Слушают не только боги / Not Only Gods Are Listening

— Ваше Высочество, Наследный принц Сяньлэ , Собиратель Цветов под Кровавым Дождём -бессмертные, что защищают невинных и приносят удачу.. пожалуйста.. Я не знаю, как молиться.. Я не знаю, знаете ли вы меня.. Я не знаю, слушаете ли вы меня.. но, пожалуйста... с-спасите А-Юаня.. он всего лишь ребенок.. он не заслуживает смерти...

***

Се Лянь вздрогнул, когда отчаянная молитва дошла до его сознания. Обычно, когда бог получает молитвы от своих верующих, они принимаются небесным дворцом бога и записываются младшими чиновниками. Однако, когда Се Лянь вознёсся в третий раз, он не строил дворца и не нанимал никаких помощников. После того, как Цзюнь У потерпел поражение от Се Ляня, Му Цин и Фэн Синь решили разделить его ношу. Они наняли новых чиновников средних небес для записи молитв. Если наследный принц находится в святилище Водных каштанов, Му Цин доставляет свитки с записанными молитвами. Если же он находится в Призрачном городе, именно Фэн Синь приносит свитки туда. Се Лянь подозревает, что это способ для его друга попытаться проверить Сань Лана. Поскольку у Се Ляня на протяжении веков не было последователей, только его Сань Лан за восемьсот лет до того, как он вознесся в третий раз, молитвы тех, кто молится ему в первый раз, отправляются непосредственно ему. Он очень чувствителен к верующим, которые возносят ему молитвы впервые, тем более, если молитва для него и его мужа. Он повернулся к своему любимому князю демонов. Брови Хуа Чэна были нахмурены в раздумье. Се Лянь потянулся, чтобы схватить своего Сань Лана за руку. Молодой человек сжал его руку в ответном движении, прежде чем бросить кости. В следующее мгновение Наследный принц и Непревзойдённый князь демонов внезапно оказались посреди горящего мертвого леса.

