BAD SUGAR DADDY

      Предрассветное небо окрашено первыми лучами ещё тусклого солнца. Чонгук без эмоционально смотрит в окно, за всю поездку не проронив ни слова. Всё думает о Чимине и Августе, они в такой спешке уходили от них не попрощавшись. Некрасиво как-то получилось по отношению к друзьям. Тэхён ведёт машину тоже молча, изредка кидая незаметные взгляды в сторону пассажира. А что Чонгук может сказать ему? Он столько боли перенес за эти месяцы, что сейчас в момент склеить себя, как разбитую вазу по кусочкам, не получается. За мыслями о собственной жизни, Чонгук не заметил как уснул.

***

— У них же всё будет хорошо? — Иначе не может быть малыш… — ласково говорит Август, поглаживая светлые волосы раскиданные по подушке, пока Чимин смотрит в потолок. — Почему у меня чувство, что я предал собственного друга? — Чимин повернулся к мужчине, — Ты же знаешь, как Чонгук долго выходил из депрессии… Я теперь боюсь, что Тэ его снова обидит… — тревожный взгляд и губы, которые он беспрестанно покусывает, выдают его нервозность. — Успокойся, ты же не знал, что Тэхён приедет, это я его впустил. Вся ответственность будет на мне. Я знаю своего друга, он ни за что не обидит нашего Гуки… — Почему ты так уверен? — Чимин прижимается ближе, крепко обнимая и кладя голову на сильную грудь. — Потому что знаю, он любит его так же сильно, как я тебя… — И на сколько же сильно ты меня любишь? — Чимин резко поднимает голову, его взгляд сияет от счастья, а в уголках глаз собрались маленькие слезинки. Как мало оказывается нужно для счастья. — Настолько сильно, что не могу представить собственную жизнь без тебя, без твоего смеха, улыбок и дерзких разговоров. У меня острое, не покидающее меня ощущение, что я знал тебя всю жизнь... Ты настолько сильно въелся мне в душу, что боже, даже дышать страшно. Боюсь спугнуть это счастье. Я люблю тебя, Чимин…       В большой спальне, на высокой кровати из дорогого массива дерева, слышатся смешки и звуки влажных поцелуев. Под белым огромным пуховым одеялом двое, по уши влюбленные и счастливые, питают ласками тела друг друга. Потому что любят, верят и ценят всё то сокровенное, что есть у них. В глубине души искренне надеясь, что их друзья, так же как и они, будут счастливы…

***

      На фоне играет музыка

Watercolor eyes — Lana Del Rey

      Балкон. Рассвет. Печаль. Джин докуривает, уже сам сбился какую по счёту, сигарету. Он в доме у своих родителей. Никогда не плакал и теперь не будет, ни к чему это всё. Да в душе давно дыра, но он сильный, когда-то переживёт. Но эта пустота… Куда от неё деться? Он не разбит разрывом с парнем, нет. Всё к тому и шло, как не прискорбно это осознавать. Но страх вновь оказаться нелюбимым всеми, подавляет его по прежнему изо дня в день. Его снова бросили, как когда то бросили в приюте родители. Это больно давит на завышенную самооценку. Близкий и родной Намджун не навещает и не разговаривает с ним, после того, как узнал, что произошло. Страшно для Джина было не потерять эти отношения, а остаться одному. По-настоящему одному… Ему которую ночь подряд не спится, он думает лишь о Намджуне, и о том какую боль ему доставил любимый человек. Себя виновным в случившемся диалоге между ними он не считал, как и в ситуации с Тэхёном. Чувство вины вообще Джину вещь не свойственная.       Когда, в то самое утро Тэхён уехал из дома, Джин всё для себя понял. Но ни о чём не пожалел, всё же стоило попытаться спасти эти заранее обреченные отношения. Пусть и таким нехорошим способом. Несколько часов спустя, Джин, сидя в гостиной, услышал визг тормозов Феррари. В тот момент у него что-то раскололось внутри. Тэхён ворвался в собственный дом и швырнул бумаги в лицо Джина. — Снотворное? — ухмыльнулся с презрением Тэхён, — Почему же сразу не яд? Не захотел меня ни с кем делить? У меня для тебя новости! Больше делить не придётся — нас больше нет!       Джин и тогда, когда услышал это всё не заплакал, не умолял, лишь смотрел отрешенно в спину человека, которую, как он считал, видит в последний раз. Он быстро собрал лишь необходимые вещи потому, как считал, что ему есть куда идти, Намджун его всегда примет. А в собственную квартиру, которую ему подарил Тэхён, он возвращаться вообще не собирается, гордость не позволит.

