BAD SUGAR DADDY

~~~

      Яхта. Море. Любовь. По волнам Персидского залива неспешно плывёт двухуровневая статная красота и гордость местного судостроения, исполненная в ретро стиле и бежево-золотых тонах, на борту которой красуется серебряными буквами имя Apostrophe.       Мистер и миссис Ким забрали «сахарную парочку» с причала, что находился невдалеке от заброшенного скалистого пляжа, того самого пляжа… Тактильные и нежные они взошли на борт. А в глазах у них нескончаемая нега и любовь, те чувства, в которых ещё даже сами себе не признались. Мама лишь искося смотря на них улыбается, наблюдая за тем, как сын неотрывно смотрит с нежностью на свою пару. Тэхёна таким она ещё никогда в жизни не видела, оттого и счастлива. Отправив детей в каюту отдыхать, женщина пошла помогать повару накрывать стол к ланчу.       В дýше Чонгук наслаждался холодными потоками воды, что ласкали его, слегка обожжённую восточным солнцем, кожу. После переодевшись в легкие красные шорты и тонкую белую майку с красной надписью jordan, он вышел, потирая мокрые черные волосы полотенцем. На корабле все свои и можно одеваться без пафоса. Тэхён тоже принял душ и так же как и младший, оделся просто, но как всегда со вкусом, тонкая рубашка персикового цвета и белые шорты. — Они сейчас услышат… — пищит шепотом Чонгук, прямо на ухо мужчине, смущаясь, пока сильные руки Тэхёна резко подхватывают его под бёдра и несут к кровати. — Пусть услышат… Мы же пара… — делает акцент, но чуть ли не рычит от этих собственных слов, Тэхён. Целуя в шею, засасывая и вгрызаясь в сладкую кожу, от которой так вкусно сейчас пахнет вишневым гелем для душа. Умелые длинные пальцы до синяков сминают ягодицы парня, вжимая размякшее от ласк тело в себя. Ведёт руками под майкой, по бокам, спускаясь жадными мокрыми поцелуями к соскам растаявшего и постанывающего под ним Чонгука. — С какой это стати? — хрипло, еле выговаривая, сопротивляется, а сам как мороженое, поскуливает и льнет ближе, выгибается и притягивает обратно к себе, чтобы услышать ответ и не только. Целует так же жадно, распухшими от долгих поцелуев, влажными горячими губами. — Ты не хочешь быть моим парнем? — Тэхён отрывается на секунду, смотрит в черные глаза напротив, которые полны порочного мрака и нестерпимого желания. Чонгук сейчас весь такой желанный для него, только лишь для него. Такой красивый, такой податливый, чертовски соблазнительный и горячий. Ангелочек стал выглядеть, как сущий дьяволёнок, но в душе по прежнему остался таким же чистым и ласковым. Тэхёна от него нереально ведет, он готов кричать от чувств. До сих пор не понимает, как судьба свела их. У Тэхёна основательно срывает крышу от этого парня. Чонгука хочется сожрать, ну или как минимум всего искусать, настолько он желанный и аппетитный. Он еле находит в себе силы дождаться ответа и не наброситься на него. Находиться между чонгуковых ног, нависать над ним, вжиматься твердым, как камень членом в пах сахарного мальчика, нестерпимо, невыносимо, до безудержного стука сердца — ахуенно великолепно. — У тебя уже есть Джин… — после небольшой паузы говорит Чонгук, отворачивает голову в бок, говорит шёпотом, так как ему неприятна эта тема, и ему кажется, что всё что они сейчас делают неправильно и незаконно. — Не волнуйся Гуки, я поговорю с ним когда мы приедем. Тебе не о чем волноваться. — гладит по щеке, — Он же умный мальчик и уже давно всё понял, просто ещё пытался бороться за наши отношения…       «Ага как же… Умный… Ушлый!» — Ты его больше не любишь? — робко спрашивает Чонгук, с потемневшей черной радужкой глаз, весь такой горячий и возбуждённый, но до жути правильный и стеснительный рядом с этим мужчиной, парень. А вот мысли о Джине предпочитает держать при себе. — Послушай детка… — не успевает договорить, как в каюту стучится госпожа Ким, но не входит, хоть дверь и не закрыта. — Молодые люди… Я вас жду наверху, обед уже подают. — и уходит, а в каюте слышится шорох. — Я с тобой словно подросток в пубертатный период... — смеётся Тэхён, отодвигаясь и поправляя рукой вставшую проблему. Встаёт с постели и замечет на белоснежных шортах мокрое пятно. — Ты сам на меня набросился… — смеётся Чонгук, разводя руки. Следом спрыгивает с высокой кровати, а сам красный как помидорка и с такой же выпирающей проблемой, и не менее маленьким в диаметре сырым пятном.       