хочешь произнести благословение, мам?" спросил он. Все остальные сидящие за столом прервали свои разговоры и подняли глаза. Чарли первым понял намек, беря за руку Джой, сидящую справа от него, и руку своей сестры, сидящей от него слева. Мэгги увидела улыбчивый взгляд, которым обменялись двое её младших детей, когда все за столом взялись за руки, она знала, что они, вероятно, думали, что она сентиментальна. Ну, пускай так и думают, подумала Мэгги с ещё одной улыбкой. Ну и что, если и так. Если ты не можешь быть сентиментальной в собственной семье, что забавного в том, чтобы быть матерью? Мэгги взяла за руку Джой, замыкая круг за столом, и все склонили головы, в то время как она произносила молитву. "Благослови нас, о, Господь..." Мэтью, как только было сказано последнее "Аминь", воскликнул: "Мне нлавица пляж!" За столом все нежно засмеялись, наполняя тарелки, а Чарли наклонился через стол, усмехаясь своему племяннику. "Что-что, Мэтти?" "Мне нлавица пляж!" повторил Мэтью. "Ему нравится пляж", перевела Тара, разрезая хот-дог Мэтью на половинки. "Да", согласился Мэтью. "Кетчуп", сказал он своей матери. "Кетчуп что, Мэт?" спросил Билл. "Позааалуйста", сладко протянул Мэтью. Билл с улыбкой взъерошил сыну волосы. "Мы обычно по очереди говорим, за что мы благодарны, после того, как читаем молитву", объяснил Билл, переводя взгляд от жены к матери. Мэгги улыбнулась, вспоминая традицию за собственным обеденным столом. "Это действительно мило", сказала Джой. Она посмотрела на Мэтью. "Значит, ты благодарен за пляж, Мэтти?" Мэтью восторженно кивнул с полным ртом хот-дога. "Ну", сказала Джой, "я тоже благодарна за пляж. И за то, что я наконец-то познакомилась со всеми вами". Мэгги вернула Джой теплую улыбку, видя, как нежно Джой провела ладонью по спине Чарли. Чарли повернулся, и Мэгги увидела взгляд, которым обменялись эти двое молодых людей. Поглощённая мыслями Дана сидела по другую сторону от Чарли, каждые несколько минут поворачиваясь, чтобы проверить ребенка. Уим крепко спал в своём кресле, стоящем на столе позади его матери, и не обращал внимания на ее постоянное беспокойство. Фокс, сидевший в конце стола, положил руку на запястье Даны. "Он в порядке...", прошептал он. Он встретил взгляд Мэгги, когда поднял глаза, и неуверенно улыбнулся ей. "Хорошо", сказала Мэгги, оглядывая стол. "Я знаю, что просто рада, что вы все здесь. Прошло много времени с тех пор, как все мы сидели за столом как семья". Все согласно загудели, и Чарли начал чокаться с бокалами и бутылками пива. Мэгги довольно вздохнула, когда все вернулись к еде, и за столом снова воцарилась тишина. Для полного счастья здесь не хватало ее мужа и старшей дочери, но она знала, что нельзя желать невозможного. Оглядывая еще раз лица своих детей, она знала, что в этот момент была благословлена. За очень многое стоит благодарить. ***** Небо было оранжево-розовым с рассеянными мрачными облаками, которые намекали на дождь, но своим присутствием создавали более захватывающий закат. Ужин был съеден и убран, и насытившийся народ перебрался на веранду, чтобы наблюдать за наступлением темноты. Мэгги заручилась помощью Чарли принести из кухонного буфета цитронелловых свечей, чтобы отпугивать москитов. Мэгги, Тара и Билл бросили вызов Малдеру, Чарли и Джой в игре Trivial Pursuit, и все приложили усилия, чтобы уговорить Скалли присоединиться к их команде для помощи в самых трудных вопросах о науке и природе. Скалли просто качала головой, сидя на раскачивающейся скамье с Мэтью и Уимом, убаюкивающая мальчиков успокаивающим тоном голоса, пока рассказывала им очень сжатую, очень скучную версию Моби Дика. К тому времени, когда Капитан Ахаб и белый кит встретили свои концы, обе команды набрали четное число долек, и Тара встала, чтобы отнести Мэтью в кровать. Маленький мальчик едва был в состоянии держать глаза открытыми, но протестовал: "Но я не сонный!" Игру признали сыгранной в ничью, когда Скалли отказала просьбам обеих сторон занять место Тары, и все расслабились на своих местах. "Я помню, как твой отец рассказывал тебе историю точно так же", сказала Мэгги, вставая из-за стола и занимая освободившееся место Мэтью на скамье рядом со Скалли. Уим мирно спал, мягко похрапывая с каждым вздохом. "Я должна была запомнить её слово в слово", ответила Скалли, плотнее подворачивая одеяло вокруг сына. Джой поглядела на Чарли, приподняв бровь. "Твой папа читал тебе Моби Дика?" спросила она, ее голос был низким, но не настолько тихим, что больше никто не услышал. Чарли был занят собиранием игровых карточек в коробки. Он посмотрел на Джой. "Не мне, только Старбак, сидящей вон там". Усмехнувшись, он кивнул на сестру. Мэгги сжала колено Скалли. "Это была их особенная вещь", сказала