Родной город

Учитывая все обстоятельства, Ранбу хотелось бы думать, что на этот раз он отделался довольно легко с точки зрения наказания. Именно эта наивно оптимистичная и, честно говоря, довольно жалкая вера приносит ему краткое утешение, в котором он нуждается, когда пытается не морщиться, знакомого жжения9 алкоголя от свежеприобретенных ран более чем достаточно, чтобы оставить непролитые слезы в уголках его глаз. Холодные пальцы обхватывают его предплечье, чтобы удержать его ровно. До этого момента он даже не осознавал, что его трясет. Он моргает и переводит взгляд с того места, где он просверливал дыру в стене, обратно на разорванную кожу своей руки. Бад опускается перед ним на колени, почерневшие пальцы осторожно обматывают марлей его запястье и руку. Холод его кожи почти успокаивает Ранбу, хотя он все еще немного дрожит. Ожоги на его пальцах были немного сложнее, но это была всего лишь часть “десенсибилизации” Дрима. Казалось, легче все равно не становилось. Бэд продолжает украдкой поглядывать на него, и это только заставляет Ранбу краснеть еще больше, до самых ушей. Он чувствует себя жалким, он был здесь слишком много раз за последнее время. На тренировках у него дела шли ничуть не лучше. Во всяком случае, дела у него шли еще хуже. “Тренировки в последнее время были тяжелыми, да?” - Внезапно говорит Бад, как будто он каким-то образом прочитал мысли Ранбу. Он вздрагивает от внезапного изменения, которое происходит с его словами, поднимая глаза от того места, где они были демонстративно отведены в пол. Он обнаруживает, что вампир даже не смотрит на него, все еще полностью сосредоточенный на своей работе. Он мог бы оценить это в Бэде — кажется, он всегда добросовестно относится к дискомфорту Ранбу при зрительном контакте. Ранбу прочищает горло, хотя оно остается колючим и сухим. “Э-э, да. Я догадываюсь. Я имею в виду... э-э... ” Он не знает, сколько Дрим рассказал всем о том, что произошло, но даже если бы он никому не рассказывал, было бы лучше, если бы это шло прямо из первых уст. “Я вышел слишком поздно, Дрим сказал, что будут последствия, так что.” Он пожал плечами. Есть небольшой спад губ Бэда. “Ты гулял допоздна?” - спрашивает он, и какая-то часть Ранбу испытывает облегчение от того, что именно на этом он решил сосредоточиться. “Хм, да. Я только что вышел. “Ты была с кем-нибудь?” Кажется, почувствовав, как колотится сердце Ранбу, он быстро уточняет: “О, нет, я не расстроен. Я просто хотел узнать, завел ли ты себе друзей. Он вспоминает светловолосого парня, который настоял на разговоре с ним в прачечной. Считалось ли это дружеским отношением? Он так не думает. “Я так не думаю”, - хмурится он. Бад, наконец, снимает повязку и смотрит на Ранбу. “Я думаю... Ты бы хотела куда-нибудь сходить в эти выходные?” “Сходить? Например, куда?” “Может быть, в парк? Только снаружи. Ранбу замолчал, задумчиво поджав губы. Он этого не заслужил. Он все еще отвоевывал привилегию, которую потерял, доверие, которое разрушил Дриму, но с другой стороны ... С другой стороны, он не был на улице, по-настоящему на улице и вдали от дома, почти неделю. Постоянный контакт сводил его с ума, даже немного параноидально. Как будто глаза, вырезанные на стенах, действительно наблюдали за ним. Медленно, почти незаметно, он кивает. Бад одаривает его нежной улыбкой, одними губами и без зубов, как всегда. “Я поговорю с Дримом, не беспокойся об этом. Ты просто отдохни немного, хорошо? Тебе нужно успокоиться. Возможно, у вас небольшое растяжение связок, но ты довольно быстро поднимешься. Тебе нужно что-нибудь еще? Ранбу качает головой. “Хорошо, тогда иди спать, хорошо?” Ранбу кивает, осторожно спускается и слегка морщится, когда боль пронзает его