Путь Ветра

      В тот день, когда она расколола дуб в нескольких дюймах от головы Саске, Итачи впервые потрудился обратить на неё внимание.       Ох, он видел её раньше. Маленький товарищ по команде Саске с розовыми волосами, которого он видел плачущим чаще, чем хотел бы помнить. Точно, она и тот крикливый мальчишка с демоном-лисой за пупком. Команда генинов Саске. Ничего примечательного, кроме того факта, что парочка ещё жива.       Прошли годы с его последнего наблюдения за действиями троицы как команды. В те времена Какаши проявлял личный интерес к одному конкретному ученику, а остальные двое пустились в самотёк к другим формам обучения. Помимо мимолетного упоминания с кем брат проводит время, Итачи особо не заботился информацией, касающейся этих двоих.       Но то, как Харуно разбила дерево, заставило наследника клана посмотреть на неё. Женское лицо отражало вызов, поза требовала внимания от кого-то столь уважаемого для неё. Но именно удивление, отразившееся в широко открытых глазах младшего брата, заинтересовало наследника. Нельзя было не отметить очевидное улучшение способностей розововолосой. Видимо, без его помощи младший брат может остаться в живых немного дольше.       В следующий раз Итачи удосужился обратить внимание на куноичи спустя два года. И даже тогда это был не его выбор. По какой-то причине Хокаге решила отправить свою взбалмошную ученицу на задание с его отрядом АНБУ, что заставило контактировать с медиком — хотел он того или нет.       — Для практики, — ответила Цунаде, изогнув уголки губ, что не особо понравилось старшему Учихе. Он хотел сказать, что миссии АНБУ не место для розововолосых девушек, даже если те могут расколоть дерево только чакрой и костяшками пальцев. Маленькие девочки, которые не справляются с собой и своей эмоциональностью, не вернутся домой. И Хокаге это знала.       Только когда отравленный ядом Шисуи ничком упал на землю, Итачи увидел настоящую причину участия в миссии Харуно Сакуры. И только когда вся команда оказалась дома, наследник клана понял, что девушка пробудила слабое, ноющее любопытство в глубине сознания.

___

      Несмотря на скорое возвращение домой, Сакура отказывалась просто сесть и отдохнуть, пока лично не убедится, что с каждым членом её команды всё в порядке. Она была медиком, и то, что её команда вернулась домой в целости и сохранности, было предметом личной гордости. В основе редкого яда, которым отравили Шисуи, были тяжёлые металлы, что вынудило выполнять опасную процедуру исцеления в полевых условиях.       Сакура извлекла большую часть, но беспокоила та оставшаяся в его крови малость. По прибытии в больницу, розововолосая передала образец яда Шизуне и планировала отправиться в лабораторию с целью решения вопроса о противоядии, но сначала нужно проверить оставшихся двух членов своей команды.       Инузука Хана отдыхала; её собака свернулась калачиком у изножья кровати хозяйки. Джонин-следопыт довела себя до предела и страдала от легкого истощения чакры. Предыдущее сканирование Сакуры показало, что это всё, что мучило напарницу.       — Как ты себя чувствуешь, Хана-сан? — спросила Сакура.       Хана улыбнулась ей:       — Прекрасно. Все твои медсёстры спешат принести мне моё любимое желе. Тебе лучше пойти и дать капитану разрешение уйти, пока он не прожёг мою занавеску взглядом.       Сакура закатила глаза:       — Я уверена, что Учиха-сан, будучи капитаном, ценит то, что я следую протоколу, — медик специально повысила голос. — C ранеными шиноби нужно обращаться в порядке тяжести ранений, и я хочу лично убедиться, что моя команда в порядке.        Розововолосая подмигнула Хане и перешла на шёпот, прекрасная осознавая, что не обойдет острый слух Учихи:       — И это не имеет ничего общего с тем, что мы два дня подряд гнали без отдыха.       Смех Ханы слышался за спиной медика, пока та собиралась с духом, чтобы встретиться с суровым взглядом Учихи Итачи. Она всегда считала наследника клана более сильной версией своего брата; жестокой и грубой. За последнее несколько дней куноичи узнала, насколько права была в своих предположениях. А также нашелся ответ на вопрос, почему так много членов АНБУ изменяли своё расписание, в надежде поработать плечом к плечу с наследником клана Учиха.       Он действительно был великолепен.       Мужчина оставался совершенно равнодушным, когда медик отдернула занавеску. Потребовалось несколько дней, но Сакура всё-таки поняла, что настроение Итачи можно угадать только по ониксовым глазам, а не по челюсти или рту. Именно глаза наследника клана были его самым опасным оружием, и Учиха позволял им говорить большую часть времени. Куноичи так и не смогла понять — это привычка или тактика запугивания? Зная капитана перед собой, девушка решила, что и то, и другое.       — Капитан, — найти сносное обращение получилось только на третий день миссии. Каким-то образом обращение "Учиха-сама" говорило о заведомо проигрышной позиции. В ролях капитан-медик она была на равных, если не лучше. — Давай посмотрим на тебя.       Глаза напротив немного сузились, когда Сакура внимательно изучала линию вдоль виска, бывшую когда-то порезом. Быстрое, но тщательное сканирование подтвердило догадки: хоть уровень чакры и был низким, но мужчина был далеко не в критическом состоянии.       — К утру ты будешь в порядке, — сообщила ему розововолосая, параллельно делая заметки в личной карте.       — Я могу уйти прямо сейчас.       — Скорее всего, так и есть, — не поднимая глаз, ответила куноичи. — Если не брать во внимание тот факт, что мы имеем дело с неизвестным ядом, ты довёл себя почти до изнеможения и что, если я оставлю тебя на ночь, я смогу заставить Шисуи не убегать из больницы.       — Неужели? — ответ был холодным, и если бы Сакура не старалась, то не услышала бы слабую язвительность в голосе.       — Мы оба знаем, что, если бы ты потрудился отдыхать между миссиями, твои запасы чакры никогда не опустились бы до такого уровня. Если честно, Цунаде очень беспокоится о твоём здоровье в данный момент, — ответила куноичи, вновь опуская ресницы и скрывая глаза. — Она даже думает, что, возможно, слишком сильно давит на тебя миссиями в последнее время. Падение чакры только подтвердило бы её опасения, правда?       Смутная угроза заставила тёмные глаза напротив сузиться ещё больше, но через мгновение лицо Итачи снова стало безразличным.       — Хн.       — Я сообщу твоей семье, что они смогут увидеть тебя через несколько минут, — сообщила Сакура, кладя блокнот на место и наклоняясь к мужчине вперёд с широкой улыбкой на лице. — Если ты подумаешь о том, чтобы натравить на меня Какаши, я попрошу Цунаде исключить тебя из активного состава на весь следующий месяц.       Бесстрастное выражение лица Учихи было достаточным ответом, и, прежде чем повернуться, розововолосая кивнула в подтверждении своих слов:       — Спокойной ночи, капитан.