она, улыбаясь. "Я все еще могу слышать, как твой отец читает тебе вслух. Вы двое никогда не уставали от одной и той же старой истории". "Это отличная история", сказала Скалли, сжимая руку матери. Билл встал, деревянные ножки его стула громко скрипнули по полу веранды. Он провёл рукой по затылку с длинным вздохом. "Я ложусь спать", сказал он, вежливо смотря на своих бывших партнёров по команде и противников, но не улыбаясь. "Спокойной ночи, дорогой", сказала ему вслед Мэгги. Билл бросил ей через плечо полуулыбку и исчез в доме. На веранде воцарилась тишина, выделяемая звуком цикад и прибоя. После нескольких минут Скалли осторожно встала, глубоко вздыхая и перемещая Уима из одной руки в другую. "Думаю, я тоже пойду", сказала она, наклоняясь, чтобы ее мать могла поцеловать Уильяма в щеку. Мэгги нежно уткнулась в его щёчку и улыбнулась дочери, мягко сжимая её руку. "Спокойной ночи, милая". Скалли улыбнулась и понесла Уима к столу, чтобы Малдер мог пожелать доброй ночи своему мальчику. "Спокойной ночи, приятель", прошептал Малдер, прижимая ручку ребенка к губам. Посмотрев на Скалли, он спросил: "Ты потом спустишься?" Она покачала головой. "Думаю, я почитаю немного". Малдер разочарованно посмотрел на неё, и Чарли насмешливо по-детски проскулил: "Малдер может не идти домой и поиграть ещё с нами?" Скалли фыркнула. "Боже, после всех этих лет это все еще раздражает". "Эй, это всегда срабатывало, не так ли?" усмехнулся Чарли. "Помнишь, как детьми мы всегда играли в кикбол на лужайке Адмирала…" "Майкла Хейса", сказала Мэгги, выходя вперед и кладя руку на его плечо. "Сына капитана Хейса". "Ты тоже пойдёшь в дом, мам?" спросил Чарли, оборачивая руку вокруг талии матери и нежно сжимая её. Мэгги кивнула, проводя рукой сквозь его густые волосы на затылке. "Я только что начала читать новый роман и стремлюсь вернуться к нему". Чарли театрально прошептал Джой: "Мама только что открыла для себя Гарри Поттера". Мэгги залилась румянцем, и Чарли ещё раз сжал её за талию, прежде чем отпустить. "Майкл Хейс", усмехнулся он своей сестре, которая широко усмехнулась в ответ, оба, очевидно, вспомнили своего друга детства. "'Я расскажу своему папе!'" прохныкал Чарли, поправляя очки на носу. Скалли хихикнула, а Мэгги покачала головой, нежно глядя них, затем посмотрела на Джой, Малдера и снова на Чарли. "Что ж", сказала она, "не сидите допоздна". "Скажи Гарри, что маглы передают привет", сказал Чарли. Дети ласково посмеялись над произнесённым Мэгги "О, Чарльз", она помахала им, пожелав доброй ночи, и вошла в дом. Джой последовала за нею в дом, а Скалли посмотрела на Малдера теплым взглядом, который говорил 'приходи, когда захочешь'. "Я скоро приду", ответил он с теплой улыбкой. Она кивнула, неся Уима в дом. Малдер и Чарли развалились на своих местах, наслаждаясь вечерними звуками пляжа, когда несколько минут спустя вернулась Джой со свежим пивом. Она села за стол, устремив взгляд на Чарли. "Так что происходит с твоими братом и сестрой?" спросила она. Малдер широко раскрыл глаза от удивления ее прямому вопросу, небольшая ухмылка изогнула его губы. Его собственный личный опыт и наблюдательность дали ему несколько понятий о положении дел между Скалли и ее старшим братом - нельзя было не заметить напряжение, которое как туман висело между ними во время прошедших полутора дней, и Малдер знал, что и намного раньше. Конечно, ему было любопытно знать происхождение этого отчуждения между братом и сестрой - он подозревал, что, разумеется, это был никто иной, как он сам - но любопытно или нет, он сомневался, что когда-либо поднимет этот вопрос. Он в ожидании подался вперед, радуясь, что у Джой хватило смелости спросить о ситуации напрямую, и с интересом желая послушать, что сможет сказать Чарли. Чарли улыбнулся и снял крышку со своей бутылки пива. Он с усмешкой посмотрел на Малдера, как на проблему, как будто прочитал его мысли. "Что с моими сестрой и братом?" спросил он. "Не смотри на меня", сказал Малдер, качая головой. "Я видел только краткое изложение этой книги, выпущенной Ридерз Дайджест". Чарли фыркнул, делая глоток пива. "Не парься, парень", сказал он. "Дана известна своей молчаливостью. Тебе она, вероятно, рассказывает больше, чем кому-либо. Она вообще едва говорит с Биллом..." Джой проницательно сузила глаза. "М-м-м", медленно произнесла она. "Нет, во всём этом есть что-то большее. Это не просто нехватка общения - есть что-то еще. И это идёт с обеих сторон. Там определенно двухсторонние флюиды". Малдер снова ухмыльнулся прямолинейности Джой и сделал большой глоток пива, в то время как Чарли поставил свою бутылку на стол и театрально потянулся, оттягивая момент. "Значит так... позвольте мне рассказать вам, как всё обстоит в семье Скалли", протянул