***

— Нам… — шептал Джин, стоя напротив брата в гостиной. Он хотел от брата поддержки, но тот отталкивал. — Не надо, то что ты сделал это не правильно… Ты должен был поговорить с ним, Джин! — Ты его защищаешь?! После всего, что Тэхён мне сделал? — ухмыльнулся блондин. — Ты сам до этого всего довёл! — Надо было и правда не снотворное, а яд подсыпать. Ему и этой суке… — Джин сказал это с горяча, не подумав, что говорит это лучшему другу Тэхёна, Намджуну. Послышалась звонкая пощёчина. На Джина до этого момента ещё никто не смел поднимать руку. — Убирайся! Не хочу больше видеть тебя в своём доме! Ты перешёл уже все границы дозволенного!       И Джин, обидевшись на брата, ушёл впервые в жизни плача. Не от разрушенных отношений, не от потери себя в этом мире, а от потери близкого человека, в глазах которого он впервые увидел отвращение. В этот день в Джине что-то сломалось и назад больше не склеилось. Всего секунды хватило, чтобы убить в себе себя прошлого. Впервые в жизни почувствовать отвращение к самому себе. Ощутить кожей всю ненужность и бессмысленность собственной жизни. Но это длилось недолго, не в правилах Джина в чём-то себя винить… Возвращаться в дом к отцу было тяжело, но другого выбора не было.

Lana Del Rey — Dark Paradise.

***

      Тэхён подъезжает к высокому зданию и оставляет машину с ключами у входа, её заберут парковщики, а у него есть дела поважнее. Он несёт на руках спящего парня, который тихо посапывает уткнувшись ему в шею, крепко обвив её руками. Укладывает сонное тело в постель, снимая неспешно обувь, наслаждается каждым моментом. Он так скучал по Чонгуку. Укрывает пледом, засмотревшись на лицо с пухлыми губами. Такой милый, расслабленный… Чонгук смешно морщится от солнца, во всю пробивающегося сквозь панорамное окно и тонкий тюль занавески. Тэхён нажимает на пульте кнопку и плотная штора моментально ограждает комнату от назойливого света, погружая во мрак, он садиться в кресло напротив, любуясь на спящего парня и даже сам не замечает, как погружается в сон.       Ближе к обеду Чонгук просыпается. Дергается от испуга, когда видит перед собой спящего Тэхёна в кресле. Секунды хватает, чтобы в деталях вспомнить всё то, что произошло ночью. На цыпочках идёт на кухню, очень хочется пить, выпитое с другом вчера вино, давало о себе знать. Вдруг, его простреливает мысль, от осознания которой он хлопает ладонью себе по лбу. Листок! Чертов листок из лаборатории! Он тут же падает на колени, больно ударяясь о кафель, но не обращает на боль внимания. Шарится под гарнитуром в поисках листка. Находит лишь пробку от вина, злится. Ползает по полу и нащупывает под холодильником что-то шершавое, не такое как кафель по ощущениям. Поддевает пальцами и достает его, то самое заключение из лаборатории. Чонгук чихает, заключение пыльное, мысленно себя проклинает, что уже так давно мог бы найти его, если бы додумался убраться под холодильником.

