Увядшие цветки вишни

Шаги в темноте ускорялись, направляясь к Карамельной Стреле. В темноте слышался один единственный голос. Низкий мужской голос. Но слова трудно было разобрать, в ушах Карамели стоял сильный звон, голова раскалывалась, ничего не видно и не слышно. Вдруг ее подняли на руки, прижали к себе и понесли в направлении ворот. Карамель почувствовала тепло, и прижалась к человеку, поднявшему ее сильнее, дабы компенсировать те затраты тепла, что произошли за последние часы. Стало тепло и немного уютней, чем посреди леса в одиночестве и в мокрых тапках. Она уснула, надеясь что тот, кто ее подобрал действительно хороший человек. Темно. Однако холод постепенно пропадает, а вдали появляется лучик света. Девочка тянется к нему, чувствуя, что именно от него исходит тепло. Но лучик ускользает и появляется в другом месте. Карамель принимается ловить его, но все ее попытки безуспешны. Наконец она поймала его, прижала к себе, и ей стало так тепло, так спокойно, что все ужасы забывались, тьма отступала, тревога исчезала. Этот лучик как будто обнимал ее, нежно прижимая ее к себе. И эти объятия напоминали объятия ее...мамы? Она открыла глаза, и увидела перед собой ее лицо. Так это все был сон..? Ее родители живы..? Все эти ужасы ей лишь приснились..? Эти надежды резко обрываются, и на месте живой мамы предстает ее уже мертвый облик. Волосы были истрепаны, местами отсутствовали, части лица не было, грудная клетка была вспорота и разорвана напрочь. Там, где зияли раны, выползали насекомые-падальщики, о которых она читала в книжках. "Как только насекомые-падальщики улавливают запах мертвого тела, они сразу набрасываются на него, прожирая в нем всевозможные ходы, ища себе самые вкусные места...". С тех пор она не очень любила всяких жучков, пусть даже и безобидных. Из воспоминаний ее вернула костлявая, дурно пахнущая рука, что тянулась к ней, пытаясь ухватить ее и утянуть на дно Лакричного моря, в пучину агонии и страданий. Карамель всеми силами пыталась вырваться, но рука всё-таки крепко в нее вцепилась, и тянула вниз, где плескалась черная жижа, воющая, плачущая, ревущая, готовая разодрать ее на куски и после наслаждаться ее свежим мясом. Малышка надрывалась от истерики, захлебывалась в собственных слазах: "ПОЖАЛУЙСТА, ПУСТИТЕ МЕНЯ, Я НЕ ХОЧУ, ПРОШУ НЕ НАДО...!" Все начало уходить из-под ног, море исчезло, мертвое тело матери тоже. Она летела вниз, но не падала, а как будто ее что-то светлое опускало вниз, попутно обнимая. Карамельная стрела очнулась на диване перед маленьким камином. Она находилась в небольшой комнатке, однако та была не настолько крохотная, в ней могли бы жить два человека, да и еще бы место осталось. Девочка огляделась. Между камином и диваном лежал махровый коврик фиолетового цвета, обои были темно-коричневого цвета как и деревянный пол. Слева от диванчика был дверной проем, в котором виднелась кухня. Рядом с кухней была наверно прихожая, ведь там стояла обувь, висела одежда. Весь интерьер был выполнен в строгом стиле, будто тут жил солдат. Взгляд Карамельной Стрелы упал на бумажку, что находилась на табуретке, стоящей около дивана. Благо она умела читать, ведь в этой стране, где она жила, дети обычно брали оружие в руки раньше книг. "Мда... Вот и пригодились знания... А я еще отнекивалась от книжек..." - подумала Карамель и принялась читать записку. Записка гласила: "Не бойся, девочка. Сейчас ты находишься в Цитадели Ледяного Утеса. Но если точнее - то у меня в доме. На кухне остались рис и тефтели, можешь их съесть. Подпись: Дарк Синнабон, солдат армии Его Величества короля Дарк Какао" Кто он? Почему он ей помогает? Как долго она здесь будет находиться? Эти и другие вопросы заполнили голову Карамели. Ее раздумья прервало урчание ее животика. Она долго не ела, а упоминание риса и тефтелек в записке сделало ее еще голоднее. Девочка встала и направилась на кухню. Кухня была выполнена в том же стиле, что и, скажем, гостинная, где очнулась малышка. На столе, как и ожидалось, стояла теплая тарелка с рисом и тефтельками, рядом лежала вилка. Карамель села и с большим удовольствием начала