Чарли, "так как вы - всего лишь два невинных не-Скалли и не знакомы с положением дел, так сказать". Малдер усмехнулся, но почувствовал маленький укол вины за то, что поддерживает тему. Если бы Скалли хотела, чтобы он знал об этом, она бы рассказала ему сама. Он пристально посмотрел на Чарли. "Я получу за это по заднице?" невозмутимо спросил он. Джой хихикнула, а Чарли усмехнулся. "Зависит оттого, что ты планируешь делать с этой информацией, мой друг. Я предлагаю тебе не распространяться об этом, не лезть и позволить природе идти своим чередом". "Мудрый совет", бойко ответила Джой. "Мастера, я уверена". "Годы практики", сказал Чарли, откидываясь на спинку стула и самодовольно хлопая ее по бедру. "Я сам - эксперт по методу 'прыгай, ныряй и прячься'". "Тогда позволь мне угадать", сказала Джой, усаживаясь на своём месте, густые темные волосы упали вперёд ей на плечи. Она нетерпеливо отбросила их и продолжила. "Твой отец и Дана были близки, а у Билла проблемы с тем, что он никогда не идёт на уступки". Чарли с выражением лица 'неплохо' посмотрел на Малдера и показал большой палец Джой. Малдер засмеялся, потягивая пиво из бутылки, а Джой откинулась на своём стуле, ее глаза самодовольно сияли, когда она делала большой глоток пива. "И как ты вписываешься во все это, детка?" невинно подмигнула она Чарли. Чарли засмеялся. "Я? Я сказал тебе, я не лезу. Я - самый младший, потому никто ничего не ожидал от меня. Билл вечно где-то что-то кому-то доказывал, Мелисса была чувствительной, Дана умной... к тому времени, когда вырос я, родители устали, потому в значительной степени оставляли меня в покое". Малдер и Джой рассмеялись, звук их смеха тихо исчез, его унес ветер. У Малдера было впечатление, что, несмотря на его заявление, Чарли лез больше, чем утверждал, что был освобожден от бремени семейной ответственности. Скалли и Билл были не единственными родственниками, у которых были давнишние проблемы между собой. Основываясь на нескольких разах, когда он видел Чарли и Билла на пляже этим днем и затем позже за ужином, он пришёл к выводу, что и там была некая интересная динамика. Малдер предположил, что это было неизбежно. Это была приятная ночь, и они все замолчали, в то время как поднявшийся океанский ветер свистел в москитных сетках и доносил запах морской соли. Огонь свечи танцевал и мерцал в их фитилях, но не гас. Где-то над ними они услышали звук открывшегося или закрывшегося окна. "Мы слишком громко?" крикнул Чарли. Над москитной сеткой донёсся голос Скалли, ее низкий шепот звучал странно близко. "Нет, Уим хорошо спит. Я просто хочу немного проветрить комнату". "Или подслушиваешь, чтобы узнать, говорим ли мы о тебе", добавил Чарли, подмигивая Малдеру. Малдер усмехнулся той легкости, с которой Чарли дразнил сестру. "Именно поэтому я умная", мягко ответила Скалли, и Малдер подумал, что услышал ее улыбку, когда трио на веранде снова рассмеялось. Он был все еще рад, что они приехали. Скалли многие годы не видела Чарли, и было ясно, что она скучала по младшему брату и наслаждалась его компанией столько, сколько Чарли, казалось, наслаждался ее компанией. Какова бы ни была ситуация с Биллом, может, небольшая неловкость, небольшой дискомфорт и стоили того, если они давали Скалли шанс провести время с остальной своей семьёй. Что касается него, то ему очень нравились Чарли и Джой; они оказались забавными и интересными собеседниками. Джой повернула голову и внимательно изучала лицо Малдера. "Почему Уим?" спросила она. "Так было написано на коробке, в которой он прибыл", сказал Малдер, смотря на нее без всякого выражения. Его глаза, однако, разоблачали его юмор. Джой прочитала его замысел и театрально закатила глаза. Чарли засмеялся, комментируя: "Уильям – большое имя для маленького ребенка". Малдер кивнул, думая, что, возможно, он подразумевал это в большем значении. "Уильям", экспериментально произнесла Джой. "Уилл, Уилли, Билли, Билл…" "…не Билл", прервал Малдер, качая головой. Затем пожал плечами. Имя было очевидным. "Уим". Прямой пристальный взгляд Джой оставался сосредоточенным на Малдере. "А почему Малдер и Скалли?" подталкивала она. "Это так по-ФБРовски?" Малдер обдумывал вопрос с нежной улыбкой на губах. "Я не знаю", сказал он мгновение спустя. "Не все называют друг друга по фамилиям. Для нас это началось по работе, и я полагаю, просто прижилось". Чарли все еще что-то обдумывал, его голова была немного наклонена влево, он смотрел на Малдера, изогнув бровь, что Малдеру сильно напоминало Скалли, особенно за очками. "Твоего отца звали Уильямом, да? Я вроде слышал". Малдер кивнул, и Чарли продолжил. "Твой папа тоже был 'Уимом'?" Малдер покачал головой и допил пиво. "Билл", осторожно сказал он, ставя бутылку на стол, его