***

      Тэхён неспешно открывает глаза, потирая их кончиками пальцев. Спина сильно затекла, как и ноги, спать в кресле не очень удобно. Но он бы так и спал, если бы его не разбудили мягкие прикосновения к колену. Перед ним на полу на коленях сидел он, мокрые от душа волосы и взгляд, способный испепелить душу. Он смотрит, так будто видит Тэхёна насквозь, но видит не всё, а лишь хорошее. Чистый и искренний Чонгук, просто сидит и смотрит… Тэхён готов всё отдать за то, чтобы этот парень всю жизнь на него вот так смотрел.       А Чонгук не может не смотреть. Тэхён выглядит как самый красивый в мире король, сонный с длинными черными волнистыми волосами, его король… Больше не папочка, нет. Тэхён был плохим папочкой. Не смог уберечь свою детку от боли и тревог. И теперь Чонгук лишает его этого статуса. — Доброе утро, точнее день. — заспанным голосом говорит Тэхён, но в ответ лишь тишина. — Почему ты сидишь на полу? Давно встал? — Тэ, дай мне свою руку… — Тэхён удивлён, но всё же медленно протягивает, совсем не ожидая, что Чонгук её поцелует, а после приложит теплую ладонь к своей холодной щеке. Тэхёну кажется, что он ещё спит и всё это ему сейчас мерещится. Такое не может происходить в реальности. Чонгук, его Чонгук сидит перед ним и смотрит преданно и неотрывно, как раньше прямо в глаза. Сидит с его рукой на своей пухлой щеке и мягко улыбается. Нереально… Такой покорный, нежный и доверчивый. — Я люблю тебя, Тэ… — тихий голос звучит в душе Тэхёна, как гром среди ясного неба.       Чонгук после этих слов успевает только пискнуть, в тот момент как его тело в крепких объятиях поднимают с пола и моментально валят на кровать. — Ты себе и представить не можешь, на сколько сильно я тебя люблю, Чон Чонгук. Чёрт возьми, я точно не сплю? — Чонгук под ним смеётся, отрицательно мотая головой, плачет от счастья, — Ты будешь моим парнем? — Si, mio re… — соглашается, стирая слезинки с лица, от голоса этого мужчины у Чонгука кажется плавятся внутренности, он фигурально ощущает себя лужей от этого низкого глубокого баритона, это его личный кинк. Весь Тэхён его личный кинк, эти сильные руки, мускулистые плечи, медовые глаза и бархатистый голос, что моментально резонирует по телу сотнями мурашек. — О, я больше не папочка? — шепчет, дорожкой поцелуев нежно покрывает кожу от лба к носу, когда Чонгук больно кусает за линию челюсти. — Ай! Окей, окей! Я всё понял. Тигрёнок… — Чонгук улыбается от понятливости своего мужчины, новое прозвище ему больше нравится. А тот вновь целует, спускаясь к любимому сладкому ушку, играет с мочкой языком, чувствуя как Чонгук прогибается под ним, упираясь в него напряженным членом через шорты.       Тэхён тает от этой улыбки, от острой реакции на его прикосновения, его ведёт от такого Чонгука, всегда вело. Спускаясь поцелуями ниже, поднимает футболку наверх. Горячим языком проходится по коже на груди, которая моментально покрывается мурашками. Жмурится и улыбается от удовольствия. Его мальчик такой тактильный и нежный. Чувствует, как быстро сердце Чонгука колотится, как сбивчиво он дышит. Вбирает сосок в рот, лаская языком, под моментальные оглушающие стоны сверху.       Чонгук на грани гибели, в этих сильных руках, под этими страстными поцелуями. Он так скучал душой и телом по этому мужчине, даже руками к себе не прикасался за все эти месяцы. Мучался, часто среди ночи просыпаясь от неосознанных поллюций. Почти каждую ночь ему снился Тэхён, его сильные горячие руки и страстные поцелуи по всему телу переходящие в жесткие ласки. А сейчас это всё в реальности и Чонгук точно на грани гибели…       Тэхён спускается поцелуями ниже, на ходу снимая с себя рубашку и расстёгивая джинсы Чонгука. А тот прикрыл руками лицо, смущается… Стащив рывком джинсы вместе с бельем, Тэхён целует не спеша низ живота и гладко выбритый пах. Еле касаясь, ведёт кончиком языка по напряженному члену. Проводя ладонями вдоль по телу снизу вверх, вбирает член в рот. Чонгук громко стонет, вплетая свои пальцы в волнистые волосы. Ему хватило нескольких движений, чтобы сорваться и кончить этому божественно красивому мужчине в рот. — Так сильно скучал по мне? — Тэхён облизывает губы и улыбается, стаскивая с себя остатки одежды. — Не зазнавайся… — ворчит обиженно, но улыбается в ответ, ведь знает, что мужчина привык к несдержанности Чонгука.       Тэхён растягивает любимого умело и быстро. Тоже очень сильно скучал, до трясущихся рук и губ. Нетерпеливо, но медленно входит. В перевес боли Чонгука, целует жадно, горячо и влажно, отвлекает, периодически глядя в глаза. Упивается громкими стонами своего тигрёнка. Чонгук нереальный, с прилипшими к лицу влажными волосами, что так и не успели высохнуть после душа. Такой красивый с черными, как смоль возбужденными глазами, что смотрят с доверием и искренней любовью. Тэхён наращивает темп, переплетая собственные стоны с чонгуковыми. Обнимает крепко, в порыве страсти шепчет, как сильно любит.       Чонгук полностью в его власти. Он наслаждается каждым миллиметром кожи мужчины, проводя по мокрой спине пальцами, сплетая свои ноги на его талии. Никогда ему ещё не было так хорошо, будто все струны души и тела были на пределе. Слова, что шептал Тэхён отдавались эхом прямиком в сердце, пока Чонгук находился на вершине блаженства. — Тэ… — напрягается, содрогаясь от умопомрачительного оргазма. Тэхён кончает следом, целуя красивые ключицы. А Чонгук шепчет как в бреду, плача от счастья. — Я люблю тебя… Люблю… Тэхён, я так сильно люблю тебя…

