BAD SUGAR DADDY

~🐨~

      Чонгук принял душ и надел свой лучший наряд, а после спустился не спеша по мраморной лестнице. Он всё еще залипал на убранство дворца и восторженно говорил «Уау!». На нём была чёрная облегающая шёлковая рубашка, такого же цвета кожаные брюки и мюли, а на шее поблескивал на золотой цепочке в виде шариков кулон в форме медвежонка розового цвета.       Он тихо приоткрыл дверь в столовую и увидел Тэхёна, что поедал с аппетитом пасту. На столе было только два набора приборов, для папочки и его корейской детки.       Чонгук подошёл к столу, когда Тэхён поднял свой взгляд, и из-под длинных ресниц на него посмотрели карамельные глаза полные интереса. Не скрывая любопытства, мужчина жадным взором гулял по фигуре младшего.       «Зачем он так смотрит? Будто раздевает глазами…» — подумал Чонгук и прервал неловкое, слишком затянувшееся молчание:       — Эм… Я могу присесть?       — Это теперь твой дом, можешь, конечно. И больше не спрашивай, где и куда тебе можно ходить. Только в правой части поместья находится вольер, туда всё же рекомендую по началу ходить со мной.       — Ах да… Ёнтан… — Чонгук присел за красивый длинный стол. Столовая, как и вся основная часть дома, была выполнена в белых тонах с золотым оформлением, а на потолке висела по-царски дорогая, большая хрустальная итальянская люстра.       — Ты ему понравишься.       — Не планировал в ближайшее время стать кошачьим обедом, — Чонгук приступил к обеду, кладя в рот кусочек прошутто’.       Тэхён чуть заметно облизнул нижнюю губу, но Чонгук уловил этот жест и ещё взгляд. «Что за… Почему он так смотрит?» — снова мелькнула в голове парня мысль.       — Тебе стоит надеть что-то поверх, ты можешь замерзнуть, мы поедем в Милан.       — Что? З-зачем?       — Как это? Погуляем по бутикам, прикупим тебе новый гардероб. Хочешь поехать за рулём моей «Феррари»?       — А что, можно? — Чонгук радовался как ребенок. — Той самой? Красной?       — Я гляжу у тебя такой же сдвиг как и у меня… Забавно…       — Что? О чём ты?       — Красный цвет…       Чонгук опустил смущенно глаза к тарелке, чёртов обед теперь не лез ему в горло от слова совсем. С этим мужчиной, что схож с ним вкусами, совершенно не хочется есть за столом, хочется совершенно другого — на столе… Но уповая на своё благоразумие и на грёбаный моральный кодекс, Чонгук никогда не позволит влезть в чужие отношения — у Тэхёна есть парень и точка. Но в присутствии этого мужчины секса хотелось катастрофически сильно и с этим надо было что-то решать.