голос был нейтральным, когда он добавил: "Как и твой папа". Возникла долгая пауза, которая больше показывала отношения Малдера к отцу, чем он сказал вслух. Джой переводила взгляд от одного мужчины к другому. "Ничего себе", произнесла она. "Вы имеете в виду, что обоих ваших отцов звали Биллом?" "Каковы шансы?" съязвил Малдер, радуясь уклонению от неудобной беседы. "Ноль - в моей ситуации", сказала она, откидываясь на спинку и ставя голые пятки на край стула. "Я не знаю, кто мой отец". Малдер вежливо кивнул, и возникла долгая пауза. Казалось, в воздухе витала неуверенность относительно направления темы, и Малдер не мог прочитать интонацию или выражение лица Джой с достаточной уверенностью, чтобы удобно продолжить беседу. Потому он ничего не сказал. "Джой росла в общине", объяснил, наконец, Чарли. "Вместо родителей её воспитывала деревня". Малдер поглядел на Джой и увидел выражение ее лица, язык ее тела по-прежнему говорил об открытости. "Без шуток?" с интересом спросил он. "Настоящее дитя цветов, а?" Джой состроила гримасу и покачала головой. "Не совсем", сказала она. "Начиналось отчасти так, я полагаю, но на самом деле это было кооперативное общество". Малдер кивнул. "Оно было самостоятельным или базировалось на торговле?" "На торговле", ответила Джой, нервно дёргая коленями. "Мы производили посуду и ювелирные изделия, которые продавали и обменивали на материалы и предметы первой необходимости". "Она училась художественному искусству и как заключать сделки", добавил Чарли, в его голосе звучала гордость. "Именно поэтому она теперь такой офигительный агент галереи". Малдер мог это представить. С ее самоуверенностью и прямолинейностью он мог предположить, что она будет проницательным переговорщиком. А Чарли был художником - Скалли упоминала однажды, что его областью была скульптура - доказательством был постоянный оттенок серой глины на кутикулах его ногтей. "Так вы и познакомились?" спросил Малдер. Возникла пауза, во время которой Джой и Чарли весело смотрели друг на друга. "Что-то вроде того", ответила Джой, не нарушая зрительный контакт. Затем она повернула голову к Малдеру. "Мы познакомились на открытии галереи". "Прям как Джон и Йоко", добавил Чарли, и Джой игриво шлёпнула его. "Заткнись…!" недовольно сказала она. "Ты всегда это говоришь, а мы совсем не как Джон и Йоко". Чарли засмеялся, и было очевидно, что это была одна из их любимых вещей, из-за которой они препирались. "Ой, да ладно", сказал Чарли. "Есть сходства". "Назови хоть одно". "Джон Леннон играл на гитаре". Чарли отбросил голову назад, сдувая волосы со лба. "Я играю на гитаре". "Да, но ты не умеешь петь, не фальшивя", сказала Джой. "И Йоко - японка. А я - китаянка". "Наполовину", ответил Чарли. "Наполовину кричит твоя задница, Скалли!" подчеркивая его фамилию, воскликнула она, вставая и вытягиваясь, чтобы схватить его. Чарли первым ухватил ее за запястья, притягивая ее к себе на колени, пока она боролась с ним, смеясь. "Этого хватает, Юэнь". Малдер встал, улыбаясь им, пока они боролись. "Кто-нибудь хочет ещё пива, пока я иду в дом?" "Да", сказала Джой, запрокидывая голову и смотря на него вверх тормашками. Чарли щекотал ее, и она свернулась в клубок, хихикая. "Давай два", с усмешкой добавил Чарли. Когда Малдер, по дороге зайдя в туалет, вернулся из кухни с тремя бутылками пива, Джой и Чарли обнимались на стуле Чарли. "...Закуска из песочных крабов", низко шептал Чарли против ее шеи, покусывая ее ухо. Джой хихикала, по-кошачьи ласкаясь к нему. Малдер робко улыбнулся им, когда они посмотрели на него, и поставил две бутылки пива на стол. От них шло достаточно сексуальной энергии, чтобы заставить его подумать, не отправиться ли в постель, но Джой поднялась с коленей Чарли и села на свой стул, беря одну бутылку. "Итак", сказала она, растягивая слово и поддерживая зрительный контакт с Чарли, пока открывала крышку: "Ты так и не сказал, что происходит между Даной и Биллом". "Ахх", Чарли кивнул, схватив другую бутылку, его глаза вспыхнули и оживились. "Дана и Билл. Что ж, слушай. Дана всегда была любимицей папы. Я имею в виду - папа пытался, он очень пытался не выказывать благосклонность или отказываться от кого-то, но он и Дейн, у них была эта особенная связь. Ты должна была бы увидеть это, чтобы поверить, но как только бы увидела, ты бы поняла". Глаза Джой сузились, пока она изучала Малдера. Он встретил ее пристальный взгляд, и она сказала: "Я видела подобное прежде". Малдер немного сузил глаза, наполовину желая спросить Джой, что она имела в виду, но Чарли продолжил свой рассказ. "Итак - детьми мы все знали, что Дана была любимицей папы. Она была той, кем он мог очень гордиться, я полагаю, или той, кто больше всего был похож на него в некоторой