ногу. Может быть, Бэд прав, ему нужно успокоиться. Он ковыляет по коридорам и практически падает на кровать, едва не забыв снять ботинки и бинты. _________________ Ранбу стоит среди дымящихся развалин дома, глядя на полную луну над головой. Пепел окрашивает воздух вокруг него. Ворона каркает со своего насеста на сломанной балке. Что ты делаешь?” Спрашивает Сон. Ранбу поворачивается. Дрим смотрит на него в ответ налитыми кровью глазами. Темная кровь капает у него изо рта, пачкая зубы. “Это мой дом”, - говорит Ранбу. Это всегда было его домом. Дом из пепла и тлеющих углей, в котором можно свернуться калачиком, свить гнездо. Тепло от огня успокаивает его босые ноги. “Ты сделал это”, - говорит Дрим. “Я так и сделал, ” говорит Ранбу. - Это мой дом“. Ранбу полностью поворачивается к нему. Его когти скручиваются и чешутся от желания во что-нибудь вонзиться. Его хвосты постоянно машут взад и вперед. Он наклоняет голову. “Это не твой дом. Больше нет.” “Посмотри, что ты наделал. Посмотри, что ты сделаешь.” Дрим падает на колени. Ранбу вытаскивает когти из груди. Сладкий запах крови окружает его, тела устилают пол кровавым ковром. Вороны кричат на него, вгрызаясь в этот пир, который он устроил перед ним. Холод пробирает его до костей, и все же он все еще дышит огнем. Это его дом. Вороны разрывают его, когда он опускается в лужи черной пустоты внизу. Это его дом. _________________ Тепло солнца на его лице немного смягчается маской, но все равно приятно видеть его. Конечно, он видел это во дворе, но солнце кажется другим, когда они здесь. Дело было не в местоположении, которое имело значение. Дело было в том, что они были в парке, окружены людьми, и за ним не наблюдали, не судили, не критиковали за каждую ошибку. Бад идет рядом с ним, пока они идут по парку. Это даже не большой парк, это один из тех, что с одной стороны граничат с лесом, а с другой - с городом, по центру которого протекает небольшой ручей. В центре была детская площадка и дорожка, которая петляла по всему парку. В дальнем конце был даже небольшой пруд, где утки и гуси собирались в надежде на еду. Ранбу помнит каждую частичку этого парка, но прошло так много времени с тех пор, как он видел его в последний раз. Честно говоря, Ранбу вроде как забыл о его существовании. Он не может не чувствовать благодарности за идею Бэда прийти сюда, даже если есть странный поворот ... что-то в его груди, когда они гуляют по парку. Его взгляд ловит семьи с детьми, взволнованных собак, тянущих поводки, чтобы поздороваться ... Все нормально. Немного странно, что это осознание приходит как такое чуждое понятие. Он чувствует легкий толчок в плечо. Он оглядывается на Бэда, который подглядывает за ним из-под тени своего зонтика. Вампир одаривает его нежной улыбкой. “ Наслаждаешься пребыванием на солнышке? - спрашивает он. Ранбу слегка пожимает плечами и сдерживает шипение от боли, когда трясет ушибленным плечом. “Это хорошо. Здесь, э-э... думаю, гораздо больше людей, чем я помню. “Ты приехала сюда около трех лет назад с Мечтой, помнишь?” Услышав молчание Ранбу, Бад смотрит вперед и продолжает. “Мы пришли сюда, чтобы посмотреть на фейерверк. Какой-то праздник, я думаю. Здесь было много людей. Это были ты, я, Дрим, Сапнап, Джордж и Карл. Я купил тебе мороженое. - говорит он, его улыбка почти слышна в его голосе, прежде чем он ненадолго замолкает. Ранбу не нужно смотреть на него, чтобы знать, что выражение его лица изменилось на то самое напряженное выражение, которое у него всегда бывает, когда он думает что-то сказать. “Сон забрал тебя домой сразу после фейерверка. После того, как ты поговорил с другими детьми. Ты... ты был очень расстроен. Между ними повисает молчание, затем Ранбу