___

      Итачи смотрел, как товарищ по команде его брата повернулся с чётким намерением покинуть кабинет. Похоже, медик собирается остаться на ночь в больнице. Игнорируя её инструкции, мужчина переключился на базовую форму шарингана, чтобы лучше прочитать сигнатуру чакры куноичи. Хотя девушка была значительно истощена, у неё всё ещё оставалось чуть меньше половины чакры.       Возможно, это и есть тот самый контроль чакры, которому было посвящено злобное бормотание Саске?       Итачи прекрасно осознавал, что медик перед ним развил впечатляющее количество чакры, но всё же её резервы были значительно меньше, чем его собственные. Но иметь возможность справляться с любой задачей, используя именно то количество чакры, которое необходимо — и не больше — было действительно... эффективным.       — Харуно.       Она остановилась и повернулась, чтобы взглянуть на капитана через плечо.       Итачи уставился на девушку и заметил, что она, не колеблясь, смотрит ему прямо в глаза. В глаза с активированным шаринганом. Единственным ответом было хмурое выражение лица. И когда розовые губы открылись для неизбежного упрека, Итачи оборвал её:       — Как Шисуи?       Сакура нахмурилась ещё сильнее, почти злобно:       — Я уже говорила. Я извлекла большую часть яда из его организма. Даже если на поиск противоядия уйдет несколько дней, он всё равно проживет достаточно долго, чтобы принять его. Сейчас я направляюсь в лабораторию, и если этот яд задержит меня дольше чем на день, Цунаде-шишоу оторвет мне голову. С Шисуи всё будет в порядке, капитан. С тобой — не будет, если ты не прекратишь использование шарингана.       Итачи позволил шарингану исчезнуть. Пока он был в больнице, Харуно имела преимущество, и он смирился с этим фактом. На данный момент. Лучше позволить ей казаться руководящей в сложившейся ситуации, чем раздражать её. Медик явно имела преимущество перед вниманием своего учителя. Однако, её возможность удержать его — это скорее исключение, чем закономерность.       Закрыв глаза, Учиха откинулся на подушку. Дверь в комнату тихо открылась и закрылась, и только тогда спало безразличие. Нет, маленький товарищ по команде его брата не будет иметь преимущества. А он, в свою очередь, будет наслаждаться исследованием, пока не поймет, что именно в ней привлекло его внимание; пока не разложит всё по полочкам.