степени - я не знаю. Но суть в том, что Мисси и я никогда не видели в этом проблемы. Я имею в виду…" он сделал паузу, чтобы задумчиво глотнуть пива, и откашлялся. "Я имею в виду, в определенном отношении, я уверен, это, вероятно, было невыносимым, понимаешь? Дейн была гордостью и радостью папы - без сомнения - но он сильно, очень сильно и давил на нее. Билл никогда в действительности не понимал этой части. Превосходство Даны стало для него чем-то вроде соперничества – как и все остальное, я полагаю". "Билл довольно соперничающий парень, а", сказал Малдер больше с утверждением, чем вопросом. Глаза Чарли расширились, и он кивнул, подчёркнуто сдвинув брови при сдержанном комментарии Малдера. "Абсолютно", сказал он. "С того времени, как мы были маленькими детьми - он всегда пытался зарекомендовать себя перед папой. Возможно, он пытался доказать что-то себе, я не знаю. Потому он прошёл весь путь до Аннаполиса и стал военно-морским офицером, как папа. Это было крупным делом, а Билл был засранцем. Но затем Дану приняли в медицинский институт". Чарли открутил крышку бутылки и сделал глоток перед продолжением. "Она собиралась стать врачом. Спасать жизни. И папа был настолько горд в тот день, когда она получила диплом. Потому эта ситуация с нею и Биллом просто продолжалась, пока Дана не сбросила бомбу". "Бомбу?" в замешательстве спросила Джой. Малдер понял. "Она пошла работать в ФБР", пояснил он. Чарли кивнул. "Да. И это пришло, откуда ни возьмись – совершенно поставив в тупик папу и маму. Я помню, что это было аккурат перед самым Рождеством..." Он пристально поглядел на свою бутылку пива, отодрав с уголка этикетку. "Она приехала домой на Рождественские каникулы или что-то в этом роде и сказала маме и Мисси, что была принята в Куантико, и свя-тое дерьмо, Бэтмен…" Он посмотрел на них и уныло усмехнулся. "Это было так, словно…" он покачал головой. "Черт, я не знаю. Никто не знал, как она собиралась сказать папе". "Ваш отец был расстроен?" спросила Джой. Чарли глубоко вздохнул и кивнул, все еще пристально глядя на свою бутылку. Он поднял взгляд и встретился с глазами Малдера. "Папа был расстроен - я не уверен точно, почему. Было ли это потому, что походило на напрасную трату ее талантов, или потому, что он чувствовал, что тысячи долларов на медицинский институт просто спустил на ветер..." Чарли фыркнул. "Я думаю, в основном это было из-за того, что она приняла это решение без папы, понимаете? Она не проконсультировалась с ним в этом. Я думаю, именно это причинило папе такую боль. И он также волновался за нее, разумеется. Я помню, как они с мамой спорили о том, насколько опасным это будет для нее…" "Не упоминая о том, чтобы быть женщиной в области, в которой доминируют мужчины", сказала Джой, глядя на Малдера. "И красивой, миниатюрной женщиной в этой области". Малдер тихо засмеялся. "Ну, Скалли всегда была способна держаться твёрдо", сказал он. "И ещё многое другое". "Держу пари, что она могла пнуть чью-нибудь задницу", сказала Джой, улыбаясь Малдеру и понимающе кивая. Малдер усмехнулся и поднёс бутылку к губам. "Ты и понятия не имеешь", сказал он, делая большой глоток. Чарли засмеялся, а Джой откинулась на спинку стула. "И что было дальше с твоими сестрой и папой?" спросила она. "Ну - папа оставил решение за нею", сказал Чарли. Он тоже откинулся назад и завёл руку за стул Джой, поднимая прядь ее волос и накручивая её на палец. "Но он довольно ясно выразил то, что думал, что она делала действительно жалкий выбор - что он думал, что ФБР было большой ошибкой". Малдер жевал губу. Он никогда не встречал отца Скалли и знал его только по ее нежным историям и случайным воспоминаниям. Он задавался вопросом, что Ахаб подумал бы о своей Старбак, если бы увидел ее сейчас. Что он подумал бы о карьере, которую она построила за последние восемь лет? О ее выборах и решениях, о внуке, которого она родила ему, и мужчине, которого она выбрала в отцы своему ребенку…? "И, чёрт возьми, позвольте мне сказать вам - Билл просто угождал и подлизывался", говорил Чарли, и Малдер вернул внимание к беседе. "Я полагаю, он чувствовал, будто это дало ему преимущество. Дану это не волновало - она никогда не соперничала в отношениях так, как Билл. Она всегда хотела, чтобы Билл был счастлив. Но после того как папа умер", Чарли сделал паузу и вздохнул, снова подаваясь вперед. "Я полагаю, Билл почувствовал, что его дело - исполнять волю папы. Он был очень суров к Дане, может, по его собственным причинам, может, потому что он думал, что это то, чего хотел бы папа, даже притом, что я думаю - нет, я знаю - что независимо оттого, что делала Дейн, или где она работала, она всё равно была маленькой Старбак папы". Малдер кивнул, зная, насколько важным было для