говорит: “Я уверен, что у Дрима была веская причина”. Плохой не отвечает. Ранбу открывает рот, возможно, чтобы задать вопрос или сделать какое-то заявление, но его прерывает громкое “Эй!” позади него. Он оборачивается и видит довольно высокого, долговязого светловолосого подростка, слишком быстро бегущего к нему. Он делает шаг назад и чувствует, как Бэл напрягается рядом с ним, но мальчик с визгом останавливается перед ним, тяжело дыша. “Эй! Ты тот парень из прачечной.” Ранбу моргает, глядя на него. Был ли это тот мальчик из прачечной? Он вроде бы помнит, что видел шляпу, которая сейчас на мальчике, но смотреть на его черты - все равно что пытаться разгадать картинку из абстрактного искусства. Но, по крайней мере, его голос мне знаком. Кроме этого, он изо всех сил пытается вспомнить что-нибудь о мальчике, их разговоре, что-нибудь, что могло бы ему помочь. “Мне очень жаль, я не...” Мальчик поворачивает к нему голову. “Я имею в виду, что прошло не так уж много времени, большой человек. Ты дал мне фунт, помнишь? Ранбу вроде как вспоминает, сильно нахмурив брови, пытаясь вспомнить имя. “Ранбу, верно?” - Говорит мальчик. Значит, они встречались раньше. Или, может быть, его преследуют. Ha. Ранбу кивает, затем нерешительно говорит: “Томас?” Мальчик морщит нос, и Ранбу морщится. “Это заставляет меня казаться таким старым, какого черта? Я Томми.” “Правильно, Томми”, - быстро исправляется Ранбу. Теперь, когда он произнес это имя, он помнит немного больше. Он встретил мальчика в прачечной. Он дал ему фунт, и в ответ Томми дал ему по меньшей мере три странных прозвища. “Да, э-э, извини, я забыл. Есть немного.” Прежде чем он успевает продолжить, он слышит легкий стук копыт по бетону, и невысокий мальчик-сатир с визгом останавливается рядом с Томми. Мальчик тяжело дышит, ненадолго кладет руки на колени, прежде чем выпрямиться и одарить Томми, возможно, самым страшным взглядом, который Ранбу когда-либо видел на ком-то таком маленьком. “Прекрати так убегать, ты, придурок! Помнишь, что случилось в прошлый раз? “Это не моя вина, что у тебя такие короткие и странные ноги, а я такой быстрый и потрясающий. Кроме того, мне пришлось бежать быстрее, если я хотел догнать его. ” - возражает Томми, кивая головой в сторону Ранбу. Только тогда другой мальчик, кажется, обращает внимание на Ранбу, его губы хмурятся, когда он наклоняет голову, чтобы осмотреть его. “Кто ты, черт возьми, такой?” Томми толкает его локтем так сильно, что тот спотыкается. “Я только что рассказал тебе о нем, тупица! Это Ранбу. Мальчик из прачечной. Наступает короткий момент тишины, когда мальчик, прищурившись, смотрит на него, прежде чем кивнуть. “О! Да, ты был прав. Он уродливо высокий!" Ранбу морщит нос. Это было не очень приятно. Он слышит, как Бад хихикает рядом с ним, и поворачивается, чтобы бросить на него умоляющий взгляд. “Это твои друзья, Ранбу?” - Спрашивает тогда Бад, выглядя довольно довольным, когда смотрит на него снизу вверх. В его улыбке есть малейший намек на клыки, и это заставляет Ранбу на мгновение запнуться, пока он пытается придумать, как ответить. “Э-э...” - услужливо подсказывает Ранбу. “Черт возьми, да, это так и есть!” Звонит Томми. “Язык”, - ругается Бад, рассеянно, почти инстинктивно, прежде чем он оглядывается на Ранбу и говорит: “Ты должен был сказать ему, что тебя встретят друзья, я бы просто отвел тебя к ним”. “Ну, я на самом деле не—” “Что это за маска?” Ранбу вздрагивает от внезапного прямого обращения сатира, который, по-видимому, подошел к нему немного ближе во время разговора, чтобы продолжить его изучение. Каштановые кудри беспорядочно падают на раскосые глаза, и Ранбу все больше замечает, как его нос, кажется, подергивается, а