Не закончив начатое, парни поднялись на палубу, так как материнский труд надо уважать. Миссис Ким трудится над едой вместе с прислугой. Сидели Чонгук с Тэхёном за ланчем рядом друг с другом и постоянно переглядывались, что не осталось без внимания перед родителями старшего. Будучи непозволительно близко и одновременно незаконно далеко, Чонгук мечтал об этих сильных руках на своем теле и о горячих поцелуях, что до дрожи в ногах и искусанных губ желанны ему сейчас. Мимо ушей пропускал все разговоры и лишь шумно дышал, пытаясь взять себя в руки и выкинуть пошлые картинки из сознания, смотря на палящее солнце и искрящиеся волны у горизонта. И Тэхен задумался, мыслил тоже лишь о нём, он тоже как и Чонгук мечтал, ему хотелось вновь услышать те несдержанные громкие стоны, которыми наградил его парень там на берегу, между скал, что как музыка лились из сладких пухлых губ сексуального парня, чертовски горячего парня… Тэ окончательно потерял голову, сошёл с ума, помахав собственной крыше рукой. Но оставались ещё нерешенные вопросы, он не может пока расслабится полностью.       Разговоры и рыбалка немного отвлекли от порочных и грязных мыслей обоих. Полные азарта Тэхён и его отец, в попытках поймать тунца, а не только макрель, не заметили, как наступила глубокая ночь. Чонгук и миссис Ким давно разошлись по своим каютам и видели десятые сны. А мистер Ким и Тэхён, отложив спиннинги, сидели на палубе и пили виски со льдом. — Не хотел я признаваться, но всё же скажу тебе это сын… — собираясь с духом мужчина прокашлялся, — Я знаю о твоём спектакле Тэ, и не надо, не отрицай сейчас… — Тэхён смотрел непонимающе, а мужчина продолжил, — Я сейчас говорю об этом не затем чтобы отчитать тебя. Не подумай. Ты взрослый парень. — и тут до Тэхёна доходит смысл всех слов, — И не переживай, мама не знает, она слишком любит Чонгука и её наивная душа не переживёт разочарования. К чему я всё это начал вообще… Этот парень… Я вижу как ты на него смотришь. Хочу сказать, что даю тебе своё отцовское благословение. Он хороший мальчик… — Прости за ложь… И спасибо тебе отец… — обнимает за плечи своего старика, не сдержав слезы. Сам бог благословил его, наградив такими чуткими, понимающими и любящими родителями.

~~~

      Утром Чонгук проснулся от тяжести. Тэхён так крепко прижимал его к груди, обхватив сильными руками стройную талию парня, что тот с трудом мог дышать. — Тэ… — шепчет, расцепив руки, но мужчина крепко спит, от него исходит легкое амбре вчерашнего виски. Чонгук тихо встает с кровати и поднимается на палубу, где под крышей располагалась большая обеденная зона с небольшой кухней у стены.       Ему хотелось помочь, ещё спящей в своей каюте миссис Ким, а так же прислуге, что не спали вчера допоздна, и самому приготовить завтрак.       Яхта тихо плывёт по волнам, возвращаясь к центральному пирсу Дубая. Включив на телефоне любимую музыку, Гук нарезает овощи и взбалтывает яичную смесь для омлета, готовит тосты и раскладывает по тарелкам мясные нарезки. Когда моет фрукты чувствует на своей талии сильные, но такие чертовски красивые, длинные пальцы, чувствует горячее дыхание себе в затылок, улыбается. — Доброе утро детка… — Чонгук на это лишь смущённо хихикает, краснея и опуская голову. — Давай я тебе помогу. — Обжарь овощи, папочка. — они пересекаются взглядами, в которых плещется желание и отблески морского бриза. — Я ведь могу быстро привыкнуть… — К чему? — Что ты готовишь мне завтраки по утрам… — Я бы готовил для тебя каждый день, если ты от этого будешь счастлив… — Иди сюда… — Тэхёну удивительно слышать такие нежности. Повзрослевший и преобразившийся в горячего знойного красавца — Чонгук, всё ещё был чист и нежен, несмотря на всё его прошлое. Он обнимает парня крепко, целуя в черную макушку.       Мягкий, ласковый и податливый, льнет крепче в объятия мужчины, прижимаясь щекой к сильному плечу. — Если ты будешь готовить мне каждый день, я совсем потеряю голову в твоём присутствии… — Тэхён смеётся, осознавая шокирующую правду — он по уши влюблён. — Может я этого и добиваюсь? — смеётся театрально-злорадно, щурится, когда чувствует как Тэхён целует его щеки и кончик носа.