неё хорошее мнение отца. В то время как Скалли могла придти к тому же заключению, что и Чарли - что ее отец всегда безоговорочно любил ее - желание одобрения все еще присутствовало в ней даже сейчас. И, казалось, оно же было столь сильно и в Билле. "Ну, ей, кажется, нравится работать агентом, несмотря на то, что думал ваш отец", сказала Джой. Она повернулась к Малдеру. "Чтобы делать это сколько…? Десять лет? Ты должен любить работу, чтобы оставаться в этом деле так долго. И из того, что я слышала, кажется, у вас были некоторые довольно удивительные приключения". Малдер засмеялся. Возможно, она не слышала об агенте ФБР, который был похищен пришельцами, считался мертвым и затем был захоронен заживо в течение трех месяцев. Никаким образом он не мог ответить в общем смысле на ее вопрос. ФБР так долго было такой большой частью его жизни, что почти невозможно было отделить учреждение от эмоций, которые он испытывал. "Было и хорошее, и плохое", сказал он, наконец. "Зарплата не сравнима с жалованьем врача". "А", произнесла Джой, пренебрежительно пожимая плечами. "Деньги - не всё". "Говорит та, которая не должна о них волноваться", напомнил ей Чарли, откидываясь назад и кладя ноги на край стола. "Я работала бы и задаром, если бы должна была", парировала Джой. Малдер пожал одним плечом. "Это сильно. Все зависит оттого, что ты хочешь вынести из этого, я полагаю". "Так чем ты занимаешься теперь?" спросил Чарли. "Какие-нибудь планы?" Малдер улыбнулся. Было нелепо, как легко он мог говорить об этих проблемах с Чарли и Джой, и как трудно было попытаться открыть тему со Скалли. Он задавался вопросом, слушала ли она еще у окна наверху. "Я не знаю", искренне ответил он. "Я обдумывал это, но недостаточно, чтобы принять какое-либо решение". "Ты стал бы чертовски классным арт-дилером", сказала Джой. Малдер засмеялся, и она приподнялась. "Я серьезно!" Он усмехнулся. "Это то, о чём я не размышлял". Он был уверен, что его красно-зеленый дальтонизм, вероятно, был не лучшей рекомендацией. "Ну, так или иначе, ты знаешь толк в красоте", заявила она, снова откидываясь на спинку стула. Чарли удивлённо моргнул. "Откуда ты знаешь?" "Я могу сказать", ответила она. "Это не первое предположение, которое ты сделала обо мне", дружелюбно бросил ей вызов Малдер. "Но ты не говоришь, что именно подразумеваешь, или как получила свою информацию". Чарли улыбнулся Джой, с интересом подняв брови и ожидая ее ответа на прямой вопрос Малдера. "О, скажите нам, мисс Юэнь", подстрекал он. Джой освободила длинный вздох, отбрасывая волосы с плеч. "Я обращаю внимание", сказала она. Это точно, подумал Малдер. Менее чем за двадцать четыре часа она оказалась в неизвестной ситуации - сложная семья с напряженными отношениями, высказанными и невысказанными - и она с прекрасной точностью, по-видимому, оценила место действия и всех игроков. Он с уважением смотрел на нее поверх своей бутылки пива. "Ты стала бы чертовски классным криминальным профайлером", сказал он ей. Джой засмеялась, но не казалась удивленной. Чарли наклонился позади нее и обернул руки вокруг ее плеч, притягивая ее ближе и целуя уголок ее челюсти в ряде быстрых поцелуев. "У нас достаточно в семье борцов с преступностью", сказал он и поглядел на Малдера, подняв бровь. "Верно?" Малдер улыбнулся, пожал плечами и тряхнул головой, когда Чарли продолжил целовать Джой чуть ниже уха. Ее глаза расширились, и она ненамеренно хохотнула, когда он прикусил ей шею. "Ой! Чарли…!" "Как вы думаете, ребята, вы не могли бы тут угомониться?" Они все повернулись и увидели стоящего в дверном проеме Билла. Он был в пижаме, и было не похоже, что он спал, но выглядел решительно сердитым. Он хмуро смотрел на них. "Мы пытаемся хоть немного поспать", сказал он. "Почему бы тебе тогда не закрыть к себе дверь?" спросил Чарли, в его голосе звучал намёк на раздражение. Джой ущипнула его, и он взвизгнул. "Мы сожалеем", сказала она. Слова предназначались Биллу, но смотрела она на Чарли, который потирал место, где она ущипнула его. Джой поглядела на Малдера, прежде чем повернулась к Биллу, и Малдер увидел вспышку веселья в ее черных глазах. "Мы будем тише", сказала она. Билл стоял в дверях, ничего не говоря и уставившись на Чарли и Джой затуманенным, но напряжённым взглядом. Как будто он был не уверен, мог ли доверять им в том, что они успокоятся, учитывая их нынешнее настроение. Вероятно, не мог, подумал Малдер со скрытой улыбкой. "Просто попытайтесь потише, хорошо?" спросил Билл, неловко переминаясь с ноги на ногу и отводя взгляд от прямого пристального взгляда Джой. "Конечно", сказал Малдер, смотря на него. "Нет проблем. Извини". Билл удивленно посмотрел на него, как будто прежде не заметил его сидящим там или не знал, что Малдер