пушистые уши подрагивают от любопытства. “Таббо, какого хрена! Ты не можешь просто спросить человека: "Что с его маской’. Это невежливо!” - Шипит Томми, снова толкая его. Сатир, Таббо, как может предположить Ранбу, просто закатывает глаза, когда внимание Томми возвращается к Ранбу. “В любом случае, большой человек”, - говорит Томми, уже полностью продвинувшись вперед, “Если ты хотел потусоваться с нами, ты мог бы просто сказать об этом”. Ранбу, до сих пор вложивший в разговор целых пять слов, останавливается на следующем: “Ну, я имею в виду, что на самом деле я не часто выхожу на улицу. И... и у меня на самом деле нет способа добраться до твоего дома, так что я имею в виду... Рука Бэда внезапно касается его руки, отрывая его от отчаянных попыток придумать какое-нибудь оправдание. “Ранбу, перестань волноваться. Если ты хочешь пообщаться с ними, мы просто что-нибудь придумаем, хорошо? Я думаю, что это пойдет тебе на пользу”. Ранбу открывает рот, чтобы что-то сказать, но Томми снова перебивает его. “Как насчет завтра? Мы можем встретиться в том ”Макдоналдсе" на Мейн-стрит. На его лице дикая ухмылка, когда он смеется, добавляя: “Там так чертовски мерзко, чувак, ты должен это видеть. Это потрясающе”. “Только не заказывай никакого мороженого. Они там не чистят машину ”, - говорит Таббо, и любая из его прежних колебаний или подозрений по отношению к Ранбу, кажется, полностью исчезает. Как будто они втроем разговаривали неделями, а не максимум десять минут. “Не спрашивай меня, откуда я это знаю, ты не хочешь знать”. Ранбу корчит гримасу под своей маской. “Э-э, понял?” “Круто”. “Пог, ” говорит Томми, “ тогда я верну тебе и“ “Только не заказывай никакого мороженого. Они там не чистят машину ”, - говорит Таббо, и любая из его прежних колебаний или подозрений по отношению к Ранбу, кажется, полностью исчезает. Как будто они втроем разговаривали неделями, а не максимум десять минут. “Не спрашивай меня, откуда я это знаю, ты не хочешь знать”. Ранбу корчит гримасу под своей маской. “Э-э, отметил?” “Круто”. “Пог, ” говорит Томми, “ тогда я верну тебе и этот фунт. Мы увидимся там примерно в 3 часа, да?” Он внезапно похлопывает себя по карманам и говорит: “Ах, черт, я должен дать тебе свой номер”. Щеки Ранбу немного краснеют, когда он пытается пробормотать какое-то оправдание, но прежде чем он успевает, Бэд толкает его локтем, и Ранбу неохотно достает свой телефон. Достаточно скоро у него есть номера Томми и Таббо, сохраненные под их именами. “Да, классно мужик”, - кивает Томми. “Тогда увидимся завтра”, - говорит он, затем сразу же поворачивается к Таббо и ухмыляется. “Я поставил Уилбуру пять фунтов, что смогу поймать голубя, так что ...” Без дальнейших объяснений он убегает. Таббо драматично вздыхает, явно притворяясь. Как только Томми оказывается достаточно далеко, он наклоняется к Ранбу и говорит театральным шепотом: “Да, нет, принеси немного денег, он тебе точно не вернет. Он как черная дыра”. “О”. “На данный момент он должен мне около тысячи долларов”. “О”. Таббо показывает ему преувеличенно поднятый большой палец, прежде чем повернуться и побежать за Томми, который уже скрылся за деревом подальше, вероятно, преследуя какую-то бедную птицу. И Бэд, и Ранбу секунду смотрят, как они уходят, прежде чем Бэд наконец заговаривает. “Они кажутся милыми”, - радостно говорит он. Ранбу не может найти в себе сил не согласиться. Бад нежно похлопывает его по руке, и они поворачиваются обратно к остальной части парка, продолжая свою прогулку. Голова Ранбу гораздо полнее, чем была раньше, и если Бад видит, как он что-то записывает в свой карманный журнал, он ничего не говорит. Очевидно, ему нужно где-то быть завтра. Какая странно волнующая мысль.