~~~

      Ближе к вечеру сладкая парочка уже была в аэропорту. Родители остались на вилле, с грустью проводив детей. Чонгук тоже грустил, но не потому что прощается с родителями Тэхёна, с ними он увидится в скором времени, когда те прилетят. А потому что, летит обратно в уже горячо любимую Италию, где их ждёт горячо не любимый Джин.       Джин не заставил себя долго ждать и приезжает вечером в поместье Тэхёна, поприветствовать своего парня, по которому очень скучал. И казалось бы не выказывает ни капли агрессии и ненависти в сторону корейца, такое неожиданное затишье не на шутку пугало Чонгука. Он боялся, что Тэхён передумает и оставит всё как есть. Ведь очевидно, что Джина устраивают свободные отношения и своего парня он отдавать никому не намерен.       Чонгук весь сжался в тот момент когда Джин, рассматривая его, заприметил на его шее свежий небольшой засос. Он уже готовился к удару или словесному нападению, но к его удивлению этого не произошло. Джин мягко взял ладонь Чонгука и воспользовавшись отсутствием Тэхёна на первом этаже, подвёл его к дивану и сел напротив. — Мы как-то плохо начали, не считаешь? — с мягкостью в голосе, говорит Джин, закинув одно колено на диван и развернувшись туловищем к корейцу. — Это игра какая-то? Если да, то мне не интересно… — Чонгук не доверяет, пытается встать, но Джин мягко дёргает того за руку, так что он вновь садится обратно. — Слушай, я пытаюсь всё уладить ясно? — говорит искренне американец, — Мне осточертели наши делёжки. Ты и Тэхён развлекаетесь, классно, круто. Я без претензий. Просто давай попробуем подружиться, всё-таки нас объединяет общий мужчина… — Как ты можешь так спокойно об этом рассуждать? Как ты можешь так спокойно реагировать, когда у Тэхёна чувства к другому?! — Чонгук психует и раскрывает себя и свои эмоции с потрохами, а Джин лишь улыбается усмехаясь, так как это делают взрослые, видя наивность и глупость маленьких детей. — Вот мы вроде бы ровесники, а ты такой ещё ребёнок. Тебя в какой теплице вырастили? Неужели ты думаешь, что свободные отношения, между мной и Тэхёном, начались с тебя? Спроси у Тэхёна о Майке из Австрии, ты сильно удивишься… — Джин уходит, оставляя Чонгука один на один со своими мыслями.       Позже, когда на территорию поместья опускается прохладная ночь, а он с Тэхёном прогуливается по территории, проведывая Ентана, Чонгук действительно спрашивает. Джин не соврал, у Тэхёна и правда была интрижка на стороне задолго до Чонгука. Он пытается скрыть эмоции от услышанного, Тэхён не отрицает и не лжет, но ему больно от реакции, он всё видит и не знает как дальше подступиться, чтобы всё объяснить. Да и как объяснить то, что когда-то наломал дров?       Чонгук теперь думает, что он тоже в его жизни лишь временное явление. И никуда не может деться от этих болезненных мыслей. Не найдя покоя в доме и своей комнате, вызывает такси и предупреждает Тэхёна, что едет к Чимину. Помощь друга как никогда ему не помешает.       Чимин рад Чонгуку, хоть и немного злится на него за сокрытие отдыха, но увидев погрустневшие глаза друга, сбавляет тон на тихий и спокойный. Налив два бокала красного полусладкого, он подходит к другу, что притихнув сидел на диване, погруженный в свои мысли. Тревожность не оставляет Чимина и он решает пока что не тревожить друга на беспокоящую его тему, пока Чонгук не будет сам готов поговорить об этом. Между тем расспрашивает об отдыхе, замечая как глаза друга начинают блестеть. Но после двух бутылок шардоне, тема плавно переходит к беспокоящим Чонгука, вопросам. Он всё рассказывает и смотрит с грустью, пока видит тревогу в глазах Чимина. — Не может быть, чтобы всё что между вами было лишь интрижка… Я не верю в это! Сука, Джин, специально это говорит! — Чимин смотрит остекленевшими от вина глазами, облизывая красные губы. — Но Тэхён же признался… — Чонгук сам уже не понимает, то ли обвиняет в ветрености, то ли оправдывает ошибку мужчины. — И что? И что?! — возмущается друг, — Ты что ли ошибок не совершал? — вздыхает, отпивая вино, — Вот что, езжай к нему и поговори! Ещё не слишком поздно. Вы любите друг друга Чонгук! И слепой бы заметил!