***

Они не могут спасти всех. Они усвоили это на собственном горьком опыте и жили с этой мыслью уже сотни лет. Но все же Хуа Чэн знал, что его Гэгэ все еще плохо принимает смерть невинных людей. Когда их известили о осаде Могильных Курганов, его любимый застыл. Люди, осаждавшие Курганы, ушли после того, как разграбили и сожгли это место, забрав вещи, принадлежавшие Вэнь Цин и Вэй Усяню. Энергия обиды все еще витала в воздухе, после их ухода. Удивительно, но остатки Вэнь в свои последние минуты не молили о спасении. Наследный Принц, Князь демонов и Повелитель Дождя получили их последние молитвы: благодарственные, за то, что дожили до этого дня, молитвы с извинениями за то, что не смогут поклониться им после этого дня, и молитвы о возможности двигаться дальше и умереть без обид. Среди этих последних молитв они не услышали голоса ребенка. Хуа Чэн знал, что ребенок спрятан. Некоторые из бабочек-призраков, которых он разместил на курганах, показали им это. Посреди мертвого леса, вокруг засохшего дерева парил красный призрачный огонь. Другие деревья в лесу все еще горели, но на этом конкретном дереве была почти незаметная защита. Красный призрачный огонь медленно мерцал, теряя свою энергию. — В-вы пришли... — недоверчиво прошептал слабый голос. — Вэй Усянь? — спросил Се Лянь. Они знали, что демонический совершенствующийся умер, но они не знали, куда отправился его дух. Оказывается, он стал призрачным огнем и охранял своего сына. — П-пожалуйста... спасите А-Юаня.. Я приму любое наказание... — Я не думаю, что у меня есть право осуждать и наказывать вас, — ответил бог. Хуа Чэн печально посмотрел на своего мужа. Он понял, что его Гэгэ видит себя в Вэй Усяне. Много лет назад принц тоже убивал людей, чтобы спасти свой народ. Как и старейшина Илина, он многим пожертвовал, чтобы помочь, но окружающие его люди не признавали и не ценили его поступки. Наследный принц медленно подошел к дереву. Он взял черную верхнюю одежду, которая закрывала отверстие в пне, прежде чем вытащить ребенка. Мальчик был без сознания. — А-Юань... — У него жар, — сказал Се Лянь, заворачивая ребенка в черное ханьфу. — П-пожалуйста.. Прошу.. Исцелите его.. П-позаботьтесь о нем.. — Мы сделаем это, — ответил демон, зная, что его муж захочет спасти ребенка. То, как его Гэгэ сейчас заботливо держит ребенка, само по себе является очевидным ответом. — Вэй Усянь, чего ты хочешь сейчас? — Я ж-желаю лишь чтоб А-Юань выжил... — Я имею в виду, для себя? Твоя душа повреждена. Многие кланы, вероятно, проводят ритуалы, чтобы растворить твою душу. — хмуро сказал он. Хуа Чэн знал, что заклинатели хотели призвать душу Вэй Усяня, чтобы разбить ее, а не для того чтобы помочь ему мирно двигаться дальше. Они боялись, что его призрак будет мстить. Однако поскольку Вэй Усянь теперь призрак, он может помочь ему. — Багровый дождь, я... я просто хочу увидеть, как А-Юань вырастет... Он собирался кое-что предложить, когда почувствовал, что кто-то идет в их сторону. Жое быстро вылетела из рукава Се Ляня и образовала вокруг них защитный круг, сделав их невидимыми. Человек в грязной и окровавленной белой нижней одежде, пошатываясь, вошел во все еще горящий лес. Он шел медленно, как будто ему было больно и лихорадочно оглядывался по сторонам, пытаясь найти что-то или кого-то. — Л-Лань Чжань... — удивленно прошептал Вэй Усянь. — Ты его знаешь? — спросил наследный принц. — Он... он был.. он мой... моя родственная душа... Так это и есть тот «Богач-гэгэ», о котором всегда молился ребенок? Человек из клана Лань? Одного из великих кланов, возглавлявших атаку на Курганы? — В-Вэй Ин! — крикнул мужчина хриплым голосом. — Лань Чжань никогда не кричит, это запрещено в его ордене, — бездумно прокомментировал Вэй Усянь свое удивление. — Я думал, что больше не увижу его... — Он не учавствовал в осаде? — с любопытством спросил Се Лянь. — Нет, его там не было... — Вэй И-ин! — снова крикнул мужчина, прежде чем споткнуться о сухое дерево рядом с ними. Его глаза расширились, когда он заметил красную ленту, свисающую с пня, где был спрятан А-Юань. Дрожащими руками он взял ленту и прижал ее к груди, прежде чем заплакать от горя. — Лань Чжань... почему... — голос Вэй Усяня звучал так, словно он сам вот-вот заплачет. Пока человек в белых одеждах стоял на коленях на грязной лесной земле, кровь из ран на его спине продолжала растекаться по ткани. Через несколько минут наполненных рыданиями он потерял сознание. — Я... простите, что прошу вас о еще одном одолжении, но.. пожалуйста, спасите и Лань Чжаня тоже... — сказал Вэй Ин, и его призрачный огонь стал тусклее. Энергия медленно иссякала. — Он ранен, — нахмурился Хуа Чэн, поднимая мужчину с земли. — Похоже, ему нанесли серьезное ранение в спину. — Кто мог так поступить с ним?! — в гневе спросил темный заклинатель. У Хуа Чэна была идея, но он не хотел ее озвучивать. Вместо этого он сказал призрачному огню: — Мы поможем ему. Но мы не можем взять его с собой, его будут искать. — Пожалуйста, отведите его в Облачные Глубины.

***

Они отнесли родственную душу Вэй Усяня к входу в Облачные Глубины. Ожидание длилось всего несколько минут, прежде чем ученики клана Лань нашли Лань Ванцзи и отчаянно к нему бросились, чтобы отнести раненого в Лекарский Павильон. Вэй Ин не произнёс ни слова, пока они смотрели. Они отправились обратно в Дом Блаженства после того, как убедились, что раненый Лань в безопасности. Инь Юй заботливо разместил А-Юаня в одной из комнат для гостей и позаботился о нём. — Большое вам спасибо, Ваше Высочество, и Собиратель Цветов под Кровавым Дождём... — наконец сказал Вэй Усянь, прощаясь. — Ты же хотел видеть, как растет твой ребенок, верно? — спросил Сань Лан у призрачного огня. — Я уверен, что ты хочешь снова увидеть свою вторую половинку. — Он не мой ребенок.. а Лань Чжань - это... — Усянь замолчал, по-видимому, не в состоянии должным образом выразить свои мысли. — Вэнь Юань - твой ребенок, даже если вы не родственники по крови. А Лань Чжань определенно твоя родственная душа, — заявил Се Лянь. — Я могу помочь тебе, могу усыпить тебя, чтобы твоя душа могла исцелиться. Мы защитим твою душу, чтобы заклинатели не смогли прикончить тебя, и как только твоя душа исцелится, ты, наконец, сможешь сформировать тело. Тогда ты сможешь увидеть А-Юаня и свою вторую половинку, — предложил Сань Лан. Се Лянь был удивлен. Его муж обычно не дружелюбен, он не из тех, кто с готовностью предлагает помощь. Но он видит, что его мужу понравился темный заклинатель. — Ты сделаешь это для меня? Но почему? Се Лянь ответил: — Вы можете выбрать то, что хотите, а мы можем помочь вам двигаться дальше мирно, если хотите.. Но мы хотим, чтобы вы могли поговорить с А-Юанем и своей второй половинкой. Одна из вещей о которых молился этот ребенок, — это чтобы вы и его Богач-гэгэ снова увидели друг друга... — О-хорошо.. Пожалуйста, помогите мне увидеть их снова, — ответил призрачный огонь.