умеет говорить. Удивление быстро растаяло в то слабое презрение, которое Билл навсегда, кажется, зарезервировал для Малдера, и с одним последним взглядом на Чарли и Джой он зашёл в дом. Никто на веранде не заговорил, пока они не услышали, что дверь в спальню Билла и Тары закрылась. Чарли сделал глубокий вдох и выдох, глядя на Джой и Малдера с выражением веселья и негодования. Джой просто улыбнулась и закрыла глаза, кладя голову на спинку стула. "Мы должны отправляться спать, я полагаю", тихо сказала она. "Да ну нафиг", сказал Чарли, вставая, его лицо на мгновение приобрело мрачное выражение. Джой тяжело вздохнула, но не подняла взгляда. "Я принесу ещё пива", сказал Чарли. Он взял бутылку Джой, еще полную на три четверти, и снова поставил ее. Он посмотрел на Малдера. "Будешь?" Малдер покачал головой, и Чарли обошёл стол и вошёл в дом. Малдер и Джой мгновение сидели в тишине. Где-то вдалеке послышался раскат грома. Джой немного наклонила голову набок и открыла глаза, смотря на Малдера. "Как долго вы с Даной вместе?" тихо спросила она. Малдер на секунду отвёл взгляд, делая глоток пива. "Ее назначили ко мне в офис в Бюро около девяти лет назад", сказал он, снова встречая взгляд Джой. Она внимательно смотрела на него, как будто осталось что-то неопределённое. "Я не это имела в виду", сказала она. "Я знаю", сказал он. Джой сузила глаза. Медленная улыбка расцвела на ее губах. Тогда она засмеялась, отводя взгляд и встряхивая головой. Возникла ещё одна долгая пауза. Луна, не совсем ещё полная, поднялась над водой. Она висела в небе над волнами, огромная и ржаво-золотая, как сплющенная монета. Джой немного повернулась, кладя одну руку на спинку стула и глядя на открывшийся перед нею вид. Малдер вертел в руках нагревшееся пиво. "Я не знаю, могу ли определить точное время", сказал он, его голос был низким, знающим, что это было и правдой, и неправдой. Он мог и точно помнил время, точно знал фактические отправные точки их отношений: первое рукопожатие, первый поцелуй, первый секс. Это были те моменты, которые он мог вспомнить вплоть до секунды в самых мельчайших деталях. Но они были только физическими отметками пути, у которого, казалось, не было начала. Он не мог вспомнить время, когда начал любить Скалли - он просто всегда любил. Джой медленно кивнула, смотря на луну сквозь москитную сетку. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него. Он нашел трудным прочитать выражение ее лица. "Должно быть, хорошо иметь кого-то, кто так хорошо знает тебя", тихо сказала она, как будто себе. Малдер сдвинул брови, ожидая, что она продолжит, но прежде чем она смогла, вернулся Чарли, топая по веранде и кидая крышку от бутылки в мусорное ведро, стоящее в углу. У него в руках было шесть бутылок свежего пива. Он усмехнулся в ответ на взгляд Джой. "Я полагал, у нас еще есть некоторые истории", сказал он, ставя пиво на стол с громким стуком. Он заглянул внутрь дома на спальни первого этажа. "Так расскажи мне о «Секретных материалах»", сказал он, улыбаясь Малдеру. "И о работе с моей сестрой-всезнайкой..." ***** Было уже за час ночи, когда Малдер наконец поднимался по лестнице позади Чарли и Джой, готовый назвать это время ночью. Он выпил несколько бутылок пива и чувствовал в голове тихий гул, но был далеко от пьяного. Он чувствовал себя замечательно. Расслабленно. "Спокойной ночи", сказала Джой, проходя мимо него, а Чарли хлопнул его по плечу, когда Малдер поворачивал ручку двери своей спальни, стараясь не разбудить Скалли или ребенка. Он обернулся через плечо и усмехнулся им. Чарли уже обернулся вокруг Джой, и они пошли к своей двери. Он завидовал их лёгкой физической открытости. Он открыл дверь в свою комнату настолько тихо, насколько это было возможно, замечая, что оба её обитателя крепко спали. Подойдя к кроватке, он нежно провёл кончиками пальцев по шелковистой голове сына. Какой красивый ребенок. Он наклонился и поцеловал плечико Уима, затем повернулся к кровати и улыбнулся. Скалли находилась в полной отключке, лежа на животе, ее рот был слегка приоткрыт, а из горла доносился едва слышный храп. Он тихо вернулся к двери и закрыл её, снял ботинки и рубашку, наблюдая за ритмичным повышением и опаданием спины Скалли. Его немного повело вправо, и он быстро восстановил равновесие, тихо хихикнув. Может, он и был немного пьян, но был счастлив оттого, как прошел день - его первый полный день с кланом Скалли, и он был все еще жив. Все еще в игре. Он хотел поделиться своим счастьем и отпраздновать с женщиной своего сердца. В конце концов, им нигде не нужно быть утром. Они были на каникулах. "Скалли?" мягко произнёс он, надеясь, что в действительности она не спала. Она не ответила, и он расстегнул и снял шорты, оставшись только в