уплетать еду. Рис, после того как она бродила по лесу, казался ей нежным, похожим на зефирки, но не сладкий, а в меру соленый, тефтельки были маленькими и кругленькими, кажется из говядины, но их было много, и они были очень вкусными. Доев все, Карамельная Стрела довольно облизнулась, отнесла тарелку в раковину, помыла и поставила обратно в шкафчик с посудой, который заметила только что. Вернувшись к диванчику с камином, она нашла ту самую накидку, что дал ей тот незнакомец, что спас ее от снежного льва, и стала ее рассматривать. Накидка была белого цвета, изнутри обделана белым мехом, выглядела довольно дорогостоящей. На рукавах были вышиты драконы: на правом рукаве черный, а на левом белый. На спине накидки рисунок повторялся, но драконы были не врозь, а вместе: их хвостики вились друг с другом, а сами тела нет, однако драконы смотрели друг на друга, повторяя их фигуры, и были симметричны, как будто смотрели в зеркало. Драконы были вышиты один черным шелком, другой белым, кое-где пришит бисер. Карамели очень нравилась эта накидка, и она решила надевать ее до того момента, пока не найдет того незнакомца, что дал ей ее. И все же, кто этот Дарк Синнабон такой? Может это он и спас ее от львов? Или это было два разных человека... Она оглядела себя: тапочки на ней отсутствовали, вместо них были ее же носки, но они были сухие, видимо солдат, принесший ее сюда, успел их просушить и одеть их обратно пока она спала. Так же она заметила, что под носками были бинты, и от них пахло какой-то мазью, ноги немножко щипало, но было от нее тепло. Бинты были не только на ногах, но еще и на ладонях, что тоже были обмазаны ею. Ее еще и подлечили, но почему? Ей был непонятен факт того, что незнакомый человек ни с того ни с сего заботится о ней, как о собственном ребенке. Раздумия ее усыпили, да и к тому же сыграли роль рис и тефтельки. Даже слегка грустно, что они уже съедены, хотелось бы еще. Ее подруга говорила, что лучше недожрать, чем обожраться. В чем-то Карамель была с ней согласна. Жаль, что она ее больше не увидит. За окном стемнело. Вьюги, на удивление, не было, лишь спокойно падал снег. Дрова в камине почти догорели, но никто пока не собирался подбрасывать туда поленья еще. На этот раз Карамельной Стреле ничего не снилось. Проснулась она от того, что входная дверь хлопнула. Она сонно открыла глаза, и увидела что на пороге стоит человек, не высокий и не низкий, одетый в теплую одежду темно-коричневого цвета и железные доспехи. У него были каштановые волосы, они были распущенны, но сзади был собран небольшой хвостик. Один глаз был перекрыт. Карамель решила не подавать виду, что проснулась, заодно понаблюдать за ним, так как он показался ей подозрительным. Сняв обувь, мужчина подошел к ней и заглянул в лицо. Карамель быстро закрыла глаза, но притвориться спящей ей не удалось: она заулыбалась, хотя совсем не хотела этого. - Вставай, все равно не спишь, а притворяться совсем не умеешь - усмехнулся человек. Карамель открыла глаза. Мужчина стоял на коленях сбоку от Карамельки, дабы сровняться с ней по росту и слегка улыбался. Девочка смотрела на него и немножко боялась спросить его кто он, но мужчина продолжил говорить: - Я Дарк Синнабон, солдат армии Его Величества короля Дарк Какао. А тебя как зовут? - К.карамельная Стрела... Я из Карамельной деревни, но ее разрушили монстры и убили там и маму и папу и всех-всех-всех, но меня спас какой-то незнакомец, он сказал мне идти сюда, и дал мне эту накидку - после чего показала Дарк Синнабону ее сокровище - я шла по лесу, шла шла шла, потом заблудилась, потом разблудилась, а потом пришла сюда, а потом уже не помню - протараторила Карамель и опустила взгляд в пол. - Мда, потрепала тебя жизнь, малышка - сказал он и мягко погладил ее по волосам. Карамель зажмурилась и сжалась, но потом ей это понравилось, рука солдата хоть и была огрубевшей от его работы, всё-таки нежно ее погладила, и девочка перестала волноваться. - Можешь называть меня просто Синнабон, если хочешь. - Ладно, тогда ты меня называй Карамель, дядя Синнабон - ответила Карамель. Дарк Синнабон пришелся ей по душе.