~🐨~

      После обеда они сели в красную бестию, Тэхён и правда разрешил порулить. А Чонгук на радостях забыл куртку, кому-то суждено было сегодня вечером замерзнуть.       «Феррари», рыча как дикий зверь, выехала с территории особняка. На навигаторе бортового компьютера высветилась карта и табло с надписью «до цели 207 миль».       — Как думаешь долетим за час?       — Мы предполагаем — бог располагает, — улыбнулся Чонгук.       «Долетели» они за два часа. Тэхён первое время следил за дорогой, а потом уснул.        Припарковавшись у цели, в центре Милана, Чонгук расслабленно растёкся по сидению после напряженной езды. «Крещение огнём — не иначе», — думал он. В его глазах они ехали быстро, но это почему-то усыпило Тэхёна. Парень повернулся к нему. Такой сладкий сон… Длинные ресницы чуть подрагивали, губы соблазнительно блестели, потому что этот богоподобный мужчина даже во сне их слишком уж эротично облизывает. Хорошо, что Чонгук не смотрел на него за рулём, иначе аварии было бы не избежать. Такой красивый профиль и эта маленькая родинка на кончике носа, Чонгук раньше её не замечал. Руки чесались дотронуться до лица, а у него так предательски сжималось всё нутро. Будто от этого прикосновения зависит сейчас жизнь Чонгука, не дотронется — всё, пиши пропало, второго шанса не будет. Не успев всё как следует обдумать, младший протянул дрожащую руку и большим пальцем провёл от носа к скуле, где начинается рост волос. «ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ!» — Чонгук застыл, Тэхён открыл глаза.       — Что это ты сейчас делаешь?       — Ресничка б-была… У т-тебя на щеке была ресничка, папочка…— а вот нервный смешок в конце был вообще не кстати.       Тэхён глубоко вздохнул и, отведя взгляд от сахарной детки, спросил:       — Чего раньше не разбудил, раз приехали?       — Мы только приехали…       — Оу… — посмотрел на часы Тэхён, — ну-у… Для первого раза неплохо. Я как-нибудь научу тебя не бояться скорости. А сейчас пойдём, нас уже заждались.       — Кто? — но на этот вопрос Гуки не ответили.       Выйдя из «Феррари», Тэхён подошёл к уже стоящему на дороге Чонгуку, который всё никак не мог закрыть на сигнализацию машину. Забрав брелок, Тэхен взял его руку и продел под свою.       Идти рука об руку с таким мужчиной казалось чем то нереальным, наваждением или длительным сном. А может, Чонгук в коме и ему всё это кажется сейчас? Иначе как объяснить своё присутствие в центре Милана с таким мужчиной рядом? С человеком, на которого оборачиваются все, женщины и мужчины, геи и даже натуралы. Ох был бы Чонгук натуралом, он бы всё равно захотел его, однозначно. Из головы всё ещё не выходит столовая и его фантазия, как, раздвинув ноги, он позволяет этому итальянскому Аполлону выбивать из него весь воздух, снося всю дорогую посуду к чертям собачим.       Из мыслей выбил низкий тембр голоса, такой уже знакомый и почему-то родной.       — С чего начнём? Prada, Louis Vuitton, Gucci?       — Уоу! А нельзя ли что-то попроще?       — Со мной — нет. Ты привыкнешь. Давай тогда с первых двух, а третье на сладкое. Там я задержусь, мне нужно будет кое-что обсудить.       Следующие три часа шопинг проходил в стиле: «Сорок четвёртый размер, сорок первая обувь. Вот этот ряд от сюда до сюда. И вот этот ряд. Обувь всю из новой коллекции. Адрес знаете». Чонгук даже не успевал посмотреть, что выбирает для него «папочка». И только лишь слышал: «Ах да, вот эти ремни, это белье и эти сумки». Но когда они дошли до бутика Gucci всё изменилось.       Тэхён воодушевленно и с ноткой грусти смотрел на красивое здание.       — Моя бабушка была тут управляющей… — пояснил он Чонгуку свою печаль.       — Теперь понятно, почему ты так любишь этот бренд…       В бутике его встречали как родного. Оказалось, что Тэхён является амбассадором Gucci в Италии, не раз закрывал показы и участвовал в фотосессии для журналов. А также был частым гостем недели моды. Об этом Чонгуку поведала заместитель управляющей и явный фанат его сахарного папочки. А парень мысленно выругался, надо было погуглить про мужчину информацию в интернете, чем он определенно сегодня и займётся.       Тэхёну уже в первые дни недели моды доставили новую коллекцию, а сейчас он заказывает всё тоже самое для Гуки. Оформив покупку, он ещё что-то долго обсуждал с управляющей, после чего, приобняв за плечо Чонгука и забрав со стойки свой пакет с именитым лейблом, поспешил направиться к выходу.       — Голоден?       — Как гепард!       Тэхён улыбнулся, ближе прижимая парня. А у Чонгука странное чувство, ноги ватные, в животе тяжесть… Сославшись на голод и усталость, он послушно брёл рядом. Так странно, три часа по магазинам, а уезжают они с пустыми руками. Ну, как с пустыми, у Тэхёна небольшой пакет, наверное, прикупил что-то своему парню.       Они поужинали в ресторане, и Тэхён сел за руль, чему несказанно был рад Чонгук. Он так вымотался и объелся итальянской кухни, что был не в состоянии вести машину обратно домой.

~🐨~

      Чонгук не заметил, как они приехали к дому, потому что крепко уснул ещё в начале пути. Он не заметил, как его пытался разбудить Тэхён, подойдя с пассажирской стороны, и тем более не заметил, как обнял того за шею. А «папочка», ловко взяв мальчишку, как коалу, и обвив его сонное тело вокруг себя, нёс того по лестнице в спальню, пока тот сонно утыкался в шею, посапывая.       — Детка, ты такой легкий…       Последнее, что Чонгук заметил не заметил, так это что-то выпирающее из штанов «папочки», чем тот его ненароком задел, опуская на кровать. Парень искренне думал, что ему всё это снится. Мокрые сны с Тэхёном уже были, так что проходили, знаем. Но было тут одно исключение — это был не сон…