хлопковых боксерах. Он забрался в постель и провёл подушечками пальцев по ее предплечью, склоняясь над нею. "Скалли?" Она что-то тихо проворчала и глубоко вздохнула. Он медленно растянулся рядом с нею, опираясь одним локтем на подушку чуть выше ее головы. "Данааааа..." прошептал он, внимательно наблюдая за ее лицом. Когда она не ответила, он мягко пропел: "Скалл-ии", уткнувшись в ее щеку кончиком носа. Ее веки затрепетали, а дыхание снова изменилось, она сделала еще один глубокий вздох. Она повернулась под ним, пока они не были почти нос к носу, ее веки снова затрепетали, и она открыла глаза. Он улыбнулся - широкой, простой улыбкой. "Привет", сонно произнесла она. "Привет", ответил он. Он улыбался ее глазам, лаская ее лицо подушечкой большого пальца. "Мы скучали по тебе", сказал он. "Я скучал по тебе". "М-м-м", ответила она, моргая и стараясь не закрывать глаз. "Я заснула, читая". Она снова моргнула и немного переместилась, пытаясь, но не добиваясь успеха, задушить зевок. "Как всё прошло?" Он улыбнулся ей, затем наклонился и накрыл её губы своими. Он отстранился и кивнул. "Хорошо". "Я думала, что тебе понравился бы Чарли". "Понравился. Но хочу я его сестру". "Да?" "Да", ответил он и наклонился для ещё одного поцелуя, уговаривая ее губы приоткрыться, чтобы получить доступ к сладкой теплоте ее рта. Она запустила руку в его волосы и мягко мурлыкала, пока их поцелуй неторопливо продолжался. Некоторое время они наслаждались этим. "Ты на вкус как пиво", прокомментировала она, когда они, наконец, сломали поцелуй. "Я пойду, почищу зубы", сказал он, не двигаясь. Было слишком хорошо находиться там, где он был, и в действительности она не жаловалась. Она закрыла глаза и пробормотала: "Всё в порядке". Тогда она снова сонно моргнула и улыбнулась. Его сердце сильно колотилось в груди, тепло растекалось по его венам. И он снова ее поцеловал. Быть вместе было естественным и правильным. Так много времени прошло с того последнего раза, когда они занимались любовью, что мысль начать снова чуть ли не превосходила по важности их первый раз. Он так чувствовал, так или иначе, потому что перед тем первым разом он не знал, каково быть вместе. Сейчас, когда он знал, было намного труднее отодвигать эти чувства на задний план, когда обстоятельства препятствовали тому, чтобы он воздействовал на них. Пока они целовались, он придвинулся ближе к ней, просовывая колено между ее ногами и прижимаясь твердеющим, ноющим пахом к ее бедру. "Что это такое?" сонно спросила она не без некоторого веселья в голосе. "Ты должна спрашивать?" ответил он, пощипывая губами ее челюсть, затем опустился ниже, чтобы поцеловать нижнюю сторону ее подбородка. "Говорят, это похоже на езду на велосипеде. Ты никогда не забываешь". Он просунул руку под ее хлопковую пижаму, кончики его пальцев скользили по гладкой, мягкой коже, он охватил ее грудь, мягко массируя её. Она мягко промурлыкала в ответ, он уткнулся носом в ее шею и провёл губами до ее уха, беря мочку в рот и нежно прикусывая. Он вытащил пальцы из-под её пижамы, растягивая предвкушение и медленно расстёгивая пуговки, начав снизу. Он опустился на кровати ниже, чтобы поцеловать первый открывшийся кусочек кожи, шелковистой и полупрозрачной, затем расстегнул следующую пуговку. Она легко выскочила из петлицы, и он отодвинул ткань, снова прижимая губы к ее бледной коже. "Это как снова начать сначала", сказал он, высказывая свою прежнюю мысль. Он расстегнул ещё одну пуговку и поднял голову, чтобы улыбнуться ее ответу. Скалли уснула. Он знал, что она устала и больше, чем в чём-либо, нуждалась в отдыхе. Но именно ее внешний вид убедил его не будить ее снова. Он смотрел на ее лицо, отмечая, какой спокойной и невинной она выглядела, ее голова была повернута набок, тот же самый локон волос, который он разглаживал очень много раз прежде, упрямо цеплялся за ее щеку. Она была почти потусторонней. Ангельской. Он снова застегнул все пуговицы, приподнялся на кровати и, склонившись над нею, отодвинул волосы с ее лица и нежно смотрел на неё. Затем лег около нее и взял ее за руку. Скалли перевернулась набок и прижалась к нему. "Малдер..." пробормотала она, все еще спя. Он улыбнулся и обернул вокруг нее руки, притягивая ее ближе так, чтобы ее голова лежала на его плече. "Я здесь", прошептал он, прижимаясь губами к ее волосам. "Спи". Она выдохнула, и ее дыхание вернулось к медленному ритму. Луна, теперь высоко поднявшаяся в небе, сияла сквозь открытое окно, слегка освещая комнату, купая спящие фигурки матери и ребенка в мягком серебристом свете. В этот момент ничего не могло сравниться с этой красотой, находящейся перед ним. Это был прекрасный момент, и Малдер закрыл глаза, чувствуя себя самым удачливым сукиным сыном на свете.