~~~

— Папочка, составишь компанию и выпьешь со мной вина? — говорит Джин с улыбкой, видя вышедшего из своего кабинета и направляющегося на кухню, Тэхёна. — Да, хорошо. — Тэхён садится на диван в гостиной и наливает себе бокал, наблюдая, как Джин с интересом смотрит старинную черно-белую мелодраму. Вздыхает глубоко, собираясь с мыслями, — Я как раз хотел с тобой поговорить… — Папочка! — прерывает его Джин, — Можно завтра? Я так устал в институте… — Джин. — настаивает Тэхён. — Я знаю, что ты скажешь. Просто давай отложим разговор до завтра, я уже полбутылки вина выпил. — Мягко улыбается, — Знаешь, а Чонгук хороший парень. Мы даже подружились… — И поэтому ты рассказал ему про Майка? — Он сам спросил… — врёт, — А что не надо было? — Ну раз сам… — взгляд Тэхёна мимолётно и невольно падает на тело Джина. Любой бы посмотрел. На американце шелковый халат винного цвета и такого же оттенка пижама с короткими кружевными шортами. Длинные, идеальные, гладкие и загорелые ноги лежат на журнальном столике, пока Джин нервно разминает пальчики. Тэхён отвёл взгляд, сглотнув слюну и думая о своём.

~~~

             Чимин шустро выгоняет Гуки к себе домой, нельзя оставлять свою любовь с Джином наедине, так он считает. Чонгук, уже сидя в такси размышляет о том, что спросить и что сказать Тэхёну. Пьяный он раздевается в общем гардеробе на первом этаже, снимая с себя джинсовую куртку и уже не такие белоснежные как вечером, кроссовки. Ведь на улице уже начало осени, влажный от дождей газон. По которому прошелся, еле разбирая дорогу к поместью, пьяный Чонгук. Стоит в белых носочках, ему даже дома от мраморных полов прохладно. Желудок ещё полон вина, а голова изрядно кружится, всё тело облепила алкогольная нега. Он нечаянно падает ударяясь лбом о дверцу гардероба. Садиться попой на пол, нащупав в глубине гардероба тапочки, обувается, икает и тихо ненавидит холодные полы.       Полный решительности он поднимается на второй этаж и идёт к коридору, к желанной двери. Тихо входит в приоткрытую дверь спальни Тэхёна и замирает. Момент делится на до и после. Чонгук видит обнаженных и спящих вместе Тэхёна и Джина.       Что такое триггер с этого дня Чонгук знает не понаслышке, такой боли он не испытывал даже с бывшим. В слезах сбегает по лестнице хватая свой рюкзак, в котором лежала одежда для института. Чонгук же думал, что сегодня останется у Чимина, даже об этом Тэхёну написал, лучше бы так он и поступил, а не ехал через весь город, чтобы увидеть их вместе и на осколки разбить своё невинное почти чистое сердце. В последний момент пишет записку хозяину дома и выходит за дверь. Не намереваясь больше никогда сюда возвращаться.       Ночь. Италия. И парень идущий по ровно выстриженной лужайке, весь в слезах. Его не заботят ни деньги, ни статус, ни бесполезные шмотки, только собственные чувства и боль в груди. Да он такой, возможно это в силу возраста, а возможно он просто беспросветно, полностью и окончательно был влюблён в Тэхёна. Был…       Восемнадцатилетний Чонгук никогда бы и подумать не мог, что будет сбегать из дорогущего особняка в Италии в чужих тапочках с золотой пчелой и логотипом «Gucci», что на два размера больше его собственных. Но в этой непредсказуемой жизни когда-то всё бывает в первый раз…