***

Месяц спустя.

      Чонгук не захотел переезжать обратно в дом Тэхёна. Каждый раз ловить триггер при виде его спальни ему совсем не хотелось. Тэхён не долго думая, выкупил у Намджуна соседнюю от Чонгука пустующую квартиру и объединил два пентхауса. Жить без своего бойфренда он больше не намерен. Тэхён и так чуть его не упустил, больше такой потери он не переживёт.       После небольшого косметического ремонта новоиспечённая пара позвала друзей и родителей. Повод есть и не один… Чонгуку исполнилось девятнадцать. Он даже позвонил своим родителям. Которые уже давно простили сына и ждали возвращения, но тот и не собирался больше возвращаться в Корею, без Тэхёна точно не поедет… Отец пообещал, что они с матерью навестят сына в новогодние каникулы, на этом и попрощались.       За столом уже собрались все, долгожданные и желанные гости. Вечно влюбленные Чимин и Август, и счастливые за своих детей родители Тэхёна. Они уже считали Чонгука частью своей семьи. Чонгук был счастлив, что за год его жизнь так кардинально изменилась. Он даже заплакал от счастья вместе с Чимином. Но за столом гости и раскисать совсем не время.       Чонгук готовил всё сам, очень переживал, как вышли его салаты и горячее. Но ему так хотелось порадовать родных. Тэхён не противился рвениям своего парня, лишь помогал. О нём и о его семье никто ещё так не заботился, как Чонгук. И вот когда все уже за столом, Гуки вспоминает, что не купил устричный соус, для салата. — Я быстренько… — Уже в коридоре натягивает он белые кеды. — Не ходи, обойдемся без соуса. — улыбается Тэхён. Такой суетливый и хозяйственный Чонгук ему нравиться до безумия. — Да это же в соседний дом. — выбегает, на ходу посылая воздушный поцелуй.       Если бы тогда он послушал Тэхёна… Нужно было остаться дома и к чёрту этот соус. Ведь тогда бы он не встретил внизу у парадной двери до боли знакомое лицо. Джин идёт вальяжно и заинтересованно рассматривает, секунду назад счастливого, Чонгука. — Привет детка, ты всё ещё тут живешь? Похвально. Ну что, ещё увидимся сосед…

***

      Чонгук возвращается домой спустя полчаса, ему нужно было прийти в себя. Садится молча за стол, где уже все сидят погруженные в беседы, а он тем временем в свои мысли. Спустя пару минут Тэхён встает чтобы произнести речь, но тут Чонгук не выдерживает и подрывается, чтобы рассказать шёпотом на ухо, что бывший переехал в квартиру напротив. Тэхён конечно в шоке, но ему больше тревожно, он видит взволнованное лицо Чонгука. Неловкое молчание, гости не понимают, что происходит. А Тэ стоит молча, потирая кольцо в кармане, которое купил в тот же день, когда они помирились. Но он так и не нашёл подходящего дня, как сегодня, чтобы сделать предложение. Как и сейчас, казалось бы, удачное стечение обстоятельств, все любимые за столом, но Тэхён теперь озабочен лишь только тем, как себя чувствует Чонгук. Ему страшно представить, что твориться у него в душе. Его любимый полон переживаний, которые изо дня в день Тэхён будет упорно развеивать, ведь он любит своего корейского мальчика до безумия. Он его счастье, его покой, его тихая гавань и домашний уют, его самый родной человек…