***

После битвы в Безночном Городе отношения между членами главной ветви семьи Лань стали напряженными. Старейшины с удовлетворением наблюдали, как Лань Цижэнь наказал своего собственного племянника. Лань Сичэнь в ужасе наблюдал, как его младшего брата били плетью, но ничего не сделал, чтобы остановить жестокое наказание. — Я осмелюсь спросить, дядя! Что такое праведность? Что такое зло? Что такое черное и белое? Это были слова Ванцзи, когда он получил удары дисциплинарного кнута. Лань Цижэнь не ответил ему, старейшины посмотрели на него так, будто он сошел с ума. — Лань Ванцзи очнулся, пожалуйста, позовите Главного Целителя, — кто-то говорил рядом с ним. Голова раскалывалась, и он поморщился, когда открыл глаза. Лань Чжань лежал на животе и чувствовал боль от ран на спине. Дверь открылась, и в комнату вошли Главный Целитель и Лань Сичэнь. — Ванцзи, как ты себя чувствуешь? - спросил его брат. — Куда ты ходил прошлой ночью?! Мы так волновались, когда ты улетел. Затем ученики из ночного дозора обнаружили тебя без сознания у входа. Он не ответил. Все, о чем он мог думать сейчас, — это о горящих домах остатков клана Вэнь. Заклинатель коснулся своей груди, запоздало осознав, что на нем больше нет ханьфу. — Мы сняли с тебя одежду, чтобы сменить повязку, - сказал его Сюнчжан, останавливая от движений. Лань Сичэнь схватил его за правое запястье, к которому была привязана красная лента. — Ты ходил в.. Я не должен был говорить тебе... ты не должен.. ты только вредишь себе... Лань Чжань по-прежнему ничего не говорил, но вздрогнул от прикосновения брата. Он едва заметил боль, отразившуюся на лице его брата. Его взгляд опустился на знакомую красную ленту. Он нашел её прошлой ночью, но не помнит, как привязывал к запястью. Но это был хороший знак. Лента Вэй Ина, привязанная к нему. Он принадлежит Вэй Ину. — Ванцзи, — снова позвал его Сюнчжан. Вместо ответа он прижал правую руку к груди и отвернулся от брата.

***

Инь Юй был шокирован, когда проверил гостевую комнату. Был уже полдень, поэтому он зашел проверить температуру у ребенка. Малыш тихо сидел на кровати, обнимая черное одеяние, в которое он был завернут со вчерашнего вечера. Он немедленно связался с Наследным принцем и Хуа-чэнчжу. — А-Юань, как ты себя чувствуешь? — спросил бог, когда они подошли к мальчику. Мальчик посмотрел на них широко раскрытыми глазами, прежде чем внезапно спрыгнуть на пол. Он поклонился. — В-ваше Высочество и Красный князь демонов... — А-Юань, в этом нет необходимости, — Се Лянь помог мальчику подняться. Он даже отнес малыша обратно в кровать. — Я умер? — спросил мальчик тихим голосом. — Нет, — ответил Хуа-чэнчжу. — А… моя семья… они в порядке? — Они пошли дальше, — честно ответил наследный принц. Двое бессмертных видели, как по щекам ребенка покатились первые слёзы, он заглушал свои всхлипы отчаянно вцепившись в черное одеяние.

***

— Ваше высочество, — раздался голос Юши Хуан через систему божественной связи Се Ляня. — Баньюэ, Пей Су и я уже позаботились о надлежащем захоронении останков семьи Вэнь. Мы похоронили их на территории их предков на горе Дафань. — Благодарю вас, Повелитель Дождя, - ответил он, поправляя детское одеяло. Мальчик плакал, пока не заснул. — Вэнь Юань с нами в безопасности, так что ты можешь навестить его, если хочешь. — Я рада, что он не видел, что случилось с другими членами его семьи.. их тела были просто небрежно брошены в красное озеро в пещере, — печально произнесла Юши Хуан. — Я чувствую облегчение от того, что вы смогли спасти этого ребенка. — Призрачный огонь Вэй Усяня охранял его, он связался с нами. Этот заклинатель действительно любит А-Юаня. — Он хороший человек. — Так и есть, — согласился Се Лянь.